Обратный отсчёт

— Отец не умер от вашей атаки, — сказала Бархо. — Вы лишь сломали его лучшую голограмму. Через некоторое время связь наладится, и он будет видеть весь ваш маршрут. Чтобы уйти незаметно, Вам придётся взять меня с собой.     Мой личный корабль стоит в двух шагах отсюда. Я проведу вас и ваших людей к нему незаметно, и мы сможем взлететь. Потом возьмём курс на землю. Я так понимаю, выбора у вас нет.     — Хорошо, — согласился генерал. — Бойцы, слушай мою команду. Ваша задача: вместе с агентом Бархо добраться до корабля, погрузить тела товарищей на корабль, взять курс на землю. Все поступают под командование Опера.     Я остаюсь здесь, закончу дело и найду сына.     Не оставляя ни секунды на возражения, Никита повернулся к Оперу:     — Возьмёшь тела наших товарищей. Под твою ответственность. Найдёшь моего соседа в Осничках. Сергея Васильевича. Не смотри на внешность, он из метафизического сословия. А у них, у метафизиков не всё, как у людей, шиндер-мындер. Их сословие гарантирует полное оживление нашим бойцам. Если мы доставим и физическое тело и жизненный огонь человека в целости и сохранности. Я знаю, что звучит дико, но впервые в жизни поверил метафизикам. Что они смогут собрать, оживить каждого и вернуть его к нормальной жизни.     — Но Бать, почему ты поверил? — спросил боец Наука.     — Потому что мой сосед — это разбитый параличом, глубокий старик. И он был здесь. И я своими глазами видел 40-летнего здорового человека. И это он научил, как вырастить Волшебного. Думаю, что это именно он организовал взрыв космического флота ирхов. И это дало нам время собрать силы, информацию и выбраться из капсул.     Поэтому ваша задача — доставить тела всех наших бойцов, из которых эти твари вынули их жизненный огонь.     — Бать, мы остаёмся с тобой, — почти хором сказали бойцы. И заговорили наперебой:     — Батя, задача не выполнена. Мы должны вернуть домой людей, похищенных ирхами. В том числе, и вашего сына.     — Иначе получится, что мы не выполнили задачу.     — Но задача поставлена мне лично Верховным, — попытался возразить Никита.     — Батя, мы с тобой одной крови. Задача поставлена тебе, это значит, нам всем.     — Понятно, что кто-то, с телами товарищей, с ценным заложником, и приборами, которые нам удастся погрузить на борт, должны лететь домой прямо сейчас. И бойцы, самые слабые физически — тоже должны попасть в тыл. Без здоровья здесь делать нечего. Но остальные могут воевать.     Генерал понял, что бойцы во многом правы.     Но продолжал высказывать сомнения:     — Большая группа, бегающая по Понтагирее, будет слишком заметна. Кроме того, мы не знаем, с какими сложностями столкнётся корабль Бархо. Возможно, вам придётся прорываться с боем.     — Бать, — сказал боец Наука. — Понятно, что у агента Бархо есть важная информация для нашего главнокомандующего. Её надо доставить на землю, как можно быстрее. Возможно, назрела угроза и для земли и для цивилизации. Её доставит Опер. У него есть выход на главнокомандующего. Он сможет договориться с метафизиками и проследить, чтобы ребят оживили, и чтоб с этим не было проблем.     Но, согласись, если мы будем в космосе, то, как мы сможем воевать в этой посудине? А если её положат, то вместе со всем подразделением. Я считаю, что нам надо разделиться на более мелкие группы и рассредоточиться.     — Хорошо, — согласился Никита. — Тогда на корабль Бархо сейчас грузятся бойцы с самыми низкими показателями по здоровью. — РА-я! Огласи список бойцов, которые полетят на землю.     — Оглашаю, — раздался в воздухе женский голос. — Показываться не надо, генерал? Я не накрашена     — Вот же, шиндер-мындер, мартышка с ушами. Просто назови имена бойцов. Что там показывают твои приборы?     РА-я огласила список. В него вошли 82 бойца плюс Опер.     — Сколько нас остаётся здесь, братья?     — 15 человек.     — Хорошо. Делимся на три пятёрки. Мне нужны пять человек. Боец Панцирь. Философ. Наука. Бурят. И Шанхай. 82 бойца поступают под начало Опера и пробиваются домой. Заместителем Опера назначаю бойца Муромца. Муромец создавай группу, которая отвечает за прикрытие и отход. Вопросы есть?     Пять человек вышли из строя и встали рядом с генералом, по правую руку. Ещё десять человек — по левую.     — Вопросов нет?     Вопросов не было.     — Тогда вперёд. И берегите заложника — это дочь главного ирха. Хотя и приёмная. Действуйте, Бархо.     Бархо быстро подбежала к лабораторному шкафу. С дверями от пола до потолка. Двери открылись буквально по мановению руки, она шевельнула пальцами и сенсор, видимо, уловил её невидимое движение. На полках лежали сотни приборов. Девушка махнула рукой, в руки приплыл мешок, который она, как обычную авоську начала быстро наполнять его гаджетами. Нашла большую коробку с браслетами и знаком приказала бойцам взять по браслету:     — Это поможет принять другие образы. — Она показала кнопки, которые надо нажать. — Повторяйте за мной и жмите вот на эти кнопки. — Даруга Квоч!     — Даруга Квотч! — почти хором произнесли бойцы. И прямо на глазах начали превращаться в местных жителей в немного старомодных костюмах обоего пола. Сама девушка превратилась в медноволосую красавицу, которую уже видел генерал.     — Ого! — Восхитились бойцы. И усмехнулись, глядя друг на друга. Так как многие из них в дамских костюмах сами походили на домохозяек.     И только боец Чип, вдруг, начал превращаться в огромную курицу.     Бойцы загоготали. Бархо поняла, в чём дело и сказала:     — Повторите звуки чётче за мной. Даруга квотч!     — Дахуга Квоч! — произнёс боец, — я кахтавлю.     Боец, еврей по национальности не смог выговорить «р». Ему и раньше доставалось, за картавый выговор. Бойцы постоянно посмеивались на тем, что не всегда понятно, о чём говорит, отвечая начальству или бойцам по средствам дальней связи. Чип божился, что уйдя в отпуск, сразу обратится к хорошему логопеду или сделает операцию по коррекции уздечки языка и даже челюсти, если надо. Впрочем, свои уже научились его понимать, а отпуск всё откладывался. Боец Чип не боялся пули, штурмовой атаки и ближнего боя в окопе. Но очень боялся операции по подрезке уздечки языка. И вот теперь картавость сыграла совсем злую шутку.     Произнёс неправильно команду и вместо хорошенькой домохозяйки превратился в курицу размером со страуса.     — Я поняла, — сказала Бархо. — Давайте, помогу.     Она нажала кнопку на своём браслете и на браслете бойца и произнесла своим голосом — Даруга квотч!     И тут же гаджет Чипа повторил её слова, но уже голосом самого бойца, произнеся без картавости — Даруга квотч!     Чип из курицы начал превращаться в пожилого бюргера с брюшком, в жилете и золотыми часами на цепочке.     Как технически они это делали?     Было ясно, что это голограмма. Но каким образом голограмма полностью убирает настоящую внешность человека, и вместо него ставит новый голографический образ? На земле давно уже научились создавать копии человека. Особенно это хорошо получалось в ТВнете. Институт развития технологий России уже несколько раз демонстрировал голограммы, копии людей, которые разгуливают по улице. Но вот так, чтобы вместо реального человека, на его месте появилась нужная голограмма, это мы пока не могли… Ну ничего, отдадим нашим учёным этот браслет, они разберутся… Пусть технология работает на благо своей цивилизации… Тем более, что ирхи провинились. Они похищали людей и выдавливали из них жизненный огонь. Кстати, центрифугу, при помощи которой они это делали, также удалось погрузить в мешок. И с этим наши учёные разберутся тоже.     Теперь осталось решить вопрос с телами расщеплённых бойцов, которые, к счастью, оставались лежать в этом же помещении. Только выглядели, как больные в коме. Их следовало как-то погрузить на корабль. При этом, не было понятно, можно ли их доставать из капсул.     Но тут снова выручила Бархо. Девушка нажала кнопки на своём браслете, и сразу из шкафов выехали роботы-уборщики с тележками для лабораторного оборудования. Они быстро отсоединили капсулы, не открывая их, и погрузили тела бойцов Мухи, Филина и Сомали в тележки. Банки со световыми телами тоже.     После этого девушка вызвала лифт. Просто раздвинулись двери лабораторного шкафа, и открылся проход в огромный грузовой лифт. Бойцы ахнули:     — Ого!     Только сейчас пришло осознание, что значили слова Бархо: «Мой корабль в двух шагах отсюда».     В огромном лифте, размером в целый зал, стоял блестящий летательный аппарат, похожий на российский боевой самолёт Миг 65, который скрестили с дирижаблем и ракетой-носителем.     — Нам лучше сесть на мой корабль здесь, — сказала Бархо. И добавила — Мы наконец-то летим домой.     Двери летательного аппарата открылись, и роботы начали осторожно переносить в него тела бойцов вместе с их капсулами жизнеобспечения. Кроме того, были загружены ящики и ёмкости с необходимыми лекарствами и лабораторным оборудованием.     Бархо попросила бойцов в камуфляже разместиться около окон таким образом, чтобы аппаратура, которая будет следить за вылетом её космолёта из города, увидела обычных граждан столицы, которых или решила покатать дочь главного ирха, или просто пригласила в гости к себе во дворец. Все знали, что принцесса так делает довольно часто. Она приглашала учёных, литераторов, просто представителей разных профессий. Такой вылет никого бы не удивил.     Генерал понял задумку Бархо. Да, похоже, девушка давно и серьёзно готовилась к побегу на землю.     И у неё, как у настоящего бойца был план А, план Б и ещё неизвестно сколько планов, которые она прорабатывала.     — Да, я готовилась, — подтвердила Бархо, и не будь у Никиты такой выдержки, он бы вздрогнул, потому что ещё не успел привыкнуть к тому, что аппаратура ирхов умела читать мысли. — Вы скептически смотрите на мой космолёт и считаете его хрупким для большого перелёта, генерал. Это не так. Он отнюдь не хрупок и вполне способен долететь до Земли с вашим бесценным грузом. За последний год мне удалось переоснастить мой прогулочный кораблик аппаратурой от лучших боевых кораблей. У меня много друзей, среди гильдии непризнанных, неофициальных изобретателей Понтагиреи.     — О, похоже, в вашем королевстве не всё гладко.     Раз есть тайная гильдия изобретателей, которая, вопреки воле вашего отца, помогает его дочери организовать побег на землю, — генерал пристально посмотрел в глаза Бархо.