Обычная стажировка

Питер Паркер сидел на потолке своей комнаты, вцепившись пальцами в шероховатую поверхность, и лихорадочно листал телефон, пытаясь понять, как так вышло, что видео с его прыжком между крышами набрало уже полмиллиона просмотров. «Это плохо. Очень плохо. Очень-очень плохо» — мысль билась в его голове, как пойманная в банку муха. Он даже не заметил, как прилип к потолку от волнения. — Питер! — снизу раздался голос тёти Мэй. — Спускайся, пирог готов. Он глубоко вдохнул, отцепился и плавно опустился на пол, стараясь не издавать лишних звуков. — Сейчас, Мэй. Питер бросил взгляд на экран — видео продолжало набирать просмотры. Он уже представлял, как за ним приезжает ФБР, или, что ещё хуже, директор Фьюри с этим своим вечно недовольным лицом. «Хотя бы не приходите в университет… Пожалуйста, только не в университет.» — мысленно молился он. Спустившись вниз, Питер увидел, что Мэй уже нарезала тёплый финиковый пирог, от которого в воздухе витал сладкий аромат. — Ты сегодня какой-то нервный, —заметила Мэй, подавая ему тарелку. — Учёба? Или опять этот Флэш тебя достаёт? — Да нет, всё нормально, — Питер натянуто улыбнулся, но тут же чуть не поперхнулся куском пирога, когда в дверь раздался резкий, уверенный стук. «Не может быть» — сердце Питера замерло. Мэй нахмурилась. — Кто это в такой час? Она направилась к двери, а Питер застыл, словно его облили смолой. Дверь открылась. — Добрый вечер, миссис Паркер, — раздался знакомый голос, от которого у Питера перехватило дыхание. — Я Тони Старк. У вас так восхитительно пахнет, это пирог? Питер чуть не уронил тарелку. Мэй замерла на секунду, затем рассмеялась. — Мистер Старк? Это какая-то шутка? — О, я никогда не шучу насчёт десертов, — Старк шагнул внутрь, сняв очки, и его взгляд сразу же нашёл Питера. — А вот и наша местная Ютуб-сенсация. Питер почувствовал, как кровь приливает к лицу. — Э-э… Привет? Старк ухмыльнулся, затем повернулся к Мэй. — Миссис Паркер, Вы не против, если я попробую кусочек этого чуда? А заодно поговорю с вашим племянником? Мэй, всё ещё слегка ошеломлённая, кивнула. — Конечно! Питер, почему ты не сказал, что знаком с Тони Старком?! — Я… Мы… Это не совсем…— Питер безнадёжно замер. Старк тем временем уже взял тарелку с пирогом и с наслаждением откусил. — Восхитительно, серьёзно, Вы сделали это сами? Мэй засмеялась, слегка смутившись. — Семейный рецепт. — Гениально, — Старк направился к гостиной, жестом позвал Питера следовать за ним. — Парень, нам нужно поговорить. Наедине. Питер почувствовал, как его ладони стали липкими от пота. Он бросил взгляд на Мэй, которая лишь улыбалась, всё ещё не до конца понимая ситуацию. — Идите, поговорите! Я пока заварю чай. Старк уселся в кресло, откинувшись назад, и внимательно осмотрел Питера. — Так… Человек-паук, да? Питер сглотнул. — Мистер Старк, я могу объяснить… — О, не надо, — Старк махнул рукой. — Я уже всё видел. И, должен сказать, ты меня заинтересовал. Питер не знал, что чувствовать — панику или восторг. — Так Вы… Вы здесь не для того, чтобы арестовать меня? Старк рассмеялся. — О, малыш, если бы я хотел тебя арестовать, ты бы уже проснулся в одной из моих лабораторий. От этих слов Питеру стало не по себе. — Тогда зачем Вы здесь? Старк наклонился вперёд, его выражение стало серьёзным. — Я предлагаю тебе кое-что получше стажировки Старк Индастриз. Питер замер. — Что? — Ты будешь моим личным стажёром. Но не для того, чтобы приносить кофе, — Старк ухмыльнулся. — А чтобы я мог убедиться, что ты не свернёшь себе шею, прыгая по крышам. Питер почувствовал, как его сердце бешено колотится. — Вы серьёзно? — Я всегда серьёзен, когда дело касается талантливых подростков в трико, — Старк встал. — Так что, согласен? Питер не мог поверить в происходящее. — Ох! То есть… конечно! Старк кивнул, затем выплюнул кусочки фиников в мусорное ведро. — Извини, ненавижу финики. Завтра в семь я пришлю за тобой машину. И прежде чем Питер успел что-то ответить, Старк уже направился к двери, оставив его в полном смятении. Мэй выглянула с кухни. — Ну и о чём вы говорили? Питер медленно выдохнул. — Кажется, я только что получил работу мечты.

