Любимый ребенок смерти

Гарри никогда не был сторонником пафоса, как, например, Малфои, но перед исполнением мести за ушедшего за Грань Вэй Ина, захотелось принарядиться. Илин был небольшим городком, который с каждым годом все больше приходил в запустение из-за нахождения близ курганов. В нем жили простые люди и не водилось дорогих товаров и Гарри не смог найти подходящего случаю наряда, поэтому на помощь ему пришла трансфигурация. Одежды Гарри, в которых он очнулся в этом мире, уже давно никуда не годились и не могли больше чиниться чарами, поэтому вопрос нового ханьфу и так был на повестке дня. Просматривая воспоминания Вэй Ина, Гарри естественно наблюдал и за его окружением, среди которых были как бедняки, так и верхушка великих орденов, к которой можно было отнести и самого Усяня, как главного ученика и воспитанника Цзян Фенмяня. Конечно же, в этих воспоминаниях разные слои общества одевались по-разному: от простого наряда, до невообразимо роскошного. И даже праведники Лань, что носили преувеличенно простую одежду на самом деле являлись теми еще модниками и транжирами, ведь каждое их ханьфу вышивалось защитными заклинаниями, а слоев одежд было столько, что их можно было сравнить с капустой. Гарри на самом деле очень восхищался местной модой. Роскошно украшенное ханьфу казалось ему даже более волшебным, чем мантия. В старом мире Гарри никогда не бывал в Китае и не встречался с тамошними волшебниками, но не сомневался, что они должны были выглядеть, как местные заклинатели. Отыскав более-менее приличный по качеству наряд и привычно оставив в лавке оплату, Гарри под прикрытием мантии вернулся на Луанцзан и принялся колдовать над своей добычей. Перво-наперво он сделал ткань непроницаемо черной настолько, что казалось, она поглощала дневной свет. Матовый шелк казался тяжелым даже на вид, а когда к нему прибавилась ядовито-изумрудная вышивка, сила стала буквально исходить от ткани, что из-за защитных рун стала подобна доспеху. Изящный пояс, на котором с одной стороны покоилась черная флейта, а с другой тонкий и немного хищный клинок, дополнял образ заклинателя из высшего света. Еще пару взмахов руками и волосы, что до этого лежали тяжелой дикой волной, теперь собрались в переплетении тонких кос. Оглядев себя в зеркало после всех манипуляций, Гарри остался доволен и был готов идти вершить правосудие, хоть лично ему Вэнь Чао ничего и не сделал. Гарри отправился в путь ранним вечером, чтобы не попасться на глаза местным жителям, не желая использовать мантию. Встав на тонкий и совершенно неудобный меч, с которого, как он теперь знал, не сможет упасть даже передвигаясь вверх ногами, Гарри неспешно полетел над Илином. За своей спиной он оставлял примерно десяток немертвых рабочих, что постепенно облагораживали гору и строили небольшие дома для группы людей, которых Гарри намеревался привести в ближайшем времени. Эти мертвецы не имели статуса лютых, но были достаточно сильны, чтобы пройти отбор и получить частицу его силы для возрождения крох сознания. Пятерка немертвых охранников также оставалась здесь, распределившись по всей горе, чтобы вовремя обнаружить любую опасность, несмотря на установленный Гарри барьер. Войти на Луанцзан могли теперь лишь те, кому он даст приглашение, остальных же будет бить током до тех пор, пока не покинут охраняемую территорию. И Гарри совершенно не боялся навредить простым людям, тем просто не было нужды соваться на Луанцзан, а вот заклинатели любили шастать на гору, чтобы скрыть собственные грехи. До наблюдательного пункта, где как знал Гарри, находился Вэнь Чао, он добрался за несколько часов, как раз к середине ночи. Вэй Ин в свое время не имея ни ядра, ни меча, потратил на этот путь несколько недель, вырезая по пути всех членов клана Вэнь, которые ему попадались. Гарри не собирался привлекать к себе излишнего внимания, поэтому не останавливался ради дешевых запугиваний и излишних убийств. Хоть Гарри и просмотрел зверства Вэней, он не сомневался, что по большей части, одни заклинатели не желали убивать других, просто