пять кошмаров // five nightmares

1

— Младший, держи нож крепче! — женский голос звучал в его голове, словно холодный шепот из бездны. Нил опустил глаза и увидел в своих руках нож — холодный и острый. Откуда он там? Он не знал. Или не мог помнить. Подняв взгляд, он встретился с тёмной фигурой — Лолой. Чёртова Лола стояла прямо перед ним, её глаза горели безумной яростью. Он снова посмотрел вниз и заметил ужасную деталь: его тело было тонким и иссохшим, почти прозрачным, словно тень собственной сущности. Едва он попытался собраться с мыслями, как чья-то ледяная рука схватила его за плечо и начала трясти, пробуждая в нем волны паники и страха.

***

Нил открыл глаза. Перед ним склонилось встревоженное лицо Ники. Оглядевшись, он заметил вокруг себя лисов, внимательно и с беспокойством смотрящих на него. — Нил, — мягко позвала Ники, стараясь привлечь его внимание. — Ты в порядке?

Он растерянно посмотрел на них. — Вроде бы... — хрипло ответил Нил, сам не до конца веря в собственные слова. Ники нахмурился, явно сомневаясь в его ответе. Нил вновь огляделся, и в памяти начали всплывать обрывки воспоминаний. Они с лисами собрались смотреть фильмы. Эндрю тогда отказался, и... похоже, в какой-то момент Нил просто уснул. — Простите, — виновато пробормотал Нил. — Просто… кошмар приснился. — Мы можем как-то помочь? — спросила Дэн, сочувственно наклонившись ближе. — Позовите Эндрю, — коротко ответил Нил. Рене без слов поднялась и ушла за Миньярдом. Элисон, не говоря ни слова, протянула Нилу стакан воды. — Спасибо, — прошептал он, принимая его. Через пару минут Рене вернулась вместе с Эндрю. Миньярд, едва переступив порог, быстро окинул комнату взглядом и уверенно подошёл к Нилу. Присев перед ним на корточки, он посмотрел прямо в глаза. Только тогда Нил заметил — его собственные руки дрожали. — Наркоман, — спокойно произнёс Эндрю. Нил поднял голову и встретился взглядом с Эндрю. — Как ты? — спросил Миньярд, внимательно всматриваясь в его лицо. — Только не говори, что "в порядке". Этот ответ не принимается. — Бывало и хуже, — отозвался Джостен и поймав на себе недовольный взгляд. — Не идеально, но всё не так критично. Взгляд Эндрю немного смягчился. — Да или нет? — прозвучал уже ставший привычным вопрос. — Да, — ответил Нил, и в ту же секунду Эндрю переплёл их пальцы. — Ты сможешь остаться со мной? — почти шёпотом спросил Нил. — Если ты этого хочешь, — тихо ответил Миньярд. — А я хочу, — спокойно сказал Джостен. — Хорошо, — кивнул Эндрю и сел рядом с Нилом. Абрам заметил, что лисы снова включили фильм и продолжили смотреть, давая Эндрю и Нилу возможность побыть наедине. Тёплая, мягкая атмосфера помогла Нилу расслабиться и почувствовать себя комфортно, постепенно отпуская кошмар из памяти.

2

— Вперёд, младший, — прорезал тёмную тишину грубый мужской голос, холодный и безжалостный. Натаниэль вздрогнул, ощущая ледяной комок страха в груди. В руках он снова сжал нож — холодный и острый, как приговор. Он стоял в сыром, затхлом подвале Балтимора, где стены пропитались запахом гнили и страха. Перед ним — связанный мужчина, не старше тридцати, лицо и тело изранены кровавыми ранами, а глаза горели мучительной надеждой. В этих взглядах было всё: мольба, ожидание пощады, вера, что Веснински младший сделает правильный выбор — отпустит его, спасёт. Но выбора у Натаниэля нет. Либо он, либо его. И он знает это слишком хорошо. Резким, бесчувственным движением нож прорезает горло пленнику. Кровь бьёт фонтаном, заливая Натаниэля с ног до головы, холодная и липкая. Внутри всё скручивается от отвращения — не от крови, а от самого себя.

