{Ну я хз вообще, вот вам красивые рамочки.}

Дед, [28.03.2025 18:53] {†Часть VIII†} {†Агат и Люциан†} †Агат спокойно занимался своими делами. То наведет порядок в комнате, то приготовит что-то на ужин, то вдруг подкатит к Марфеусу, как всегда. Кхаргоз, как и всегда, лежал в своём уголке, лениво потягиваясь, пока на нем устроился Эмеральдис, уснувший с умиротворенной мордочкой. Когда Люциан вошел в комнату, он ожидал увидеть Агата, но его взгляд сразу остановился на картине, которая висела на стене. Та самая, которую Агат с горечью нарисовал много лет назад — ангел, вонзающий меч в грудь дракона. Чёрные, как смола, чешуйчатые крылья дракона распахнуты в последний момент, когда дракон ещё успевает почувствовать боль. Меч пронзает его сердце, и кровь заливает землю, придавая сцене ещё больше трагизма. Люциан глубоко вздохнул, отряхнул пальцы от несуществующей пыли и пошел дальше, не произнесши ни слова. Он понимал, что Агат хранит эти воспоминания, и не хотел навязывать разговор о прошлом. На кухне Агат стоял у плиты, готовя обед. Когда Люциан вошел, тот не поднял головы, лишь слегка нахмурился, как будто знал, что разговор не будет лёгким. Агат, нам обоим очень не нравится это место, но сегодня нам придется наведаться в Альтарис, - сказал Люциан, сдерживая настойчивость в голосе. Агат замедлил движения, поворачивая голову. Его лицо стало серьезным, и он невольно содрогнулся. Вспоминать Альтарис было всегда тяжело.† ~Ты не про павшую Ангельскую столицу, правда? - спросил он с едва скрываемым беспокойством. Я именно про неё. Агат. Агат прикусил губу и на мгновение закрыл глаза. Он знал, что если Люциан говорит «придется», значит, не избежать этого. Он молчал, лишь кивнув в ответ. Ладно. Через полчаса я приду, - сказал Агат с горечью в голосе, будто знал, что это не будет легким путешествием. Хорошо, буду ждать тебя в саду Альтариса, - ответил Люциан, и, не дождавшись ответа, тихо вышел. Через некоторое время Щелчок, и они оказываются в Альтарисе. Падшая столица Ангелов была всего лишь тенью того величия, что она представляла прежде. Руины домов, искорёженные конструкции, разрушенные храмовые стены — все это создавало ужасную атмосферу пустоты и боли. В воздухе всё еще витал запах крови, а в каждой частице этого места чувствовалась невыносимая тяжесть. Агат, стиснув зубы, шел рядом с Люцианом, его взгляд был опустошён. Помнишь, как ты убивал тех, кто тут жил? - спросил Люциан, не оборачиваясь, его голос был тихим, но резким, как лезвие ножа. Агат чуть замедлил шаг, его рука сжалась в кулак. Сердце сжалось от воспоминаний, но он не мог позволить себе показаться слабым. ~Конечно помню, - сказал он, сдерживая эмоции, стиснув зубы, будто пытаясь заглушить воспоминания. Его голос звучал холодно, но в нем была явная боль, которую он старался скрыть. Агат замер на мгновение, его лицо исказилось от боли, и в его глазах пробежала тень тоски. Он замолчал, и на мгновение в тишине можно было услышать, как его дыхание становится тяжелее. Люциан, не ожидая ответа, пошел вперед, его тень бесшумно двигалась по руинам. Агат подошел к развалинам одного из храмов, его взгляд был устремлен в никуда. В его памяти всё еще звучали те крики, те битвы. И хотя прошло много лет, он все равно чувствовал себя виновным перед каждым из тех, кого он убил. ~ Но прошу вспомнить, ты сражался со мной, и со мной убивал своих собратьев, Люциан, — произнес Агат, его голос прозвучал почти как вызов, но в нем была тяжесть неизгладимых воспоминаний. Люциан резко вздрогнул, его тело едва заметно напряжилось. В его глазах мелькнула тень воспоминаний, и лицо на мгновение исказилось. Он помнил тот день... Как они стояли друг против друга, как кровь его братьев проливалась на землю. Как он сражался, как никто не оставался живым, даже те, кого он считал друзьями. Агат... Агат был тем, кто разделял эту бойню, а теперь вот стоял перед ним, напоминая о том, что не отпускает его даже после стольких лет. Люциан не мог скрыть своего внутреннего волнения. Его рука непроизвольно сжалась в кулак. Он старался держаться, но воспоминания мучили