следуя приказам главы своего ордена. Гарри не собирался судить их только за принадлежность к определенной фамилии и намеревался разбираться с действительно виновными. Так он поступал не впервые, каждый задержанный Пожиратель мог найти в его лице справедливый суд и получить наказание, соразмерное своим деяниям. Гарри не демонизировал всех, только за то, что они примкнули к Волдеморту, пока не узнавал все обстоятельства. Так же будет и здесь, Гарри собирался сделать все от него зависящее, чтобы открыть заклинателям глаза на истинных злодеев. Так как Гарри продвигался тихо, никто не подозревал о его приближении и соответственно никак не приготовились к встрече с ним. Непосредственно возле обитания своей цели, Гарри активировал мантию, скрывшись от глаз и ушей бдительных охранников, и для начала прислушался. Вэнь Чао со своей любовницей бурно проводили время в главном зале очередной захваченной резиденции и насмехались над Вэнь Сюем, которого не так давно обезглавил глава Не. Вэнь Чжулю так же находился в помещении, охраняя напыщенного юнца. Подойдя ближе, Гарри мог буквально ощутить его раздражение, впрочем, отлично замаскированное под скуку. Гарри не стал сразу раскрывать свое присутствие, скрывшись под чарами мантии и смог сам оценить того, кто доставил Вэй Ину столько неприятностей. Впечатление он не произвел от слова совсем и очень напоминал Малфоя в худшие его годы. Напыщенный идиот, который был жив еще на этом свете только благодаря власти отца, никчемный садист, как и девушка рядом с ним. Они действительно стоили друг друга, а особенно того, чтобы вместе умереть. Гарри хватило одного взгляда, чтобы понять, что этот человек вызывает в нем лишь отвращение. Когда действие в комнате постепенно стало из шумной пирушки превращаться в нечто порнографическое, Гарри понял, что вдоволь этим насмотрелся, и пришло время действовать. В первую очередь он невербально кинул в Чжулю заклятие оцепенения, связав для надежности и, отгородив себя щитом, проявился перед Вэнь Чао и его раздражающей девицей. Появление Гарри буквально их воздуха, безусловно произвело фурор. Наглая девица сразу завизжала так, что уши заложило и Гарри успокоил ее Авадой. Оставлять ее в живых Гарри не планировал изначально, поэтому и никаких угрызений совести не испытывал. Пытки девушки все равно бы не принесли ему умиротворения, поэтому выбрал самый оптимальный вариант. И вообще, в первую очередь он спасал свои уши, которые просто разрывало от ее дикого визга. С Вэнь Чао Гарри изначально тоже не собирался долго возиться, но тут внутри него словно взыграла память Вэй Ина и потому в направлении второго сына Вэнь Жоханя сначала полетело неслабое круцио, а потом и все остальные заклинания, которые призваны были оставить на теле следы: порезы, ожоги и удары магического кнута. Брызги крови и ошметки одежды летали по всей комнате. Крики уже давно срывались до глухих хрипов, но Вэй Ин в теле Гарри словно не мог остановиться и все выплескивал свою боль за всю свою предыдущую жизнь. Вэнь Чжулю пытался помочь нерадивому хозяину, но был связан по рукам и ногам и сколько бы силы он не прилагал, не мог разорвать наколдованных пут. От несоблюдения клятвы защищать наследника, все его тело поочередно то горело огнем, то сковывало холодом, и в сознании он оставался лишь чудом. Находясь на грани реальности, Чжулю задавался вопросом, почему никто еще не прибежал на крики молодого господина: испугались или же никого больше не было в живых? На самом деле, никто в резиденции даже не подозревал о том, что здесь происходило. За установленный Гарри барьер не проникало ни шороха, что уж говорить о криках. Разбираясь с наследником клана Вэнь Гарри, тем не менее, не отрывал взгляда от Вэнь Чжулю. Охранник, который по слухам был преданным псом клана и за его наследников готовый отдать жизнь, сейчас выглядел слишком жалко. Гарри видел, что он был рад расправе над мелким ничтожеством, но одновременно с этим, его тело словно действовало само по себе и старалось изо всех сил разорвать путы и спасти Вэнь