my first love

My first Love Я никогда не думала о том, каково это — ходить а школу только для парней, я всю жизнь ненавидела школу, она такая скучная, и мне не нравится система образования в целом. Моей мечтой всегда было заниматься музыкой и завести кота, хотя нет, хочу три кота. Меня зовут Хан Джисон или просто Хан, мне не нравится мое имя, когда я переехала в Австралию, все постоянно произносили мое имя неправильно, но, боже, мое имя и так слишком легкое Джи-сон. Ну что ж, давайте вернемся к самому началу. ⏰🪭 Совсем недавно они переехали обратно в Корею, все снова было таким необычным, дом был почти новым, комнат хватало всем, а гостиная была довольно просторной. Госпожа Хан уже выбрала диван, который закажет у компании, которая ей так понравилась. Родители заняты обстановкой дома и переоформлением документов. — Sony, где мои наушники, — спросил Дилан. Дилан был младшим сыном в семье Хан, парень родился в Австралии, мальчику было всего 13 лет, но он уже выглядел совсем взрослым и его развитие было весьма продвинутым. — Не знаю, — лениво протянул Джисон, потягивая соломинкой банановое молоко. — Кстати, ты уже слышал новость? — подойдя к брату, спросил младший, его глаза переливались на солнце, зелено-карие, как у отца. — Дилан, хватит говорить, я хочу побыть один в СВОЕЙ комнате ОДИН, — Джисон встал и потянул брата за локоть, чтобы тот вышел из комнаты. — Ну, черт, — младший уже привык к такому неразговорчивому старшему брату. — you so mean bro — добавил Дилан и недовольно пошел в свою комнату. Отношения Джисона и Дилана были довольно странными, у мальчиков была разница в возрасте 2,5 года, в детстве было немного по-другому, когда родился Дилан, он был очень похож на корейца, со временем его внешность начала сильно меняться, он был действительно красив, Джисон ревновал, он никогда этого не говорил, почему он был обычным мальчиком с темными глазами, непослушными волосами и такой странной фигурой. А его брат был как модель с обложки журнала, звонкий голос, хорошая фигура, волнистые волосы со светлыми участками. Он действительно был красивым и хорошим, Джисон просто не понимал, почему так произошло.        — Джисон, Дилан, идите сюда, — достаточно громко и уверенно говорил Господин Хан, он сидел на стуле и листал телефон. На удивление Джисон добрался до отца быстрее брата и с любопытством посмотрел на отца, ожидая, что он скажет. — Теперь мы будем жить здесь, я думаю, мы останемся в Корее надолго, я понимаю, что поначалу будет сложно, Дилан, тебе придется гораздо лучше учить корейский, Джисон, попробуй вспомнить язык и помогай брату, если он попросит. Самая главная новость — вы пойдете в школу, и она будет только для мальчиков. Есть вопросы? — Мужчина оторвался от телефона и с улыбкой посмотрел на сыновей. — Я хочу есть, — сказал Джисон, не отрываясь от пола. На душе стало как-то тяжело и неприятно, прийдется заново привыкать к новым обстоятельствам и теперь снова говорить по-корейски. — Папа, я даже не волнуюсь, корейский совсем не сложный, — Дилан поправил волосы и быстро пошел в свою комнату. Отец перевел взгляд на старшего сына и ему стало грустно, он понимал Джисона даже без слов, ему было бы тяжело снова оказаться не на своем месте. Родители вспоминают, как они переехали в Австралию, когда Джисон был маленьким, уже в 5 лет он испытал сильный стресс из-за новой страны и в целом его жизнь изменилась.       Ранее утром все было очень странно, с самого утра мама разбудила мальчиков в школу, в первый учебный день. К большому учреждению с огромным количеством учеников подъехала слегка голубая машина. — Я люблю вас, мальчики, хорошего вам дня, — сказала миссис Хан и широко улыбнулась. Джисон быстро вышел из машины, не дожидаясь брата, он что-то говорил матери и никуда не торопился, в его глазах читалось только нетерпение к новой школе, он даже не боялся, что его корейский язык плох и ему будет тяжело. Он как будто бежал по школе, разглядывая по пути красивые деревья и учеников, которые с интересом на него смотрели. — Мне просто нужно быстрее найти класс — повторял себе Джисон снова и снова. Он уже видел заветный номер класса, который ему был нужен, но судьба решила помешать планам Хана, и он споткнулся о собственные ноги и вылетел прямо под ноги какому-то парню. колено сильно болело и Джисон закрыл глаза и начал извиняться сотню раз, даже боясь поднять глаза. — простите, простите, — он хотел поднять глаза, но кто-то протянул ему руку, его взгляд поднялся на светлую ладонь с кольцами и паутиной вен по всей руке. — с тобой все в порядке? — спросил парень, он присел на корточки и их лица с Джисоном уже были на одном уровне. какой красивый блять… первая мысль, которая пришла Джисону в голову, незнакомец выглядел настолько красивым, что Хан уже совсем забыл, как говорить на всех языках. темные волосы, четкие черты лица, аккуратные розовые губы, кошачий взгляд, широкие плечи. От страха он вскочил и снова извинился и побежал в класс. — ты идиот, гребаная школа, — сказал Хан. 🏫 На удивление, урок прошел хорошо и даже без проблем, Хан быстро представилась и сел на место. Конечно, все постоянно смотрели на парня, они тихо разговаривали, Джисон сел один, учитель Чон сказал, что его сосед по парте просто не был в школе сегодня, Джисон надеется, что ему повезет с новым одноклассник. Осталось не так много уроков, всего два, сейчас должен был быть обед, Хан взял только свое любимое лакомство и банановое молоко. — Школа, конечно, такая большая, — сказал он и подошел к круглому столу, который стоял снаружи. Погода сегодня была довольно приятной, день был теплый, но ветер был прохладным и освежающим. Джи с книгой в руках, он начал пить напиток и иногда поднимал голову, чтобы проверить обстановку, книга была не корейской, он читал ее давно, довольно интересная книга о романе на роботе. Обед прошел немного слишком быстро, прозвенел звонок и все пошли по классам, Хан не спеша направился в класс. — Подожди, — крикнул кто-то сзади Хана, когда тот уже почти входил в школу. Он осторожно медленно обернулся и снова замер, снова этот парень. — Извини, — Джисон снова извинился, смутившись за утреннюю ситуацию перед классом. — Чего ты постоянно извиняешься, чудик, я хотел тебя кое о чем спросить, — парень начал приближаться, а младший почувствовал себя неуверенно и снова захотел поскорее уйти. — Ч-что? — неуверенно сказал Джисон и замер, глядя на парня, который теперь был во весь рост и в лучшей своей красе на солнце. — Я главный в клубе для животных из приюта, мы ищем еще волонтеров, я подумал, может быть, тебе будет интересно, в пятницу у нас встречи во втором спортзале, — парень теперь стоял так близко, что мог рассмотреть все недостатки во внешности Хана. — Спасибо за информацию, я-я подумаю, — на одном дыхании сказал Джи и почувствовал, как его щеки начинают гореть. — У тебя акцент или что? — спросил старший и удивленно приподнял бровь. Он не услышал ответа, Джисон сорвался и побежал в класс, чтобы спрятаться от стыда, ему стало неловко и тошно от самого себя. Он услышал мой уродский акцент. 📜 3 октября. 21:02 Я не знаю его имени, но он такой красивый, интересно, он старшеклассник или в параллели, я не хотела производить на него плохое впечатление, но как всегда, блять, Джисон ты открыл свой рот, надеюсь мы подружимся, может быть, даже я ему понр… Звук у двери комнаты Джисона заставил его резко закрыть дневник и подпрыгнуть на место, его настроение и так было испорчено, а тут еще это. — Сони, можно войти? — спросила мама и медленно открыла дверь в комнату, не дожидаясь ответа. — Ты сегодня не ел, все в порядке? Женщина осторожно вошла и села на кровать, она выглядела расстроенной и настороженной. — Все хорошо, просто первый день был трудным, как всегда, — ответил Джисон, подняв глаза на мать. — Я хотела, чтобы ты выбрал, в какой кружок в школе хочешь пойти, чтобы учительница знала, — женщина слегка улыбнулась и протянула ему листок. — Вот, посмотри и завтра в школе скажи своему учителю, куда хочешь пойти. Она встала и вышла из комнаты, она была понимающей, и Хан, мама всегда переживала, но не давила на него, у них была связь, они были похожи внешне и даже характером. День обещал быть сложным, нужно выбрать лучший клуб. ✅ — Хан Джисон? — спросил учитель, пытаясь найти парня глазами. — Здесь, — очень тихо сказал Хан, пытаясь успокоить свое безумное сердце. Сегодня на уроке им было поручено делать проекты в парах, но Джисон еще никого не знал, поэтому учитель сказал, что сам назначит ему напарника. — Ты будешь в паре с Ли Минхо, он последние несколько дней не ходил в школу, так что, пожалуйста, работай с ним, — учитель отложил папку с проектом. Джисон стоял рядом с кулером, он даже не имел понятия, кто такой Ли Минхо. — Привет, ты Джисон, да? — спросил кто из парней. Хан обернулся и покачал головой. — Меня зовут Ян Чонин, я друг Минхо, он твой напарник по проекту, да? — Чонин слегка улыбнулся и передал свой телефон Хану. — Хорошо, а? — Джисон взял телефон и растерянно посмотрел на него. — Напиши свое Какао, Минхо попросил взять его, — Ян снова улыбнулся и на его щеках появились милые ямочки. — Вот, cute smile, — сказал Джисон и тут же понял, что сказал это вслух. — thank you, thank you, — сказал Чонин на ломаном английском и убежал с телефоном. Джисон сначала очень смутился, а потом понял, что Ян Чонин даже не обратил внимания на то, что Хан сказал ему это на английском. 