Отец

Ник сидел на скрипучем табурете, вперив взгляд в пол. Он ждал когда отец вернётся с собрания в ратуши. Стол в мастерской отца был завален всякими чертежами и деталями часовых механизмов. Наконец скрипнула дверь и на пороге показался Лазарев-старший. —Ник. Мальчик поднял глаза на отца. —Прости, отец.—в глазах сына читалась печаль. Ник тяжело вздохнул. —Мы думали, что никто ничего не заметит... —Ник, я же просил никуда не уходить из Зелёного ларца! Неужели так сложно было послушаться?—В голосе отца проскользнули нотки разочарования. —Прости...— Ник снова вздохнул. Старший Лазарев промолчал и сел в кресло в углу комнаты. —Ник, я устал.—тихо произнёс мужчина—и ты думаю тоже. Поэтому, я не хочу затягивать. Ник встал и подошёл к отцу. От волнения руки мелко дрожали, а на лбу выстипупил пот. Мальчик не хотел ложиться на колени к отцу, но не спротивлялся. Всё-таки, его с детства приучали не противиться наказанию, а принимать как последствия нарушения правил. —Отец, я... Но Нику не дали договорить. Старший Лазарев вцеился в запястье сына и мягко увлёк к себе на колени. —За непослушание–пятнадцать, за подвержение Василисы опасности–двадцать.—коротко объявил мужчина. Ник охнул от стального голоса мужчины.Мальчик понял, насколько зол на него отец. Константин сдёрнул с сына штаны и спустил да колен. Первый шлепок вырвал Ника из раздумий. Следующих шлепков ждать долго не пришлось. Старший Лазарев нанёс ещё несколько разогревачных ударов и взял в руки расчёску. Ник хорошо помнил эту схему. Сначала лёгкие шлепки рукой—это не в счёт, а дальше уже само наказание. Константин лазарев похлопал несколько раз тыльной стороной расчёски и наконец нанёс первый удар. "Раз."— про себя произнёс парень. Второй и третий удары не заставили себя долго ждать. Удары посыпались на зад мальчика. На пятнадцатом Ник уже тихонько всхлипывал у отца на коленях. —Прости,—сквозь слёзы прошептал мальчик.—Хватииит!— простонал Ник и разрыдолся в голос. Старший Лазарев на секунду остановился, но тут же продолжил: —Ещё двадцать ударов, сын. Ник заметил, что тон отца немного смягчися, и решил, что мужчина не нанесёт и десяти. Но Константин не планировал жалеть Ника. Пока что. Поэтому мужчина приподнял одно колено и стал осыпать ударами бёдра сына. К концу порки попа мальчика сильно покраснела и ужасно саднила. На последних ударах Ник обессиленно выл под рукой отца. —Ну всё, всё. —Старший Лазарев погладил сына по спине. Ник всё никак не мог успокоиться и продолжал плакать. —Шшшшш, поднимайся.—Мужчина ласково потянул мальчика за руку ввех и Ник с трудом поднялся и отвёл глаза. Это ж надо так разрыдаться из-за порки от отца! Фэш точно смеялся бы! Ник раздосадованный своими слезами насупился. Он осторожно натянул штаны и взглянув мельком на отца, собрался уйти. —Ник,—тихо позвал отец. —Посмотри на меня. Мальчик робко развернулся. —Сынок.—Тихо прошептал Константин Лазарев и ласково обнял сына за плечи. —Прости... отец,—Но Ник не договорил. Слёзы захлестнули мальчика —Ну, тише, тише. — мужчина нежно взъерошил сыну белокурые волосы—Я простил. Старший Лазарев поцеловал Ника в лоб. —Я думаю, тебе сейчас лучше лечь поспать. Время и так позднее.—Мужчина вывел мальчика за плечи из мастерской. —Спокойной ночи, пап. — робко произнёс Ник. В ответ на это Константин ещё раз крепко обнял сына. —Всё хорошо, спокойной ночи...