Чао. Наличие борьбы уже указывало на то, что легендарной преданности там нет и в помине, а есть только долгое принуждение, что за неповиновение подвергало талантливого заклинателя пыткам. Гарри никогда не нравилось принуждение. Его отголосок он успел заметить еще в воспоминаниях, а теперь видя во всей силе, однозначно не мог пройти мимо. Хотелось думать, что если он спасет Чжулю от оков рабства, то тот согласится на более равное сотрудничество, которое Гарри собирался ему предложить, правда, вариант избавления от рабского клейма был немного экзотичен. Гарри подошел ближе, склоняясь над привлекательным, но давно уставшим мужчиной, отмечая в глазах намного больший возраст, чем казалось на первый взгляд. Измученное тело уже даже не трепыхалось в путах, так как тот, кого обязывала спасти клятва, был уже мертв. И жизнь Чжулю, словно тоже окончилась. Еще немного и от его сознания останется лишь крупица, а тело станет марионеткой чужой воли, ведь если при жизни он не смог исполнить своего предназначения, значит теперь послужит в смерти, пусть и в весьма условной. В свои последние минуты Вэнь Чжулю мог лишь взирать снизу вверх на того, кто вернулся из мертвых, чтобы исполнить свою клятву и терзать своих обидчиков до самой смерти. Сжигающий ядра был рад видеть его, в этом мальчишке было столько огня, сколько когда-то очень давно было и в нем, пока он не принял одно неверное решение. Чжулю умирал, но не мог не восхищаться силой своего противника. Он закрыл глаза, думая, что больше никогда не откроет их по собственной воле, как услышал прямо над собой голос. - Чжулю, ты хочешь жить? – спросил приятный мелодичный голос. Слишком спокойный, чтобы принадлежать тому, кто несколько минут назад жестоко пытал и убил сына сильнейшего на данный момент заклинателя. Чжулю из последних сил приподнял свою голову и пересохшими, кровоточащими губами ответил: - Да. *** Получив предварительное согласие, Гарри, не медля проник в сознание Вэнь Чжулю, чтобы подтвердить свои догадки. Проклятие рабского ошейника стремительно захватывало разум и тело Сжигающего ядра. У них в запасе было всего несколько минут, а Гарри еще предстоит убедить мужчину сменить одну удавку на другую. Вынырнув из сознания Чжулю, Гарри не церемонясь, дал на выбор два варианта: - Ты в любом случае умрешь, но есть выбор, как жить дальше. Первый вариант - проклятие захватит твои разум и тело, сделав тебя условно мертвым. Тело будет жить, пока не рассыплется прахом, но разум будет мёртв. Второй вариант прямо противоположен. Если согласишься следовать за мной, то будешь условно жив. Тело погибнет и станет лютым мертвецом, преданным мне, но разум будет жив и свободен. Ты будешь мало чем отличаться от обычного человека, разве что не будешь нуждаться в еде, сне и воздухе для дыхания. Ты не сможешь меня предать или уйти по собственной воле, но я не стану ограничивать тебя в желаниях, если это будет в моих силах. Так что ты выберешь? - Гарри даже на мгновение затаил дыхание, переживая за ответ своего потенциального первого подопытного из которого он хотел создать осознанного мертвеца. - Я согласен пойти с тобой, - через долгую минуту ожидания, ответил Чжулю. Вид он имел совершенно разбитого и равнодушного к этой жизни человека. - Отлично, - улыбаясь, почти пропел Гарри, снимая с пояса свой меч и проводя лезвием по ладони, собирая кровь в своеобразную чашу и протягивая ее мужчине. - Выпей немного моей крови, чтобы закрепить нашу связь. Это остановит превращение в марионетку. Не успел Гарри договорить, как Чжулю уже примкнул к его ладони, насколько это было возможно, ведь он все еще оставался связанным. Только когда вся кровь с ладони перекочевала в тело мужчины, Гарри снял заклинание и веревки исчезли, как по волшебству. - Теперь перенесемся в безопасное место, - Гарри подхватил Чжулю, который повис на нем всем своим весом и аппарировал прямо на Луанцзан. О мертвом Вэнь Чао и его любовнице Гарри не волновался. Поставленный барьер продержится еще несколько часов, а потом их обнаружат Цзян Чен и Лань Ванцзи, как