🔆 Джисон лежал на крови и листал Instagram, на его телефон пришло смс, и он тут же его открыл. 📱 98LeeKnows: Привет, Хан Джисон Джисон ответил сразу, им дали всего неделю, а проект огромный, он не был готов такой огромный проект, делать один. J.One: Ли Минхо? 98LeeKnows: Да, это я, извини, я редко бываю в школе, давай тогда перейдем к делу, в чем доме будем делать проект. Хан замер и понял, что у него проблемы, точно, им придется увидеться после школы, и поговорить. J.One: Давай сделаем это у тебя? 98LeeKnows: Меня не будет в школе, вот мой адрес ****, так мы и узнаем друг друга, до встречи, Джисон. Кто, черт возьми, такой Ли Минхо? Он разговаривает с Ханом, как с другом. Джи сидела в легком шоке и гадала, как вообще выглядит этот Минхо. 💭 Время приближалось к вечеру, Хан собрал свой портфель с бумагой и всеми вещами которые понадобятся для проекта. 🏠 Хан стоял перед большим домом с серыми стенами и высоким деревянным забором. Он проверил адрес несколько раз — всё совпадало. Несмотря на холодный осенний воздух, ладони вспотели. Он глубоко вдохнул и нажал на кнопку звонка. Дверь открылась почти сразу. На пороге стоял он — тот самый парень. Красивее, чем Джисон его помнил. Всё тот же взгляд, всё те же губы. Ли Минхо. — Привет, — сказал Минхо, слегка приподняв бровь. Он был в чёрной футболке и мягких домашних штанах. У него были наушники на шее, и от него пахло чем-то цитрусовым. — Эм… привет. Я… э… пришёл… проект, — выдавил Джисон, с трудом удерживая зрительный контакт. Минхо молча посторонился, давая пройти внутрь. Дом был уютным, светлым. Они прошли в гостиную, где уже на столе лежали какие-то тетради, папки, несколько маркеров и… миска с печеньем. — Ты наверное не ожидал меня увидеть, — спросил Минхо, садясь на пол по-турецки. — Ага, — Джисон присел рядом и достал из рюкзака свои бумаги. Он старался не слишком шуметь, но руки дрожали. — Ты всегда такой? — неожиданно спросил Минхо. — Какой? — Джисон насторожился. — Смущающийся, — Минхо повернулся к нему, подперев голову рукой. Его лицо было так близко, что Хан на секунду забыл, как дышать. — Нет, — соврал Джисон. — Просто… я ещё не привык. Ко всему. — А ты интересный, — Минхо усмехнулся, и в его голосе не было насмешки. 🕐 Проект продвигался медленно. Минхо рисовал, Хан делал заметки. Иногда они спорили о деталях, иногда молчали. Но тишина между ними не была неловкой. Когда солнце почти село, Минхо встал и потянулся. — Хочешь воды? Или поесть? — спросил он, направляясь на кухню. — Эм… воды, спасибо, — ответил Джисон. Он остался в комнате, разглядывая книги на полке: романы, учебники, даже пару графических новелл. Он заметил фото Минхо с котом в руках. Он улыбался. Настояще, широко. Это было… тепло. Минхо вернулся с бутылкой воды и заметил, куда Джисон смотрит. — Это мой кошка, звали Цуни. Она умерла в прошлом году. — Прости… — Джисон опустил взгляд. — Всё нормально. Она была со мной почти восемь лет. — Минхо сел ближе. — Ты любишь животных? — Очень. Всегда хотел кота. Точнее, трёх. — Тогда тебе точно стоит прийти в клуб, — сказал Минхо. — Я не просто так тебя пригласил. Ты выглядишь… как человек, которому это важно. Джисон посмотрел на него. На секунду их глаза встретились — и всё замерло. — Спасибо, — сказал Хан. И впервые за день улыбнулся по-настоящему. 🌃 Когда Джисон вышел из дома, было уже темно. Он шёл медленно, прижимая рюкзак к груди. Голова была пуста, но в сердце было странное тепло. «Ли Минхо», — шептал он себе. — «Теперь у этого имени есть лицо. И голос.» 📱 98LeeKnows: Спасибо за сегодня. Ты неплохо справился. Увидимся в пятницу в клубе? J.One: Обязательно. Спасибо, что позвал. 🕊️ Прошло уже несколько недель с тех пор, как Джисон пришёл в новую школу. Он всё ещё просыпался раньше, чем надо, а перед уроками его иногда мучило лёгкое волнение — но это было уже другое чувство. Не страх, не одиночество. А что-то похожее на предвкушение. Теперь его утро начиналось не с долгого молчания, а с улыбки Минхо, который всегда первым махал ему рукой на входе в класс. — Доброе утро, Ханни, -говорил он. — Доброе утро, Минхо Хён, — отвечал Джисон, уже без акцента, почти по-корейски, с лёгкой ироничной улыбкой на губах. Он и сам не заметил, как начал говорить увереннее. Как перестал стесняться своего произношения. Иногда он даже забывал, что недавно был «новеньким» — теперь он был просто Джисоном. После уроков они с Минхо часто оставались в школе дольше всех. Вместе шли в клуб для животных, где убирали клетки, кормили котят и щенков, или просто сидели рядом, наблюдая за тем, как кто-то из младших школьников гладит испуганную собаку. — У тебя хорошая энергия, — однажды сказал Минхо, наблюдая, как Джисон уговаривает маленького серого котёнка вылезти из-под скамейки. — Ты им нравишься. — Я их понимаю, — ответил Джисон, бережно прижимая котёнка к груди. — Быть новым, пугливым, и всё ещё хотеть доверять — это знакомо. 🌙 Иногда по вечерам он выходил гулять с Чонином и Чаном. Они не были похожи на тех ребят, что Джисон знал в Австралии. Но Чан был австралийцем и старше их всех, часто шутил и раздавал советы, как взрослый брат. — Не парься, если кто-то чего-то не понял, — говорил он, когда Джисон волновался, что слишком долго формулировал мысль на корейском. — Ты никому ничего не должен. Чонин постоянно трогал всех за плечи, и вообще он был супер тактильным (особенно к Чану) однажды подарил Джисону значок с зайцем. — Это ты, — сказал он. — Маленький, нервный, но быстрый и милый. — Спасибо, я… милый? — засмеялся Джисон, чуть покраснев. — Ну ты сам это сказал, не я, — подмигнул Чонин и побежал от Чана, который пытался словить его. 🌤️ Жизнь становилась легче. И всё чаще Хан ловил себя на мысли, что не просто адаптировался. Ему здесь нравилось. Люди, атмосфера, даже еда в школьной столовой. Но больше всего ему нравился Минхо. Как он смеялся. Как дотрагивался до его плеча, когда шутил. Как задерживал на нём взгляд, когда думал, что Джисон этого не заметит. И Джисон чувствовал, как в груди просыпается что-то новое. Тёплое, немного пугающее, но приятное. Как весна после долгой зимы. 🐾 В пятницу после уроков в клубе было особенно тихо. Почти все участники ушли раньше — у кого-то были занятия, у кого-то кружки. Даже Чонин куда-то сбежал, оставив после себя только банку кофе и записку «Минхо, кормление на тебе, я свалил». Джисон сидел на полу рядом с клеткой, где дремал серый котёнок, тот самый, которого он спас в первую неделю. Минхо присел рядом, поджав одну ногу и уставившись в пространство. Он выглядел спокойным, как всегда, но Джисон научился различать: когда у Минхо в голове бегали мысли — у него чуть щурились глаза. — О чём думаешь? — спросил Джисон. — Ни о чём. Просто тихо сегодня. — Минхо слегка повернул голову, и их взгляды встретились. — Не часто такое бывает. Молчание не было неловким. Оно было даже приятным — как будто между ними была своя, тихая радиостанция, не нуждавшаяся в словах. — Спасибо, что приходишь сюда, — вдруг сказал Минхо. — Я сначала подумал, что ты не задержишься. Обычно новенькие приходят один-два раза, и всё. А ты… — А я что? — Джисон опустил глаза, ощущая, как его сердце начинает стучать чаще. — А ты остался. Минхо посмотрел на него немного дольше, чем нужно. В этом взгляде не было насмешки. Он был тёплым, даже ласковым. — Наверное, потому что ты был первым, кто мне протянул руку, — сказал Джисон тихо. — Ты стал для меня первым «здесь». Первым другом. Первым человеком, кто заметил меня не как «того с акцентом», а просто как… Джисона. — Я рад, что ты это видишь, — сказал Минхо и чуть улыбнулся. — Мне нравится, какой ты. Джисон почувствовал, как что-то сжимается внутри. Он резко опустил голову, будто рассматривал свои кроссовки, но на самом деле пытался справиться с этим чувством, которое вдруг накрыло его с головой. Мне нравится, какой ты. Он не знал, что ответить. Но в груди уже не оставалось пустоты. Вместо неё — что-то светлое и нервное, будто бабочки под сердцем. — Минхо… — он поднял голову, собираясь что-то сказать, но в этот момент серый котёнок, будто почувствовав момент, громко мяукнул. Они оба рассмеялись. — Он тебя перебил, — сказал Минхо, качая головой. — Наверное, это и к лучшему, — пробормотал Джисон и погладил котёнка. Он всё ещё не знал, как говорить о том, что чувствовал. Но теперь он был уверен в одном: он хотел говорить это именно Минхо. 