Холодное тепло. Сезон 1. Потерянная значимость

***

Глава 9.

~

Точка невозврата.

***

      — ..и не забудь про мазь, понял меня?! — строго сказал спортивный медик, размахивая кулаком перед собой.       Мощь его голоса заставляет колыхаться болотные занавески, прикрывающие несколько пустых коек, расположенных вдоль широкого медицинского кабинета. Первое время меня тошнило от этого оттенка, напоминающего гнусное прошлое: тухлые и старые больницы, пропахшие тошнотворной хлоркой.       Еще бы.. Приходилось таскаться из одной двери в другую, ради какой то драной справки.       Постепенно я начал привыкать к этой унылой ткани, так как частенько, под липовой причиной “болит голова”, приходил сюда поспать. Спасибо этому мужику, с которым удалось построить стабильные отношения, чтобы он, через раз, позволял просто отдохнуть, прикрывая меня от учебы.       Сам он, на вид за тридцать, хмуро и размашисто заполнял мою медицинскую книжку. Скрежет ручки о бумагу оборвался в бездействии, когда Врач снова посмотрел на меня, на этот раз выгнув бровь.       Чего он от меня хочет?       Черт! Забыл ответить на вопрос.       — Не забуду! — я неловко улыбнулся и глянул на стол, где лежала лечебная мазь — Не особо хочется подводить команду в следующем матче.       Сидя перед его столом и поджав ноги под квадратный стул, мне хватило мимолетного взгляда, чтобы увидеть длинные, подробные описания, расписанные по всей документации: количество моих травм, жалобы, лечение за все время обучения.       — Вообще не понимаю тебя Дио.. — Врач на секунду прервался и постучал пальцем по мед.книжке — Сколько раз я просил тебя зайти к массажисту?       Сжимаю кулаки на коленях..       — Эм.. Три?       — Восемь! — он швырнул в меня ручку.       Я запоздало дернулся, выставив руки. Она ощутимо ткнулась прямо грудь, упав куда то под стул.       — Почему на вас, малолеток, надо постоянно орать?! — Врач взял новую ручку из органайзера и продолжил писать — Носитесь как придурки пока связка не порвется, а потом кричите “Медик!”       — Ну-у.. Я же все таки сходил на массаж. Вот справка лежит. — кивком указываю на другую часть стола.       — Да. Конечно. Скажи-ка дату на справке.       — Хмм.. позавчера ходил..       — Вот именно! Идиот! —он ручкой указал на календарь, висящий на стене —Ты должен был сходить ЧЕТЫРЕ месяца назад!       Поджав губы от досады, я ощутил, как начинают гореть уши: мои попытки отмазаться от обязательств не увенчались успехом.       — Я начну ходить на постоянку. Пожалуйста, не выписывайте больничный. — в мольбе, я сложил ладони и чуть склонился.       — Тебе повезло. Если-б к массажисту не сходил, то вообще запретил бы играть.. Скажи мне вот что..       Видавший кучу глупых студентов Врач подозрительно прищурился и потянулся вверх, разминая напряженные пальцы.       — Чего это вдруг решил сходить? Думать научился?       — Да как то.. Со стороны наглядно объяснили.       — То есть на мои слова было наплевать, и в итоге послушал кого то случайного. Так получается?       С каждым своим аргументом он громко стучал ручкой по столу, отчего я непроизвольно сжался от серьезного взгляда. Мои глаза забегали по всему кабинету, лишь бы придумать ответ:       — Да не-е-е.. Это не случайный человек.       — Друзья? Команда? — Врач с непониманием склоняет голову.       Неа. Парни только и шутки шутят, типа, старею на глазах.       Я слегка посмеялся, надеясь развеять напряжение. Врач такого жеста не оценил, равнодушно кивнул, глядя куда то в сторону.       Немного подумав, он продолжил:       — Девушка что ли?       — ... — образ Макино резко всплыл перед моими глазами: — Нет. У меня нет девушки.       — Да не ври ты, господи. У тебя на лице все написано.       — Но это правда! Просто важный человек дал совет, и.. Ну.. короче говоря, прислушался.       — Тьфу ты.. Ясно. — буркнул себе под нос и оперся лбом на обе руки.       Закрыв глаза, он начал ровно и глубоко дышать, а в пальцах завертелась ручка, будто бесконечная иконка загрузки. Осталось смирно ждать окончательного вердикта, и лучше лишний раз не мешать - все таки этот человек отвечает за мое спортивное здоровье.       Теперь уже перебирая свои пальцы, я оглядел кабинет, в котором находились разного рода анатомические картины: детальный разрез глазного яблока, межпозвоночные диски, сравнение здоровых и воспаленных сухожилий.       И самая главная для меня картина - анатомия колена с переплетенными суставами и связками.       Почему то, именно слова Макино заставили задуматься о своей старой травме. Хотя и сам прекрасно понимал, что с этим нельзя шутить.       Да вот только..       Кроме простых больничных рецептов, куда входили витамины и здоровое питание, все эти четыре месяца я игнорировал массажиста, ссылаясь на лень и занятость.       А после Макино..       Мысли прервала ручка, шуршащая по бумаге. Серьезное, морщинистое лицо, будто перепроверяло все только что написанное. В этот раз, он сделал подпись в конце документа и с хлопком закрыл медицинскую карту:       — Еще раз пропустишь восстановительные процедуры, запрещу играть и тренироваться. Понял?       — Да! Спасибо вам, вот завт..       — Лучше скажи спасибо своей подружке. — перебил он — Ну, или кто там у тебя важная такая.       — А это тут причем?       — Да потому, что ты придурок, который не слушает меня! А девушку свою, видимо, слушаешь.. — Врач с раздражением откинулся на спинку кожаного стула — ..она положительно влияет на тебя.       — Да говорю же вам, нет никакой девушки!       — Все. Вали давай, пока я не передумал. — Врач махнул рукой, прогоняя меня.       Поджав губы, я выдохнул от безысходности. Но несмотря на его характер - он прав.       Спустя секунду, после прощального и уважительного поклона, я развернулся к выходу. Не успев открыть дверь, как со спины тут же донесся крик Врача:       — Слышь идиот!       — А? Чт.. — я развернулся..       ..и тут же получил в лоб брошенным тюбиком, тем самым, который я успешно забыл на столе.       Моргнув и ахнув от неожиданности громче, чем обычно, мой взгляд упал на грозный вид мужчины в белом халате. Своим молчанием он столько мне сказал..       И мне этого хватило.       Я еще раз поклонился, глубже, чем положено, не с первого раза поднял мазь из-за нарастающей неловкости, и свалил из кабинета настолько быстро, насколько возможно.       Хорошо, хоть не спросил как его зовут.       А то я опять забыл его имя..       Мда-а-а..       Тупая привычка..       