***

Питер Паркер стоял перед зеркалом в своей комнате, нервно поправляя воротник рубашки. — Ты выглядишь отлично, — сказала Мэй, заглядывая в дверь. — Хотя, может, галстук добавить? — Нет, нет, галстук — это перебор, — Питер ответил быстро, чувствуя, как его ладони слегка потеют. «Боже, я иду в Старк Индастриз. К Тони Старку. Я точно не сплю?» Его телефон завибрировал: «Машина у подъезда. Не заставляй меня ждать, Паучок.» Питер чуть не выронил телефон. — Мне пора! — крикнул он, хватая рюкзак и вылетая из квартиры так быстро, что едва не забыл обуться. Чёрный Ауди с тонированными стёклами ждал его у тротуара. Питер глубоко вдохнул и открыл дверь. — Привет, — пробормотал он, забираясь внутрь. — Доброе утро, мистер Паркер, — ответил приятный голос искусственного интеллекта. — Я — Пятница. Мистер Старк ожидает Вас в главном корпусе. Питер кивнул, хотя понимал, что кивать автомобилю — странно. Дорога прошла в нервном молчании. Питер то и дело дёргал ногой, представляя, как он сейчас увидит лаборатории, технологии, самого Старка…

***

Башня Старк Индастриз возвышалась над Манхэттеном, сверкая стеклом. Питер вышел из машины, слегка ошеломлённый масштабом. — Ну что, впечатляет? Голос заставил его вздрогнуть. Питер обернулся — Тони Старк стоял в нескольких шагах, руки в карманах, с лёгкой ухмылкой. — Э-э… Да! Очень! — Питер попытался собраться. — Я имею в виду, это потрясающе. Старк рассмеялся. — Ладно, идём, покажу тебе, где творится настоящая магия. Он лёгким движением руки он указал Питеру следовать за ним, и тот поспешил, стараясь не отставать.

***

Экскурсия была невероятной. Лаборатории, испытательные полигоны, прототипы новых технологий — Питер чувствовал себя ребёнком в кондитерской. — А это наша зона разработки энергощитов, — Старк указывал на огромную установку. — Но тебе это, думаю, не так интересно, как вот это. Он подвёл Питера к застеклённому стенду, внутри которого лежал усовершенствованный костюм Человека-паука. Питер ахнул. — Это для меня? — Ну, если ты не хочешь… — Нет! То есть, да! Я хочу! — Питер покраснел, осознав, как это по-детски прозвучало. Старк усмехнулся. — Расслабься, малыш, я просто дразню. Он повернулся и продолжил вести его дальше, но Питер на секунду застыл, глядя ему вслед. «Боже, он такой классный.» Сердце учащённо забилось, и Питер быстро потряс головой, пытаясь прогнать эту мысль. «Нет-нет-нет, это Тони Старк. Ты не можешь, это же… нет.» Но когда Старк обернулся и поднял бровь, словно спрашивая «ты идёшь?», Питер почувствовал, как его щёки снова нагреваются. — Ты всё в порядке? — спросил Старк. — Да! Абсолютно! Просто много впечатлений, — Питер заулыбался, надеясь, что выглядит нормально. Старк изучающе посмотрел на него, затем хмыкнул. — Ладно, тогда пошли дальше. Есть кое-что, что тебе точно понравится. Питер кивнул и последовал за ним, стараясь не смотреть слишком восхищённо. Но это было сложно. Очень сложно.

