Вдохновение в ночи

Позже, когда дыхание выровнялось, а между ними повисла тёплая, насыщенная тишина, Руслан вдруг наклонился к уху Альтаира и прошептал: — А теперь моя очередь. Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя хочу. Не на мгновение — а целиком. Альтаир чуть приподнялся на локтях, затаив дыхание. Его глаза расширились, губы чуть приоткрылись — он узнал этот голос, это выражение лица у Руслана. В нём было обещание. Что-то без остатка. Руслан опустился, целуя шею, грудь, живот — всё медленно, словно уговаривая тело расслабиться. Альтаир дрожал под этими поцелуями, от долгого ожидания, от предвкушения, которое с каждой секундой становилось невыносимее. Когда губы коснулись члена, Альтаир вздрогнул, зажмурился и выдохнул имя Руслана — едва слышно, но с надрывом. Руслан не стал торопиться. Он обнял рукой бёдро, зафиксировав, а второй — провёл по внутренней стороне бедра, пока не ощутил, как мышцы под кожей подрагивают. Он втянул в себя головку, затем чуть отстранился, обвёл её языком, задержался под уздечкой, лаская её кончиком языка — снова и снова, медленно. Альтаир тихо застонал, уже не в силах держать равнодушное лицо. Минуты тянулись вязко. Руслан чередовал темп: то медленно, почти лениво, с длинными тянущимися движениями, то чуть быстрее, глубже, обнимая член губами и чуть втягивая в горло. Его язык то ласкал венку снизу, то рисовал круги на самой чувствительной части. Альтаир изогнулся, невольно сжав простынь. Его бёдра подрагивали, рот приоткрылся, дыхание сбилось. В глазах — туман, губы — мокрые от укусов. Он не мог остановиться, не мог сдержать ни стоны, ни дрожь. Руслан чувствовал это, и это подстёгивало. Он хотел довести его не быстро — а красиво. Хотел, чтобы Альтаир запомнил это навсегда. Он вернулся к самому началу — снова сосал медленно, ритмично, одной рукой лаская основание, другой — гладя по животу. И в какой-то момент Альтаир захныкал, схватился за подушку и простонал: — Руслан, я ыгх..не выдержу… если ты не остановишься, я… — Не останавливаюсь, — прошептал тот в ответ, не отрываясь. — Хочу, чтобы ты отдался полностью. Без страха. И Альтаир отдался. Со стоном, с криком, с телом, сжимающимся волной, с пальцами, вцепившимися в плечо Руслана. После всего — тишина. Только сердца били в унисон. Альтаир, раскрасневшийся, прятал лицо в подушку. — Это было… слишком. Руслан улёгся рядом, приобняв его, целуя в висок. — Слишком хорошо? — Слишком… ты. Я тебя чувствовал в каждом касании. Руслан улыбнулся. — Именно так и должно быть.