Возрождение для тебя

***

Комната была тихой, как могила, только ветер, врывавшийся через открытое окно, шелестел шторами, словно шептал что-то на забытом языке. Чимин сидел на краю кровати, его пальцы впивались в край матраса, как когти зверя, загнанного в угол. Сердце билось так громко, что он почти не слышал собственных мыслей. Где он? Почему он здесь? Тэхен его похител? Дверь открылась с тихим скрипом, и Альфа вошёл, его тень растянулась по полу, как тёмное предзнаменование. Чимин вскочил на ноги, его тело напряглось, готовое к борьбе. — Чимин, давай поговорим. — голос Тэхена был мягким, но в нём сквозила стальная решимость. — Я не хочу с тобой говорить! — выкрикнул Чимин, его голос дрожал от ярости и страха. — Верни меня домой! — Твой дом тут. — Тэхен сделал шаг вперёд. его глаза горели, как угли в печи. Чимин отступил, пока его спина не упёрлась в стену. Он чувствовал, как его дыхание сбивается, как будто воздух вокруг стал густым, тяжёлым. — Почему ты не хочешь слушать меня? — Тэхен крикнул, его голос сорвался, и в нём прозвучала боль, которую он так долго скрывал. — Я ненавижу тебя, Тэхен! — вырвалось у Чимина, и эти слова, как нож, пронзили тишину. Тэхен замер. Его лицо стало каменным, но в глазах мелькнула тень чего-то, что Чимин не смог прочитать. Альфа отпустил, повернулся и вышел, захлопнув дверь с таким грохотом, что стены задрожали. — Ненавидь, но отсюда ты не уйдёшь, — его голос прозвучал из-за двери, холодный и безжалостный, как зимний ветер. Чимин остался один. Его ноги подкосились, и он опустился на пол, слёзы текли по его щекам, как реки, размывая границы между реальностью и кошмаром. Он обнял себя, пытаясь удержать осколки своей души, которые, казалось, вот-вот разлетятся на тысячи частей. Ветер снова зашелестел шторами, и Чимин почувствовал, как холод проникает в его кожу, в его сердце. Он был пленником не только этой комнаты, но и своих собственных эмоций, которые, как цепи, сковывали его разум. Воспоминания о доме, о Чонгуке, о тепле, которое он потерял, сжимали сердце омеги стальными тисками. Он упал на колени, прижав ладони к лицу. "Я не хочу этого…" понеслось в голове у Пака. Но тело помнило. Помнило прикосновения Тэхена, его запах, его голос, который когда-то звучал для него как спасение, но теперь он резал, как нож. И где-то в глубине души, в самом тёмном уголке, он знал, что это только начало.

***

Тэхен сидел на диване, его пальцы нервно сжимали край подушки, словно он пытался удержать в руках то, что давно ускользало. Юнги молча наблюдал за ним, его взгляд был полон понимания, но и тревоги. — Тэхен, — начал он осторожно, — ты уверен, что хочешь заставить его слушать? Может, ему просто нужно время. — Время? — Тэхен резко встал, его голос дрожал от накопившейся боли. — Четыре года, Юн. Четыре года я жил с этой пустотой внутри. Я даже не знаю причины, почему он бросил меня, почему ушёл, ни сказав ничего. Но он… он смотрит на меня, как на чудовище, а я даже не знаю причины этого. Поэтому я держу его тут, я хочу чтобы мы поговори, но он не слушает меня, просто не хочет. Юнги вздохнул, его глаза опустились. — Ты же знаешь, что насилие — не выход. Ты держишь его в заточении, как будто он вещь. Он не вещь, Тэхен. Он человек. Тэхен замер, его дыхание стало прерывистым. — Я не хочу причинять ему боль, — прошептал он, словно признаваясь в чём-то ужасном. — Я просто хочу понять....