Последняя капля

— Эй, Хёнджин-а… Звучит мило, правда? Будто тебя зовёт хороший друг или близкий знакомый, с которым вы не виделись долгое время, и вдруг случайно встретились на улице, узнав друг друга. Потому что только кто-то очень близкий может так приторно-сладко тянуть твоё имя и прибавлять в конце букву «а». Ведь если это сделает кто-то незнакомый, или преподаватель на лекции, или тот, кого ты видишь второй раз — это покажется странным, даже слегка напрягающим. Это действительно могло бы звучать мило, вызвав на лице Хвана улыбку, если бы не… — …тебе стоит лучше следить за своим парнем, а то он сегодня тявкает на всех подряд. Видимо недотрах, плохо стараешься… Да, ещё такое обманчиво-ласковое обращение часто использует Сухо, чтобы побесить. Хёнджин ненавидит его с той минуты, как они оказались в одной группе, получая такую же ненависть в ответ. Постоянные подначивания, резкие словечки, какие-то пошлости и задирания летают между ними все два года обучения, не утихая ни на день. Хван почти смирился, просто игнорируя большинство из них, а иногда бросая что-то такое же колкое в ответ. Так было до того, как Сухо понял, что Феликс Ли самое слабое место Хёнджина. Они с Ёнбоком вместе ещё со старшей школы, и за время этих отношений Хван уяснил, что самом деле, Феликс совсем не такой беззащитный и мягкий, каким кажется. У старшего было много вопросов, когда младший в одиночку уложил двух парней, что как-то пытались ограбить их поздно вечером. Младший немного смущённо признался тогда, что занимался тхэквондо, почти дойдя до чёрного пояса, однако спорт пришлось бросить из-за проблем со спиной. Хёнджин тем вечером, обрабатывая сбитые костяшки парня на кровати в его комнате, с открытым ртом слушал рассказы о соревнованиях, победах, а потом и вовсе выпросил фотки, рассматривая Ли с медалями в руках. Поэтому сейчас, когда Сухо вывел оскорбления не просто на уровень внешности или характера Хвана, а на Феликса, часто некорректно отзываясь о их отношениях, отпуская пошлые шуточки и слухи, Хёнджин старался разбираться с этим сам, в первую очередь потому, что не хотел лишних проблем. А уже во вторую, потому что волновался за младшего. Феликс лишь тихо фыркает рядом, продолжая смотреть в телефон. Его слова Сухо никогда не заботили, потому что такие как он могут нести что угодно, от этого начиная выглядеть всё более нелепо. Просто иногда это начинало раздражать чуть сильнее, чем обычно, и резкие ответы сами срывались с губ на пару с грубым толчком в плечо в аудитории или коридоре. Сейчас, сидя за столиком на улице, недалеко от входа в университет, где было не так много людей, решивших в этот пасмурный день выйти из тепла здания, Хёнджин бегло бросает взгляд на их лица, будто проверяя смотрят ли они. Вообще, его никогда не волновало то, что о них подумают другие студенты или преподаватели, потому что многие поверхностно знали и видели, что из себя представляют их отношения, поэтому в слухи, что распускал Сухо, не верили. У парней было несколько хороших друзей, пара из которых были в такой хорошей форме, что некоторые шугались их, не решаясь поддерживать слухи и шуточки, а некоторые молча завидовали, пуская слюнки на крепкие мышцы. — Эй, он снова что-то наговорил тебе? — тихо спрашивает Хёнджин, двигаясь чуть ближе к Ли и обнимая его за плечи. — Ничего такого, что я бы уже не слышал — лишь отзывается Ёнбок, лайкая какой-то пост с котиками в твиттере — совсем фантазии нет. — Всё нормально? — Да. Смотри, какой котик в шляпке, так мило. О, тут и видео есть… Хёнджин может лишь улыбнуться мягко и приложиться губами к виску младшего, оставив поцелуй. Те, кто не знает Ли, никогда бы не подумали, что этот милый