* * *

             С каждой минутой, с каждым шагом, стыд и вина за свою глупость постепенно отпускали голову. Коридоры, заполненные разномастными студентами, солнце бьющее в широкие боковые окна, и то, что я шел ровно, без боли в колене - все это поддерживало мое хорошее настроение.       Однако..       Тело не покидало навязчивое чувство, будто чего то не хватает. Пустота внутри заставляла тревожиться за будущее, а мысли спутываться.       Хочется теплоты в груди, огня в животе, ясности в уме..       Да.       Урчащий живот эхом пронесся по помещению. Я ожидал обращенных на меня взглядов от окружающих, ибо звук действительно казался громким. Но, наверное, всем было наплевать на проходящего мимо парня, у которого урчит живот.       Ну или мне так казалось на первый взгляд.       

. . .

      В этот будничный день, между утренней учебой, посещением врача и вечерней тренировкой, есть двухчасовое окно. Будет хорошей идеей перекусить, иначе сил не останется на..       Это.. Что?       Или лучше сказать.. кто?       На пути к кафетерию, думая только о еде, я увидел ее.       Между сдвижной дверью и квадратной башней из картона застыла Макино. Сопротивляясь давящему в плечо стеклу и пытаясь не уронить коробки с маркировкой “хрупкое”, она высчитывала каждый шаг до миллиметра. Очки сползли на кончик носа, а на лице застыла гримаса человека, пытающегося поделить бесконечность на ноль.       Без лишних мыслей, мои ноги сами понесли меня к ней. Картонная башня угрожающе скрипнула, когда я на автомате подхватил шаткую конструкцию, ощущая как прогибается упаковка:       — Давай помогу. — говорю я, и секунду спустя, выношу за дверь чуть больше телевизора коробку.       Она вздрогнула от неожиданности, почти что уронив хрупкий груз:       — Дио? Ты же.. — Макино, мгновенно посчитав что то у себя в уме, оглядела коридор — ..у тебя же сейчас тренировка.       — До нее еще два часа. — я придержал дверь, чтобы Макино свободно вынесла свою часть — Что это?       — Если не считать древние пробирки, это архивные наблюдения за паттернами сна. — Макино с облегчением выдохнула, вытерев пот со лба — Обычно ты не тратишь время на бесполезные дела. Тебе больше нечем заняться?       Внезапный вопрос попал прямо в точку и сильно задел меня за живое.       Раньше - да, это было бы правдой. С какой нибудь тупой шуткой или дешевым флиртом, нашел бы в этом деле что то полезное.       Благо сейчас все совсем иначе..       — Да нет. Кушать собирался. — безобидно пожимаю плечами — Но помочь тебе мне тоже не трудно.       Макино бросила на меня косой взгляд:       — Будь благодарен, что мы знакомы. Иначе я бы решила, что это дешевый подкат. — Макино достала из кармана потрепанные ключи. Замок лязгнул жестче обычного, звон щеколды разошелся по всему коридору — Обычно так и начинается: “Ой, девушка. Могу помочь.”       — В чем, собственно, проблема принять помощь? — я для удобства закатал рукава своей рубашки и взял средних размеров коробку — Куда идем?       Макино, перед тем как развернуться, несколько секунд напряженно смотрела на дверь:       — Тебе ли не знать.. — тихо, будто с обидой сказала она, после чего вернула ключи в карман — В таких случаях, количество предложений выпить кофе, по статистике, чаще обычного.       — Кофе?       — В другие дни, ко мне просто так не подходят. — Она тоже закатала рукава на своем белоснежном халате — Идем в кабинет.

. . .

             Наше молчание, по пути в кабинет, никогда не доставляло проблем. Я знал, что в ее голове круглосуточно высчитываются формулы, личные теории, всякая статистика и простое наблюдение за миром. Сама Макино, в свою очередь, никогда не пыталась заполнить пустоту бессмысленными словами: раздражающе лепетать что угодно, лишь бы не молчать. Мне повезло, что она это понимает.       Прекрасно понимает..       Спустя добротных пять минут, проходя мимо аппарата с горячими напитками и уловив горький запах кофе, мне вдруг стало интересно:       — Чем кофе вызывает проблему? — спросил я невзначай.       — Тем что.. — почти сразу, будто ждала, ответила Макино — ..спрашивают номер телефона, а через неделю хотят узнать, ношу ли я под одеждой что то кружевное.       Ее ровный тон напоминал роботизированный голос, читающий инструкцию, а я тем временем разглядывал пространство, которое постепенно становилось очень знакомым: это был путь в лабораторный кабинет, где она больше всего проводила время, и куда я сам частенько заходил.       Макино тяжело вздохнула, опустив разочарованный взгляд:       — Дело то в парнях, а не самом кофе..       — Хм.. И много таких?       — Достаточно. — она резко остановилась и глядя куда то в сторону, недовольным тоном высказала — Паттерн поведения совпадает с социальной ловушкой, которая привлекает недальновидных человеческих существ: “строгая холодная ученая, а в душе дикая кошечка..”       — Меня тоже злят подобные социальные ярлыки. — я остановился вместе с ней. — Таким иногда хочется вмазать, но понимаешь, что лучше не станет.       — Поэтому у меня выработался иммунитет к “добрым” мужчинам. — ответила она прямо мне в глаза, а после, коротко кивнула вперед — Почти пришли.       Через паузу я молча последовал за ней, рассуждая о ее словах.       Если абстрактно подумать: внешний образ Макино действительно вызывает интерес у тех, кто поддается на фантазии о “горячей ученой”. Правда, кроме как на внешность, парни обычно никуда и не смотрят.       Лишь бы затащить в постель - большего им не надо.

