Школьные будни

— Спасибо за внимание, — окончил Куромаку. Сегодня вторник, их общий доклад с Зонтиком только что был представлен. Оценка была, естественно, лучшей. Зонтик сел на место и облегченно вздохнул, заправляя прядь волос за ухо. Он очень переживал перед этим выступлением. За неделю, пусть и переписок, а не бесед вживую, Куромаку многое узнал о своём собеседнике. Например, что он жутко боится выступать на публике, и впринципе, быть в центре внимания. А вчера после сольфеджио, Куромаку узнал, что Зонтик считает его своим другом, а не просто хорошим знакомым. Парню в очках было приятно это слышать, но объяснить такие эмоции он не смог. Те, кто в понедельник обедали с ними, теперь постоянно вертятся рядом. Куромаку начал замечать, что он не особо и против. Зелёный куст иногда жутко подбешивает, а вот с Пиком он даже смирился. Иногда они находят общие темы, например, по истории, но это случается очень редко. — Куромаку, — прошептал Зонтик, тыкнув в его плечо и вытаскивая упомянутого из мыслей. — Что такое? — сразу откликнулся парень в очках. Зонтик лишь сделал еле заметный кивок в сторону доски и похлопал ресницами, легонько поджимая губы. — Тебя к доске зовут, — продолжал шептать парень с голубыми волосами. Куромаку тут же встрепенулся и подскочил с места. Вот же, задумался совсем, сейчас же химия. Возле доски он принялся писать уравнения химических реакций. Наверное, проклиная себя за то, что настолько занырнул в свои мысли. Вдох, выдох, он сел на место. Вроде, успокоился, а то будто в жар бросило. — Не переживай, — послышалось тихое высказывание справа. Куромаку поднял взгляд, на него смотрел Зонтик, улыбаясь. Как же он мило улыбался. Был похож на кота. И его волосы сегодня кажутся такими мягкими, а ресницы... Куромаку только сейчас заметил, что у него были голубые глаза. При этом не ярко-голубые и не серые, а что-то между, и это что-то имело притягивающий взгляд оттенок. Парень в очках даже не заметил, что он смотрел на друга, так, будто видел какое-то божество. — Всё хорошо, — хриплым шепотом ответил Куромаку, отводя взгляд в свою тетрадь. Он подпер правой рукой свою щеку, невольно улыбнувшись. Ну вот и как объяснить такую реакцию организма? Удар по столу со стороны учителя. Конечно, это адресовывалось не Куромаку с Зонтиком, но они оба вздрогнули. Сзади кто-то громко вздохнул, от такого удара развалилась его карточная башня. Особенно громкие не унимались даже сейчас. Вот и первая тетрадь пролетела над рядами. Начался балаган. Вроде десятый класс, а под конец дня начинают вести себя, как младшеклассники. — Ау, — парень с голубыми волосами схватился за макушку, только что его ударило пролетавшим учебником. Куромаку бросил учебник, который упал на их парту, обратно в ту сторону, откуда он прилетел. — Прости, Зонт! — послышалось с другого конца класса. Упомянутый лишь кивнул, мол, всё хорошо. Всех прервал резкий шум в середине класса. Опять неадекваты начали драться. У одного уже кровь из носа хлещет. На полу и на ближайщих партах оставалась алая жидкость. Парты полетели, а учительница уже давно убежала из класса в поисках кого-то, кто сможет угомонить их. — Не смотри лучше, — тихий голос Куромаку успокаивал среди всего этого хаоса. Он потянулся к волосам друга и стал накручивать одну прядь себе на палец. И впрямь, мягкие. — Всё плохо? — спросил Зонтик, наблюдая, как Куромаку накручивает прядь его волос себе на палец. — Да нет, — он выглянул за спину парня с голубыми волосами. Драка продолжалась, хотя её и пытались разнять. Но почему-то, Куромаку было плевать. Ему казалось, что Зонтик говорит лишь для него, лишь он его слышит. И он этим наслаждался. — У тебя мягкие волосы, — констатировал факт парень в очках. — Спасибо, — Зонтик неловко улыбнулся, а после вздрогнул: резко раскрылась дверь кабинета, прямо в тот же момент, когда и прозвенел звонок. Зашёл кто-то важный, завуч или заместитель директора, не понятно. Тех, кто дрался сразу разняли, отчитали и отправили к директору. Химия была последним уроком сегодня, а это означало лишь одно — свободу. Они с Зонтиком вышли со школы. Середина сентября, вроде, тепло, но одновременно с этим холодно. Руки у Куромаку всегда холодные, а кожа сухая, у Зонтика, наверное, наоборот: руки тёплые, а кожа нежная и мягкая. Он всегда носит с собой крем для рук. — Зонт, ты всё? — знакомый хриплый голос раздался слева. Они с Пиком договорились поехать вместе домой на автобусе. Как узнал Куромаку, мотоцикл Пика починят и привезут только завтра. — Да, — упомянутый кивнул. Остановка была рядом с домом Куромаку, так что все трое пошли в одну сторону. Ну, как, рядом. Надо было разойтись, где-то за 300 метров до остановки. Как раз на этой развилке они и стояли. — Пока, очкастый, — махнул ему Пик, складывая руки в карманы. Почему кличка «очкастый» передалась почти на всех? — До завтра, Куромаку, — помахал Зонтик. Опять, такой хорошенький, похож на кота. Хотя бы скрипач зовёт его по имени, а не как все: «очкастый». — Пока, — Куромаку на прощание парня с голубыми волосами невольно улыбнулся. Но чувствовал себя паршиво, смотря, как те двоя удаляются вместе. Будто...ревнует? Нет, точно нет. К чему ему ревновать? Они все всего лишь друзья. А вдруг, нет? Во время таких мыслей Куромаку пнул попавшийся под ногу камешек. Он почти дошёл до дома, а все равно не по себе. Да быть такого не может, те совсем недавно даже не общались. Хотя, Куромаку не особо обращал внимание на Зонтика, до последней недели.