и чувствительный парень может иметь чёрный пояс и возможность без особых усилий сломать кому-нибудь руку. Хван правда считает такую многогранность Ёнбока удивительной и потрясающей. — Фу, щас всех тут стошнит от ваших лабызаний — снова подаёт голос Сухо, смотря на парней в упор из-за соседнего столика — хотите побыть наедине, можете закрыться в туалете. Как на прошлой неделе, когда ты трахал Феликса настолько сильно, что тот стонал как сука… — А разве это был не твой парень? — выгибает бровь Хван, палочками показывая в сидящего рядом с Сухо паренька — кажется, я видел, как он заходил туда с каким-то белобрысый парнем. Уверен, что Дэхи верен только твоему члену? — Завали ебало, иначе я сам тебе его закрою — сжимает кулаки Сухо, и Хёнджин улыбается уголком губ, понимая, что попал в точку — следи лучше за своей шлюхой, а то он такой дружелюбный, что к каждому чуть ли не в штаны лезет… — Знаешь, я вроде видел как твой парень сосался с кем-то пару дней назад перед общагой. Дэхи, скажи честно, кто лучше целуется, Сухо или тот брюнет?.. Хёнджин вздрагивает, когда его ладонь накрывает чужая, крепко сжимая маленькими пальцами. Феликс недовольно поджимает губы и едва заметно качает головой, медленно смещая ладонь на плечо старшего. — Эй, не надо — просит Ли, когда Хван чуть склоняется в его сторону, потому что где-то недалеко слышится звук сирены, из-за чего чужие слова плохо слышны — не опускайся до его уровня. — Но он первый начал — хмурится старший, переплетая пальцы с чужими и мягко поглаживая прохладную ладонь. — Знаю, но не стоит приплетать Дэхи. Он ничего нам не сделал, не переходи на личность. — Ну, он явно нас не обожает… — Но и не лезет. Хван ещё несколько секунд смотрит в глаза младшего, а потом молча сдается, прижимаясь губами к его лбу. Ли жмурится довольно и слегка ёжится, потому что прохладный ветерок неприятно забирается под лёгкую рубашку, пуская по коже мурашки. Хёнджин замечает это — он вообще замечает всё, что происходит с младший, особенно, после стольких лет вместе — поэтому прижимает его к себе сильнее, окольцовывая руками и оставляя поцелуй на макушке. — Давай доедай и пойдём внутрь — тихо говорит старший, ближе двигая к парню его тарелку с рисом и мясом — а то совсем замёрзнешь. — Спасибо. Хёнджину даже не нужно смотреть, чтобы понять, что Феликс улыбается. Ему нужно около пяти минут чтобы доесть уже остывшую еду и допить сок, пока старший всё ещё крепко обнимает его, растирая спину ладонью. С утра на улице было тепло и солнечно, из-за чего парни пошли в универ на легке, однако надвигающиеся тучи явно предвещают дождь и похолодание. Хван встаёт с лавки первым, пока Ли что-то ищет в своей сумке, и явно не ожидая появления Сухо настолько близко, что почти сталкивается с ним. Парень злобно сжимает кулаки, и его намерения становятся понятными окончательно, когда он не слабо толкает Хёнджина в плечо, отчего тот отшатывается назад, чуть снова не усевшись на скамейку. — Назвал моего парня шлюхой? — почти рычит Сухо, пытаясь снова толкнуть Хвана, но тот успевает увернуться, отходя чуть в сторону — я блять вырву твой грязный язык, тварь… — Джинни?.. — тихо подаёт голос Феликс, уже собираясь подняться, но старший мягко касается его плеча, усаживая обратно. — Хэй, всё в порядке — уголком губ улыбается Хёнджин, бросая быстрый взгляд на Ли — не вмешивайся, детка. Ёнбок поджимает губы, но всё же не пытается больше встать, наблюдая за тем, как Хван чуть отходит в сторону, подальше от него, и уводит за собой Сухо, видимо, чтобы младшему не прилетело. Парень на самом деле благодарен за такую заботу, но искренне не понимает ее, потому что сам может уложить противника парой чётких движений. Феликс