***

Месяцы спустя. Лаборатория Старк Индастриз в третьем часу ночи была тихой, если не считать мягкого гудения оборудования и редких щелчков клавиатуры. Питер склонился над голограммой, пальцы быстро перемещали виртуальные компоненты, а на лбу выступила легкая испарина от сосредоточенности. «Почему этот модуль не стабилизируется?» — он прикусил нижнюю губу, чувствуя, как раздражение медленно подкрадывается к его обычно терпеливому характеру. С другой стороны стола, откинувшись в кресле и лениво покручивая в пальцах отвертку, сидел Тони Старк. Он наблюдал за Питером через полуприкрытые веки, с легкой ухмылкой, будто знал что-то, чего не знал сам Паук. — Ты вот-вот сломаешь себе мозг, —наконец проговорил он, отчего Питер вздрогнул и чуть не смахнул голограмму. — Я почти разобрался, — пробормотал он, тут же чувствуя, как его уши начинают гореть. «Почему он всегда застаёт меня врасплох?» Старк поднялся, медленно обходя стол, и остановился прямо за спиной Питера. — Проблема в конфигурации нейросвязи, — его голос прозвучал ближе, чем ожидалось, и Питер почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Ты пытаешься заставить его работать как стандартный, но он не такой. Тепло от тела Старка, смешанное с запахом дорогого кофе и металла, было слишком осязаемым. Питер замер, стараясь не дышать часто. — А какой он тогда? Старк наклонился, его рука протянулась к голограмме, и на секунду Питер почувствовал, как его собственное сердце бешено колотится. — Вот, смотри. Пальцы Старка провели по интерфейсу, и схема перестроилась, загоревшись новыми линиями. — Он должен адаптироваться, а не подчиняться, дай ему свободу. Питер сглотнул. «Он говорит о модуле… или обо мне?» — Понял, — он кивнул, слишком быстро, слишком нервно. Старк задержал взгляд на нем на секунду дольше, чем нужно, затем отошёл, оставив за собой легкое головокружение. — Ладно, хватит на сегодня, ты валишься с ног. — Нет, я в порядке! — Питер тут же запротестовал, хотя веки действительно стали тяжёлыми. Старк фыркнул. — Парень, я видел зомби бодрее тебя, иди спать. — Но проект… — Никуда не денется. Питер хотел возразить, но вдруг зевок предательски вырвался наружу. Старк рассмеялся. — Вот и все аргументы. Он подошёл к мини-кухне, встроенной в угол лаборатории, и налил два стакана чего-то темного и горячего. — На, — протянул один Питеру. — Какао, чтобы ты наконец отключился. Пальцы их соприкоснулись на секунду, и Питер почувствовал, как по его руке пробежал разряд — не паучий, куда более опасный. — Спасибо, — прошептал он, опуская взгляд в чашку. Старк изучающе смотрел на него, затем вздохнул. — Когда-нибудь ты научишься вовремя сдаваться, Паучок. Питер поднял глаза. — А Вам разве нравятся те, кто сдаётся? Тишина повисла между ними, и на лице Старка мелькнуло что-то нечитаемое. — Нет, — наконец ответил он. — Но иногда я предпочитаю, чтобы они оставались целыми. И в этом моменте, в полумраке лаборатории, с какао в руках и усталостью, Питер понял одну простую вещь: Он пропал. И, возможно, ему это нравилось.