и в оригинальной истории, только в этот раз они не встретят Вэй Ина. Гарри планировал оставаться в тени основных событий как можно дольше, но сомневался, что все получится, ведь он все же был Поттером, для которого влипать в неприятности стало девизом всей жизни. Гарри перенес их ко входу в пещеру, которую Вэй Ин использовал как свои покои, а он решил сделать из этого грота ритуальный зал. Все стены уже были расписаны самой мощной защитой, какую Гарри мог только вспомнить. Попасть в грот можно было только в контакте с ним, в полном сознании и стабильном психологическом состоянии. Настраивать защиту на кровь, как это сделал Вэй Ин было слишком ненадежно, но Гарри был вынужден признать, что в его распоряжении было не так много других ресурсов. А еще Вэй Ин до самого конца сохранял веру в близких людей и не думал, что кто-нибудь из них может стать предателем. В этом они с Гарри тоже были похожи, слишком доверчивы с теми, кто проявлял к ним доброту и непримиримы к врагам. - Подожди здесь, пока я все подготовлю, - сказал Гарри, усаживая Чжулю на небольшой камень у входа в пещеру. – Это не займет много времени. Пока осваивался с силами, Гарри естественно думал о том, чтобы иметь способ сделать из человека лютого мертвеца. Неважно для спасения или же для пополнения своей собственной армии для безопасности, но если понадобится, все должно было быть под рукой. Пещера была огромной, намного больше любого ритуального зала в его старом мире и это позволяло разместить несколько стандартных схем для ритуалов, выбитых прямо в полу. Так Гарри собственно и поступил, целый месяц, вырезая камень собственноручно, но в результате выбил лишь два самых нужных на данный момент времени массива. Первый из разряда целительской практики, чтобы можно было вернуть человека чуть ли не из-за Грани, но при условии, что он еще жив. Для этого Гарри пришлось постараться, но магия Смерти на самом деле была очень уникальна. Это не черная, но и белая магия, а скорее серая, всепоглощающая. Гарри спокойно мог вызвать как Патронус – квинтэссенцию светлой магии, так и наложить сильное темномагическое проклятие, и все, используя лишь один вид силы. Повезло еще и тем, что действительно сильные целительские обряды шли в плотной связке с черной магией, а иногда и вовсе некромантией, поэтому для Гарри составляло сложность лишь все аккуратно вырезать, обязательно собственноручно и не используя магию. Вторым массивом стал тот, что Гарри разработал для безопасного превращения мертвеца в его бронированную и думающую версию, без негативных последствий. Он даже успел его протестировать на одном умершем недавно жителе Илина. Все получилось, сознание пробудилось, но сразу после этого, Гарри вновь пришлось его убить. Авада отлично справилась с этим, после чего Гарри вернул несчастного обратно в гроб, тщательно замаскировав следы своего преступления. Теперь же пришла очередь испытать его на том, кто в долгосрочной перспективе станет его соратником и подчиненным. Гарри уже не терпелось посмотреть на Чжулю в качестве лютого мертвеца, на его силу. Интересно, каким станет сильный и опытный боец после ритуала, если даже тихоня Вэнь Нин стал настолько устрашающим, что его боялись не меньше, чем Старейшину Илин. Предвкушающая улыбка тронула губы Гарри, пока он методично заполнял тонкие канавки алой теплой кровью. Когда узор был заполнен, Гарри за руку провел Чжулю внутрь пещеры и взглядом показал ему занять место в центре, после чего достал тонкий черный клинок длиной в две ладони и передал его мужчине, смотрящего на него более осознанными глазами. - Так как ты еще жив, а этот круг предназначается для мертвых, то ты должен умереть. Быстрый и четкий удар в сердце. Обещаю, что ты ничего не почувствуешь, но обязательно нужно сделать это самому. И тогда ты обретешь свободу от клана Вэнь. Чжулю без страха принял необычного вида клинок и коротко кивнул Вэй Усяню, испытывая к этому юноше странное доверие. Сев ровно в центре странного кровавого рисунка, Сжигающий ядра поднес клинок к своей обнаженной груди, слегка