. . .

             Лаборатория была очередным привычным местом, как и медицинский кабинет: такое же просторное помещение, огромные окна, но вместо коек - длинные столы, менее едкий запах антисептика, и широкий стол преподавателя перед большой маркерной доской.       Здесь Макино чувствовала себя как дома: уверенно указывала, куда и что расставить - архивные бумаги на один край стола, а пробирки в отдельно стоящий стеклянный шкафчик.       — Знаешь.. — мягко окликнул я — ..а ты не задавалась вопросом, почему это происходит?       Макино подняла бровь:       — Что именно?       — То что парни клеятся. Типа.. Умная девушка в очках вызывает скорее фантазию, чем мысли о богатом внутреннем мире.       Услышав последнюю фразу, Макино ухмыльнулась и поправила без того идеально-сидящую оправу очков.       — Ты сейчас пытаешься разобрать мой случай на составляющие, как социальный эксперимент?       — Скорее сравниваю с собой. — сев на ближайший стул, сложил руки на столе — Я долго жил с неприятным чувством, будто существую только для удовлетворения чье-нибудь эго. Кто то, общаясь со мной, считает себя выше, думая, что я этого не замечаю.       — Зря ты так считал. — она уперла руки в боки — Дело в восприятии угрозы для слабой личности, а не в том, кто ты есть на самом деле. Например - умная, независимая девушка, это вызов для мужского эго. Проще снизить личность до объекта фантазии, чаще унизительного и сексуального, нежели признать, что она намного умнее, чем кажется.       Воспоминания о прошлом вызывали тяжесть в груди из-за того, что я не один раз оправдывал окружение за такие поступки. В том числе, и себя оправдывал в подобных глупостях. Пока Макино говорила, сильнее сжимал кулачки, пытаясь скрыть свое напряжение:       — Запомни. Это простой защитный механизм для людей с низкой самооценкой. Касается не только мужских особей, но и женских.       — Получается.. Твой образ, это предупреждение?       — Скорее, “испытайте себя и загоните заучку в постель” — Макино подошла к маркерной доске — Важный факт, ты единственный, кто спросил об этом без постельного контекста.       Мне понадобилось пара секунд, чтобы дважды подумать над ее словами. Я снова пропустил укол сожаления в своей груди, но теперь уже совершенно с другой стороны.       — Вручу себе медаль за такой результат.. — мой голос неожиданно захрипел в этот момент.       — Скромность тебе не подходит. — Макино взяла ближайший маркер и нарисовала маленький круг, а вокруг него еще один побольше — К слову. Большинство парней начинает оправдываться за свои извращения: “я не такой, просто шучу”. Или пытаются доказать обратное, навязывают свой “высокий интеллект” в общении, раз за разом проверяя личные границы.       Пока она изображала визуальную границу между кругами, я тяжело вздохнул, осознавая одну неприятную вещь о себе:       — Я немного не об этом.       — О чем тогда?       — Просто.. сам чем то таким занимался. Через шутки и флирт проверял границы, а если выглядел как дурак, оправдывался. Делал вид что дохрена шутник, лишь бы никто не подумал плохого обо мне.       Макино перестала делать пунктирные линии между кругами и медленно повернулась ко мне. Она оперлась на стол двумя руками и подняла подбородок, как бы смотря на меня сверху вниз:       — Удивлена.       Стало не по себе после этого слова..       Больше от того, насколько равнодушно она это сказала.       — Ч-чему? — мой голос предательски дрожит.       Чего я боюсь? Ее осуждения?       Сначала я не выдержал ее взгляда, опустил глаза на свои напряженные пальцы, сжимающие друг друга. После чего, услышал скрип маркера по доске и поднял взгляд.       — Твоей уникальности. — тем же тоном продолжила Макино — Обычно человеческие особи любыми средствами оправдывают свои негативные стороны, при этом, не прибегая к исправлению своих же ошибок. — в паузе, она почесала подбородок свободной рукой — Вопрос лишь в одном: это тебя действительно беспокоило? Или ты пытаешься выставить себя в лучшем свете передо мной?       — Мне и вправду не хочется показывать свои прошлые косяки.. — закрываю лицо ладонями — Но тебе.. Я.. Я просто обязан говорить всю правду, как она есть.       Тишина окутывала мой мозг с невероятной силой. Хотелось провалиться под землю, исчезнуть, ибо чувствовал себя тем же “парнем, который подкатывает к заучке”, оправдываясь детскими фразами. Я слышал каждый шорох, каждый звук в округе: отдаленные голоса за дверью, шум мусоровоза за окном, тиканье часов.       Но голос Макино был намного, намного громче всего остального вокруг..       — Именно поэтому я все еще поддерживаю с тобой контакт, Дио. — мягко сказала она.       Боясь увидеть осуждение в ее глазах, все равно поднял взгляд.       Стоило мне секундой назад закрыть глаза, а Макино уже нарисовала что то еще: кружок в кружке, окутанный пунктирными зонами.       На секунду оглянувшись, убедилась, что я смотрю, и продолжила изображать пунктирные границы:       — Я догадывалась о твоем прошлом. Все таки, ты не самая скромная человеческая особь, способная играть чужими границами и видеть человека насквозь. Рано или поздно заметила бы тебя. Однако.. — она стучит маркером по доске — Меня интересует другое..       В паузе я услышал, как она выдыхает воздух, будто слова выходят тяжелее, чем обычно:       — Выберешься ли ты из того окружения, что тянет тебя вниз..?       Макино замолчала, закрыла маркер, а после развернулась, и снова оперлась на стол двумя руками.       — Угадай, что самое странное я ощущаю?       Этот вопрос был неожиданным. Я мог только предполагать, о чем она думала, но точного ответа у меня никогда не было. Мой взгляд в сторону и поднятая бровь выдали всю беспомощность.       — Не знаю..       — Любую помощь от парня я воспринимаю как аванс, который требует моего внимания. А с тобой такого чувства еще ни разу не возникло.       — Потому что так и есть. Я ничего не жду.       — Редкое качество. — тихо сказала Макино, больше себе чем мне — Почти вымерший вид.       С каждым нашим предложением в коридоре становилось все тише и тише, голоса удалялись все дальше и дальше, а солнце за окном клонилось к закату все ниже.. и ниже.       Время шло, а пространство между нами будто замерло, когда я услышал такие слова обо мне.       И в груди как то..       Становилось теплее..       Желание увидеть улыбку было настолько внезапным и огромным, что никакие окна и двери не сдержали бы моего отчаянного крика. Именно сейчас, я мечтал почувствовать добрую и приятную эмоцию на ее милом лице. Жаль это признавать, но выражение лица Макино оставалось таким ровным, безэмоциональным, аналитическим, каким и всегда был.       Как же быстро я к этому привык..       Тишину нарушило урчание в животе. И на этот раз, звук был достаточно громким, чтобы Макино невольно подняла бровь.       — У тебя есть чем перекусить? — мой затылок предательски зачесался, а на лице появилась глупая ухмылка — Ах, точно! Давай еще кофе попробуем о котором ты говорила.       — Я уж думала, ты не вспомнишь. — довольно ответила Макино, заглядывая в небольшой шкафчик под преподавательским столом — Фрукты остались, и орехи.       — Пойдет. Мне много не надо.       