***

Лаборатория была погружена в мягкое сияние голограмм, отбрасывающих мерцающие блики на стены. Питер сидел на высоком табурете, сжав в руках кружку, и украдкой наблюдал за Старком, который возился с разобранным дроном на другом конце стола. «Он даже когда ковыряется в механизмах выглядит потрясающе», — пронеслось в голове Питера, и он тут же сжал кружку крепче, когда Старк вытер лицо краем майки, обнажая крепкий торс. Старк внезапно поднял взгляд, и Питер резко отвёл глаза, делая вид, что изучает схемы перед собой. — Ты опять пялишься, — прозвучал ленивый голос. Питер почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Я не пялюсь! Я просто задумался. — Ммм, да? — Старк отложил отвёртку и облокотился о стол, подпирая подбородок рукой, — О чём? Губы его растянулись в лёгкой ухмылке, и Питер понял — он попался. — О квантовой стабилизации? — попытался выкрутиться он, но голос предательски дрогнул. Старк рассмеялся — низко, тепло, и это звучало как обжигающий шоколад, стекающий по языку. — Ну конечно, — он покачал головой, затем внезапно выпрямился и шагнул ближе. — Знаешь, ты ужасно врёшь, Паучок. Питер замер. Старк стоял теперь прямо перед ним, так близко, что он мог разглядеть мельчайшие морщинки у уголков его глаз. От него пахло дорогим виски, маслом для механизмов и чем-то неуловимо Тони, от чего кружилась голова. — Я… — Питер попытался что-то сказать, но язык будто прилип к нёбу. Старк наклонился чуть ближе, и Питер почувствовал, как его дыхание участилось. — Ты такой предсказуемый, — прошептал Тони, и его губы почти касались уха Питера, —Каждый раз, когда я подхожу, ты либо краснеешь, либо забываешь, как дышать. Питер сглотнул. — Это не… Я не… — Не хочешь признаться? — Старк отстранился, но его глаза всё ещё сверкали янтарным огнём под светом ламп, — ладно, мне нравится смотреть, как ты извиваешься. Он повернулся, будто собираясь уйти, и Питер, не осознавая, что делает, резко вытянул руку, схватив его за запястье. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно на весь этаж. Старк медленно обернулся, подняв бровь. — Ну? Питер вдруг осознал, что не знает, что сказать. Что он может сказать? «Да, я смотрю на Вас, потому что Вы сводите меня с ума»? «Я ловлю каждый ваш взгляд и храню его как украденную драгоценность»? Вместо этого он просто разжал пальцы, почувствовав под ними пульс Тони — такой же учащённый, как его собственный. — Ничего, — прошептал он. Старк замер, затем медленно провёл языком по верхней губе. — Вот же трус, — пробормотал он, но в его голосе не было насмешки. Он шагнул вперёд — и внезапно его ладонь легла на щёку Питера, пальцы вцепились в волосы у затылка. — Последний шанс сказать «нет», — прошептал Тони, и его дыхание смешалось с дыханием Питера. Но Питер уже потянулся навстречу, закрывая глаза. Их губы встретились в поцелуе, который был одновременно нежным и жгучим, как удар тока. Питер забыл, как дышать, забыл, где он, забыл всё, кроме этого — вкуса кофе на губах, тепла руки на своей шее, тела, прижатого к его собственному. Питер был уверен, что его лицо пылает, как реактор Старка. — Вот видишь, — Тони провёл большим пальцем по его нижней губе, — не так уж страшно, да? Питер мог только кивнуть, всё ещё цепляясь за его рубашку, боясь, что если отпустит — всё окажется сном. Но Старк не исчез. Он просто улыбнулся — по-настоящему, без привычной иронии — и притянул Питера ближе.