давно знает, что Хёнджин больше не видит в нем человека, которого всегда нужно защищать и оберегать, поэтому действительно не понимает, почему тот никогда не даёт ему начистить Сухо рожу, чтоб он раз и навсегда отстал. Вокруг собираются люди, будто всё происходящее является бесплатным цирком, на который собрались посмотреть все, кому не лень. Кто-то достает телефоны, явно намереваясь снять готовую вот-вот начаться драку, кто-то выкрикивает имя Хёнджина, кто-то наоборот — Сухо, а Феликс может только молча смотреть, как его парень уворачивается от первого удара, тут же нанося его в ответ. Судя по болезненному вздоху Сухо — он попадает. Ли очень хочет подорваться с места, но не хочет огорчать Хёнджина, потому что всё ещё помнит его лицо, когда он обрабатывал перекисью его сбитые костяшки, после благополучного сохранения бумажников. Хван тогда узнал много нового о парне, и восхищение в его глазах почти затмило лёгкую горечь, которую Феликс окончательно убрал поцелуями. Старший, хоть и не выглядит таким, но на самом деле является очень чувствительным, принимающим многое близко к сердцу человеком, что определенно вынуждает Ли до сих пор отказываться от каждой возможности надрать Сухо зад. Феликс правда сидел бы и дальше, наблюдая за тем, как его парень явно выигрывает, но чужой голос, который Ли слышит очень редко, становится последней каплей его безграничного терпения: — Ты что, своего угомонить не можешь?! Это Дэхи. Ёнбок оборачивается, чтобы взглядом наткнуться на парня, что всё ещё сидит за тем же столиком, и метает взгляд то на парней, что почти валяются на траве, то на самого Ли. Чужое лицо слегка бледное, а в глазах такая паника, смешанная со злостью и неприязнью, что Ли на секунду жалеет, что ранее сказал Хвану остановиться. Однако, он тоже бездействует, и парень гадает почему: либо боится, либо Сухо попросил не лезть. А Феликса, хоть и попросили не лезть, но он точно не боится. Кажется, Сухо что-то выкрикивает, когда Ли одним резким движание отрывает его от Хёнджина. Хван удивлённо выдыхает, ведь с шеи пропадают чужие руки, так сильно пытавшиеся задушить, и несколько долгих секунд не понимает, что происходит, потому что вокруг шумит толпа, кто-то снимает, кто-то всё ещё кричит их имена, а кто-то — что нужно позвать преподавателей. Этих нескольх секунд Ёнбоку хватает, чтобы привычно скрутить соперника, заломив руки ему за спину, и придавить к земле под его тихий хрип. Сухо продолжает вырываться, пытается сбросить парня с себя, но Феликс лишь сильнее прижимает его, наваливаясь своим весом на брыкающееся тело. — Если ты ещё раз скажешь что-то в сторону Хёнджина или меня — тихо, почти утробно шепчет Ли на ухо Сухо, склоняясь ближе к его голове — если продолжишь распускать про нас бредовые слухи или хоть как-то причинишь неудобства, то я не буду так благосклонен и сломаю тебе руку. Или шею. — Ты тварь… — Конечно. Но я хотя бы не вру своему парню, что люблю его, встречаясь с ним ради денег. — Откуда ты… — О, я много чего знаю. Поэтому тебе не стоит вынуждать меня начать вытаскивать твое грязное бельё. Ли отстраняется от парня ровно в тот момент, когда рядом оказывается Хёнджин, подхватывая его под руки, чтобы поднять, наконец позволив Сухо свободно дышать. Хван не бросает на лежащего даже взгляда — рассматривает неотрывно лицо Феликса, на котором нет ни единой царапины, и наконец выдыхает тихо, крепко прижимая его к себе. Ли может только засмеяться еле слышно, и наплевав на все камеры и крики, обнять старшего в ответ, утыкаясь носом ему в шею. — Сказал же — не вмешивайся — тихо ворчит старший, отстраняясь и уводя Ли подальше от центра шумной толпы, обнимая за талию. Мельком парни