понять, почему он оставил меня, почему бросил одного. В комнате Чимина было тихо, только шелест страниц книги нарушал тишину. Он сидел на кровати, его пальцы скользили по обложке, но мысли были далеко. Взгляд его был устремлён в окно, где за балконом простирался мир, который он больше не мог назвать своим. — где ты, Кай? — прошептал он, его голос был едва слышен. — Почему ты оставил меня здесь? Его рука сжала страницу, бумага смялась под пальцами. В его глазах мелькнула тень отчаяния, но затем — искра решимости. Он не мог сдаваться. Не сейчас. Тэхен стоял у двери, его рука дрожала на ручке. Он знал, что за этой дверью — человек, который когда-то был его всем. Но сейчас между ними была стена, которую Тэхен не понимал, он не понимал, почему Чимин его оставил, почему убежал, ни сказав ничего, а сейчас альфе ещё больнее, ведь Чимин младший сын клана "Якудзы" и Тэхен должен был его похитить, что он и сделал, но также, Ким должен был расправиться с ним, ведь японский клан предал клан "Ореон" и навредил отцу Тэхена. Думая об этом, альфу разрывало на тысячу мелких осколков, ведь он очень любит Чимина. — Чимин...— прошептал он, его голос был полон мольбы. — Пожалуйста… дай мне шанс, пожалуйста...выслушай меня. За дверью — тишина. Но Тэхен знал, что где-то там, за этой стеной, билось сердце, которое он когда-то называл своим. Тэхен опустил голову, прислоняясь лбом к холодной двери. Сердце болезненно сжалось от отчаяния. Он слышал тишину за дверью, но в ней не было покоя. В ней был крик, такой же беззвучный и мучительный, как его собственный. Он причинил каким-то непонятным образом для тэхена боль, невыносимую боль тому, кого клялся оберегать. И как теперь исправить то, что сломано? Как вернуть доверие? Чимин застыл, прислушиваясь к приглушенному шепоту за дверью. Имя, сорвавшееся с губ Тэхена, эхом отозвалось в его душе, пробуждая воспоминания – яркие, болезненные, словно осколки разбитого зеркала. Он помнил любовь, помнил нежность, но теперь все это было отравлено страхом и недоверием. Как можно простить того, кто изменил, того, кто лишил его свободы? Как можно поверить в искренность, когда сердце пропитано горечью? Тэхен медленно опустился на пол, привалившись спиной к двери. Он чувствовал себя потерянным и сломленным. Он был готов на все, лишь бы вернуть Чимина, но понимал, что сила – не выход. Любовь не терпит насилия, она нуждается в доверии и свободе. И если он действительно любит Чимина, он должен отпустить его, дать ему возможность выбора. Даже если этот выбор будет не в его пользу. Внутри комнаты Чимин стиснул зубы, сдерживая слезы. Он знал, что должен что-то сказать, что-то сделать. Но слова застревали в горле, а ноги будто приросли к полу. Он боялся. Боялся снова поверить, снова открыться, снова испытать ту боль, которая чуть не сломала его. Но в то же время он чувствовал смутное влечение, слабую надежду на то, что за этой дверью все еще есть шанс на счастье. Он поднялся, дрожащими руками потянулся к ручке двери. Его сердце бешено колотилось в груди, готовое вырваться наружу. Он не знал, что ждет его за этой дверью, но он был готов рискнуть. Готов попробовать еще раз. Потому что даже в самой темной ночи всегда есть надежда на рассвет. Дверь медленно отворилась, пропуская узкую полоску света в полумрак комнаты. Чимин стоял в дверном проеме, хрупкий и беззащитный, как птица, попавшая в силки. Его глаза, полные боли и смятения, встретились с отчаянным взглядом Тэхена. В этом взгляде он увидел не только раскаяние, но и безграничную любовь, ту самую, за которую он когда-то отдал свое сердце. Тэхен поднялся на ноги, но не двинулся с места, боясь одним неверным шагом разрушить хрупкое перемирие. Он видел в глазах Чимина борьбу, отчаянное желание поверить и страх снова обжечься. Он знал, что заслужил это недоверие, что своими руками создал эту пропасть между ними. Но он был готов бороться, готов доказать, что его любовь сильнее его ошибок. -Пожалуйста, выслушай