***

Питер сидел на краю рабочего стола, нервно постукивая пяткой по металлической ножке. Его пальцы перебирали край костюма — того самого, усовершенствованного, который Тони разработал специально для него. Тони стоял перед ним, медленно снимая перчатки. Его движения были нарочито медленными, будто он давал Питеру время передумать, сбежать, как в прошлый раз. — Ты уверен? — спросил он тихо, отбрасывая перчатки в сторону. Питер кивнул, слишком быстро, чувствуя, как его сердце колотится где-то в горле. — Да, если ты тоже. Тони усмехнулся, но в его глазах было тепло и что-то ещё, от чего Питеру стало жарко. — О, я уверен, малыш. Он шагнул ближе, и вдруг пространство между ними стало электрическим. Питер почувствовал, как его дыхание участилось, когда Тони поднял руку и провёл большим пальцем по его нижней губе. — Но мы не будем торопиться, — прошептал Тони, — Мы можем остановиться в любой момент. Питер хотел ответить, но слова застряли в горле, когда Тони наклонился и прижал губы к его шее. Губы были горячими, чуть сухими, и от этого прикосновения по спине пробежали мурашки. — Тони, — он прошептал, цепляясь за его плечи, чувствуя, как его собственное тело предательски реагирует. Тони отстранился, изучая его лицо. — Скажи, если что-то не так. — Всё… всё правильно, — Питер выдохнул, чувствуя, как его щёки горят, — Просто я… я никогда… Тони прикоснулся к его щеке и снова поцеловал его, на этот раз глубже, увереннее, и Питер почувствовал, как мир сузился до этого момента. Когда Тони начал расстёгивать его рубашку, пальцы Питера дрожали, пытаясь сделать то же самое с его одеждой. Кожа под ней оказалась тёплой, покрытой лёгкими шрамами и тёмными волосами. Питер прикоснулся к ней осторожно, как будто боялся сломать что-то хрупкое, но Тони поймал его руку и прижал ладонь к своей груди, прямо над реактором. — Видишь? Я не разобьюсь, — он улыбнулся, и Питер почувствовал, как что-то внутри него сжимается. Потом было больше прикосновений — медленных и осторожных, будто Тони запоминал каждую деталь. Его губы скользили по ключицам Питера, его пальцы вычерчивали узоры на его бёдрах, и Питер забыл, как дышать. Когда они наконец оказались на диване в дальнем углу лаборатории, Питер лежал под ним, дрожа от каждого прикосновения. — Расслабься, — прошептал Тони, целуя его в уголок губ. — Я не сделаю ничего, что тебе не понравится. Питер кивнул, но его тело всё ещё было напряжённым, пока Тони не взял его в руку, не начал двигаться медленно, так медленно, что Питер застонал, запрокинув голову. — Вот так, — Тони прижал губы к его шее. — Ты прекрасен. Питер не знал, что сказать, поэтому просто схватил его за плечи, когда волна удовольствия накрыла его с головой. Он слышал, как Тони шепчет ему что-то ласковое на ухо, но слова расплывались в горячем тумане в его голове. Когда Тони вошёл в него, Питер зажмурился, чувствуя, как его тело сопротивляется, но Тони не торопился, давая ему время привыкнуть, целуя его в плечо. — Хорошо? — он спросил хрипло, и Питер кивнул, потому что слов не хватало. Потом началось осторожное движение, затем увереннее, и Питер почувствовал, как что-то внутри него разжигается, острее, чем всё, что он испытывал раньше. Тони кончил первым, сдавленно застонав, имя Питера сорвалось с его губ, как молитва. Но он не остановился, продолжая двигаться, пока дыхание Питера не стало прерывистым, и тот, дрожа, не кончил, цепляясь за него. Потом тишина. Только их дыхание, смешанное с тихим гудением приборов. Тони осторожно опустился рядом, не отпуская его. — Всё в порядке? — он спросил, и Питер понял, что в его голосе впервые за всё время была неуверенность. Питер повернулся к нему, чувствуя, как его тело ноет приятной усталостью, и улыбнулся. — Лучше, чем в порядке. Тони рассмеялся, низко и тепло, и притянул его ближе.

***

Кондиционеры боролись с июльской жарой, создавая искусственную прохладу. Питер нервно постукивал карандашом по голографическому интерфейсу, пытаясь сосредоточиться на калибровке нейросети. Его пальцы дрожали — не от усталости, а от вчерашних воспоминаний. Тёплая тяжесть руки Тони на его талии. Грубоватые подушечки пальцев, скользящие под рубашкой. Горячее дыхание на шее… — Питер? Голос заставил его вздрогнуть. В дверях стояла Вирджиния Поттс в идеально сидящем брючном костюме, её взгляд был спокоен и непроницаем. — Мисс Поттс! — Он вскочил, роняя карандаш. — Я как раз… то есть… — Можешь не продолжать, — она вошла, закрывая за собой дверь. — Я пришла поговорить о Тони. Питер почувствовал, как по спине побежали ледяные мурашки. Его ладони моментально стали липкими. — Я не понимаю… — Пожалуйста, — Она подняла руку. — Давай без этого. Я видела, как ты на него смотришь. И знаю, что произошло. Сердце Питера упало куда-то в район желудка. Он машинально провёл языком по пересохшим губам. — Мы просто работали… — Питер, — Её голос стал мягче. — Тебе двадцать. Ты его протеже. Ты понимаешь, что будет, если это выйдет за пределы этих стен? Он сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — А если мы не хотим это скрывать? Пеппер медленно покачала головой, и в её глазах Питер увидел не злость, а что-то худшее — сожаление. — Акции Старк Индастриз, репутация Фонда. Твоя академическая карьера. Ты готов всё это потерять? Где-то глубоко внутри что-то болезненно сжалось. Он отвернулся к окну, где за стеклом сверкал солнечный город. — Он… Тони тоже так думает? Тишина затянулась на несколько мучительно долгих секунд. — Он знает, что я права, —наконец сказала Пеппер. — Просто пока не готов это признать.