. . .

             Я поставил стул ближе, рядом с преподавательским столом. Широкая колба, больше похожая на банку, подогревалась лабораторной спиртовкой. И как только на днище емкости начали появляться мелкие пузырьки, в воду опустился не долгожданный кофе, который Макино заварила десять минут назад, а родной пакетик черного чая.       — Все таки горькие напитки, это не мое. — буркнул я, опираясь на кулак.       — Ты просто не привык к такой дозе кофеина. — сказала Макино, отпивая свою порцию кофе — Хотя.. Чай, своего рода тоже кофеин, только намного мягче, в зависимости от дозы.       Последним залпом, она допила напиток и выбросила бумажную емкость в урну. А я, в свою очередь, держал наготове другой стаканчик и терпеливо ждал, пока заварится мой чай.       — Дио.       — М..?       — Ты спрашивал, почему люди не могут найти силы, чтобы выбраться из своих мучений. Правильно помню?       Макино не дождалась моего ответа, подошла к доске и начала чертить абстрактный мозг:       — У меня есть ответ, по которому смогу дать только подсказку, а не точное определение. Ибо человеческая психика, и в целом ментальный разум, является огромной площадкой противоречий и спонтанных действий, которые поддаются подсознательной логике, а не внешней точке зрения.       Я кивнул ее словам, хотя она этого не видела.       — Это связано с чувством удобства. Человек не меняется, если его комфорту не угрожает опасность. А вся драма строится ради привлечения внимания для своей личности. Иногда бывает, что и мучения, ментальные или физические, являются зоной комфорта.       — Вот оно что.. Мне казалось людям нужны другие люди, чтобы жаловаться на проблемы.       — Ты в какой то степени прав. Парадокс заключается в самих жалобах на неудачу и на жизнь — какая она сложная и несправедливая. И при этом, ничего не делать ради исправления неприятности. — Макино нарисовала вокруг мозга кучу восклицательных знаков — Когда на жалобы обращают внимание третьи лица, появляется ценность их существования. Большинство людей так и живут.       — А почему любая негативная зависимость, как курение, игромания или прочие эмоциональные игры, не воспринимается как угроза для будущего?       — Потому что способность выходить за границы своего мировоззрения дана не каждому. Точнее сказать, не хватает ментальной гибкости для преодоления проблем. — Макино рисует стрелку, которая насквозь прошивает абстрактный мозг — Не каждый готов признать свои ошибки. Ведь бороться против самого себя страшно. А страх, это дискомфорт для мозга.       Пока она делала последние штрихи на доске, кипяченая вода, в которой плавали лепестки чая, постепенно меняла свой цвет.       Макино не в первый раз рассказывала для меня устройство психики на упрощенном языке. А мне, как завороженному зрителю, доставляло удовольствие смотреть, ловко она управляется с маркером. Эти хрупкие, тонкие пальцы, способные хладнокровно раздавить любую теорию о науку, рисовали схемы и нейроны вокруг мозга.       Я чувствовал себя особенным.       Потому что..       Все это было только для меня..       — Не опоздай на тренировку. — резко сказала она, потянувшись за лабораторными щипцами.       Одним движением мой бумажный стаканчик наполнился ароматным чаем. А я все еще смотрел на доску, чувствуя в глубине души приятное тепло.       — Да как то.. Знаешь.. Ну..       —Не узнаю, пока не ответишь. Снова лентяя включаешь?       Я чуть улыбнулся, больше с грустью чем с весельем:       — Уходить просто не охота — тихо сказал я.       — Успеешь еще. — на выдохе ответила Макино — По поводу твоего вопроса, мне удалось донести до тебя мысль?       — Да Макино.. Да..       Тепло бумажного стаканчика в моих руках несравним с тем чувством, которое я сейчас ощущаю в груди. Очередной раз я ловлю себя на мысли - как же мне комфортно с ней разговаривать. Если бы не тренировка и ее строгость к порядку - я бы тут остался. Получить нагоняй от тренера привычное дело, но видеть недовольный взгляд Макино мне совсем не хочется. Все таки ее принципы вызывают во мне глубокое уважение.       Глоток горячего чая оказался очень вовремя.       С притоком бодрости, мое сознание буквально запустилось заново. Благодаря этому, я не провалился обратно в свои мысли и обратил внимание, как Макино сняла белоснежный халат, повесив его на спинку стула. Под ним оказалась простая серая футболка и джинсы. После, она прошла к небольшому шкафу, в котором хранились пара светло-синих рубашек - любимый выбор Макино для работы.       — Мне стоит выразить благодарность. — начала она, надевая свежую одежду поверх тонкой футболки.       — За что то конкретное?       — Пока ты не появился, вероятность разбить пробирки была очень высока. — она застегивала пуговицы после каждого слова — Даже при условии, носить коробки по одной штуке, эта вероятность оставалась высокой. Я могла просто утомиться и споткнуться на ровном месте.       — Да ладно. Просто совпало. — вторым залпом, неожиданно для себя, я выпил весь горячий чай.       Или это сами стаканчики казались маленькими?       Негромко хлопнув шкафчиком, Макино закрыла его, поправила воротник и развернулась обратно к халату. Я на секунду представил другой образ, где Макино шла не вдоль стола, а по какой нибудь по улице.       