1899: Свет памяти

9 сентября 1899 года. Корабль «Цербер» Коридоры «Цербера» никогда не были прямыми. Они поворачивались, ломались, повторялись, и временем соединяли совсем не те палубы, которые должны были. Эйк шёл молча, без фонаря, без карты. Он искал то, что снова начало сниться. Но не Сару. И не детей. Он искал других, кто тоже не спит. Через время блужданий он остановился у дверей, услышав голоса. Женский – тревожный. Мужской – уставший. – Я видела её. В своей каюте. Но она назвала меня мамой. Но я... Я не имею детей... – У меня был брат. Он погиб на войне. Но тут... я нашёл его. Он проснулся в моей кровати. Улыбчивый. Живой. Но... что-то было не так с его глазами. Они были, как у зеркала. Эйк тихо постучал. Их взгляды встретились. И в этот раз – он не отвернулся. Признание. – Вы тоже видите? – спросил он. Женщина кивнула. Её имя было Клеменс. Она держала в руках часы, которые остановились ровно на 23:17. – Я в комнате, которой не должно существовать. И там – мой муж. Но он... Не он. Он слишком добр. Слишком молчалив. Я создала его так, как хотела. Но он... не настоящий. Люсьен, солдат, сложил руки на груди. – Корабль – это не корабль. Это реестр боли. И мы – строки в нём. Открытие. Той ночью Эйк обнаружил, что двери меняются. Их местоположение – плавающее. Их наличие – условно. Они реагируют на память. В коморке он нашел двери, которых не было вчера. И за ними – комнату, которая... принадлежала не ему. Он вошёл в комнату Сары. Но она была другой. Суровая. Пустая. Белые стены. Тишина. Она стояла к нему спиной. – Ты снова пришел, как наблюдатель. Не как тот, кто помнит. – Я помню всё... – Ты помнишь боль. Но не себя. Не меня. Сбой системы. В навигационной панели появилась новая надпись: «11.11.1897 – нестабильность петли. Индивид 1.3А начал вспоминать. Система – реагирует.» Эйк прочитал. И вспомнил. Последняя запись того дня. «Я видел, что не только я слышу голоса. Мы все – наблюдатели собственной болезненной правды. Но если боли достаточно – система сломается. Нужно найти центр. Нужно найти её не как образ. А как истину...»