Обратный отсчёт

Девушка Ирх не замедлила с ответом:    — Ну, во-первых, на Земле есть мой родной отец, и я бы хотела его найти. До того, как Витуом украл нас с мамой, мы жили счастливо в большом кирпичном доме. У меня были мама и папа, братья и сёстры, белый зайчик, щенок, котёнок и пегий пони. И я это хорошо помню. Как помню солнце, лес, речку и большую зелёную лужайку перед нашим домом. На следующий год я должна была пойти в школу, но я уже умела писать и читать. На русском языке. Витуом украл мою жизнь. И в последние 18 лет у меня есть только эта лаборатория, где идёт постоянное наблюдение за моими собственными параметрами.     И через эту лабораторию прошли тысячи землян, которых Витуом украл с земли. И тысячи расщеплений моих соотечественников, которые я вынуждена постоянно наблюдать. И это невыносимо. Я хоть и научилась мимикрировать под ирхов, как вы говорите. Но мои чувства не уничтожились, так же как и моё правое полушарие не отсохло. И я всё чувствую. Я пропускаю через себя каждое расщепление каждого человека с Земли.     И у меня нет иллюзий насчёт себя. Когда на Понтагирее появится Алая, меня, вероятнее всего, убьют. Да, он меня удочерил и, формально, я стала наследницей. Но если он женится на Алае, и та родит своих детей, она найдёт способ уничтожить меня. У меня нет будущего на Понтагирее. И меня, как и вас, ожидает расщепление.    — Но для чего же вы нам об этом рассказываете? Чем мы можем помочь вам, находясь в нашем плачевном положении? – сказал генерал, по-прежнему притворяясь немощным.     Но, похоже, у Бархо уже был ответ:    — Я хочу предложить вам сделку, генерал. Я помогу вам исцелиться и покинуть Понтагирею. А вы возьмёте меня с собой и создадите возможность поговорить с вашим Правителем и советом глав стран вашей планеты. У вас же есть выходы на главнокомандующего вашей страны и всей мировой коалиции? Земле угрожают серьёзные испытания. И я могу помочь… После этого я хочу вернуться в мой дом на Урале. Работать в научно-исследовательском институте, выйти замуж, родить много детей и жить долго и счастливо.    — Идеальное предложение, если не принимать во внимание, кто ваш названный отец, – ответил генерал. — Я должен подумать, так как риски очень высоки.    — А что вы теряете, генерал? Без меня вы не сможете покинуть эту капсулу.    — Это так, — согласился Никита. Это хорошо, что Бархо не подозревала о Волшебных телах. – Но я должен подумать. Сколько времени вам надо, чтобы полностью нас исцелить?    — Неделю. Вас лично я смогу вытащить за неделю. И бойцов, которые подвержены разрушениям на 70 процентов и меньше. Остальные, а их 30 процентов потребуют более длительной реабилитации. Но их можно будет эвакуировать и долечить уже в космосе…     При этих словах генерал вспомнил тысячи расщеплённых с земли. Но неужели Витуом в день коронации Жрицы Алаи сможет расщепить свою собственную дочь? Пусть и не родную. Впрочем, у этого механизма нет в мозгу клеток, которые отвечали бы за сострадание. Там только логика и целесообразность. Значит, жалость, традиции, семья для главного ирха это просто слова. Ни к чему не обязывающие звуки. Брата убили. Нас с мамой похитили. С Землёй готовы провернуть махинацию. Мне надо на Землю. Найти Повелителей. Найти Волшебных. Спасти цивилизацию. Вернусь на Землю. Спасу волшебных. Они расскажут, Как маму оживить. Вернусь на Землю. Найду Вершителей. Они помогут маме. Так тому и быть. Как хотелось обычной девчонке Бегать по лужам. Прыгать. Смеяться. Кто же знал, что за час у ребёнка Хрупкое счастье может сломаться? Вернусь на Землю. Спасу волшебных. Они расскажут, Как маму оживить. Вернусь на Землю. Найду Вершителей. Они помогут маме. Так тому и быть.     — Так вы надеетесь спасти вашу маму? Значит, у вас есть и её физическое тело. И световое? – догадался генерал. Ситуация разворачивалась в пользу Бархо. У неё был серьёзный мотив попасть на землю.    — Да, на Понтагирее несложно сохранять физические тела. Технологии позволяют это сделать, — ответила девушка. — А сосуд со световым телом мамы Витуом позволил мне держать у себя.    — Хорошо, я подумаю над вашими словами. – Никита всё больше склонялся к тому, чтобы принять помощь Бархо.    — Значит, вы меня берёте с собой? — почти обрадовалась Бархо.    — Это значит, что мне надо всё обдумать, — спокойно сказал генерал.     Но разговор на этом не закончился. Так как у Никиты были ещё вопросы.     Никита хотел выяснить, почему жители города так похожи на землян? И так отличаются от лабораторных ирхов. Но он не мог напрямую спросить об этом у Бархо. Иначе она бы узнала, что он каким-то образом выходил на улицу. Но он мог задать другой вопрос    — Хорошо, я понял. Но если вы землянка, почему вы так похожи на ирхов? Или на вас костюм ирха? Или что это вообще?    — А, вы про мою внешность? – сказала Бархо. — Это как раз совсем просто. Сейчас я выключу все камеры и следящее оборудование и покажу.     Бархо пробежалась пальчиками по монитору, который был в её руках. Свет в лаборатории приглушился наполовину. Видимо, это означало отключение следящего оборудования. Надо взять на заметку.     