🌙 Это был один из тех вечеров, когда дом Джисона наполнялся ароматом еды, смешанным с приглушёнными звуками телевизора из гостиной. Дилан сидел у себя в комнате с наушниками, родители были заняты документами, и у Джисона было редкое спокойствие. Чонин пришёл чуть позже обычного. Он держал в руках пластиковый пакет с напитками и сладостями. — Это взамен за гостеприимство, — сказал он, поднимая пакет и проходя в комнату Джисона. Они устроились на полу с подушками, заиграл лёгкий плейлист. Поначалу говорили о школе, о проекте, о каких-то глупостях. Но потом, когда время стало течь медленнее, а за окном стало темнее, Чонин вдруг замолчал. — Эй, всё нормально? — Джисон посмотрел на него, приподняв бровь. Чонин сглотнул и кивнул, но видно было, что он что-то держит внутри. — Можно я скажу тебе кое-что? Только обещай, что не будешь ржать или смотреть на меня странно, ладно? — Чонин, я же не совсем мудак. Говори, — мягко ответил Джисон и повернулся к нему всем телом. Парень глубоко вдохнул. — Мне нравится Чан. Тишина. Но не та, тревожная. Спокойная, будто слова, наконец, нашли себе место. — О, — только и смог вымолвить Джисон, но в его голосе не было ни удивления, ни осуждения. Только понимание. — Я знаю, что он, наверное, не такой. Ну, типа, он шутит, он флиртует, но… я не думаю, что это серьёзно. Просто он классный. Он заботливый, смешной, и… мне просто хочется быть с ним рядом. Даже если он никогда не ответит мне тем же. — Чонин говорил тихо, опуская взгляд в пол, будто боялся встретиться глазами с Джисоном. — Чонин, — Джисон медленно дотронулся до его плеча. — Спасибо, что сказал. Я знаю, как сложно это проговорить. — Ты не думаешь, что я странный? — Я думаю, что ты Чонин. Самый добрый, честный и, честно говоря, смелый чувак, которого я знаю. Ты говоришь то, что другие боятся даже подумать. Чонин медленно выдохнул, его плечи немного расслабились. — Спасибо, Джисон. — Всегда, — сказал он и улыбнулся. — А насчёт Чана… может, стоит сделать первый шаг? Может, он и не такой уж далёкий, как кажется. Чонин кивнул, и они снова погрузились в тишину, на этот раз — более лёгкую, более настоящую. Ту, в которой дружба действительно что-то значит. 🌧️ В тот день шёл лёгкий дождь, и Джисон остался после школы на дополнительных занятиях. Минхо, не дождавшись ответа в чате, решил сам принести ему тетрадь, которую тот случайно забыл у него дома во время последней встречи. Он нашёл адрес на обложке одного из школьных проектов и подумал: ну и что, просто загляну и оставлю, не страшно. Дверь открыла стройная женщина с доброй улыбкой — мама Джисона. — О, ты, должно быть, Минхо. Джисон рассказывал о тебе, — она удивилась, но тут же впустила его. — Он ещё не пришёл, но ты можешь подождать. Проходи. Минхо зашёл в дом, немного неуверенно, и заметил мальчика, сидящего в гостиной, в больших наушниках и с планшетом в руках, он тут же снял наушники и посмотрел на гостя. — Ты кто? — сразу спросил он. — Минхо, я… э, друг Джисона. — Ааа, ты тот красавчик с кошачьими глазами? — Дилан сказал это совершенно невозмутимо и, кажется, без тени иронии. Минхо рассмеялся: — Это ты сам придумал или Джисон так сказал? — Слушай, — Дилан наклонился чуть ближе и заговорщически прошептал: — Только никому не говори… но он слушает музыку, когда думает о тебе. Ну, знаешь, такую… романтичную. Минхо замер. Он не знал, смеяться ему или краснеть. — Серьёзно? — Да, и ещё… он три дня репетировал, как с тобой говорить по-корейски, чтобы не облажаться. Застукал его, как он разговаривает сам с собой в ванной. «Привет, Минхо. Как твои дела, Минхо. О, у тебя красивые глаза, Минхо!» — Дилан передразнил брата с преувеличенным акцентом и театральными интонациями. Минхо захихикал, прикрывая рот рукой. — Это мило, — сказал он почти шёпотом. — не капельки, — сказал Дилан гордо. — Не говори ему, что я сказал, а то он меня убьёт. Но, по-моему, тебе стоит остаться на ужин, чтоб мы познакомились ближе. В этот момент дверь открылась, и Джисон вошёл, весь мокрый от дождя. Увидев Минхо в своей гостиной — рядом с Диланом, который мило о чём-то с ним болтал, — он застыл на месте, в полном шоке. — Что ты тут… Дилан, ты ЧТО ему наговорил?! — Ничего, просто рассказал, что хороший брат. — Младший пожал плечами и ушёл в свою комнату как ни в чём не бывало. Минхо посмотрел на Джисона, с трудом сдерживая смех. — Я принёс тебе тетрадь. — Я… — Джисон зажмурился. — спасибо. 🌙🍽️ Вечер, дом семьи Хан После того как Джисон (сильно покраснев) вытер волосы полотенцем и успел шепнуть Минхо «извини за моего брата, он не лечится», мама позвала их к столу: — Ребята, ужин готов. Минхо, останешься? Мы приготовили кимчи-ччиге, рис и курицу по-корейски. Ты ведь не вегетарианец? — Нет-нет, я всё ем, спасибо, — Минхо быстро улыбнулся и неловко поправил рубашку. Он чувствовал себя так, как будто попал на кастинг в дораму. Его сердце билось чаще обычного. Они сели за стол. Господин Хан отложил газету, посмотрел на Минхо и серьёзно спросил: — Так ты тот самый Минхо? Минхо замер: — Эм… я, наверное, да. — Значит ты хороший друг Джисона. Кем работают твои родители? — Папа работает в больнице, мама дизайнер мебели. — Молодец. Семейные ценности важны. — Отец кивнул и продолжил есть. Минхо сделал осторожный глоток супа, и глаза расширились: — Это… очень вкусно. — Спасибо, — мама Джисона заулыбалась. — Надо, чтобы Джисон тоже научился готовить хоть что-то, а то кроме омлета он ничего не делает. — Это ложь, я умею варить лапшу, — вставил Джисон, жуя рис. — Серьёзное достижение, брат. — Дилан закатил глаза. — Кстати, Минхо, а у тебя есть братья или сестры? — Нет, но у моей матери есть ребенок не от моего отца. — давайте лучше поговорим про то какой наш клуб классный, — перевел тему Джисон. Минхо посмотрел на него чуть дольше, чем нужно, и улыбнулся: — Может он классный из-за того что ты там теперь есть. — Фу, романтика пошла, — пробормотал Дилан и смачно хлебнул суп. Мама тихо посмеялась, отец не сдержал лёгкой улыбки, а Джисон чуть не уронил палочки. Минхо чувствовал себя удивительно спокойно. В доме семьи Хан было тепло, шумно, живо. Здесь было ощущение чего-то настоящего — что он не чувствовал даже у себя дома. Когда ужин подошёл к концу, и мама предложила всем чай, Джисон уже почти не нервничал. Минхо был частью их стола, их разговора, их вечера. И когда все разошлись по своим комнатам, Минхо и Джисон остались вдвоём на кухне. Хан мыл чашки, а Минхо просто стоял рядом, облокотившись на стол. — У тебя хорошая семья, — тихо сказал Минхо. — Иногда… слишком хорошая, — пробормотал Джисон, вытирая руки. — Но да, мне с ними повезло. — А мне с тобой. Джисон вздохнул, повернулся, и на секунду между ними повисла тишина. Слишком честная, слишком живая. — Хочешь ещё чаю? — наконец спросил Джисон, не зная, куда деть руки. Минхо кивнул: — Только если ты тоже хочешь. Конечно Родители Джисона предложили Минхо остаться и он конечно согласился. 