***

Иногда, Феликс бесил Вару. И не просто бесил, а прям раздражал до невозможности. Всегда такой добрый, всегда безмятежный, всегда, всегда возле него есть люди. Всегда. Ему не надо быть смешным, чтобы с ним хотели дружить или общаться, ему не надо ничего в себе менять, ему... — Вару, что-то случилось? — зелёного достали из его мыслей за шкирку. Феликс уставился на него. — А, нет. Ничего. Просто вспомнил, что пора бежать домой, пока! — сразу откликнулся он. — Сказал бы сразу! Увидимся завтра, — помахал ему Феликс и направился в сторону своего дома. «Надеюсь нет. Надеюсь не увидимся.» — всё громче звучало в голове. Вару шёл по лесопарку, специально решив удлинить себе путь. Он пинал все камешки на пути. Будто бы выражая свою злобу на весь мир. «Феликс, Феликс, Феликс, Феликс. Бесишь, бесишь, бесишь.» — повторялось в мыслях. Он всегда был добрым, его любили потому, что он бескорыстный. С ним всегда хотели общаться, в детском саду, в началке, сейчас. Над ним никогда не издевались. Он был самим собой и всем это нравилось. У него есть много друзей и знакомых. Он всегда, всегда, всегда был лучше него!!!! Треск. Вару достал руку из кармана, тяжело дыша. Он сжал свой оберег так сильно, что тот сломался. Оберегом у него был странный брелок с зелёными очками, внутри которых виднелись спирали. Он получил его на выставке ещё давным давно. Где-то в началке. Вару сделал глубокий вдох и выдох. Подошёл к ближайшей мусорке и взглянул на остатки оберега в последний раз. Не лице появилась слабая, уставшая и еле заметная улыбка. Выдох. Вару выбросил кусочки брелка в урну. Надо будет найти новый оберег. Желательно, на спокойствие. Плетясь дальше, приближаясь к своему дому, он вновь нырнул на дно своих мыслей. Нет, Феликс был хорошим другом. Но как же Вару ему завидовал. Всегда, когда об этом вспоминал, не мог выбросить из головы весь оставшийся день. Иногда, он думал, что хотел бы убить его. Конечно, потом, он ругал себя за это. Но на эмоциях и не такого пожелаешь, верно? И семья к нему нормально относится, а на Вару то и дело давят. Мол, он единственный ребёнок в семье, должен... Вечно что-то кому-то должен. А вот Феликс никому ничего не должен. Раз он есть, то уже молодец. Грррх. Аж дрожь по телу берёт.