***

— Нил, просыпайся, — раздался голос Дэн. Нил резко открыл глаза и вскочил. Похоже, он уснул прямо на плече у Мэтта. Оглядевшись, он растерянно посмотрел на своих товарищей по команде. В голове начали проясняться обрывки воспоминаний: они с Мэттом и Дэн пошли в кафе пообедать… и, похоже, он задремал. — Всё в порядке? — с тревогой спросила Дэн. — А… Я… кошмар приснился, — тихо пробормотал Нил. Услышав это, Мэтт нахмурился и мягко приобнял друга за плечи. — Если хочешь, можем вернуться в общежитие, — предложил он. — Но… мы же ещё не поели, — возразил Нил. — Ничего страшного, поедим в общежитии, — сказала Дэн и начала собираться. Мэтт последовал её примеру. — Ладно… — тихо согласился Нил и начал собираться вместе с ними.

3

— Ну что, Натаниэль… Всё ещё сомневаешься, что я твой король? — голос Рико прозвучал ядовито-мягко, а на губах расползлась самодовольная, почти безумная улыбка. — Иди к чёрту, ублюдок, — прохрипел Натаниэль, с холодной яростью глядя на него. Его тело было растянуто на кровати, запястья и лодыжки туго перетянуты ремнями. Кожа под ними уже начала саднить. Улыбка на лице Рико погасла, сменившись тенью раздражения. Он шагнул ближе, и в его взгляде промелькнула угроза. — Разве так разговаривают со своим королём? — тихо, но зловеще произнёс он. — Похоже, тебя ещё не научили уважению. Тишина сгустилась, будто сама комната затаила дыхание. Натаниэль молчал, но в его глазах пылало неподчинение — единственное, что у него ещё не отняли. Рико приблизился и забрался на кровать, нависая над Веснински. — Отвали, — хрипло и грубо сказал Натаниэль. Морияма наклонился ближе к его лицу, и Натаниэль почувствовал холодные руки под своей одеждой.

***

— Джостен, не спи, — прозвучал грубый голос Ваймака, резко разбудив Нила. Он мгновенно вскинулся и огляделся вокруг. Он сидел на скамейке запасных, пока лисы тренировались. Абрам недавно повредил ногу, и ему запретили выходить на поле. — Эй, Нил, ты в порядке? — спросил Дэвид, заметив странное поведение нападающего. — Ага... — хрипло ответил Джостен, пытаясь прийти в себя после сна. Ваймака, видимо, не устроил такой ответ, но он лишь молча протянул Нилу бутылку с водой. — Спасибо, — так же хрипло произнёс Джостен. — Не думал сходить на сеанс к Бетси? — поинтересовался тренер, понимая, что Нилу приснился кошмар. Но Нил лишь молча покачал головой, а Ваймак устало вздохнул.

4

— Ты сам виноват, младший. Не стоило сбегать, — голос Натана звучал глухо, как приговор, отзываясь гулким эхом в голове. Натаниэль стоял посреди пустой, холодной комнаты. Воздух был пропитан тишиной и чем-то тревожно знакомым. Вокруг него — неподвижные тела его сокомандников. Восемь. Дэн, Кевин, Эндрю, Мэтт, Аарон, Элисон, Ники и Рене. Каждый из них лежал так, будто время остановилось в самый неожиданный момент. Их лица были искажены не болью, а чем-то хуже — разочарованием, утратой, страхом. Никаких звуков. Только гнетущая тишина, от которой сводило дыхание. Натаниэль чувствовал, как стены сужаются, и холод ползёт по спине. Он хотел закрыть глаза — но не мог. Потому что это было не просто видение. Это было напоминание. Цена. И всё, что он слышал — это собственное сердце, глухо стучащее в груди, и голос, который больше не отличался от его собственного.