его. Дед, [28.03.2025 18:53] Ты знаешь, что я делал это не по собственной воле, — сказал он с трудом, его голос прозвучал неуверенно, как будто он сам не был до конца убежден в этих словах. — Но не забывай... я тоже был частью этой войны. Агат молчал. Его глаза были холодными, как лезвие. Он знал, что Люциан сражался, как и он сам, но это не уменьшало той боли, которую они оба оставили за собой. ~Если-быты не хотел мести, ты-бы не убивал их, Люциан. Я лишь следовал контракту который мы заключили. *Люциан молчал.. Он был.. в ярости? нет.. Сейчас даже Агат не знал что чувствует Люциан* ~Забавно, И ведь контракт с тобой, был 2-ым, и последним в моей жизни.. хах. *И вот, на Люциана наплыли воспоминания..* †400 лет назад, в ту ночь, когда Люциан ещё не знал, как пережить утрату, он продолжал выполнять свою работу. Он сражался, как всегда, в холодной и безжалостной тени войны. Но сегодня всё было по-другому. Подходя к нему, словно тень из прошлого, появился нынешний правитель Альтариса, Аркериус Нирон. Его шаги были тихи, как шорох листьев, но слова звучали тяжело, как приговор. -Люциан, — сказал он тихо, его взгляд был сочувствующий, но одновременно холодный, как само предначертанное. — Я соболезную твоей утрате, но в последней битве твоя мать и отец погибли. Советую обратиться к Эриссу, он не откажет тебе. Люциан стиснул зубы. Боль пронзила его сердце, но он не мог показать это. В его мире не было места слезам, особенно для тех, кто погиб в бою. Он знал, что его родители никогда не простили бы его слабости, не вынеси он потока боли, затопившего его душу. С этим знанием он молча кивнул и ушёл, оставив Аркериуса стоять в тени. По пути домой Люциан чувствовал, как его грудь сдавливает тяжесть. Но не успел он дойти до двери, как он встретил взгляд своего старшего брата, Эриссана. Он знал, что тот всё понял. Дверь открылась, и в доме раздался тёплый, ободряющий голос. -Братишка, — Эриссан встретил Люциана с такой теплотой, как если бы тот только что вернулся с поля сражения, а не из мира горя. — Мне правда жаль, что так вышло... *Люциан не смог сдержать себя. Он просто подошёл, обнял брата и замер на мгновение. Эриссан был его опорой, даже когда мир рушился вокруг. Это было больше, чем просто утешение — это было ощущение дома, безопасности, того, что его не оставят одного в этом ужасном мире. Взгляд Эриссана был полон заботы, но и в нём чувствовалась скрытая сила — сила того, кто уже пережил многое и готов был дать свою поддержку младшему брату. Ты не один, Люциан, — прошептал Эриссан, его рука мягко погладила волосы младшего брата. — Я буду рядом. Ты не один в этом мире боли. Люциан, сдерживая слёзы, почувствовал, как его сердце успокаивается. На миг он забыл обо всём, о тяжести утраты, о мире, в котором ему предстояло жить. В этот момент, в объятиях своего брата, он почувствовал, что, возможно, у него есть шанс вновь стать целым человеком, несмотря на все ужасы, через которые ему пришлось пройти* †Из воспоминаний Люциана выдернул Агат, резко толкнув его плечом. Люциан чуть не потерял равновесие, но вовремя остановился, усмехнувшись сдержанно, чтобы скрыть раздражение.† ~ И таки зачем ты меня сюда притащил? — Агат скривил губы, глядя на Люциана с явным недовольством. — Поиграть мне на чувствах и всё? Люциан повернулся к нему, его лицо оставалось серьёзным, но в глазах мелькнуло что-то тёмное, почти язвительное. Он был не в настроении для долгих разговоров. Угадал. — Его голос был холодным, почти без эмоций, как если бы это было для него обычным делом. Он обернулся и, не дождавшись ответа, пошёл дальше, не обращая внимания на Агата. Агат же оставался стоять на месте, не в силах скрыть свой гнев, но сдерживаясь. Он знал, что Люциан мог бы быть другим, что он прячет в себе гораздо больше, чем показывает. Но в этот момент Агат не был готов к новым играм в тени, к тем манипуляциям, что Люциан мог бы изобрести. Они вернулись в замок, продолжая заниматься своими делами, как будто ничего не произошло. Но напряжение между ними оставалось, как невидимая стена, которая рано или поздно разрушит всё на своём пути.