Щелчок

Тони Старк стоял перед зеркалом в своей спальне, пальцы сжимали край раковины так сильно, что побелели. Вода капала с его подбородка, смешиваясь с солёными слезами, которые он даже не пытался сдержать. Пять лет. Пять долгих лет, а боль не утихала. Он поднял голову и встретил собственный взгляд в отражении. Глаза, когда-то полные дерзости и остроумия, теперь были пустыми. Тени под ними стали глубже, морщины — резче. Он выглядел измождённым, будто вся жизнь вытекла из него в тот момент, когда Питер Паркер рассыпался у него в руках. — Мне жаль… Голос Питера эхом отзывался в его черепе. Тони сжал веки, пытаясь заглушить воспоминания, но они накатывали с новой силой. Он помнил, как Питер схватился за него, дрожащими пальцами вцепившись в броню, словно Тони мог его спасти, мог остановить неизбежное. Но он не смог. Никто не смог. — Я не хочу умирать… Тони резко выпрямился, смахнул с лица влагу и отвернулся от зеркала. Он не мог больше на это смотреть. Не мог видеть себя — человека, который снова оказался бессилен. Глубокая ночь. Пеппер спала, Морган — тоже. Он один бодрствовал, как и почти каждую ночь, потому что сон приносил кошмары. Он спустился в лабораторию, где голограммы проектов пылились в цифровом забвении. Здесь, среди холодного сияния экранов, он чувствовал себя менее бесполезным. — Пятница, — хрипло позвал он. — Да, сэр? — Покажи мне последние записи о Питере. На экране всплыли файлы: видео с тренировок, смешные селфи, которые Питер присылал ему с подписью «Мистер Старк, посмотрите, как я прилип к потолку!», отчёты о миссиях. Тони коснулся голограммы, и перед ним развернулось последнее сообщение Питера, отправленное за час до вылета. «Эй, мистер Старк! Я знаю, Вы сказали не беспокоиться, но… я немного нервничаю. Но всё будет хорошо, правда? Мы же Мстители. Мы справимся.» Голос Тони дрогнул. — Мы не справились, малыш. Он закрыл глаза, чувствуя, как горечь подступает к горлу.

***

А потом случилось невозможное. Скотт Лэнг вернулся. Надежда, крошечная и безумная, вспыхнула в груди Тони. Они собрались снова — все, кто остался. Роджерс, Брюс, Романофф, Тор… Они нашли способ. Они вернули всех. И когда Питер появился перед ним — живой, дышащий, с широко распахнутыми глазами, — Тони почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Мистер Старк? — Питер смотрел на него, слегка нахмурившись. — Что случилось? Тони не ответил. Он шагнул вперёд и схватил его в объятия так крепко, будто боялся, что он снова исчезнет. — Ты вернулся… — прошептал он, голос сорвался. Питер замер, затем медленно обнял его в ответ. — Я… Я не понимаю. Сколько времени прошло? Тони отстранился, положил руки ему на плечи и посмотрел ему в глаза. — Слишком много. *** Питер Паркер стоял на крыше старой квартиры в Квинсе и смотрел на город, который когда-то знал как свои пять пальцев. Теперь всё было иначе. Вывески поменялись. Люди постарели. А он — нет. Он всё ещё чувствовал пыль на языке. Один миг — он был здесь, а следующий — его не было. А потом… он снова здесь, но мир ушёл далеко вперёд без него. — Эй, паучок. Голос заставил его вздрогнуть. Он обернулся и увидел Тони Старка, стоящего на краю крыши в тёмных очках и кожаной куртке. — Мистер Старк! — Питер автоматически улыбнулся, но тут же почувствовал, как что-то внутри сжимается. Тони подошёл ближе, изучая его взглядом. — Как ты? — Я…— Питер хотел сказать «в порядке», но слова застряли в горле. Вместо этого он выдавил: — Всё странно. Тони кивнул, как будто ожидал этого. — Да, знаю. Они стояли в тишине, и Питер ловил себя на мысли, что смотрит на Тони иначе. Он всё ещё видел в нём героя, гения и человека, который когда-то дал ему шанс. Но теперь он видел ещё и морщины у глаз, седину в бороде, усталость, которая не уходила даже когда он улыбался. — Вы, — Питер колебался, — Вы сказали, что прошло пять лет. — Пять лет, четыре месяца и шестнадцать дней.— Тони ответил автоматически, как будто отсчитывал каждый из них. — Как Пеппер? — Жива и здорова. — И… — Питер проглотил ком в горле. — У Вас есть дочь. Тони на мгновение замер, затем медленно снял очки. Его глаза были мягче, чем Питер помнил. — Морган, ей четыре. Питер почувствовал, как что-то внутри него разбивается. — Это круто. Тони изучал его лицо, и Питер знал — он видит. Видит то, что Питер так отчаянно пытался скрыть. — Ты можешь её встретить, если хочешь. — Я… Он хотел, безумно хотел. Но боялся. Боялся, что увидит Тони настоящего — не героя, а отца. Человека, у которого есть семья. Человека, который… Который никогда не будет его. — Может, позже, — прошептал он. Тони не настаивал, просто кивнул. — Когда будешь готов. Питер посмотрел в сторону, на горизонт. — А что насчёт… меня? Университет? Тётя Мэй? — Мэй, — Тони вздохнул. — Она приехала, как только появились новости о вернувшихся. Но она не знает о тебе. Питер закрыл глаза. — Я должен ей сказать. — Да. — Нед тоже приехал в город. — Серьёзно? — Питер резко открыл глаза. — Серьёзно. Это было первая хорошая новость за сегодня. Тони шагнул ближе. — Питер, ты не один. Мы разберёмся со всем постепенно. Питер кивнул, но внутри всё сжималось. Пять лет. Тони жил без него пять лет. И теперь у него была дочь. А Питер… Питер всё ещё был тем самым двадцатипятилетним парнем, который смотрел на него как на божество. — Мистер Старк… — Да, малыш? Питер хотел спросить: «Ты скучал по мне?» Но вместо этого сказал: — Спасибо, за то, что вернули меня. Тони улыбнулся. — Я всегда готов вернуть тебя домой.