меня. – прошептал Тэхен, и в его голосе звучала такая искренняя боль, что Чимин невольно вздрогнул. Он видел, как страдает Тэхен, как разрывается его сердце от осознания содеянного. И в этот момент он понял, что не сможет отвернуться, не сможет оставить его в этом отчаянии. Сделав неуверенный шаг вперед, Чимин приблизился к Тэхену. Он коснулся его щеки дрожащими пальцами, чувствуя, как под кожей бьется его пульс. В его прикосновении не было ни обвинения, ни упрека, только тихая надежда на исцеление. Омега ничего не говорил, лишь слезы потекли по его щекам. Тэхен обнял Чимина, прижал его к себе так крепко, словно боялся потерять навсегда. - прости меня. – ответил он, целуя его волосы. Запах Чимина, такой родной и успокаивающий, заполнил легкие Тэхена. Он вдыхал его жадно, словно пытаясь навсегда запечатлеть этот момент в своей памяти. Он чувствовал, как дрожит все тело Чимина, как с каждым всхлипом вздрагивают его плечи. Тэхен понимал, что одной лишь фразы "прости" недостаточно, чтобы залечить все раны, которые он нанес. Но это было все, что он мог предложить сейчас – искреннее, выстраданное "прости", пропитанное болью и раскаянием. Чимин молчал, уткнувшись лицом в плечо Тэхена. Слезы продолжали течь, орошая ткань его рубашки. В этом молчании было больше слов, чем в любой самой красноречивой речи. Это было молчание боли, прощения и надежды. Надежды на то, что они смогут все исправить, что их любовь окажется сильнее, чем все испытания, выпавшие на их долю. Тэхен осторожно отстранился, заглянул в заплаканные глаза Чимина. Он видел в них отражение своей собственной боли, своей вины. Он нежно вытер слезы с его щек, коснулся губами его лба. - Я буду любить тебя до конца своих дней, – прошептал он, – и сделаю все, чтобы ты снова поверил мне. Тэхен посмотрел в глаза Чимина и резко впился в губы омеги, не медля, Чимин ответил на поцелуй Тэхена и обхватил руками его шею. Тэхен подхватил Чимина на руки и не отрываясь от его губ, понёс его на кровать. Пак прижался к Тэхену, к своему родному телу, к родному запаху. Ким повалил чимина на кровать и нехотя оторвавшись от губ омеги, посмотрел ему в глаза. Тэхен хотел что-то сказать, но Чимин его перебил. -нет, ничего не говори.- После этих слов, Чимин впился жадно в губы тэхена, на что альфа стал раздевать омегу. Тэхен чувствовал, как его сердце колотится в груди, будто дикий зверь, рвущийся на свободу. Его пальцы дрожали, когда он скользил по шелковистой коже Чимина, срывая с него одежду, словно ненужные оковы. Каждый вздох омеги, каждый стон, вырывавшийся из его губ, прожигал Тэхена насквозь, оставляя на его душе неизгладимые следы. Чимин лишь глубже впился пальцами в его плечи, отвечая на поцелуй с такой же ненасытностью, с какой утопающий хватается за воздух. Его тело горело, каждый нерв будто искрился под прикосновениями Тэхена, и он уже не мог вспомнить, как дышал до этого, как жил без его рук, без его губ, без этого всепоглощающего чувства, которое сжигало разум дотла. — Я не хочу слов, — выдохнул Чимин, отрываясь на мгновение, чтобы встретиться с ним взглядом. В его глазах плескалась буря — страх, желание, все сразу. — Просто… не останавливайся. Тэхен не стал заставлять его просить дважды. Его ладони скользнули вниз, обжигая кожу Чимина, оставляя за собой следы из мурашек и дрожи. Он чувствовал, как омега выгибается под ним, как его тело трепещет, и в этот момент Тэхен понял: он готов был разрушить весь мир, лишь бы это никогда не заканчивалось. — Я тебя не отпущу, — прошептал он, целуя его шею, чувствуя, как под губами пульсирует жилка. — Никогда. Комната была наполнена тишиной, прерываемой лишь прерывистым дыханием Чимина. Его