***

Две недели спустя. Питер сидел на пожарной лестнице своего общежития, сжимая в руках телефон. На экране горело непрочитанное сообщение: ТС: Лаборатория. Сегодня. Жду тебя. Он провёл пальцем влево, удаляя уведомление. Восемнадцатый раз за эти четырнадцать дней. Внизу заскрипела дверь. Питер автоматически напрягся, но это был просто сосед по этажу. Он выдохнул, прижав ладони к горящим векам. «Ты трус», — прошептал внутренний голос, звучавший подозрительно похоже на Тони. Его пальцы сами потянулись к телефону. Набрали знакомый номер. Сбросили до соединения. Внезапно телефон завибрировал в руке. Незнакомый номер. «Алло?» «Выходи на улицу. Сейчас.» Знакомый голос, резкий и напряжённый. Линия разорвалась. Питер сорвался с места так быстро, что чуть не проломил перила. Через сорок секунд он уже стоял перед автомобилем, окно которого медленно опускалось. — Садись, — бросил Тони, даже не поворачивая головы. — Или беги. Решай сейчас. Питер замер на месте, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Затем рывком открыл дверь и ввалился на кожаное сиденье. Машина рванула с места прежде, чем он успел пристегнуться.

***

Они ехали молча. Тони не сводил глаз с дороги, его пальцы судорожно сжимали руль. Питер заметил, что на его левой руке отсутствует обычный перстень. — Ты… — он начал и тут же замолк, когда машина резко свернула на пустынную смотровую площадку. Тишина повисла между ними, густая и неудобная. — Двадцать три пропущенных звонка, не считая сообщений, — наконец сказал Тони. —Это новый рекорд даже для тебя. — Ну что, Паучок, — голос Тони прозвучал резко, но без злости. — Собираешься всю дорогу молчать? Питер наконец поднял глаза. Тони сидел, положив руку на руль, его пальцы нервно постукивали по кожаному покрытию. В его глазах не было привычной насмешки — только усталость и что-то ещё… Разочарование? — Я… я не знаю, что сказать, — пробормотал Питер, чувствуя, как горит лицо. — Начни с того, почему ты две недели прячешься как преступник, — Тони повернулся к нему полностью. Питер сглотнул. В голове снова всплыл тот момент: нежные прикосновения, губы Тони на его, близость… А потом — Пеппер. — Пеппер сказала мне… — он начал и тут же замолчал, увидев, как изменилось выражение лица Тони. — А, так вот в чём дело, — Тони резко выдохнул, откинувшись на спинку сиденья. — И что же тебе нашептала моя драгоценная мисс Поттс? Питер почувствовал, как в груди закипает что-то горячее. — Что это неправильно! Что мне всего двадцать, что ты мой наставник, что если это выйдет наружу… — Стоп, — Тони резко поднял руку. — Давай проясним. Я не спрашивал её мнения. И уж тем более не давал ей права решать за меня. — Его голос стал тише, но от этого только опаснее. — Единственное, что имеет значение — чего хочешь ты. Питер замер. В голове крутились десятки рациональных доводов, но когда он посмотрел в эти карие глаза, все они рассыпались в прах. — Я испугался, — признался он наконец. — Не последствий и не того, что скажут люди, — он сделал паузу, — Я испугался, что это… что ты… что это было просто… — Минутная слабость? — Тони закончил за него, подняв бровь. Затем неожиданно рассмеялся. — Боже, ты действительно не понимаешь. Я пять месяцев ждал, когда ты наконец перестанешь смотреть на меня как на экспонат в музее. Питер ощутил, как в груди что-то переворачивается. Его пальцы непроизвольно впились в дорогую кожу сиденья, оставляя едва заметные вмятины. Он попытался сформулировать вопрос, который горел в нем все эти недели мучительного избегания. — Ты… ты правда., — голос сорвался на полуслове, звуча хрипло и неуверенно. Он видел, как Тони слегка наклонился