***

Ручка на входной двери в квартиру Мэй дрожала в его руке. Питер трижды подносил ключ к замку и каждый раз опускал руку. Пять лет. Для него прошло мгновение, а для нее — целая жизнь. Он глубоко вдохнул и повернул ключ. — Мэй? Кухня пахла корицей и кофе — точно так же, как он помнил. Но теперь на столе стояли фотографии в черных рамках. Его школьное фото, выпускной, совместное фото с Тони. — О Боже… Голос за спиной заставил его обернуться. Мэй стояла в дверях, белая как мел, пальцы впились в дверной косяк. Кофейная кружка выскользнула из ее рук и разбилась о пол. — Это правда ты? Он видел, как ее глаза бегают по его лицу, не веря в происходящее. — Да, это я. — Его голос дрогнул. — Я вернулся. Она сделала шаг, потом еще один, медленно, словно боялась, что он исчезнет. А потом — резко рванулась вперед, вцепившись в него так сильно, что у него перехватило дыхание. — Я знала, — шептала она, слезы капали ему на плечо. — Я всегда знала, что ты вернёшься. Он обнял ее в ответ, чувствуя, как дрожит ее тело. — Прости меня. — За что? — Она отстранилась, ладони на его щеках. — Ты ни в чем не виноват. — Но я… — Ты вернулся, это единственное, что имеет значение. Она потянула его на кухню, все еще не отпуская руку, как будто боялась, что он растворится. — Ты хочешь остаться здесь? — спросила она, наливая ему чай. Тот самый, с мятой, который он всегда любил. — Не знаю, — Питер почувствовал ком в горле. Мэй резко повернулась, глаза снова наполнились слезами. — Хорошо, но Питер, это твой дом. Всегда был и всегда будет. Он видел, как ее взгляд скользит по его лицу, отмечая каждую новую деталь — морщинки у глаз, которые появились за эти пять лет, которых он не прожил. — Ты не изменился, — прошептала она. — Да. — Но внутри… — Все тот же Питер, — он улыбнулся, и она рассмеялась сквозь слезы. — Тогда иди сюда, — она снова притянула его к себе. — Я так по тебе скучала. И впервые с тех пор, как он вернулся, Питер почувствовал — он действительно дома.