тело, покрытое следами страсти, дрожало под прикосновениями Тэхена. Каждый поцелуй, каждый укус оставлял после себя не только физический след, но и глубокий отпечаток в душе. Альфа, словно художник, рисовал на холсте омеги свою любовь, свою преданность, свою боль. Чимин, сжавшись, чувствовал, как воспоминания нахлынули на него, словно волны. Он вспомнил их первый поцелуй — нежный, робкий, полный страха и надежды. Вспомнил, как Тэхен обнимал его, когда мир вокруг рушился, как шептал слова, которые стали для него священными. И теперь, когда их тела сливались воедино, эти воспоминания стали еще острее, еще болезненнее. Тэхен остановился, почувствовав, как слезы катятся по щекам омеги. Он поднял голову, его темные глаза встретились с влажным взглядом Чимина. — Больно? — произнес он шепотом, в котором смешались забота и страх. Чимин покачал головой, его губы дрожали. — Не больно, — прошептал он, его пальцы мягко коснулись щеки Тэхена. — Просто… я чувствую всё. Всю боль, всю любовь. Их лбы соприкоснулись, дыхание смешалось. — Я здесь, — прошептал Тэхен, его голос был как обещание, как молитва. — Я всегда буду здесь. Чимин закрыл глаза, чувствуя, как тепло альфы обволакивает его. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого он притянул Тэхена ближе, чувствуя, как их сердца бьются в унисон. — Я люблю тебя, — выдохнул Чимин, его голос дрожал. — Я тоже, — ответил Тэхен, его губы снова нашли губы омеги, мягко, но страстно. Соленые капли слез продолжали свой путь по щекам Чимина, смешиваясь с влагой от поцелуев Тэхена. Каждый вздох был наполнен тоской, но в то же время и благодарностью. Благодарностью за то, что Тэхен был рядом, что принимал его со всеми шрамами прошлого, со всей той болью, которая, казалось, никогда не отпустит. Тэхен целовал его нежно, словно боялся разбить хрупкую оболочку, в которой Чимин прятал свою израненную душу. Он чувствовал каждую дрожь, каждый вздох, каждое биение сердца омеги. И в ответ дарил свою любовь, свою заботу, свою непоколебимую верность. Он знал, что не сможет стереть прошлое, но он поклялся создать будущее, в котором Чимин будет счастлив. Тэхен опустился на колени, его дыхание стало прерывистым, а сердце билось так громко, что, казалось, эхо разносилось по всей комнате. Его глаза встретились с взглядом Чимина, и в них читалась смесь желания и тревоги. Он не хотел причинить боль, не хотел нарушить хрупкую границу. -Можно? — прошептал Тэхен, его голос был хриплым и тихим. Чимин кивнул, едва заметно, но этого было достаточно. Тэхен почувствовал, как его пальцы слегка дрожат, когда он коснулся кожи омеги. Она была горячей, почти обжигающей, и он замер на мгновение, наслаждаясь этим ощущением. Его губы медленно сомкнулись вокруг члена Чимина, и он почувствовал, как тот вздрогнул. Тэхен начал медленно, осторожно, словно боясь разбить хрустальную вазу. Но с каждым движением его уверенность росла. Он чувствовал, как Чимин напрягается, как его дыхание становится глубже, и это только подстегивало его. Его язык скользил по чувствительной коже, а губы сжимались сильнее, ускоряя ритм. Чимин закинул голову назад, его пальцы вцепились в простыни, сжимая их так сильно, что костяшки побелели. - Тэхен…ахх... — его голос был хриплым, почти молящим. От каждого прикосновения и стимуляции, омега вскрикивал и стонал. Тэхен поднял глаза, встретив взгляд Чимина, и в этот момент между ними пробежала искра, которая зажгла пламя, давно тлевшее в их сердцах. Он не мог остановиться, не хотел. Каждое движение, каждый звук, который издавал Чимин, только усиливал его желание. "Я здесь," — читалось в глазах Тэхена, они были полны обещания. Он хотел дать Чимину все, что тот заслуживал, хотел, чтобы он почувствовал, как сильно его любят, как сильно о нем заботятся. Руки Альфы скользили по ногам Чимина. Тэхен целовал внутреннюю часть бедра, а Чимин только выгибался от наслаждения. Тэхен прижал пальцы к проходу омеги и тот протяжно простонал. Альфа раздвинул ноги Пака и заметил, что омега уже течёт от прикол новенрй Альфы. -твое тело реагирует на мои прикосновения..