***

Нил резко подскочил с кровати, тяжело дыша. Его сердце бешено колотилось в груди, а в голове ещё звучали отголоски сна. Он поспешно огляделся. Темно. Тишина. Он в их с Эндрю комнате, на своей кровати. Повернув голову, он заметил, что Эндрю тоже проснулся — его взгляд был настороженным и внимательным. — Что случилось? — спросил Миньярд, напряжённо вглядываясь в глаза Абраму. Джостен всматривался в лицо Эндрю, будто пытаясь убедиться, что это действительно он. Что он жив. Что всё это — не продолжение кошмара. — Да… или нет? — хрипло и сбивчиво спросил Нил. Услышав короткое, спокойное «да», он без колебаний бросился вперёд, обнимая Эндрю за шею, прижимаясь к нему всем телом. Словно только так он мог быть уверен, что спасся. Что всё позади. — Нил. — спокойной произнёс Миньярд, но в его голосе звучал едва уловимый упрёк. — Просто побудь со мной, — прошептал Нил, не разжимая объятий.

5

Снова Балтимор. Натаниэль сидит за обеденным столом вместе с отцом и матерью. Всё выглядит почти... нормально. Почти. На его тарелке лежит сочный, идеально поджаренный стейк, источающий аромат специй и дыма. Но лишь один взгляд на мясо вызывает у него подступающую тошноту. Он машинально отрезает небольшой кусок и медленно подносит его ко рту. Тело слушается плохо, но он всё же заставляет себя жевать. И тут что-то острое царапает нёбо. Резко остановившись, он достаёт изо рта инородный предмет... ноготь. Человеческий. Мир вокруг замирает, застынув в гулкой, липкой тишине. Натаниэль медленно опускает взгляд на тарелку — и замирает. Из-под стейка на него смотрит глаз. Настоящий. Мёртвый. Безжизненный. Он хочет закричать, но горло сдавлено страхом.

***

Нил резко вскакивает, тяжело дыша. Оглядевшись по сторонам, он замечает обеспокоенные взгляды товарищей по команде, устремлённые прямо на него. Всё внутри переворачивается — кажется, его вот-вот вырвет. Но прежде чем это происходит, Аарон молча протягивает ему небольшой пакет. — Нил, ты в порядке? — с беспокойством спрашивает Эбби, когда его вырвало. — Кажется, меня укачало, — глухо отвечает он, избегая взглядов. Это была ложь. Его никогда не укачивало. — Вот, держи мятную жвачку. Обычно помогает, — говорит Кевин и протягивает ему пластинку. — Спасибо, — хрипло отвечает Нил, принимая жвачку. Он замечает, что его руки дрожат. И судя по выражению лица Миньярда, тот тоже это заметил. Как только Нил возвращается на своё место, Эндрю, едва слышно, но твёрдо произносит: — Ты идёшь к Би. Минимум один сеанс. Это не обсуждается. Он смотрит Нилу прямо в глаза — спокойно, но без намёка на уступки. — Хорошо, — тихо соглашается Джостен, опуская взгляд.

1

Нил проснулся. Медленно открыл глаза, не сразу осознавая, где находится. Тёплый полумрак комнаты и приглушённый гул телевизора напомнили ему, что он уснул на диване в гостиной. Вчера вечером он смотрел матч с Кевином, но, видимо, не досмотрел — усталость взяла верх, и он незаметно для себя провалился в сон. Нил потянулся, зевнул и на мгновение просто замер. Что-то было иначе. Внутри не было тяжести, не было сдавленного дыхания, сдавленных криков или паники. Он действительно... выспался. И самое удивительное — ему ничего не приснилось. Ни голосов из прошлого, ни боли, ни бегства. Только тишина и сон, похожий на отдых, а не на сражение. Он провёл ладонью по лицу, будто проверяя, действительно ли это происходит, и на губах невольно появилась тень улыбки. Такое редкое ощущение — просто проснуться спокойно, без страха, без боли. Оно казалось почти незнакомым, но удивительно приятным. Тепло пледа, мягкость подушки, еле слышный шум — всё вокруг казалось каким-то добрым, почти домашним. Может, это просто случайность. А может — знак, что что-то внутри него начало меняться.