***

— Мне кажется, твой Куромаку меня отравить собрался, — сказал Пик, скрещивая руки на груди. Им повезло, автобус приехал пустым и они сели возле окна. — Чего?! — удивился Зонтик, слегка краснея, неясно из-за чего. После, резко отвернулся и уставился глядеть в свои колени, вьющиеся волосы упали ему на лицо, скрывая покрасневшие щеки. — Во-первых, Куромаку не мой, а во вторых, почему отравить? — Ну, вряд-ли он сможет меня избить. Так что отравление ему вполне подходит, — Пик пожал плечами, решив оставить смущение друга неозвученным. — С чего ты это взял? — поинтересовался парень с голубыми волосами. — Он на меня посмотрел так, будто расстерзает при первой возможности, особенно при прощании, — приподнял бровь мотоциклист. — Может...у него просто настроение испортилось? — неуверенно предположил Зонтик. — Он даже на куста так не смотрел. — Тогда, точно не знаю, — вдруг парень встрепенулся. — Может, лучше завтра у него спросишь? Уж лучше поговорить, нежели враждавать... — Нет уж, спасибо, — Пик покачал головой. Объявили нужную им остановку. Успешно выбравшись из транспорта, десятиклассники разбрелись по домам. Зонтику хоть и было неловко, но в груди разлилось тепло, от того, что сказали: «твой Куромаку». Вызывает такой трепет... И улыбку на лице.

***

Габриель сегодня снова остался у Данте. Вроде всё как обычно, но вообще можно на ночь остаться. Они лежали в комнате Данте на ковре и рисовали. Им надоело просто скейчить зарисовки, поэтому они придумали что-то вроде челленджа. Габриель выбирает картинку для Данте, а Данте для Габриеля, и они рисуют за время пяти минут. Иногда получается красота, а иногда смешной бред. И вот, снова, звенит будильник. Габриель его выключает и осматривает свою работу: разрезанные яблоки и нож рядом, штрих получился, правда, слишком большим. Но ничего страшного, это ведь зарисовка, а не официальная работа. Данте же попалась колонна, он успел простроить её лишь наполовину, но, Господи, как же это выглядит классно, даже если не готово прямо до конца. — Сколько мы нарисовали? — спросил парень с красными волосами, переворачивая лист и меняя позу, на более раслабленную. — По 20 каждый, — Габриель стал раскладывать зарисовки по файликам. Чтобы удобней было нести в художку. — Чай будешь? — Давай. Данте поднялся с пола и ушёл в сторону кухни. Габриель снова принялся рассматривать его комнату. Вообще, это было больше похоже на антиквариатный магазин или барахолку, но что-то в этом было. Точнее, больше было похоже именно на магазин, потому что всё было прибрано и красиво расставлено. Габриель изначально думал, что тут будет свалка, ведь Данте кажется похожим на того человека, который никогда не прибирается в комнате, а оказалось совершенно иначе, он тот ещё чистюля. Или он не чистюля, а просто как-то находится тут таким образом, чтобы ничего не замарать или запачкать. Больше всего Габриелю нравится огромный стеллаж, на всю стену. На самых верхних полках стояли книги. Они занимали где-то два ряда. Где-то между полками аккуратно вбит гвоздик, на нем красуется ловец снов, такого замечательного темно-фиолетового оттенка. У Данте в комнате три ловца снов: два в разных, дальних друг от друга местах на стеллаже, а другой над кроватью. Вот тут начинаются искусственные лианы, которые интересно извиваются, огибая полки. Немного ниже стоит стеклянный шар, внутри которого домик и елочки, а если его потрясти, то будет идти снег. Совсем рядом стоят какие-то баночки, скляночки с разными травами внутри. Интересно, зачем они ему? Последний ряд стеллажа состоит не из открытых полок, они с дверцами. Вот что там, Габриель не знает. Один из этих ящичков даже на ключ запирается. Скрипнула дверь, в комнату зашёл Данте с двумя кружками чая в руках. Вручив одну Габриелю, он сел на пол рядом. А и вот ещё! У Данте очень красивый сервиз. Кружки такие красненькие, с приятными узорами. И чай у него тоже самый вкусный и самый ароматный. Запах чая перебивает даже запах диффузера, который стоит на письменном столе. — Спасибо, чай, как и всегда замечательный, — кивнул Габриель, расплываясь в улыбке. Чай расслаблял и дарил тёплое чувство безопасности. — Да, не за что, — отозвался Данте. Он уже опустошил пол кружки, прикрывая глаза. Так и продолжилось молчание, пока Габриель не заметил, что его друг заснул. Он пару минут вопросительно смотрел на него, а после встал с пола. Его самого начало клонить в сон. Конечно, после такого чая, вряд-ли, кто не уснёт. Габриель взял с кровати одеяло и накинул на Данте, а после сел рядом с ним, укладывая свою голову ему на плечо, используя, как подушку. Может не идти завтра в школу? Зато сходить на отработку в художку...