🌙🛏️ Минхо уже переоделся в выданную Джисоном домашнюю одежду — старую футболку и свободные шорты. Джисон лежал на кровати, лицом к потолку, у него были немного мокрые волосы после душа. Минхо присоединился, сев рядом, потом лёг, не касаясь, но близко. — От тебя пахнет карамелью, — сказал Минхо вдруг, почти шёпотом. — Это кондиционер для белья? — Нет… это, наверное, мой шампунь, — пробормотал Джисон, стараясь не выдать, как бешено колотится его сердце. Тишина. За окном стрекотали цикады. Где-то в другой комнате Дилан слушал видео на планшете. У Джисона в груди всё сжималось — от нервов, от ожидания, от чего-то большого, что вот-вот должно было произойти… но не происходило. — Можно выключить свет? — спросил Минхо. — Угу. Джисон потянулся, щёлкнул выключателем. Комната погрузилась в мягкий полумрак — только с улицы пробивался тусклый свет фонаря, немного освещая контуры. Теперь было по-настоящему тихо. Они лежали плечо к плечу. Джисон чувствовал тепло Минхо, его дыхание. — Хан… — тихо выдохнул Минхо, и его голос дрогнул. — Ммм? — Ты правда не боишься спать рядом с человеком, которого плохо знаешь? — Я тебя уже знаю, — ответил Джисон, сам удивляясь, насколько спокойно это прозвучало. Минхо не ответил. Он медленно повернулся на бок, теперь почти лицом к Джисону. Джисон чувствовал этот взгляд, даже не открывая глаз. Он тоже повернулся. Прошло минут 30 точно, и тогда случилось то, чего он не ожидал. Минхо медленно наклонился ближе. Не спеша, будто сомневался. Его лоб почти касался лба Джисона. Один вдох — и они бы соприкоснулись. — Ты спишь? — прошептал Минхо. Очень тихо. Джисон не ответил. И тогда он почувствовал — тёплое дыхание, медленный наклон, еле-еле заметное движение. Минхо почти его поцеловал. Но остановился. — Спокойной ночи, Джисон, — шепнул он и чуть отодвинулся, укрывшись одеялом. Джисон лежал с открытыми глазами, глядя в потолок. Его сердце гремело в груди. И всё, чего он хотел в этот момент — это, чтобы Минхо не остановился. Глубокая Ночь. Всё так же темно, но теперь — тревожно тихо. Джисон лежал в темноте, не двигаясь. Его глаза были широко раскрыты, а внутри будто что-то начало медленно подниматься — теплое, странное, непривычное. Он чувствовал дыхание Минхо. Чуть слышно, ровно. И даже после того, как тот отодвинулся, его близость осталась — как след, как ощущение, которое невозможно стереть. Он хотел меня поцеловать. Эта мысль пронеслась в голове, и Джисон резко закрыл глаза, будто от этого она исчезнет. Но не исчезла. Она пульсировала внутри. А я… тоже хотел. Он сжал кулаки под одеялом. Сердце грохотало в груди, как будто в нём кто-то бил ложкой по кастрюле. Он никогда раньше не чувствовал себя таким живым. Минхо казался таким настоящим. Слишком настоящим. Его голос, его глаза, его руки, его выражение, когда он наклонялся ближе… Джисон сжал подушку, уткнулся в неё лицом. Всё тело горело от неловкости и волнения. Это не просто друг. Это что-то другое. Он не мог дать этому название. Он никогда об этом не думал, не строил фантазий, не мечтал о таком — но сейчас всё стало слишком явным. Он чувствовал, как между ними растёт что-то хрупкое и красивое. Он снова повернулся лицом к Минхо. Тот спал или делал вид. Его лицо было едва заметно в темноте. Тихое, спокойное. Джисон улыбнулся. Совсем чуть-чуть. И прошептал: — Мне тоже хочется… — и замер. Он не знал, услышал ли Минхо. И не знал, хочет ли, чтобы он услышал. Но в ту ночь Джисон понял: он влюбляется. ☀️ Утро. Дом семьи Хан. Минхо проснулся рано. В комнате Джисона было удивительно уютно, пахло мягкими тканями, каким-то тёплым шампунем и чем-то банановым — «в духе Джисона», подумал Минхо и улыбнулся. Он вышел из комнаты тихо, стараясь не разбудить Джи, и направился на кухню, надеясь найти воду. Там уже сидел Дилан, по-хозяйски хрустя хлопьями и уткнувшись в телефон. — О, ты не убежал? — лениво сказал Дилан, не поднимая глаз. — Доброе утро тебе тоже, — усмехнулся Минхо и налил себе воды. Наступила пауза. Дилан всё-таки оторвался от экрана и внимательно посмотрел на гостя. — Ты типа… лучший друг Джисона? — спросил он, как будто проверяя. — Ну да, мы в одном клубе, да и просто… общаемся. А что? — Он странный, да? — вдруг выдал Дилан, покосившись в сторону двери. — Ходит весь такой задумчивый, дневник у него под подушкой. Думает, что я не знаю. Минхо удивлённо улыбнулся. — А ты, похоже, следишь за ним? — Неа. Я просто внимательный. Он думает, что я тупой ребёнок, но я всё вижу. — И что ты видишь? Дилан пожевал хлопья, потом наклонился ближе, понижая голос: — Он говорит о тебе во сне. Несколько раз. «Минхо… не смотри… Минхо, не уходи…» — Дилан почти театрально изобразил эти слова, а потом хмыкнул. — Думаю, он что-то скрывает. Минхо замер с чашкой в руке. На лице ничего не отразилось, но внутри будто щёлкнул переключатель. — Ты уверен? — спросил он тихо. — Ну, или он играет в очень драматичные сны, — пожал плечами младший. — А вообще, он хороший. Просто иногда боится быть собой. Ты ему нравишься, это видно даже без этих снов. Минхо не ответил сразу. Только опустил взгляд и медленно улыбнулся. Словно все кусочки начали складываться в целую картину. — Спасибо, — наконец сказал он. — Ты, оказывается, не просто «младший брат». — Да я вообще всё знаю, — фыркнул Дилан. 🧩 Еще вчера вечером произошло кое-что важное, Минхо и Джисон должны были скоро узнать об этом. Тёплый свет фонарей ложился на асфальт мягкими бликами. Пахло мокрой листвой и осенью. Было тихо. Только редкие шаги прохожих и шелест деревьев. Чонин и Чан шли рядом, почти не говоря. Между ними была та самая тишина, которую не хочется нарушать — не потому что неловко, а потому что она настоящая. — Ты часто молчишь, когда мы вместе, — вдруг сказал Чан, немного улыбаясь. — Я просто боюсь говорить лишнее, — честно ответил Чонин, глядя в сторону. — Со мной ты можешь не бояться, — ответил Чан и на мгновение взглянул ему в глаза. Они остановились у скамейки у озера и сели. Чонин сжал руки в кулаки, как будто собирался с духом. — Чан… — голос дрогнул. — Ты ведь знаешь, что я… немного другой, да? — В каком смысле? — тихо, но спокойно спросил Чан. — Мне нравятся парни. Не девушки. Я… я гей. Он впервые сказал это вслух другому человеку. Сердце колотилось где-то в горле. Чан молчал. Несколько секунд. Он не отводил взгляда, просто… молчал. — Это не меняет того, кем ты для меня был всё это время, — сказал он наконец. — Я уважаю тебя. И я… горжусь, что ты сказал это мне. Чонин чуть-чуть расслабился, выдохнул. Но внутри всё равно была буря. — А если я скажу, что ты мне нравишься? — тихо. Теперь Чан действительно замолчал. Он опустил взгляд и провёл рукой по волосам. Медленно. — Я… не знаю, как на это ответить, — сказал он честно. — Я никогда не думал об этом. Но я знаю, что мне с тобой спокойно. Это ведь что-то значит, да? Чонин грустно улыбнулся. — Это значит всё. Он не надеялся на взаимность. Он просто хотел быть честным. Чтобы больше не прятать, не делать вид, что не чувствует. — Давай просто… побудем здесь, — предложил Чан. — Молча. Без вопросов. Чонин кивнул и положил голову Чану на плечо. Они сидели так долго. Без слов. Просто рядом. 🏠 Прошла уже большее неделя и каникулы уже были совсем близко, Чан решил позвать всех на ночевку, все сразу согласились и уже вечером в субботу все было в уютном доме Бан Чана. — Джисон, Минхо, заходите! — распахнув дверь, Чан махнул рукой. Он был в мягкой кофте, и с повязкой на голове. — Привет, — сказал Минхо, улыбаясь. — Надеюсь, мы не рано? — Самое время. Чонин уже здесь, сидит и спорит с телевизором, — хмыкнул Чан, отступая вглубь квартиры. В гостиной на полу был разложен плед, пицца, газировка и тарелка с нарезанными фруктами. Чонин лежал на животе, подпирая голову ладонью, и громко возмущался: — Я просто не понимаю, кто в здравом уме выберет такую концовку! — Это же дорама, ты чего ожидал? — хохотнул Чан, проходя мимо. — Смысл в том, что финал должен быть логичным, — надувшись, Чонин сел и обернулся к ребятам. — Привет. — Что за дорама? — спросил Минхо, усаживаясь рядом. — «Сквозь зиму», — ответил Чонин. — Там главный герой типа влюбился, но ушёл. И она осталась одна. Без чувств, без смысла. Зачем? — А ты бы остался? — внезапно спросил Джисон. Чонин на секунду задумался. — Да. Даже если бы было страшно. Потому что иногда не получишь второго шанса. Повисло короткое молчание. Минхо перевёл взгляд на Джисона. Тот смотрел в пол, будто прокручивал этот ответ в голове. — Это как с друзьями, — вмешался Чан, садясь между ними. — Иногда думаешь, что они с тобой просто потому, что рядом. А потом понимаешь, что они — твой выбор. Минхо усмехнулся: — Глубоко для пиццы и газировки. — Мы просто умные, — сказал Чан. — Кстати, кто-нибудь из вас когда-нибудь думал, что дружба перерастает во что-то другое? Все замолчали. Минхо отвёл взгляд, а Джисон уставился на край коробки с пиццей. — Иногда, — тихо произнёс Чонин. — Но не всегда получается об этом сказать. Чан посмотрел на него чуть дольше, чем следовало. Чонин заметил, но ничего не сказал. — Ну, — протянул Чан, — может, сегодня будет вечер, когда кто-то всё-таки скажет. — Или хотя бы попробует, — добавил Минхо, всё ещё не глядя на Джисона. В этот момент в комнате повисла странная тишина. Не неловкая — скорее, тёплая, наполненная мыслями и внутренними выборами. Джисон вдруг почувствовал, как его ладонь случайно коснулась руки Минхо. Он вздрогнул, но не отодвинулся. Минхо тоже ничего не сказал. Просто остался так, будто это было естественно. — Давайте сменим тему, — сказал Чонин, хрипло. — Что бы вы делали, если бы никто не знал, кем вы являетесь? — Был бы самим собой, — сказал Джисон, впервые уверенно. — Вот и молодец, — Чан кивнул. — Это самое сложное и самое нужное. И в этот момент стало понятно: этот вечер останется с ними надолго. Не из-за еды, и не из-за дорамы. А потому, что каждый из них что-то скрывает. 