Или по мостовой над журчащей речкой.       Или просто на улице..       А ведь кроме универа, мы никогда нигде и не виделись.       Я растянулся на столе, который находился между нами, как бы разделяя нас. У меня появилось ребяческое желание, попробовать дотянуться до нее через весь стол.       Стоило мне дернуть пальцами, как она остановилась: какая же она все таки внимательная.. Наши взгляды пересеклись. На ее лице не дрогнул ни один мускул, а я неосознанно улыбнулся этому.       — Совпало говоришь.. — она смотрит мне в глаза.       — Угу.       — Возможно, ты.. влияешь на свои совпадения? — Макино слегка прищурилась, в уголке губ появилась призрачная улыбка.       — А может быть, ты.. тоже замешана в этом? Как тогда, на стадионе.       — Все может быть.. — стекла очков сверкнули новым световым зайчиком, когда она поправила оправу — Ты же мой личный эксперимент, не забыл?       Все таки я дождался, хоть и мимолетной, незаметной, но все же маленькой улыбки на ее лице.       Невероятно..       Ощущение, будто ребенку купили мороженое.       Сколько мы смотрели друг на друга. Минуту? Две?       Тишина вокруг стала осязаемой, густой. Слышу свое дыхание громче, чем мир вокруг. Воздух сжимал легкие, спину покалывало, а в комнате становилось душно.       Она первая прервала взгляд, потянувшись к халату.       — Макино. — резко сказал я.       — М..? — одним махом белоснежная ткань оказалась на ее плечах.       Ее запястья спокойно засучили рукава. Движения плавные, ни одного резкого движения.       Чувствую..       Не понимаю что именно, но чувствую..       Мое молчание было настолько громким, что я едва слышал собственные мысли.       Очень сильно чувствую. Где то глубоко, но непонятно где именно.       — Эм-м..       Слова сами лезут наружу, не успеваю думать прежде чем говорить.       Какой же я придурок.       Пришлось сесть ровнее и откинуться на спинку, так легче дышалось.       Спокойно..       Образ. Ее образ вне университета.       Она все еще смотрела на меня, ожидая продолжения. Взгляд сквозь круглые очки выдавал чистое спокойствие, никакой тревоги или волнения.       — Должен сказать, что мне нравится вот так говорить с тобой, и слушать. Например, когда коробки таскаем между делом.       — Аналогично. Во время беседы мне не удалось точно рассчитать время нашего пути до кабинета. — уголок ее рта дрогнул — По ощущениям, было быстро.       Хотелось подойти к ней. Я вдохнул, чувствуя, как колотится сердце и медленно встал со стула.       — А ты.. не думала общаться не только здесь, в универе, но и где нибудь еще? — аккуратно обхожу стол, скрывая нервозность в ногах — Может.. Посетить новый научный центр в выходной день? Или просто погулять.       Макино не ответила сразу. Отвернулась на секунду, смахнула пыль с поверхности стола, хотя сам стол и так был безупречно чист.       Через несколько ударов сердца понимаю. Пауза между нами нарочно затягивается.       — Хочешь узнать мою реакцию.— не глядя на меня, подытожила для себя Макино.       — Скорее.. Просто представить, как бы это могло выглядеть. — опираясь бедром о стол всем видом показывал, что тоже спокоен.       На самом же деле держаться становится все сложнее и сложнее.       Я в принципе ВООБЩЕ без понятия, что произойдет дальше. В шаге от нее, мои глаза судорожно искали подсказку, брешь в ее спокойствии, хоть что нибудь, похожее на взаимность.       И все таки, мне удается это сделать..       В ее глазах, отведенных в сторону, показалась легкая рябь, будто капля упавшая в спокойные воды. Ее глаза скользили по поверхности стола, по своим рукам: она явно что то представляла у себя в голове       — Дио. — шепотом сказала она — Это большая редкость для меня, вот так спокойно говорить о чем угодно. Не нужно заранее выстраивать контраргументы, если собеседник неправильно меня услышит.       —Мне тоже. — шепнул я в ответ — Твое влияние на мою жизнь вызывает.. Как бы это сказать..       Ее Глаза все еще смотрят на стол, а пальцы водят по поверхности невидимые формулы..       Прошу тебя, Макино, посмотри на меня.. Дай знак, что я все делаю правильно.       Я замолк, подбирая слова, которые не звучали бы как дешевая поэзия. Не в силах сохранять спокойствие, я перестал опираться на стол и выровнялся.       Теперь вообще не понимаю о чем говорить..       — Ты.. как редкое солнце в густом лесу, где не видно дороги. А когда слушаю тебя, появляется луч света и понимание куда идти. — глубокий вдох. Короткий выдох — Кажется.. я.. я готов слушать тебя где угодно.       Голос эхом пронесся по пустому лабораторному кабинету, шум за дверью резко пропал, а мусоровоз за окном навечно исчез.       Это не единственное за чем я следил.       Звуки сомкнулись в одну единую мелодию - движения Макино. То, как она переступила с ноги на ногу, слабый скрежет ногтя, которым она до сих пор водит по столу, глубокое и невероятно ровное дыхание.       Этот образ, который невозможно просчитать, заставляет мой мозг паниковать. Тысячу раз его видел.       Она думает..       Очень СЕРЬЕЗНО думает..       Макино сделала медленный шаг навстречу. Ноздри уловили исходящий от халата запах. На мгновение показалось, вот оно. Сейчас я увижу улыбку, и она согласится.       