вперед, всем телом выражая нетерпение. В его взгляде теперь читалась только напряженная серьезность. — Ты действительно хочешь этого? Меня? — Последнее слово вырвалось почти шёпотом, и Питер тут же пожалел о своей неуверенности, почувствовав, как по щекам разливается предательский жар. К его удивлению, Старк не засмеялся. Напротив — его глаза стали мягче, а в уголках губ появились те самые едва заметные морщинки, которые Питер тайно обожал, они появлялись только в редкие моменты, когда Тони забывал играть роль циничного гения. — Каждый день, — начал Тони неожиданно тихо, его голос звучал непривычно хрипло, —когда ты заходишь в лабораторию и забываешь, что я прекрасно вижу, как ты на меня смотришь. Он произнёс это так просто, будто говорил о погоде, но его пальцы нервно перебирали ключи зажигания. — Каждый раз, когда ты краснеешь, случайно коснувшись моей руки, каждый твой неловкий комплимент, который ты думаешь, я прослушал… Он внезапно замолчал, и Питер с удивлением заметил, как непробиваемая уверенность Старка дала трещину — его пальцы слегка дрожали на руле, а взгляд на мгновение опустился. Тони выглядел уязвимо. — Да, Питер, — Тони наконец поднял глаза, и в них горела такая неприкрытая искренность, что у Питера перехватило дыхание, — Я действительно хочу. Дольше, чем допустимо приличиями и разумно возрастными нормами. — Губы Тони дрогнули в полуулыбке. — И если ты сейчас снова убежишь, я, пожалуй, разнесу эту площадку к чертям, так что решай. Тишина в машине стала почти осязаемой. Питер чувствовал, как его сердце колотится так громко, что, казалось, его слышно даже сквозь шум ночного города. Глаза Тони смотрели на него с редкой открытостью — и это пугало больше всего. — Я не убегу, — наконец прошептал Питер, сжимая пальцы на коленях так сильно, что костяшки побелели. — Но… я не знаю, как это должно работать. Я никогда… Я не… Тони медленно выдохнул, словно сбрасывая с плеч невидимый груз. — И я тоже, — признался он, и это прозвучало так неожиданно, что Питер поднял на него удивлённый взгляд. Тони усмехнулся. — Что, думал, у меня есть пошаговая инструкция? «Как соблазнить своего юного протеже за пять простых шагов?» Питер фыркнул, неожиданно расслабляясь. Это был знакомый саркастичный Старк. — Мы просто попробуем, — Тони осторожно протянул руку, как будто боялся спугнуть. Его пальцы коснулись Питера — сначала просто кончиками, затем всей ладонью, тёплой и шершавой от работы с металлом. — Без правил или ожиданий. Просто посмотрим, что получится. Питер замер, чувствуя, как его кожа горит под этим прикосновением. — А если не получится? — спросил он, уже ненавидя себя за этот вопрос. Тони наклонился ближе, и его дыхание обожгло щёку Питера. — Тогда я потеряю лучшего стажёра, которого когда-либо имел, — прошептал он. — А ты — надоедливого наставника. Мир не рухнет. Но в его глазах читалось другое — «Пожалуйста, не заставляй меня это проверять.» Питер закрыл глаза. Он чувствовал запах Тони, слышал его дыхание, чуть более частое, чем обычно. И вдруг понял, что больше не может этого игнорировать. Он наклонился вперёд и прижался губами к его губам. Этот поцелуй был совсем не таким, как первый. Он был медленным, полным обещаний и страха одновременно. Тони смотрел на него с таким выражением, что Питер почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Ну что, — Тони завёл двигатель, — Поехали домой? Питер кивнул, ещё не доверяя своему голосу. И когда машина тронулась, он заметил, что Тони не убрал руку с его колена — не прятал, не скрывал. Просто держал, как будто боялся, что Питер исчезнет, если он отпустит. Питер больше не боялся.