🌙 Комната была наполнена мягким светом, а воздух — тишиной, в которой прятались тысячи не сказанных слов. Четверо парней сидели на полу, укрытые пледами, в кругу. Никто не спешил. Время будто замедлилось. — Давайте так, — предложил Минхо, глядя в чашку. — Каждый расскажет то, о чём почти никто не знает. Что-то… важное. Что-то, что долго носили в себе. Никто не возразил. Только лёгкое молчание — знак согласия. Минхо тихо начал: — Мои родители развелись. Папа ушёл, мама почти не бывает дома. А я… один. Живу один. И чем старше становлюсь, тем больше боюсь, что к этому привыкаю. Иногда возвращаюсь в пустую квартиру и даже не включаю свет. Просто лежу в темноте. Потому что это… проще, чем притворяться, что всё нормально. Никто не перебивал. Только тёплое молчание, в котором было столько понимания. Следующим заговорил Чан: — У меня нет родителей. Мама умерла, когда я был маленьким, а отец… он не выдержал. Просто исчез. Я не знаю, жив ли он. Я живу у тёти, но большую часть времени на себя полагаюсь. Работаю, учусь, улыбаюсь. Он замолчал. И тут, неожиданно для себя, заговорил Чонин: — У меня не такая грустная история. Я живу с родителями. Они добрые. Но… они никогда не знали, кто я на самом деле. Я притворяюсь. Постоянно. Перед ними, перед друзьями. — Он замялся, потом посмотрел на Чана и выдохнул Тогда Джисон осторожно подал голос: — Я всё ещё учусь быть собой. Когда я переехал сюда, я не верил, что смогу с кем-то говорить. Ни на корейском, ни по душам. Но вы… — он посмотрел на каждого по очереди, — вы заставили меня чувствовать, что я не просто случайный человек в этом городе. У меня никогда не было настоящих друзей. И вы — первые, кто заставил меня поверить, что я заслуживаю чего-то хорошего. Минхо чуть улыбнулся. Чонин сжал его руку. Чан откинулся назад и посмотрел в потолок. — Мы разные, — сказал он. — Но в каком-то странном смысле мы — семья. — Сломанная, — хмыкнул Минхо. — Настоящая, — поправил Джисон. И все, не сговариваясь, улыбнулись. 🌌 Чан погасил основной свет, оставив только мягкое свечение гирлянды над кроватью. Ребята разошлись по разным углам комнаты: кто-то устроился на матрасе, кто-то на подушках, а кто-то — просто рядом с тем, с кем чувствовал себя спокойно. Джисон и Минхо легли рядом, лицом друг к другу. Между ними — подушка, но их ноги невольно соприкасались. В темноте дыхание казалось громче. Минхо тихо шепнул: — Ты знаешь… я никогда не чувствовал себя настолько… спокойно, как с тобой. — Я тоже, — прошептал Джисон. Его голос дрожал, но не от страха — от чего-то нового. Минхо чуть наклонился. Их лбы коснулись. Не поцелуй, не признание — просто прикосновение, как будто они говорили друг другу: «я рядом, я тебя вижу, я не ухожу.» В другом углу Чонин не мог уснуть. Он тихо повернулся к Чану, который лежал спиной к нему. — Эй… — прошептал Чонин, — Ты не спишь? — Нет, — ответил Чан, всё так же глядя в стену. — Можно я… ближе? Просто… я не хочу быть один. Чан не ответил. Но сдвинулся чуть в сторону. Чонин лег рядом, осторожно, как будто боялся спугнуть тишину. И потом, почти шёпотом, Чан сказал: — Я знаю, что ты влюблён. Просто раньше не знал, что в меня. Чонин замер. — Это… плохо? — Это неожиданно. Но не плохо. Наступила долгая пауза. Потом Чан повернулся к нему. И, не говоря больше ни слова, обнял его одной рукой, прижав ближе. Сердце Чонина билось быстро, но в этом объятии было место для мира. Все четверо лежали молча. Тишина больше не казалась глухой. Она стала уютной, как плед, в который завернулась каждая душа в этой комнате. 🖤 У друга Чонина, Джэхёна, был большой дом и родители в отъезде. Это означало одно — вечеринка. Чонин пригласил всех: Минхо, Джисона и Чана. Они пришли позже остальных, немного стесняясь, но вместе — и это делало всё легче. Джисон был в чёрной рубашке с закатанными рукавами, его волосы слегка взъерошены, а в руке — стакан газировки. Он старался выглядеть расслабленным, но рядом с Минхо его сердце всё ещё подрагивало. Компания собралась в одной из уютных комнат на втором этаже. Шум вечеринки не проникал сюда полностью — только глухие басы доносились снизу. В комнате было мягкое освещение, парни сидели на полу в кругу, пили газировку и просто разговаривали. Минхо сидел рядом с Джисоном, их плечи слегка касались. Между ними уже давно витало что-то неясное, мягкое, почти тёплое — и оба это чувствовали. — Вы заметили, — начал Джисон, — что с тех пор как мы все начали общаться, дни будто стали легче? — Это ты просто расслабился, — хмыкнул Чонин, бросив взгляд на него и Минхо. Джисон покраснел, но улыбнулся. Минхо только усмехнулся и тихо сказал: — Иногда расслабляться— это и есть то, что делает всё легче. Даже если сам не до конца это понимаешь. Все притихли на пару секунд. Чан сидел на втором этаже спальной комнаты, немного в стороне, облокотившись на кровать. Чонин посмотрел на него, потом встал и забрался к нему на верх, сел рядом, будто просто так. — Всё нормально? — спросил он вполголоса. — Да, — кивнул Чан. — Просто иногда тяжело быть среди всех. — Я понимаю, — кивнул Чонин. — Но я рад, что ты пришёл. Чан повернулся к нему, их лица оказались совсем рядом. На секунду никто не говорил. Потом Чонин тихо добавил: — Ты знаешь… Я думаю о тебе. Чаще, чем должен, наверное. Чан глубоко вдохнул, затем, не отводя взгляда, прошептал: — Может, не ты один. И тогда Чонин осторожно потянулся вперёд и поцеловал его. Спокойно, мягко, без давления. Чан не отстранился. Он только прикрыл глаза и кивнул, будто про себя: да. В это время Минхо и Джисон остались в другой части комнаты, чуть отодвинувшись от остальных. — Интересно, что с нами будет через год, — задумчиво сказал Джисон. — А что ты хочешь, чтобы было? — спросил Минхо, не глядя в глаза, а в пол. — Не знаю… может, я просто хочу, чтобы ты был рядом. Минхо улыбнулся. Он поднял взгляд и посмотрел прямо на него: — Я уже рядом. И не собираюсь уходить. Он взял Джисона за руку. Тот не отдёрнул её. Они молчали, но тишина между ними была не неловкой, а наоборот — спокойной. Приятной. Минхо слегка наклонился, и Джисон даже не отпрянул — только закрыл глаза. Но в последний момент Минхо не поцеловал его. Позже той же ночью. Все, казалось, шло хорошо… но что-то вдруг перемкнуло внутри Джисона. Минхо не поцеловал его, хотя был так близко. И даже если это было нежно и по-своему красиво, Джисон почувствовал, будто его просто остановили на полпути. Что-то щёлкнуло — неприятно. Он тихо вышел из комнаты, не попрощавшись. Шум вечеринки оглушал, но он прошёл через толпу и скрылся на улице. Через полчаса он уже сидел на лавочке у магазина, держа в руках дешёвую бутылку алкоголя, которую ему каким-то образом продали. — Почему я так нервничаю, просто никто не может решиться? — пробормотал он сам себе, глотая горькую жидкость. Спустя какое-то время его нашёл Минхо — обеспокоенный, в мятой рубашке, с обеспокоенным лицом. Он присел рядом. — Ты серьёзно? — спросил он, увидев бутылку. — Ты просто ушёл. Даже не сказал, куда… — А зачем? — перебил Джисон. — Ты и так всё знаешь. Или притворяешься, что не знаешь. Тебе ведь всё равно, да? — Джисон, хватит. Мне не всё равно. — Тогда почему ты… — он запнулся, глаза блестели от слёз. — Почему ты остановился? Минхо замолчал на секунду. — Потому что я дурак. Потому что испугался. Потому что ты — это не просто кто-то. Я не хотел испортить момент. — Ну вот, ты и испортил, — выдохнул Джисон и встал, качнувшись. Минхо подхватил его под руку. — Пошли, пойдёшь ко мне. Оно быстро дошло к