***

— Пик, ты не знаешь, где Зонтик? Он не отвечает на мои сообщения, — сегодня уже четверг, как быстро летит время. Куромаку нашёл Пика в гардеробной, он был слегка обеспокоен, что друга нигде не видно. — А, как я знаю, он вчера вечером съел что-то не то и отравился. Наверное, только сейчас смог уснуть, — мотоциклист слегка прикоснулся к подбородку, думая, — он, как проснётся, обязательно тебе ответит, не переживай так. — Ты это откуда знаешь? — максимально удивленно спросил Куромаку. Легко сказать, не переживать, сложно сделать. — У нас матери дружат, вот поэтому знаю, — слегка пожал плечами Пик, будто это настолько обычная вещь, что можно было догадаться. — В любом случае, спасибо за информацию, — парень поправил очки и начал удаляться от собеседника, сделав шаг в сторону выхода. — Я после школы поеду к нему, чтобы проверить, как он. Хочешь со мной? — на такое резкое и неожиданное предложение, Куромаку слегка вздрогнул, остановившись. Кулак то сжимается, то разжимается, вроде, хочется сразу согласиться но.. — Я, сам не знаю, — признался он. — Наверное, да, я поеду с тобой. — Тогда, буду ждать тебя у остановки. Школа мотоциклы же запрещает на территории парковать. — Спасибо, — поблагодарил Куромаку, на что Пик лишь кивнул, мол, не за что. Первые уроки были особенно тяжкими. Без Зонта даже как-то грустно на душе. Почему тяжкими были только первые уроки? Потому что к третьему уроку заболевший проснулся и начал отвечать Куромаку.

Чат с пользователем Зонтик

Зонтик Прости пожалуйста!! Я тут приболел...

Куромаку

Мне Пик рассказал, так что я знаю. Ты как?

Зонтик Вау, Куромаку сидит в телефоне на уроке Ну, вообще, мне лучше, чем ночью, но слабость жуткая и температура поднялась

Куромаку

Ты чем отравился хоть?

Зонтик Если честно, то я сам не понял

Куромаку

Я тебе ещё на перемене напишу. Тут телефоны собирают.

Зонтик Удачи! Сообщения после не последовало, и впрямь забрали телефоны. Проверочная. Слегка потупившись на листок, Куромаку начал писать. Мысли его были заняты немного другим, а вот рука строчила решения уравнений и неравенств.