Бархо в это время отошла чуть подальше от капсулы, чтобы генералу было видно её в полный рост.     Её лапка потянулась к уху, и только сейчас генерал заметил крошечную серёжку в ухе. Пальцы слегка прищемили серёжку. Вокруг Бархо завертелся небольшой вихрь, и она на глазах начала превращаться в миловидную девушку славянской внешности, примерно 22-23 лет с медно-русыми длинными волосами и большими серыми глазами. И ресницы. Казалось, они, как опахало, поднимались до самой брови. Красавица.    — Ну вот, это просто технологии. Казус заключается в том, — продолжила объяснять Бархо, — что настоящие ирхи с Понтагиреи тоже имеют такие гаджеты и они мгновенно могут принять образ любого существа, какое скажет программа. Но так как Витуом сейчас собирается колонизировать часть земли, то ирхи учатся и готовятся быть землями. Поэтому теперь я могу разгуливать между ними в своей собственной внешности. Если бы вы смогли выйти в город, генерал, вы бы увидели огромное количество обычных с виду мужчин и женщин. Их образ создан из специальных волн таким образом, что вы можете подойти к ирху и не только видеть человека, но и потрогать, обнять или даже ударить его. И будете наверняка уверены, что перед вами самый настоящий человек из плоти и крови. На ощупь вы почувствуете человеческое тело. Таковы местные технологии. Ирхи, действительно, технически очень развитая раса.    — Погоди, погоди. Ты сказала, они готовят колонизацию? – воскликнул Никита.    — Да, это главная мечта каждого жителя Понтагиреи. Сейчас я вам покажу. — И она включила то, что на земле называлось голографическим телевидением.     В воздухе зависли голограммы ирхов, переодетых в костюмы, 19 века, похожие на театральные.     А-а. вот откуда этот театр – подумал Никита. – Те 20 или 30 гражданских лиц, которые попали под замес в тот день, когда нас взяли в плен – видимо, были переодетыми ирхами. Голографические театральные ирхи в это время уже рассказывали о своей мечте перебраться на землю.      Нам наше прошлое в лицо смеётся  Нить жизни тонкая надеждой ткётся. Сомненье древнее дыхнёт знакомо. Нам нужен дом. Но мы, нужны ли дому?   Пять тысяч лет без радости и света. Как счастья хочется, но счастья Ирхам нету. Домой, на Землю, спешим вернуться. Мечта исполнится. Пути сойдутся.    — Надо будет прихватить и этот гаджет, — подумал генерал, рассматривая серёжку в ухе Бархо – Что они там создали за материальные голограммы… — а вслух спросил. – Хорошо, я принимаю ваше объяснение, и ваши аргументы, Бархо, – сказал генерал. — А как вы планируете покинуть Понтагирею и добраться до Земли?    — У меня есть свой бытовой звездолёт для прогулок вокруг Понтагиреи. Витуом подарил мне игрушку, потому что я всегда хотела летать. Я надеялась, что однажды полечу домой на землю и всё время ныла, чтобы он подарил мне хотя бы маленький звездолётик.     И выпросила. А за последние шесть лет мне удалось его хорошо прокачать, как бы сказали на земле. Поэтому он с виду кухонная хлебница, но летает не хуже звездолёта боевого звена Витуома. И он долетит до Земли?    — А груз? Сколько груза сможет взять на борт ваша хлебница? — задал вопрос Никита.    — Ну, совершенно спокойно поднимет всё ваше подразделение. Если только ваших бойцов не смутит девичья ванная. – Генерал не понял, она шутит или смущена. Ситуация грозила вылиться в деликатную. Сто мужчин на одну девичью ванную… Но Никита не моргнул и глазом, разберёмся по ходу дела:    — Не смутит точно. Можете об этом не беспокоиться.     Предложение было более чем заманчивым. Но генерал и сейчас не собирался открывать Ирху-Бархо свою главную тайну. Про волшебные тела никто не должен знать, кроме самих обладателей этих тел.    — Бархо, вы сможете достать мне карту маршрута на землю? Чтобы оценить как сроки так и расстояния?    — Конечно, генерал. Не только смогу достать для вас всю необходимую документацию, но и загружу вам её в голову?    — Вы и это можете?    — Это малое, что могут высокотехнологичные ирхи. Вот карта. Загружаю. Чтобы включить документ, вам достаточно посмотреть на эту кнопку и сосредоточить ваше внимание. Или произнести. Это похоже на ваш интернет. Только вмонтированный вам в голову.    — Понятно, простенько и со вкусом. А что я могу посмотреть ещё при помощи этого интернета?    — Да всё, что хотите, но помните, что систему контролируют военные. Мне пришлось хакнуть их систему, чтобы добыть эти карты, и я загрузила в вашу голову по своему каналу.     Никита не поверил своим ушам – она так и произнесла это слово – хакнуть. Но внешне и бровью не повёл:    — Отлично. Благодарю. Буду изучать. – сказал генерал.     Как только наша разведка добудет карты в военном штабе ирхов, надо сравнить их с картой, которую Бархо загрузила в мою голову.     Спасибо Бархо, мне надо подумать, изучить наши шансы на спасение, чтобы не обманывать себя. Завтра к вечеру я передам вам своё решение…     Бархо поклонилась и уплыла.     И вовремя.    — Командир!    — Докладывай, разведка. Слушаю тебя, боец Зубр!     В голосе Зубра слышалось лёгкое замешательство:    — Волшебный сдулся!    — Как сдулся? Доложи подробнее!