***

Лаборатория Старка была прохладной и стерильной, как операционная. Голубоватый свет голограмм отбрасывал мерцающие тени на стены, а в воздухе витал запах масла, металла и кофе. Питер стоял перед разобранным дроном, пальцы механически перебирали провода, но мысли были далеко. «Пять лет.» Он всё ещё не мог осознать это. Вчера он был на третьем курсе университета, сдавал термодинамику и мечтал о стажировке у Старка. А сегодня… Сегодня он стоял в этой самой лаборатории, но мир вокруг изменился до неузнаваемости. Дверь открылась с лёгким шипением. — Опять витаешь в облаках? Голос Тони заставил его вздрогнуть. Питер обернулся и увидел его — в чёрной футболке, с чашкой кофе в руке. Без кольца. Они разводятся. Этот факт Питер узнал случайно, подслушав разговор Тони с Роджерсом. Пеппер переехала в пентхаус на Манхэттене, а Морган оставалась с Тони три дня в неделю. — Просто привыкаю, — Питер натянуто улыбнулся, отводя взгляд. Тони подошёл ближе, поставил кофе на стол и скрестил руки на груди. — Как дела с документами? — Ну, — Питер вздохнул.— Оказывается, когда тебя официально считают мёртвым пять лет, восстановить личность — это целый квест. Тони хмыкнул, но в его глазах не было насмешки. Только понимание. — Я договорился с Фьюри. К концу недели всё уладим. — Спасибо. Тишина повисла между ними, густая и неловкая. Питер чувствовал, как взгляд Тони скользит по его лицу, и ему хотелось исчезнуть. — Ты говорил с Мэй? — наконец спросил Тони. — Да.— Питер сжал кулаки. — Она много плакала. — Звучит как стандартная реакция. — Я сказал, что не буду жить с ней. Тони нахмурился. — Что? Почему? — Потому что для неё я всё ещё её мальчик. А я…— Питер заколебался. — Я уже не тот, кем был, будто после щелчка что-то поменялось. Тони молчал. Потом медленно кивнул. — Ты можешь остаться здесь. Питер поднял глаза. — Что? — В особняке. Здесь полно комнат. — Я… Он хотел отказаться. Потому что жить здесь, рядом с Тони, с его улыбками, с его дочерью… Это было бы пыткой. Но он сказал: — Спасибо. Тони улыбнулся, и Питер почувствовал, как что-то сжимается у него в груди. — Отлично. Тогда завтра перевози вещи. Он развернулся, чтобы уйти, но Питер неожиданно окликнул его: — Мистер Старк! Тони остановился. — Да? — Почему Вы разводитесь? Вопрос вырвался сам собой. Тони замер, затем медленно обернулся. — Пеппер заслуживает большего, чем человек, который любит её только как друга. Питер почувствовал, как его сердце бешено колотится. — А есть та, которую Вы любите иначе? Тони смотрел на него слишком долго. — Я не уверен, что это хорошая тема для разговора. — Почему? — Потому что это… сложно. — Я не ребёнок, мистер Старк. — Я знаю.— Тони вздохнул. — Просто есть вещи, которые лучше не трогать. Тони замер. Его глаза потемнели, он резко развернулся и вышел, оставив Питера одного с грудой невысказанных слов и бешено стучащим сердцем.

***

Особняк был тихим. Где-то за стеной мягко гудели компьютеры, а через огромные окна лаборатории лился лунный свет. Питер сидел на краю стола, сжимая в руках кружку остывшего кофе. Он не мог спать. Мысли о Тони не давали ему покоя. «Есть вещи, которые лучше не трогать.» Что это было? Угроза? Или признание? Питер не смел надеяться. Дверь открылась. — Я знал, что ты ещё не спишь. Тони вошёл с бутылкой виски и двумя стаканами. — Не могу уснуть, — Питер слабо улыбнулся. Тони налил виски и протянул ему один стакан. — Пей, поможет расслабиться. Питер принял стакан, их пальцы ненадолго соприкоснулись, и он почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Тони присел рядом, их плечи почти соприкасались. — Ты знаешь, что я тебе доверяю, да? — тихо спросил Тони. — Да. — И ты мне доверяешь? — Конечно. Тони задумался, затем сделал глоток. — Скажи, чего ты боишься больше всего сейчас? Питер замер. — Что я… что я больше не впишусь. Что все уже живут без меня. Что… что я останусь один. Тони медленно кивнул. — А я боюсь, что упущу шанс сказать что-то важное. Не успею… Питер повернулся к нему. — Что? Тони посмотрел ему прямо в глаза. — Что ты для меня больше, чем просто стажёр. Сердце Питера остановилось. — Мистер Старк… — Тони. — Тони...— Он не успел договорить. Тони наклонился и прижал губы к его, приоткрытым от шока, губам. Это был нежный, осторожный поцелуй, словно Тони боялся, что Питер рассыплется у него в руках. Но Питер не рассыпался. Он ответил.