ты вовремя

солнце поднималось рано, освещая просторную квартиру сквозь шторы. лучи падали на узорчатое одеяло, под которым притаилось тело/ была тишина. и лишь стук часов и сердца нарушал её. мысли в голове Николая предательски путались. и хоть он являлся бывшим царским агентом, вроде должен уметь приходить в себя и трезво мыслить, но кажется, наедине с собой у него ни разу не получалось этого сделать. рядом был нужен кто-то особенный, тот, кто уже научился ладить с этим состоянием мужчины и помогать не утонуть в мыслях с концами. — Па где си.. — выдохнул Гарин, жмуря красные глаза. нет, он не позволял давать себе волю слезам. красными они были от усталости, и, кажется, уже четвёртых суток без сна. мужчина буквально потихоньку убивал себя. он совсем не выходил на улицу, не спал, не ел. и всё это из-за того, что его не было рядом. он не прижимался крепко к груди во время сна; не завтракал на кухне утром и не звал прогуляться по ночному городу, чтобы подышать свежим воздухом. и в тот самый момент, когда Николай успел в конец отчаяться и закрыть глаза, желая хоть раз за долгое время провалиться в сон, забыться хоть на какое-то время и не думать о глупом юноше, который настолько сильно врезался в сердце, что ни на секунду не выходил из головы, в дверь постучались. но кровать не скрипнула. никто не встал и не пошел открывать дверь, ведь она итак не была заперта. послышался звук в прихожей. какой-то грохот и тихая ругань, а через секунду дверь в спальню мужчины отворилась. на пороге появился Артем. тот самый юноша, который Николаю нужен был как воздух. он стоял с растрепаными волосами и пытался отдышаться, словно долго бежал. — Ты вовремя, — хрип мужчины показался слишком громким в этот момент даже для него самого. Николай, кажется, вот-вот и засияет от счастья. ему хотелось как можно быстрее встать с постели, сгребсти Светлова в объятия и провести так целую вечность. но он смог выдавить только слабую. но такую искреннюю улыбку, что в груди у Артёма что-то защемило. юноша сам приблизился к нему, сел рядом на кровать и взял руку мужчины в свою. — Тебе плохо? — тихо спросил Светлов, видя огромные синяки под глазами Николая. — Когда ты последний раз спал? — Что ты, я в порядке, — поспешил успокоить парня Гарин и в доказательство сжал его ладонь в своей сильнее. — Но мне так не хватало тебя, Тёма, ты бы знал как. и ведь Артём знал. его тоже ломало. приходилось сжимать до боли руки за спиной, чтобы хоть на мгновение забыть про Гарина и сосредоточиться на работе. спать по ночам нормально парень не мог, ведь стоило только закрыть глаза его лицо будто на веках показывалось. в каждом сне был не, его хитроватая улыбка, раны на лице, что не успели ещё затянуться, и его собственный, Артёма, след от удара, от того, что был на вокзале. — Знаешь, Коль.. — улыбнулся вдруг Светлов, смотря на мужчину с какой-то невероятной нежностью во взгляде. — Ты мне снился, пока я там был. И я каждый день молил, чтобы мы скорее увиделись с тобой. И вот я тут. И ты тут. Настоящий, уже не во сне. во время этого небольшого монолога Гарин смотрел на юношу, совсем не отводя взгляда. он не мог вспомнить как пропустил тот момент, когда Артём из потерянного парня, что рвался каждый раз в драку, стал тем, кто говорит какие-то душевные речи. а уж кому.. самому Николаю, которого он на дух не переносил. — Николай Тимофеич, — шепнул вдргу Светлов, опускаясь к лицу мужчины. — А вы чего задумались? — Не поясничай, — улыбнулся Гарин и поддался вперёд, касаясь пухлых юношеских губ своими. этот поцелуй, хоть и короткий, показался для них двоих настолько желанным и сладким, каким даже мёд приторный не бывает. за то время, когда они были далеко друг от друга, без касаний было очень сложно, но теперь.. теперь, наверное, они друг от друга и на шаг отходить будут не в силах.