Тишину разбил ее мягкий тон, почти чужой, прежде никогда слышимый.       — Есть одно “Но..” И это.. достаточно крупное наблюдение.       Вот опять.       Чувствую, как сжимаю руки, а в горле застрял огромный ком: это невозможно было терпеть.       Все что оставалось - медленно кивнуть.       — Твои действия: это открытые эмоции. Я не могу быть уверена в том, что ты показываешь абсолютно все, что чувствуешь. — она медленно, в воздухе, обвела руками маленький круг — Контролировать это явление нет необходимости. Твои намерения прозрачны и очевидны..       Буквально каждое движение Макино я воспринимал как подсказку, надежду, ответ. Особенно, когда она опустила руки и просто посмотрела на меня:       — Ты ведь сделал смелый шаг в неизвестное. Готов встретить хаос, импровизировать, выдерживать его. — взгляд скользнул к моим сжатым кулакам — Смогу ли я так же?       Макино не позволила ответить на вопрос и продолжила:       — Я привыкла все контролировать, каждую свою мысль. Ученые мы такие, отвергаем непредсказуемость. И у меня не получится дать то, чего ты хочешь.       — Мне не надо, чтобы ты исполняла мои прихоти. — резко ответил я прежде, чем подумал — Ты вольна делать то, что считаешь нужным.       — В этом то и дело.. — она сунула руки в карманы, лицо отражает уверенность — Принять саму себя в таком амплуа, как девушка, я не способна.       — Понимаю.. И понимал это, но.. Мы ведь.. как то же разговариваем, взаимодействуем.       — В отношениях между людьми всегда есть зона непредсказуемости, Дио. Не тебе ли знать об этом.       — Это не значит, что я буду требовать от тебя невозможного.. — я почувствовал укол обиды.       Не из-за Макино, а скорее, из-за своей беспомощности.       Макино отрицательно покачала головой и слегка, безобидно улыбнулась:       — Ты прав, и за это я очень благодарна тебе. — она прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. — Ты примешь меня такой, какая я есть, как бы это банально ни звучало. Но тебе не это нужно.       — А что.. что тогда нужно..? — мой голос дрогнул в отчаянии.       Она стоит колом, как камень, но прячет взгляд. Видно, слова даются нелегко, будто с каждым предложением переступает через себя, противясь своим же чувствам.       Какая же она милая, когда старается..       — Поддержка. Взаимность. Эмоциональная отдача. — резкий выдох — Ты научился меня слушать и понимать, я ценю это. Вопрос в другом..       Предполагая самое худшее, хотелось провалиться под землю, убежать как ребенок. Бросить все прямо здесь, прямо сейчас, вернуть предыдущие десять минут. Пришлось опустить взгляд и спрятать свою тревогу. Затем, Макино незаметно подошла ко мне.       Запах, который пробивается через все мои барьеры, смесь моря и весенних цветов, оказался близко.       Слишком близко..       — ..долго ли это продлится? — мягко, как никогда прежде, продолжила Макино — Год? Два? И самое важное.. Надо ли оно мне..?       Минуту назад мои силы готовы были свернуть любые горы перед ней, лишь бы не потерять тот комфорт, что я чувствовал.       А теперь..       — Пожалуйста, посмотри на меня.. — в ее мягком голосе чувствовалась горечь.       А в глазах - настоящая честность.       — Ты заслуживаешь равную для себя девушку: в мыслях, чувствах, эмоциях.. А мне.. Мне неприятно видеть себя в таких обстоятельствах. Становится страшно. И пока я трачу время, чтобы привыкнуть, ты терпеливо примешь мои особенности и будешь мучительно ждать перемен. А дождешься ли..? Захочу ли я меняться..?       — Я бы не муч..       — Сомневаюсь. — перебила она меня — В случае, когда опускаются руки, ты все равно доводишь дело до конца, даже если проигрываешь.       Макино улыбнулась сочувствующей, теплой улыбкой.       — Именно это и убьет тебя, Дио. — после этих слов, тонкие губы на мгновение сжались — И с учетом твоих прошлых неудачных отношений, будет несправедливо заставлять тебя терпеть и меня. А напоминать ошибки с Фуки-Куки и Сакураги Аяко, в данный момент нет нужды.       Несправедливо. Хах..       Вся моя жизнь сплошная несправедливость получается?       Натыкаюсь на, казалось бы, своего человека. А потом, все рушится просто потому, что хочу заглянуть в неизвестное будущее и честно говорю об этом?       Я и так оттягивал этот момент до последнего. Уже не было сил скрывать свои чувства.       И все же..       Тишина вновь наполнила комнату. Это была невыносимая, до ужаса страшная тишина. Я не слышал ничего вокруг, только собственные мысли и вопрос:       “Почему все так печально..?”       На меня накатывает странное чувство. Горькое, болючее, но беззлобное.       Осознание..       Осознание, что девушка, которая мне сильно понравилась - права.       До жути права.       Макино терпеливо ждала моего ответа, а после, прикрыв глаза, очень резко выдохнула. Действие было нехарактерным, совсем не похожим на нее.       Или это потому, что мы были сантиметрах друг от друга?       Именно по этой причине я, наконец, осознал ценную мысль: я был настолько напряжен, что перестал следить за каждым ее микро-движением и бесконечно прогнозировать наши действия.       И теперь.       Почему то.       Просто хочется..       