дому Минхо и сразу пошли в комнату. Джисон лежит на кровати, глядя в потолок. Минхо сел рядом, на краю. — Это тупо, — буркнул Джисон. — Я чувствую себя идиотом. — Потому что ты пьяный, — сказал Минхо. — Завтра ты будешь чувствовать себя не только идиотом, но и с головной болью. — А ты… — Джисон повернулся к нему. — Ты когда-нибудь реально хотел, но не решался? Минхо кивнул. — Я…я правда сожалею, что не сделал того, что должен был. — Тогда… — Джисон посмотрел на него с вызовом. — Исправь это. Минхо ничего не сказал. Он просто тихо наклонился ближе, положил руку на щёку Джисона, но снова остановился. — Уверен? — прошептал он. — Да, — ответил Джисон, уже трезвее, чем минуту назад. И на этот раз — их губы действительно встретились. Комната Минхо. Глубокая ночь. Поцелуй был тихим, почти неуверенным — но тёплым. Они словно оба не верили, что наконец это происходит. Джисон чувствовал, как сердце бешено колотится в груди. Минхо задержался, не отстраняясь, просто касаясь лбом его лба. — Я думал об этом с самой школы, — прошептал Минхо, не открывая глаз. — О тебе. О том, как ты улыбаешься, как смотришь в окно, как злишься, когда забываешь домашку… Джисон тихо усмехнулся, но в этой усмешке было что-то болезненное. — Почему ты молчал? Минхо вздохнул. — Потому что я не знал, что ты почувствуешь. И я не хотел потерять даже дружбу. Лучше терпеть, чем всё испортить. Джисон коснулся пальцами его руки. — А я всё это время думал, что я просто ещё один человек в твоей жизни. — Ты с ума сошёл, — прошептал Минхо. — Ты не «ещё один». Ты — тот, кто каждый день в голове. С кем я хочу просыпаться, говорить обо всём, даже если это просто ерунда. Ты тот, кого я выбрал бы снова и снова. Тишина повисла в комнате. Джисон выдохнул, будто выпуская всё напряжение последних недель. — Я боялся, что ты никогда не почувствуешь так же. Но, оказывается… я просто не дал тебе шанса. Минхо посмотрел ему в глаза. — Сейчас дашь? — Уже дал, — ответил Джисон и снова притянул его к себе, теперь — смелее. 📷 После вечеринки Чонин пошел в квартиру Чана, она была намного ближе и они хотели больше провести времени вместе. Чонин сидел на полу, прислонившись к кровати, в руках сжимал кружку с недопитым какао. Чан вышел из ванной в мягкой кофте и присел рядом. — Все было хорошо, — тихо сказал он. — У Минхо и Джисона всё в порядке, ты знаешь? — Да… — Чонин кивнул и опустил взгляд. — Я рад за них. Правда. — А ты сам как? Чонин немного помолчал, потом поставил кружку на пол и резко выдохнул. — Странно. Я так долго думал, что всё, что мне нужно — это просто быть рядом с кем-то. С друзьями. А потом появился ты. Чан перевёл на него взгляд, в глазах не было ни удивления, ни испуга. Только тепло. — Я думал, ты давно понял, — сказал он и мягко коснулся плеча Чонина. — Я ведь тебя всё время чувствовал. — Но ты ничего не говорил. — А ты? Они оба засмеялись — тихо, чуть нервно. Потом Чонин наклонился вперёд, будто что-то внутри наконец сорвалось с места. — Можно? — Всегда. Их губы соприкоснулись — робко, почти застенчиво, но в этом поцелуе было так много накопленного за все месяцы. Боль одиночества, тревога молчания, и наконец — облегчение. 🏫 В классе уже сидел Чан, он потирал ладони и выглядел бодрее обычного. Чонин появился чуть позже — с его лица не сходила легкая улыбка. Минхо, как всегда, зашёл в класс последним, с рюкзаком через одно плечо. Когда учитель отпустил их на перемену, ребята переглянулись и почти молча пошли в пустой кабинет на первом этаже — их «тайное место». 🚪 Внутри. Четверо сидят в круг. Минхо пьёт холодный чай, Чан жует что-то сладкое, Джисон крутит ручку в руках, а Чонин — как обычно — смотрит на всех по очереди. — Ну… — первым нарушает тишину Чонин. — Это были… насыщенные выходные. — Насыщенные — это мягко сказано, — усмехается Минхо и смотрит на Джисона. — Особенно когда один пьяный мальчик врывается в чужую квартиру и начинает кричать, что «все предали его великое сердце». — Ты обещал забыть это навсегда! — Я соврал. Твоя реакция забавная, особенно если ты мило краснеешь. Джисон бурчит себе под нос что-то на смеси корейского и английского. Чан смеётся. — Знаете, — говорит он. — Это странно. Всю жизнь ты как будто что-то скрываешь, даже от себя. А потом — щелк — и ты сидишь в пустом кабинете с тремя людьми, которых боишься потерять. Чонин посмотрел на него и мягко кивнул. — Но ты их не теряешь. На мгновение воцарилось молчание. Четыре сердца, четыре разных переживания, четыре истории, которые переплелись. — Давайте пообещаем, — тихо сказал Джисон, — что, кем бы мы ни стали, как бы ни поменялась жизнь — мы всегда будем мы. Пусть даже по разным городам, странам, но… — Мы будем, — уверенно сказал Минхо. — Потому что я… не хочу терять это. — Не потеряешь, — Чан слегка сжал плечо Чонина. 🏠 Конечно Вечером Джисон и Минхо пошли вместе домой к Хану. Они шли молча почти весь путь. Осень всё ярче давала о себе знать — воздух стал прохладнее, а ветер трепал воротники школьных рубашек. Минхо шёл чуть впереди, время от времени бросая взгляды назад, чтобы убедиться, что Джисон рядом. Когда дверь дома закрылась за ними, тишина показалась необычайно уютной. Минхо снял кроссовки и устало потянулся. — У тебя дома пахнет… как будто здесь спокойно, — пробормотал он, оглядывая знакомые стены. Джисон усмехнулся и бросил рюкзак на пол. — Наверное, потому что здесь никто не кричит. Мама и Папа работают допоздна, Дилан у друга. — Повезло тебе, — прошептал Минхо. — У меня дома только эхо. Он сказал это просто, без трагедии. Но Джисон почувствовал, как что-то сжалось внутри. Он подошёл ближе и легко подтолкнул Минхо плечом. — Тогда останься у меня сегодня. Если хочешь. Минхо кивнул без лишних слов. Через полчаса они уже сидели у Джисона в комнате. Музыка играла негромко. Минхо лежал на кровати, а Джисон сидел на полу, облокотившись на край. — У тебя здесь совсем не изменилось, — заметил Минхо. — Только стало… теплее. Или это ты изменился? Джисон усмехнулся и посмотрел на него. — Наверное, я. Раньше я боялся просто говорить с людьми. А теперь… — А теперь ты зовёшь меня к себе и подсовываешь мне сладкое печенье, — ухмыльнулся Минхо, держа в руке уже третий кусочек. — Потому что ты выглядел уставшим. И вообще… мне нравится, когда ты здесь. Слова повисли в воздухе. Минхо сел на кровати, чуть наклонившись к нему. — А мне нравится быть здесь. Молчание. В комнате только музыка и дыхание. Минхо вдруг поднял руку и провёл пальцами по волосам Джисона. Тот слегка вздрогнул, но не отстранился. — Ты всё ещё боишься, да? — тихо спросил Минхо. — Иногда. Но… с тобой — меньше. Минхо посмотрел на него чуть дольше, чем нужно было. Потом опустил руку, но всё же не отодвинулся. — Я не буду торопить тебя. Ни с чем, — сказал он. — Я знаю, — шепнул Джисон. — Но всё равно… если вдруг я сделаю что-то не так… Минхо коснулся его щеки, чуть касаясь пальцами. — Ты делаешь всё правильно, Джисон. Они не отводили взгляды — и в какой-то момент тишина между ними стала почти ощутимой, как воздух перед грозой. Минхо чуть приблизился. Его взгляд скользнул по лицу Джисона, задержался на губах, потом снова поднялся к глазам. — я хочу еще можно? — тихо спросил он, едва слышно. Джисон не ответил словами. Он просто кивнул, и в следующий момент губы Минхо мягко коснулись его. Поцелуй был осторожным, будто кто-то боялся спугнуть хрупкое чувство. Но вскоре он стал глубже, увереннее. Джисон чувствовал, как весь мир вокруг замолкает, оставляя только их двоих. Он не знал, сколько времени прошло. Минуты? Секунды? Но когда поцелуй прервался, у обоих дыхание было сбивчивым. — Я… — начал Джисон, но Минхо приложил палец к его губам. — Не надо ничего говорить. Я просто… давно хотел быть рядом вот так. Без слов, без масок. Джисон посмотрел на него, потом сам придвинулся ближе. Он почувствовал, как руки Минхо обвивают его, притягивая к себе. Они легли на кровать, лицом друг к другу. Минхо осторожно гладил его по спине, будто успокаивая, а Джисон позволял себе расслабиться в этом прикосновении. — У меня никогда не было ничего такого, — прошептал Джисон. — Ни с кем. Это всё новое… но оно не пугает. Минхо медленно провёл пальцами по волосам Джисона, нежно гладя его, будто стараясь запомнить каждый сантиметр. Джисон лежал с закрытыми глазами, тихо дышал, чувствуя, как с каждым касанием Минхо внутри всё сильнее тёплая волна поднимается вверх. — Ты такой красивый, — прошептал Минхо ему прямо в