так хорошо. - произнес почти шёпотом, но в голосе было слышно боль. Не став ждать, Тэхен просунул в омегу один палец, от чего Пак в крикнул, ведь Альфа попал прямо попростате парня. -аахх...хорошо,так хорошо...-Чимин извивался на кровати как змея, от чего, Тэхён засунул ещё два пальца, на что омега громко крикнул от наслаждения. Альфа рыкнул и укусил омегу за внутреннее бедро, оставляя багровый след. Ким ускорил стимуляции, от чего Чимин стал хныкать и просить больше. -больше,..ахх...прошу тебя...-омега уже хотел большего, хотел чувствовать Тэхена в себе, чувствовать его тело внутри себя, но альфа тянул, ведь боялся причинить боль Паку. Ким еле как сдерживался, но как только почувствовал, что Чимин выпустил феромоны, то альфа не сдержался, и сняв с себя одежду, резво вошёл в омегу, на что тот громко крикнул. Комната была наполнена густыми, сладкими феромонами, смешанными с потом и страстью. Чимин задыхался, его пальцы впивались в простыни, белые от напряжения, а губы дрожали, выпуская прерывистые мольбы. — Тэхен… п-пожалуйста…— его голос сорвался в высокий стон, когда альфа снова вошёл в него с такой силой, что мир поплыл перед глазами. Тэхен не мог остановиться — каждый звук, каждый вздох омеги сводили его с ума. Он чувствовал, как горячее тело Чимина сжимается вокруг него, будто умоляя не останавливаться, и это доводило его до исступления. — Ты так прекрасен…— прошептал он, прижимаясь губами к влажной шее Чимина, вдыхая его аромат, как наркотик. Чимин выгнулся, чувствуя, как волны удовольствия накрывают его снова и снова. Его мысли путались, оставалось только ощущать — жар ладоней Тэхена на его бёдрах, грубые толчки, заставляющие его терять дар речи, и эту всепоглощающую потребность быть ближе, ещё ближе… — Я… я не выдержу…— всхлипнул он, и Тэхен прикусил его плечо, заглушая собственный рёв. Их миры сузились до этого момента — до стонов, до дрожи, до безумного ритма, который сводил их обоих с ума. Ничто больше не имело значения. Их тела двигались в унисон, словно в медленном танце, где каждое прикосновение было наполнено глубоким смыслом. Тэхен почувствовал, как Чимин напрягся под ним, готовый сорваться в пропасть наслаждения. Он замер на мгновение, давая ему время, чтобы настигнуть эту вершину, чтобы их души соединились в едином экстазе. Он видел в глазах Чимина отражение собственного желания, собственной потери контроля. И это было прекрасно. Когда Чимин, наконец, закричал, его тело содрогнулось в конвульсиях, Тэхен поддался и выпустил свой собственный рёв. Он почувствовал, как его семя извергается в Чимина, наполняя его не только физически, но и чем-то гораздо большим — своей любовью, своей страстью, своей преданностью. Они лежали, тяжело дыша, переплетясь руками и ногами. Сердца бились в унисон, а в воздухе все еще витали остатки феромонов, свидетельство их близости. Тэхен притянул Чимина к себе, целуя его в лоб, в щеки, в губы. Он хотел запечатлеть каждый момент, каждую секунду, когда они были вместе, когда они были единым целым. — Я люблю тебя, — прошептал он, и Чимин прижался к нему еще ближе, словно боясь, что он исчезнет. — я тоже люблю тебя — ответил Чимин. В этот момент мир перестал существовать, остались только они двое, потерянные в своей любви, в своей ненависти, в своем безумии.