***

Зонтик убрал телефон и с трудом встал с кровати. Надо хоть немного поесть. Правда, есть ничего после отравления нельзя, кроме сухарей из белого хлеба. Взяв свою любимую большую кружку и, налив в неё чай, Зонтик сел за стол. Он засыпал в коричневую жидкость чайную ложку сахара и начал мешать. Вообще, он не пил чай с сахаром, но родители сказали, что после отравления надо его попить пару дней, чтобы от голода не помереть. Сухари, так то не очень вкусные, но если макать в чай, то впринципе, есть можно. Съев один сухарь, Зонтик передумал, решив просто попить чай. Есть вообще не хотелось. Пик пообещал заехать к нему после школы, так что надо будет заказать в аптеке витамины и ещё таблетки, чтобы тот забрал по пути. Слабость жуткая, но терпимо. Особенно, если учесть, что Зонтик постоянно отравляется чем-то. Он почти привык. Нет, ладно, нет, вообще не привык! Каждый раз, как первый. Посмотрев в зеркало он сам себя слегка испугался. Синяки под глазами снова появились. Зонтик всю жизнь старался от них избавится и вот, наконец, получилось. Ага, ненадолго. Губы высохли и стали почти одного цвета с лицом, поэтому казалось, что он без губ. Про волосы лучше промолчать. Они выглядели так, будто его только что током шандарахнуло. Его волосы, буквально, настолько поднялись вверх, что даже плеч не касались. Зонтик умылся и расчесался. Сейчас стал хотя бы на человека больше похож. Спать не хотелось, но полежать — ещё как. А когда залез и укутался под одеяло, захотелось спать. Может и впрямь подремать пару часов? Да, можно...