надавив. Одинокая капля крови тут же покатилась вниз под первые звуки начатого заклинания, а в следующую секунду клинок уже проткнул его черное сердце. Гарри читал заклинания и лишь краем глаза следил за Чжулю. Под действием чар, кровь, вытекающая из груди бывшего охранника Вэнь, сформировывалась в новое, словно сделанное из алмаза, ядро, которое потом впиталось в тело. Кровь же самого Гарри начала излучать изумрудный свет, окутывая мертвое тело, вливая в него магию Повелителя Смерти, перестраивая и улучшая этот не ограненный алмаз для своего хозяина. Когда вихрь из сил стих, перед Гарри лежал обновленный мертвец. Его глаза пока были закрыты, но Гарри не сомневался, что когда они откроются, то будут отдавать яркой зеленью вместо ранее карих. На груди мертвеца, контрастируя с алебастровой кожей, красовался знак даров смерти, а и без того длинные пальцы обзавелись заостренными когтями. Обновленному Чжулю понадобилось не меньше минуты, чтобы открыть глаза и подтвердить догадку Гарри об изменении их цвета, заставляя его немного грустить, ведь к нему родной оттенок возвращался только тогда, когда он колдовал. - Приветствую тебя Генерал, - обратился Гарри к Чжулю, когда тот окончательно пришел в себя, если так вообще можно говорить о живом мертвеце. Намеренно или нет, но Гарри присвоил своему первому сотворенному мертвецу тот же титул, которым заклинатели наделили Вэнь Нина – первое творение Вэй Ина. – Как ты себя чувствуешь? Чжулю не сразу ответил на этот вопрос, словно и сам не знал, что сказать, несмотря на ту бурю чувств, что наверняка разрывала его на части. Гарри не очень надеялся на ответ на самом деле, просто по привычке задал вопрос, даже не задумываясь к кому обращается. Видимо за последние годы он все же немного одичал, раз теперь решил окружить себя живыми мертвецами и вести с ними мирные беседы. Дальнейший приступ самокопания прервал его новый друг или пока просто слуга, в общем, Чжулю. - На удивление, все хорошо, - голос звучал немного глуше, чем тот, что Гарри слышал раньше, но в нем определенно присутствовали эмоции, чего не было у тех, кто умер давно. Сейчас перед Гарри сидел наисвежайший труп, насколько это возможно и видимо этот фактор определял, насколько хорошо приспособленным к магии Повелителя он будет. В будущем Гарри стоит взять это на заметку, а сейчас надо было позаботиться о новоприобретённом Генерале. - Раньше ты носил фамилию Вэнь, так как был связан с этим кланом рабским контрактом. Как мне обращаться к тебе сейчас? Ты хочешь остаться Вэнь или возьмёшь другую фамилию? - Если господин разрешит, то я бы хотел взять его родовое имя. - Вэй? Ты действительно хочешь зваться Вэй Чжулю? - Если это запрещено, то я не буду настаивать, господин. - Хорошо, я разрешаю, только если ты не будешь звать меня господин. Если только рядом не будут другие заклинатели и, предвосхищая твой вопрос, можешь звать меня Гарри, когда мы будем наедине. Это мое тайное имя, которое не должны знать посторонние. - Гар-ри, - видимо его настоящее имя было тяжеловато в произношении для древнего китайца или для неживого горла, но стоит признать, что Чжулю старался выговорить его как можно четче. Гарри был уверен, что через несколько дней практики у него будет отлично получаться. - Отлично, а теперь давай найдем тебе одежду и я покажу тебе твой дом, - Гарри улыбаясь, поднялся с холодных камней пещеры и направился к выходу, даже не смотря, следует ли за ним Чжулю или нет. В любом случае, с этой горы он никуда не денется. Луанцзан неприступная крепость и без разрешения Гарри никто на нее не войдет и не выйдет. Но магу не нужно было излишне волноваться, его Генерал последовал за ним, отставая ровно на шаг, как привык делать, исполняя роль телохранителя. Мертвец ни капли не смущался, ни своего полуобнаженного вида, ни нового состояния, все его мысли текли ровно и свободно, так как уже не было много десятков лет. Он даже попробовал улыбнуться, но мышцы на лице поспешно деревенели и только это напоминало Чжулю, что он уже, по сути, мертв. И рад этому.