замечают, как к Сухо подлетает Дэхи и несколько других ребят, помогая ему принять хотя бы сидячее положение. — Переживал за меня? — хмыкает Ёнбок, слегка толкая парня в плечо, отчего тот тихо шипит — ой, прости, прости… — Скорее за него — отзывается Хёнджин, разминая чуть ноющую шею — я думал… Знаешь, что ты можешь… — Навредить ему? — Типо того. Феликс останавливается у той самой лавочки, на который они недавно сидели, и смотрит прямо в чужие глаза, будто желая найти в них что-то важное. Ли никогда не предполагал того, что Хван не подпускает его к разборками не из-за того, что волнуется за него, а из-за того, что волнуется за противника. Это кажется таким глупым, ведь Сухо причинил им столько вреда за эти годы, но потом парень думает о тех словах, что как-то неосознанно сорвались с его губ, и том, насколько серьезно и правдоподобно они звучали. — Эй, ты же не думаешь, что я не различаю ринг и жизнь? — чуть выгибает бровь младший, рассматривая ссадину на чужой щеке. Скорее всего, будет синяк. — Боже, нет, конечно нет… — Потому что я прекрасно осознаю, когда и какие навыки могу применить. Джинни, я не занимаюсь этим больше пяти лет, так что не думаю, что всерьёз могу кому-то навредить. — Да, но… То, как ты уложил его… — тянет старший, и вдруг его губы растягиваются в полуулыбке, а в глазах сияет восхищение — это было круто, серьёзно… — Правда? — Без шуток… Мой парень такой крутой, знаешь? Феликс лишь усмехается и обвивает руками чужую шею, накрывая губы напротив своими. Хёнджин улыбается прямо в поцелуй и снова тихо шипит, когда маленькие ладони ложатся на щёки, задевая ссадину. Ли, будто извиняясь, слегка треплет парня по голове, прижимаясь ещё сильнее. — Эй, голубки!.. — весёлый голос Чана заставляет оторваться друг от друга, посмотрев в сторону, откуда идёт звук — ну вы даёте конечно… — Чувак, это что было вообще?! — идущий рядом с Баном Хан выглядит так, будто только что пришельцев увидел, не иначе — как ты его, а! Бах-бах и он лежит! Офигеть! — Странный способ решения проблемы — морщится Сынмин, когда парни останавливаются рядом с Хваном и Ли, рассматривая их с ног до головы, будто в музее — но если даже это не сработает, то останется только убить его. — И это наш способ ещё странный… — хихикает Феликс, крепко обнимая Хёнджина за талию. — Я всё записал, кстати — Крис трясет телефоном, говоря так гордо, будто держит Оскар — будем потом пересматривать и ржать над Сухо. И гордиться тобой, конечно, Ликс. — Нашел новый экшен фильм, хён? — выгибает бровь Ким, смотря явно неодобрительно на положительные кивки старшего — ты как ребёнок, честное слово. — Комплимент? — Да щас, не дождешься. Феликс не может сдержать короткого смешка, когда смотрит на притворно-обиженное лицо Чана, который издаёт странный звуки, тыкая Сынмина в бок. Ким только фыркает, шлёпая его по руке, и сразу попадает в хватку больших объятий, из которой уже не может вырваться. — Научишь меня так же, а? — всё щебечет Джисон, слишком возбуждённый, чтобы спокойно стоять на месте — я тоже хочу бах-бах и все лежат… — А ты сам то готов лежать? — усмехается Чан, и лицо младшего сразу мрачнеет — готов поспорить, что тебя первого бах-бах. — Эй!.. — Хан дуется, как ребёнок, пока всё смеются громко, наблюдая, как Дэхи уводит Сухо и толпа потихоньку рассасывается. Джисон все продолжает возмущаться, даже напрашивается устроить спарринг с Чаном, на что тот со смехом отказывается, предлагая в напарники Минхо. Тут уже отказывается Джисон. — Ты в порядке, любовь моя? — тихо спрашивает Феликс, прижимаясь виском к плечу старшего и с улыбкой наблюдая за друзьями — сильно болит? — Нет, когда ты рядом. — Хорошо, ведь я не собираюсь никуда уходить.