. . .

             Макино, открыв глаза, опустила взгляд: нет, не на пол, по которому весь разговор нервно шаркала моя подошва. Ее брови слегка поднялись, когда она увидела мое необдуманное, неловкое, дурацкое действие.       Не до конца понимая зачем, я потянулся к ее руке и замер в ожидании..       Тонкое запястье, до этого прятавшееся в кармане халата, сначала нерешительно дернулось.       А потом, все таки, оказалось снаружи. На мгновение, я заметил сжатый кулачок, быстро вернувший внешнее спокойствие.       Макино ответила на мой жест, медленно выставив открытую ладонь.       А большего я и не требовал.       Никогда бы не потребовал..       Медленно, но уверенно, наши руки соприкоснулись.       Пришлось испытать титаническую силу воли, чтобы не броситься в объятия. Ведь за все время нашего общения мы ни разу нормально не касались друг к друга..       Ее кожа была мягкой, теплой, пульс оставался ровным, в отличие от моего - колотился с невероятной скоростью.       Макино, будто ученый-экспериментатор, внимательно наблюдала: она не отдернула руку, но и не отвечала взаимностью. Просто дает возможность, чему я безумно рад.       — Ты даже не представляешь, как давно мне этого хотелось.. — мой голос полон отчаяния, боюсь поднять на нее взгляд.       — Интересно.. — тем же мягким тоном ответила она — Теперь высчитываю, в какой момент ты этого пожелал. Стадион?       Чувствуя Макино в своей руке, ощущаю странное спокойствие и уверенность в словах:       — Раньше. — заглядываю в глаза — Только непонятно, в когда именно.       — Предполагаю.. месяца четыре назад.. Хотя это не важно - на стадионе я уже вынесла окончательный вердикт.       — Даа.. Все было слишком очевидно.. Слишком понятно.. — я ухмыльнулся — А что еще интереснее, знаешь?       — Говори. — не отпуская моей руки, кивнула она.       Мои легкие наполнились новым притоком уверенности, и с последующим выдохом, сжимаю ладонь Макино буквально на пару секунд.       — Конечно, очень больно.. Прямо здесь. — кладу свободную руку на свою грудь — Но.. нет злости: ни на себя, на мир, или на тебя в конце концов..       — И я благодарна за это. — почти сразу сказала Макино — Несмотря на такое, казалось бы, уязвимое положение, ты остаешься предсказуемым. Большинство предпочитают сбежать от стыда.       — А тебе не противно? Ну что я вот..       — Нет. — нахмурила брови — Противно, когда притворяются, что не больно. Противно, когда злятся, оскорбляют, умоляют и оправдываются, скрывая настоящие чувства.       Не успел я как следует проникнуться ее словами, Макино сделала то, чего я совсем не ожидал.       Она шагнула ко мне еще на пару сантиметров, повернула ладонь в моей руке и вдруг переплела наши пальцы, крепко сжав. Мое сердце пропустило сильнейший удар, а в легких кончился тот самый драгоценный кислород, который я пытался контролировать.       Тяжело..       — А теперь что? — Макино следила за каждой моей микрореакцией, дерзко и уверенно — Что ты чувствуешь ко мне сейчас? Не тогда, когда надеялся на положительный ответ, а ровно в эту секунду.       ..дышать..       Где воздух..?       Как же она смотрит..       Сердце бешено стучится, голова кругом.       Запах ее шампуня.. Духов?       Что же это..       Ее настоящий запах..?       Я встряхнул головой, понимая, нет смысла сопротивляться - Макино меня проверяет, испытывает. Нагло и коварно хочет увидеть мой следующий шаг.       И что самое печальное, и в то же время радостное.       Я совсем не против быть ее экспериментом.       Личным экспериментом..

. . .

             Она все еще держит меня.       Сколько я уже молчал. Минуту?       Необходимо прислушаться к себе, прямо здесь и сейчас. Прощупать ту боль под ребрами.       — Б.. Б-благодарность.. — выдохнул я, удивляясь самому себе — ..что не стала играть в утешения. И.. грусть.. — пришлось зажмуриться, чтобы не выдать подступающие слезы — Огромная обида, потому что шел по темному лесу и наконец увидел выход. А потом получается, что перед выходом огромная пропасть, обрыв, который невозможно преодолеть.       Макино слушала, не перебивала. А когда я снова открыл глаза, ее лицо было серьезным и, в то же время, заботливым. Не понимаю, как хрупкая ладошка может иметь такой крепкий хват? О чем она думает? Что будет дальше?       Придурок..       Перестань анализировать.       Просто будь с ней..       

. . .

             Макино неожиданно расслабила хват, не до конца.       Касается кончиками пальцев, задерживает руку в последний момент.       Она дала мне выбор - отпустить ее или держать..       При этом, внимательно следила за мной.       И своим молчанием задавала немой вопрос: “Как поступишь?”       

. . .

             Жизнь интересная штука. Вроде бы все предрешено, никуда не денешься, как бы ты не старался.       Но она всегда дает выбор.       И только ты вправе решать, куда идти дальше.       

. . .

      Эмоции - невероятное явление. Их страшно показывать, но иначе и быть не может. Свободной рукой я смахнул влагу с глаз, ни капли не скрывая своей досады.       Это правильно. Так и надо.       Особенно перед ней.       Честность - самое дорогое, что есть в нашей жизни.       Не хочу отпускать.. Мне действительно хотелось вечно держаться за нее: обнимать, целовать, вдыхать ее запах и запомнить это мгновение на всю жизнь.       

. . .