ухо, и от этого по спине Джисона пробежали мурашки. Он склонился к его шее и, не торопясь, начал целовать кожу. Легко, почти невесомо. Сначала у самого уха, потом ниже. Джисон затаил дыхание, чувствуя, как каждый поцелуй будто оставляет на нём след. Его сердце билось всё быстрее, и в груди всё пылало. Минхо остановился на одном месте чуть дольше. Его губы прижались сильнее, потом он втянул кожу и мягко прикусил. Джисон вздрогнул, сжался под ним, но не отстранился. Напротив — прижался ближе. — Минхо… — прошептал он, не открывая глаз. Минхо чуть усмехнулся, но в его взгляде было больше тепла, чем дразнящего огня. Он отстранился всего на секунду, чтобы посмотреть на оставленный след на шее Джисона — тёмно-розовый, едва заметный при тусклом свете ночника. — Теперь ты точно мой, — сказал он шёпотом, и снова прижался губами к коже Джисона. Тот открыл глаза и тихо рассмеялся, но в его взгляде было что-то новое — доверие. Полное и без остатка. Он коснулся лица Минхо, притянул его к себе и снова поцеловал, уже глубже и смелее, чем раньше. Минхо медленно провёл пальцами по волосам Джисона, нежно гладя его, будто стараясь запомнить каждый сантиметр. Джисон лежал с закрытыми глазами, тихо дышал, чувствуя, как с каждым касанием Минхо внутри всё сильнее тёплая волна поднимается вверх. — Ты такой красивый, — прошептал Минхо ему прямо в ухо, и от этого по спине Джисона пробежали мурашки. Он склонился к его шее и, не торопясь, начал целовать кожу. Легко, почти невесомо. Сначала у самого уха, потом ниже. Джисон затаил дыхание, чувствуя, как каждый поцелуй будто оставляет на нём след. Его сердце билось всё быстрее, и в груди всё пылало. Минхо остановился на одном месте чуть дольше. Его губы прижались сильнее, потом он втянул кожу и мягко прикусил. Джисон вздрогнул, сжался под ним, но не отстранился. Напротив — прижался ближе. — Минхо… — прошептал он, не открывая глаз. Минхо чуть усмехнулся, но в его взгляде было больше тепла, чем дразнящего огня. Он отстранился всего на секунду, чтобы посмотреть на оставленный след на шее Джисона — тёмно-розовый, едва заметный при тусклом свете ночника. — Теперь ты точно мой, — сказал он шёпотом, и снова прижался губами к коже Джисона. Тот открыл глаза и тихо рассмеялся, но в его взгляде было что-то новое — доверие. Полное и без остатка. Он коснулся лица Минхо, притянул его к себе и снова поцеловал, уже глубже и смелее, чем раньше. 🔆 Утро выдалось неожиданно тихим. Солнце просачивалось сквозь занавески тонкими лучами, освещая комнату мягким золотистым светом. Джисон открыл глаза первым. Он лежал на боку, спиной к Минхо, и первое, что почувствовал — тёплую руку, всё ещё лежащую у него на талии. Он не сразу осознал, где находится, но стоило повернуть голову — всё стало ясно. Минхо спал рядом, дышал медленно и спокойно, его волосы немного растрепались, а на губах была едва заметная улыбка. Джисон осторожно вывернулся из-под руки и встал с кровати, стараясь не разбудить Минхо. Прошёл в ванную, включил свет и остановился, взглянув на себя в зеркало. На его шее был отчётливо виден след — тёмный, немного болезненный, но почему-то тёплый по ощущениям. Засос. От Минхо. Он провёл по нему пальцами, будто не веря, что это реально. В голове промелькнуло всё, что случилось ночью — прикосновения, поцелуи, его шёпот… всё было слишком настоящим, чтобы забыть. И слишком важным, чтобы не бояться, что это что-то изменит. Джисон опустил глаза, на секунду задумался, а потом тихо выдохнул и вернулся в комнату. Минхо уже проснулся. Он сидел, прислонившись к подушке, и, увидев Джисона, слабо улыбнулся: — Доброе утро. — Угу… — буркнул Джисон, почесав затылок и опуская взгляд. Минхо заметил, как он неловко трогает шею, и хмыкнул: — Сильно видно? Джисон кивнул, бросив на него взгляд, в котором смешались лёгкое раздражение и смущённое тепло: — Ты вообще… чуть не сожрал меня. Минхо усмехнулся, потянулся и сказал чуть тише: — Просто не смог остановиться. Я не хотел пугать тебя. Утро продолжалось, и вскоре по дому начали раздаваться звуки — хлопнула дверь ванной, послышались шаги на лестнице. Джисон уже спустился на кухню, надеясь перекусить, прежде чем кто-то успеет начать разговор. Минхо остался наверху, приводя себя в порядок. Но стоило Джисону открыть холодильник, как в комнату вбежал Дилан — растрёпанный, в пижаме с каким-то мультипликационным динозавром и с телефоном в руке. — Доброе утро! — протянул он подозрительно бодро, садясь за стол. Он зевнул и с интересом посмотрел на старшего брата. — Ты сегодня с самого утра какой-то… сияющий. — Чего? — Джисон нахмурился, жуя бутерброд. — Да не прикидывайся. — Дилан прищурился и тут заметил то, что искал. — Оооо! Подожди… это что, засос?! Джисон замер, почти поперхнувшись. Его рука мгновенно дёрнулась к шее, но было поздно — Дилан уже видел. — Кто это сделал? — Он поднялся из-за стола, указывая пальцем на брата. — Это точно не комар! Это прямо метка! И… ты краснеешь! Джисон, ЧЁРТ, это Минхо?! — Тихо, идиот! — Джисон быстро подошёл и зажал ему рот. — Мама же дома! Ты хочешь, чтобы она услышала? — Она в душеее, — проговорил Дилан сквозь пальцы. — Так это точно он? Джисон тяжело вздохнул и опустился на стул, зарыв лицо в ладонях: — Да, блять. Только не начинай. — Я не начинаю! Я просто… офигеваю. Это значит вы… ну, типа вы встречаетесь? — Мы… просто… — Джисон запнулся. — Мы не говорили об этом. — Но он тебе нравится? Джисон молчал, потом тихо сказал: — Очень. — А ты ему? — Надеюсь. Дилан вдруг стал серьёзнее и сел рядом: — Я рад за тебя, правда. Просто… ты всегда был такой закрытый. Я боялся, что ты останешься один. Джисон посмотрел на брата, удивлённый искренностью в его голосе. Он протянул руку и мягко потрепал его по голове: — Спасибо, мелкий. — Но ты должен знать, — Дилан прищурился снова. — Я всё ещё требую подробностей. ВСЁ хочу знать. — Ни черта ты не узнаешь, понял?! — Ну хотя бы — кто первый кого поцеловал? — Дилан! В этот момент в кухню зашёл Минхо, и, увидев их спор, остановился с лёгкой улыбкой. — Привет, — сказал он, стараясь выглядеть невиновным. Дилан обернулся и сразу выдал: — Я так и знал! Это ты оставил ему это пятно на шее! Минхо, смутившись, провёл рукой по затылку: — Эм… Не специально… — ЭТО БЫЛО ОЧЕНЬ СПЕЦИАЛЬНО! — выкрикнул Джисон. 🧩 Школа уже стала обычной рутинной и Джисон любит ходить туда, после того как Хо и Джи решили что они должны сказать что они официально пара и не скрывать больше. Они все снова встретились на школьной террасе за обедом. Солнечные лучи освещали стол, вокруг стоял шум школьного двора, но между ними витало что-то новое — как будто невидимое напряжение. Минхо вздохнул, переглянулся с Джисоном и встал со своего места. — Эй, ребята, — начал он, привлекая внимание. — Мы с Хани хотели вам кое-что сказать. Чан уставился на них, приподняв бровь. Ян перестал есть и наклонился ближе, чувствуя, что сейчас произойдёт что-то важное. — Мы… — Минхо замялся, посмотрел на Джисона, и тот тихо кивнул, улыбаясь. — Мы теперь вместе. Как… ну, как пара. Молчание длилось всего секунду, но для Джисона оно показалось вечностью. Он уже готовился к неловкости, но тут Чонин хлопнул в ладони. — Наконец-то! — сказал он с такой энергией, что Джисон чуть не подпрыгнул. — Я ж говорил, вы оба смотрите друг на друга как в дораме! — Честно, я думал, вы уже давно встречаетесь, — добавил Чан, улыбаясь краешком губ. — Просто ждали подходящего момента, да? Джисон почувствовал, как у него разогрелись уши, но внутри стало так тепло и легко. Он не мог сдержать улыбку. — Вы не против? — спросил он всё равно, чуть тише. — Против? — переспросил Чан. — Ты вообще видел, как Минхо на тебя смотрит? Он тебя сожрёт, если кто-то только попытается сказать что-то плохое. — Угу, — Чонин кивнул. — А мы рады за вас. Правда. Это круто. Минхо сел обратно и взял Джисона за руку под столом. После ланча, полный эмоций и подколов от друзей, Минхо и Джисон направились в сторону клуба. Остальные ребята шли позади, обсуждая услышанное и изредка шепча друг другу с широкой улыбкой. — Ты видел лицо Чона, когда я это сказал? — хмыкнул Минхо, подталкивая плечом Джисона. — Он будто проглотил чипс не в ту горло, — тихо рассмеялся Джисон. Когда они вошли в клубную комнату, учитель Ким уже раздавал поручения. Минхо с Джисоном достались вольеры с морскими свинками в углу. Остальные занялись кормлением и уборкой клеток в другой части зала, оставив их вдвоём. Минхо