***

— А почему ты начал на мотоцикле ездить? — поинтересовался Куромаку. Он стоял на парковке, облокотившись на байк. Пик же только подошёл и начал складывать аптечный пакетик в сумку, а ту в багажник. — Странный вопрос. Ну, первое, это то, что мне до школы далеко. А второе, это то, что мне нравится. Ощущаю себя по-настоящему свободным, будто я птица, — пожал плечами Пик, сгоняя серого назад. — Интересная ассоциация, — согласился парень в очках, усаживаясь назад. Они заехали по пути к Зонтику в аптеку. Солнце сегодня припекало, но это, к сожалению, последний тёплый день. Дальше начинаются облака, дожди, грозы и зима... Оставалось ехать около пяти минут, так что добрались до нужного дома они быстро. Куромаку совершенно не так представлял место, где живёт Зонтик. Он думал, что это что-то совсем на краю города, но нет. Тут даже лучше, чем в центре. Всё чисто, всё не потрепанное. Хотя, по словам Пика, этому микрорайону уже лет шесть. Так что удивительно, как он ещё цел. Тут и парки и площадки, много площадок. А край города не виднеется даже близко. — Кто? — раздался сонный с хрипотцой голос из домофона. — Скорая помощь, — ответил ему Пик. Вау, он умеет шутить? — О, проходи Пик! — голос сразу повеселел, а дверь издала пиликанье, показывая, что открылась. Поднимались наверх в тишине. То-ли не знали, что говорить, то-ли не хотели. Щелчок, щелчок, щелчок. Три щелчка, появился просвет, из двери выглянула голубая голова. Зонтик аж застыл, он же не знал, что Куромаку тоже явится. Похлопав удивленными глазами, он открыл дверь и получил аптечный пакет. — Спасибо! Проходите, — хозяин квартиры тут же скрылся за поворотом. Наверное, пошёл на кухню, разбирать то, что накупил. Пакетик, правда, совсем маленький, так что Зонтик просто проверил, всё ли на месте. — Чего стоишь, как вкопанный? — Пик достал Куромаку из мыслей, тот вздрогнул, проморгался, повертелся. — Прости, задумался, — парень в очках начал снимать обувь. Пройдя чуть дальше, увидел пуфик, на который Пик положил свою рюкзак и последовав его примеру, оставил свой там же. — Вам что: кофе или чай? — послышалось с кухни, Куромаку с любопытством осматривал незнакомое пространство. — Могу предложить энергетик, что ещё есть? А, сок, лимонад... — Очкастый, ты там где застрял? — послышался ещё один голос намного ближе. — Уже иду, — громко ответил Куромаку, чтобы его было слышно. Вроде квартира такая огромная, но в это же время в ней очень комфортно. Нет ощущения, что ты один такой маленький, а рядом гигантская пустота. Чтобы пройти на кухню, надо пройти через зал и слегка повернуть, странно, конечно, но сама квартира светлая и видно, что с совсем недавним ремонтом. — Мне просто чай, — был слышен голос Пика. И вот, Куромаку, наконец, заходит в кухню, его сразу встречает любопытный взгляд Зонтика. — А тебе что налить? Ты слышал, что можно или перечислить? — Я слышал, не стоит. Я тоже буду чай. — Ты сам то как? — Пик уселся на стул, пока Зонтик пыхтел над чаем. — Сейчас уже даже более менее, утром вообще плохо было, — парень с голубыми волосами достал три кружки, пока чайник порядочно и усердно кипятил воду. — Вам какой? Зелёный, чёрный, красный есть. — Мне зелёный, — сразу отозвался мотоциклист, наблюдая, как парень в очках садится на другом конце стола. — Я пожалуй чёрный буду, — чайник издал долгожданный щелчок, говоря о том, что выполнил свою работу. Куромаку начал рассматривать хозяина квартиры: большая футболка серо-синего оттенка, свободные штаны в сине-черную клетку, что чуть-чуть и дотронутся до пола. А волосы у него были слегка растрепаны, но почему-то, так они выглядели ещё прекрасней, чем обычно. — Спасибо, что вы приехали, мне приятно, — улыбнулся Зонтик, ставя перед парнями кружки с чаем. Он сел на стул, и пододвинул сахарницу. — Ты же не пьёшь чай с сахаром, — вопросительно приподнял бровь Пик. — Да, не пью. Но родители сказали, мол, раз отравился, то надо с сахаром попить пару дней, — объяснил ему парень с голубыми волосами. Куромаку наблюдал за их беседой, изредко что-то спрашивая или оставляя свои комментарии. Атмосфера приятная, а запах чая делал ещё лучше. Они так сидели, наверное, час? В общем, как-то дело подошло к уходу. — Очкастый, тебя же надо назад везти? — неожиданно поинтересовался Пик, надевая обувь, пока Куромаку помогал Зонтику на кухне. — Ну, если предлагаешь, то я не против. — Я тогда первым спущусь, чтобы подогнать мотоцикл, ты не заблудишься? — Нет, через 5 минут выйду, — послышался звук закрывающейся двери. — Куромаку, — тихо назвал его Зонтик, — спасибо, что приехал. — А, ну, не за что, — названный слегка опешил. — Я постараюсь побыстрее выйти обратно в школу, — Зонтик слегка улыбнулся. Он мыл кружки, когда окликнул очкастого. — Лучше качественно вылечись, до конца, — посоветовал Куромаку, хотев сказать ещё что-то, но в итоге решил промолчал. — Спасибо, — послышался смешок. Зонтик приятно смеялся, тихо и с ноткой мягкости. — Увидимся, — попрощался Куромаку. Знакомый лифт, только теперь, парень в очках смотрел на отражение улыбающегося, как ребёнка, десятиклассника. А не на хмурого Куромаку, которого знали и видели другие. Тут будто бы было совсем иначе. Здесь пахнет какой-то свободой... — Долго ты, — Пик сидел на мотоцикле и ждал пришедшего. — Прости, — Куромаку улыбнулся, извиняясь. — Можно вопрос? — Валяй. — Почему ты решил взять меня с собой? Тебе же никакой выгоды нет, только морока. — Если ты не знал, то Зонтик тобой дорожит. Я подумал, что ему будет приятно увидеть тебя и я не ошибся, — мотоциклист вручил Куромаку шлем. — Дорожит? С чего такие выводы? — спросил парень в очках, надевая шлем. — Пока тебя не было в школе, он многое рассказывал о тебе. Да и к тому же, он тебя даже защищал. Когда Куст сказал, что ты зануда, — пожал плечами Пик, кивая назад, чтобы тот садился. — Ты хороший друг для него, — Куромаку слегка улыбнулся. — Я знаю, — мотоцикл завёлся, мотор заревел и сорвался с места.