      Макино была очень терпелива, и я с удовольствием наградил ее за выдержку.       Пришлось приложить неимоверную силу, чтобы ослабить хват, и навсегда расстаться с этим теплом в руках.       Секундой спустя, голос Макино ровным тоном огласил итоговое решение, над которым она, по всей видимости, все это время размышляла у себя в голове.       — Мне с тобой по прежнему спокойно, Дио. И это чувство, которое мне неизвестно, настигло в тот самый момент, когда ты отпустил свою руку.       — Что.. Что это значит..?       — Это редкое чувство. — она сделала шаг назад и поправила оправу очков — В науке и в простом мире, есть термин — “точка невозврата”. И ты, учитывая все шансы провалиться, все равно достиг этого момента, перешел ее.       Дверца под столом протяжно скрипнула, когда Макино развернулась и достала оттуда зеленое яблоко. Она не просто так выбрала именно это яблоко.       Мой любимый сорт. Очень кислый, хрустящий и сочный.       — Не хочу, чтобы наша встреча закончилась на неприятной для эмоций ноте, поэтому держи. В твоем случае вкусовые рецепторы сработают как личный антидепрессант. А когда жуешь, легче разобрать мысли.       Получив от нее яблоко и покрутив его в своих руках, очередной раз понимаю: в ее жестах нет ни капли корысти или жалости, а чистая забота и сочувствие.       Хотелось сказать большее, чем просто “спасибо”, но слов больше не было.       — Я разберусь с этим.       — Не сомневаюсь. — она улыбнулась — И вот еще что.       — М..?       — Преодолев точку невозврата, эксперименты начинаются заново, либо проваливаются настолько, что никогда не повторяются вновь. С людьми практически то же самое.       Макино развернулась ко мне всем телом. На ее лице была та самая, скромная и теплая улыбка, о которой я мог только мечтать.       — Только вот.. Большинство людей не способны двигаться дальше и застревают в самокопании, не желая повторять свои жизненные эксперименты. В том числе я, не способна преодолеть этот рубеж.       Спустя колоссальное количество времени только сейчас заметил - все это время мы стояли перед маркерной доской как вкопанные, никуда при этом не двигаясь. Как будто, прочитав мои мысли, Макино медленным шагом прошла мимо меня:       — Мой страх потерять себя одолевает с огромной силой. До сегодняшнего дня у меня не было понимания, как победить его. И я ни разу не встречала людей, кто способен на это. — Макино остановилась у выхода из кабинета, снова развернувшись ко мне.       Машинально иду за ней следом, продолжая слушать.       — Сегодня особенный день. Ты изменил мои взгляды.       — Скажешь..? — шепнул я неуверенно, почему то боясь ответа.       Макино кивнула и отвела взгляд. На этот раз, уверенно формулировала слова, а не скрывала напряжение:       — Появилась вера в человеческую силу: не физическую, а моральную. И за счет этого открываются новые опыты, которые удастся составить в теориях над человеческой психикой..       — Угу.. — кивнул, соглашаясь с ее словами, вставая рядом с дверью.       — Партнеры по команде обратят внимание на опухшие от слез глаза и твою встревоженность, поэтому удели яблоку и ходьбе больше времени, чем обычно.       — Да.. — бессильно сказал я.       — И жуй хорошо, чтобы на тренировке желудок не вызывал тяжесть.       — Конечно, Макино.. — мне нечем было ответить.       Рука медленно потянулась к ручке, мысли затуманены, тяжесть в груди заполняла меня с каждой секундой. Требовалось прилагать усилия, чтобы не поддаться обиде и не захныкать как ребенок.       Чувство недосказанности не покидало меня. Я оттягивал уход до последнего, пытаясь найти хоть какие то мысли.       И перед тем, как я успел открыть сдвижную дверь, Макино задала совсем очевидный для меня вопрос:       — Ты же не станешь заморачиваться из-за нашего разговора? — строго спросила она и вдруг улыбнулась.       Моргнув пару раз, я опешил, не понимая к чему этот вопрос. А Макино, скрестив руки, с довольным выражением лица следила за моей реакцией.       — Ну.. Трагедию точно устраивать не собираюсь.       — Звучит как план.       — А зачем спрашиваешь? — почесываю затылок — Ты же не дума..       Меня осенило..       В отличии от большинства людей, она не любит бросаться пустыми словами. Макино никогда не задает глупых вопросов.       — Ага-а-а.. Ты специально, да? — улыбнулся я.       Очередной раз поправив идеально сидящую оправу, Макино оперлась плечом о стену:       — Да, все верно. У тебя такой вид, будто хотел оставить после себя последнее слово, или, как ребенок, громко захлопнуть дверь.       — Хотел сказать, но слов не было.       — Это бессознательная, защитная реакция организма. Твоей вины здесь нет.       Почесав затылок, кивнул ее словам.       — И что получается? Это все?       — Нет. Я была не совсем права, когда говорила, что ты предсказуемый. — Макино рассматривает свою ладонь — Ставила на то, что не отпустишь меня..       — Будь все иначе, никогда бы не отпускал..       Макино, дольше, чем обычно, вглядывалась в раскрытую ладонь: искала для себя ответы, анализировала наше касание. В последний раз прощупав кожу на своих пальцах, она строго посмотрела на меня, всем видом показывая - пора заканчивать.       — Выношу вердикт: ты оказался намного сильнее, чем предполагалось. Не изменяй себе и своим принципам.       — Да после сегодняшн..       — ..Дио.. — шепотом перебила Макино.       Весь ее строгий образ разрушился за секунды: нервно перебирает пальцы, поникший взгляд, тревожный голос.       — Может, мне никогда не удастся преодолеть саму себя, но.. Пожалуйста, береги в себе эту силу. Большинство рискованных экспериментов заканчиваются летальным исходом для подопытных..       Как бы ни хотелось сейчас обнять ее, подарить тепло и заботу, мне ни в коем случае нельзя этого делать. Слова Макино это не призыв к жалости.       Ни к ней. Ни ко мне.       Только будущие действия и поступки покажут, и докажут мои истинные чувства.       И все, что мне остается - оправдать ее надежду, которую она возложила на меня. Ибо сегодня последний раз, когда я вижу Макино в таком уязвимом состоянии.       Развернувшись всем телом, набрав уверенность в голосе и поставив твердый взгляд, остается сказать лишь одно:       — Обещаю, я буду осторожен.       — Тогда иди.. — она выпрямилась и с усилием подняла взгляд — Опоздаешь.       Желание оставить после себя последнее слово улетучилось.       Дверь, к которой я нехотя тянулся минуту назад, открылась с уверенным звуком.       А мои ноги четко отсчитывали каждый уверенный шаг.       

* * *

             Хотелось злиться. Беситься. Ругать мир за несправедливость. Жаловаться на неудачу. Упасть на колени и зарыдать как ребенок. Забиться в угол и закрыться от мира.       Мне было больно, это правда.       Так почему мои шаги такие твердые?       Где эти мусорные мысли?       Ответ очевиден: Макино.       Человек, который сделал меня сильнее..       

. . .

             Блестящее зеленое яблоко с каждым моим укусом звонко хрустит, эхом отдаляясь по коридору: кисловатый вкус бодрит, капли сока летят по сторонам, а уверенные шаги ведут меня вперед.       Макино осталась позади, но ее вера в мои способности подарила мне внутреннее спокойствие.       Повлиять на мировоззрение такого человека, как Макино это - ОГРОМНАЯ награда, которую невозможно ощутить физически.       Как бы страшно не было.       Какие бы ошибки меня ни ждали.       Ее слова о точке невозврата засели глубоко в душе.       Мое дело - идти дальше, зная, что я на правильном пути.       

. . .

      Говорят - “Не смотри на ошибки, будет только хуже”.       Я скажу иначе: обернись, посмотри им в глаза. Лучше умереть в бою с самим собой, чем вечно бежать, притворяясь, что ты в порядке.       И все зависит только от тебя.              ________              Автор оригинального сценария - DimKo              ТГ-Канал с иллюстрациями - t.me/DimKo_world              Спасибо близким за мотивацию.              И берегите себя от лжи..