сел на пол и протянул руку к одной из пушистых зверушек. — Странно, да? Мы теперь типа… официально. — Звучит дико, если честно, — Джисон присел рядом и посмотрел на него. — Но приятно. — Угу… — Минхо поднял глаза. — Никогда бы не подумал, что ты окажешься таким близким ко мне. — Перестань, — пробормотал Джисон, но не отодвинулся, когда Минхо приблизился. — Я вообще-то серьёзно, — прошептал Минхо, склонившись ближе. — Я… Он медленно прижался губами к губам Джисона. Поцелуй был мягким и чуть неуверенным, но в нём было столько тепла, что у Джисона будто всё внутри заискрилось. Он закрыл глаза и прижал Минхо за воротник, отвечая с лёгкой дрожью в пальцах. — Ты ужасный, — выдохнул он, когда они отстранились. — Почему? — Потому мы тут целуемся, даже когда надо чистить морским свинкам клетку. Минхо рассмеялся. — Тогда, может, оставим их без уборки и сбежим? — Эй, я не настолько плохой ученик. Хотя… если ты снова так поцелуешь меня, возможно, соглашусь. Минхо провёл пальцем по щеке Джисона. — Договорились. Тогда после уборки — ещё один. Или два. Из дальнего угла Чонин внезапно крикнул: — Эй, вы двое! Надеюсь, вы занимаетесь уборкой а не грязными вещами. — Ага! — отозвался Минхо, не отводя взгляда от Джисона. — Только так! Слышался общий смех ребят, а Джисон закрыл лицо руками. — Убью тебя. — Стоит только быть твоим, и я теперь официально твоя жертва, — подмигнул Минхо. ⏰ Когда клуб закончился, и ребята начали расходиться по домам, Минхо, стоя у выхода, ткнул Джисона локтем в бок. — Слушай… а хочешь пойти ко мне? Твои родители не против, я уже написал. Сказал, что мы будем учиться… ну, ты понял. — Учиться? — фыркнул Джисон, поднимая бровь. — Прям очень правдоподобно. — Не суть. Главное что они согласны. — Да, только отпишу Дилану. А то он опять подумает, что меня похитили. Через полчаса они уже были у Минхо. В доме было тихо и уютно — родителям действительно было всё равно, лишь бы сын был дома не один. Минхо кинул ключи на стол, сбросил рюкзак и махнул Джисону: — Проходи. Хочешь воды, сока, чего-то? — Только не скажи, что у тебя нет нормальной еды. — У меня хинкали и печенье с привкусом «вчера забыл закрыть упаковку». Выбирай. — Хинкали звучат как победа. Пока они ели, смотрели на телефоне какой-то дурацкий ролик и смеялись над тем, насколько ужасны были актёры. Затем, когда стало темнее, они перебрались в комнату Минхо. На полу было расстелено одеяло, по углам — маленькие лампочки в виде звёзд, которые он когда-то купил для декора, но так и не убрал. — Я думал, ты спишь на полу, — пошутил Джисон, устраиваясь на кровати. — Я думал, ты не такой наглый, — парировал Минхо, ложась рядом. Молчание между ними было приятным. Оба лежали на спине, глядя в потолок, где звёзды мягко мерцали. Минхо чуть повернулся на бок и посмотрел на Джисона. — Мне нравится, когда ты рядом. — Мне тоже… — Джисон закрыл глаза на мгновение. Минхо потянулся ближе, обнял Джисона за талию и прижал к себе. — Обещай, что не исчезнешь, — прошептал он. — Обещаю. Если только ты не перестанешь готовить мне кушать, — ответил Джисон. — Тогда я обеспечу тебе рай. Они рассмеялись. Минхо вновь прижался ближе, и вскоре их губы встретились в медленном, ласковом поцелуе. Поцелуй был очень нежный и приятный конечно он не был идеальным, для Хана это был вообще первый опыт, до Минхо у него никогда не было ни отношений. . Они потеряли чувство времени, когда комната становилась все жарче и жарче, наполняясь возбуждением и неистовостью. — Хани… — прервал Минхо поцелуй, его дыхание было тяжелым и раскаленным. — Ммм… — Джисон открыл глаза и понял, что лучше было бы не делать этого — старший сейчас выглядел так горячо. Без лишних слов Ли снял с себя футболку и шорты, возбуждения уже заставляла его сердце биться еще сильнее. — Т-ты что…— заикаясь произнес младший, его лицо покраснело, и он замер на месте, пораженный видом перед собой. — Я больше не могу, жара просто ужасная, — сказал Хо, присаживайся обратно на место. Джисон не мог понять, что с ним происходит, но он почувствовал сильную тяжесть внизу живота. Это было не просто мелькание бабочек в животе, это было что-то более мощное и неуловимое. — Хён… давай что-нибудь сделаем, — прошептал младший и взглянул на Хо. В его глазах проступили темные оттенки, наполненные возбуждением и интересом. — Кажется, кто-то стал смелее, — Ли потянул Джисона к себе на колени, уже предвкушая, что произойдет дальше. Они уставились друг на друга, словно время замерло в этот момент. Было очевидно, что они не покинут эту комнату, пока не случится что-то непредсказуемое. — Ты такой сладкий, Джисони, — шепнул Минхо, проходя рукой по груди Джи, едва касаясь её. — Можно мне раздеться? — прошептал Хан, пытаясь скрыть своё стеснение. — Да, я помогу, — произнес Хо и начал медленно и аккуратно снимать футболку с любимого. Когда они остались в одних боксерах, их глаза горели страстью, и Минхо начал действовать. Он понимал, что он старше и более опытен, чем Хан. — Малыш, я не хочу, чтобы наш первый раз произошел так. Но сегодня я заставлю тебя кончить, — слова Хо прозвучали так возбуждающе, что Джисон почувствовал дрожь по всему телу. Они снова начали целоваться, на этот раз страсть была намного сильнее. Минхо исследовал рот младшего языком, создавая более интимную связь. Это было нелепо, но страстно. Их движения были неуклюжими, но они приносили удовольствие. Сам Джисон начал двигаться на бедрах Минхо, их тела слились в ритме страсти. Хан чувствовал твердость и тепло члена старшего, он не мог поверить, что они дошли до этого. — Двигайся, двигайся, — говорил Минхо, чувствуя, как сам уже очень близок к концу. Сам старший уже держал бедра Хана, он создавал свой ритм, он двигал ими по своему возбуждению, создавая безумное трение между их телами. — Я-я близко, — простонал Джи, он чувствовал, что оргазм был совсем близко. Через пару минут Минхо кончил первым, его тело задрожало и на нижнем белье появилось большое мокрое пятно, он тихо заскулил и запрокинул голову назад. Джисон уже не мог остановиться, он начал догонять собственный оргазм, он терся членом о парня, стоны и непонятные слова, лились из его губ. Этот вечер они запомнят навсегда. 📱 3 Месяца назад: 14 октября. Когда Джисон ушёл в душ, Дилан, как обычно, лазил у него в рюкзаке под видом «просто посмотрю, что он читает». Он не хотел ничего особенного. Просто скучно было. Но случайно наткнулся на чёрную тетрадь с надписью «не читать». Ага. Как будто это кого-то когда-либо останавливало. Он полистал. Стало интересно. Потом очень интересно. Потом… неловко. Имя«Минхо» мелькало на каждой странице. В мыслях. В переживаниях. В каком-то бесконечном "а что если" не особо думая, Дилан нашёл номер Минхо в школьной системе и… позвонил. Гудки. Три. Потом ответ. — Алло? Дилан замер, но потом просто начал говорить. С акцентом, конечно. Но уверенно. — Привет. Это… я. Хан Дилан. брат Джисона. Младший, да. — А?.. — Минхо явно не понимал, что происходит. — Слушай… ты меня не знаешь, я тебя тоже не знаю. Но у нас… как бы, мини-проблема. Я читать… эээ… как это… тетрадь Джисона. Минхо резко: — Что?! — ДА НЕ ПАНИКУЙ. Я случайно, окей? Я не искал драмы. Я просто… ну… увидел имя. «Минхо». И ещё. И ещё. И я такой: ооо, наш брат что-то чувствует. — Ты читаешь его дневник?.. — Да. И что? Я младший брат. Это моя работа. Минхо выдохнул, но молчал. — Короче, ты ему нравишься. Типа… очень. Больно читать. Страдания, мрак, трагедия уровня корейской драмы. Если ты просто добрый чувак. Продолжай. Но если ты тоже что-то чувствуешь… то, может, скажи? Минхо тихо засмеялся: — Ты странный. — Спасибо. Это комплимент. Просто я не хочу, чтобы он снова лежал ночью и думал, что он «не такой». Он нормальный. Прекрасный. Только тупой немного. И застенчивый. — Ты точно его брат? — с лёгкой усмешкой спросил Минхо. — Да. Это семейное: быть гениальным и раздражающим одновременно. Пауза. Тишина на линии. — Я понял тебя, Дилан. Спасибо. И… ты прав. Мне стоит кое-что обдумать. — Да, только не говори, что я тебе звонил. Я буду отрицать всё. Удалю журнал звонков. Сожгу SIM-карту. Сменю имя. Минхо рассмеялся. — Договорились. Спасибо, что сказал. — Ну, ты не думай, что я добрый. Я просто не хочу плачущего Джисона, потому что потом он включает свои сопливые плейлисты, а я слышу это через стенку. Боль. Бип. Дилан сбросил звонок, посмотрел на тетрадь и буркнул: — Теперь это драма твоего уровня, Джисон. Удачи.