Вынужденный выходной

Голова болела нещадно. Вообще, не только она, но после нескольких таблеток обезболивающих чувствовалась только тянущая боль в затылке. Ярослав тихо проскулил и свернулся в комочек. Было противно и неуютно, но у Даши шёл блок «Анны Каренины» в театре оперетты, и ничего с этим сделать было нельзя, хотя очень хотелось. Ярик зарылся лицом в подушку жены и выдохнул тихо. Надо только дожить до вечера… и всё будет хорошо. На кровать забрался Зося, и юноша его едва не прогнал: слишком чужим казался запах собаки, хотя, несомненно, и Дашин «парфюм» витал в воздухе. Ярослав продолжил лежать на подушке Январиной и смотреть на пса. Тот лизнул хозяина в нос, поддерживая, и заскулил, выражая в голос всё то, что сейчас Ярику хотелось сделать. Он кинул взгляд на часы и вздохнул. Даша придёт только через десять часов, и это время казалось сейчас ему максимально бесконечным. — Я ненавижу это всё. — буркнул Ярослав. Он отвернулся от Зосимы и укрылся общим пледом. — Почему у нас никогда не совпадают выходные? Зося в ответ тявкнул. Он ушёл к брату, оставив Ярика одного. В квартире воцарилась тишина, которую нарушало только тихое тиканье часов. Монотонный звук успокаивал и проникал в голову, вытесняя мысли. Ярослав прикрыл глаза, растворяясь в этой тишине, и очень скоро заснул. Его заставила проснуться боль в пояснице и необходимость отправиться в душ, хотя это в первые дни было почти бесполезно. Однако Ярик всё равно пошёл туда, в надежде, что заканчивающийся гель для душа Даша не успела использовать до конца. Сон убил несколько часов, но время всё ещё тянулось очень медленно. Ярик хотел скулить. Новый приступ боли заставил его свернуться в ванной в комочек. Он подставил спину под горячеватую воду и закусил губу, но потом всё же заплакал тихо. Ладно псы, им выть можно, но они тихие. А вот лишние звуки могли бы принести ненужные слухи и догадки. И в такие моменты Ярослав жалел, что у них не частный дом, где никому нет дела до посторонних и соседей. Зося заставил его выйти из ванной. Пёс просто очень активно пытался попасть в комнату, а когда хозяин вышел, он побежал на кухню, выпрашивая еду рычанием. Персик просто рядом с миской сидел. Ярослав только улыбнулся слабо. Дав им еды, юноша быстро почесал их между ушей и вернулся в комнату. На него напала слабость и тошнота, надо было бы поесть, но Ярослав не мог себя заставить даже чай выпить. Он упал на кровать и прикрыл глаза. Сон не шёл, мыслей было много, и всё ещё безумно хотелось Дарью Дмитриевну рядом. Апатия накатывала всё сильнее и сильнее, и Ярик был готов уже на стенку лезть от своего странного, глупого и паршивого состояния. И проблема была в том, что из него нет какого-то выхода, кроме как уткнуться в родного человека и долго-долго молчать, понимая, что тот, кто рядом, действительно твой. «Ты там живой?», — заботливо спросил Казьмин. Ярик не знал, что у него там по графику и в ответ только угукнул. Долгое время друг был ему опорой и поддержкой, и только с приходом Даши в его грешную жизнь забота Саши отошла на второй план. Однако Казьмин всё равно стабильно интересовался, что, в прочем, даже логично было. Дружба ведь не только на штуках строится. Ярик посмотрел на сообщения Саши, какие-то даже немного бессмысленные. Саша писал о работе, только вот мозг Ярослава не собирался обрабатывать такие сложные темы. Баярунас фыркнул и записал голосовое, чтобы разогнать полнейшую тишину: — Напиши мне об этом где-то через неделю. И всё обсудим спокойно. Ярик отпустил значок микрофона. Голосовое отправилось в чат, Саша напечатал простое «ОК». На том друзья и порешили, а затем диалог перешёл в какое-то ленивое русло и скоро закончился. Ярик просто поставил реакцию на Сашино сообщение и ничего не написал, выходя из чата. Зачем-то нажал на аватарку Даши. Улыбающаяся, солнечная, она заняла большую часть экрана. И Ярик не мог не улыбнуться в ответ. Наверняка сейчас у неё полно своих дел, да и в сети была любимая «недавно». Но он всё равно не удержался и написал ей: «Я люблю тебя» «Я тебя тоже» Ответ пришёл тут же. Ярик улыбнулся шире, прикрыл глаза и даже позволил себе засмеяться: кроме собак всё равно никто не услышит и не сдаст его, сумасшедшего, хозяйке. А Дарья Дмитриевна явно не научилась ещё переводить с собачьего, не Мэри Поппинс же она! И слава богу, на самом деле. Не очень-то хотелось, чтобы собаки поведали о том, чем иногда грешит Ярослав. Не то что бы Даша от такого открестилась или не поняла бы, просто было очень смущающим даже просто вспоминать или думать о таком. Так что Ярослав выдохнул, пожелал девушке удачного спектакля и всё же отправился на кухню за едой. В обморок ему упасть не хотелось. С удивлением Ярослав обнаружил, что сейчас почти пять часов вечера. Значит, полдня прошло. Ещё немного, и Даша вернётся к нему, и всё будет хорошо. А завтра у неё выходной, и все его желания, скорее всего, будут исполнены. Так что осталось лишь немножко подождать, и наступит белая полоса. Ярик щёлкнул чайником, порылся в холодильнике и стал разогревать тушенную картошку, вернее, её остатки. Надо было что-то готовить, и бремя это выпало на плечи Ярослава. За отсутствием огромного желания заниматься этой рутиной, когда спина буквально готова была отвалиться, Баярунас поставил на плиту кастрюлю с водой. Суп сварить — дело простое, не очень затратное по времени и силам, а Даша вряд ли будет вредничать в двенадцать ночи. Решив так, Ярик принялся чистить картошку, улыбаясь Персику, усевшемуся на стул рядом. Пёс не мешал, хотя наблюдал за действиями Ярика так, будто бы в любой момент был готов прыгнуть и затянуть процесс готовки. Сварить суп оказалось делом немного непростым. В основном из-за путающихся — и одновременно с этим выпрашивающих мясо — под ногами собак. Несколько кусочков курицы Ярик им всё же дал, но не очень много: давать Персику больше не хотелось, а рисковать и вводить Зосю в состояние аллергии — всё равно, что подписать себе смертный приговор. А жить Ярик пока ещё хотел. И умереть хотел не очень мучительно. Так что псы были отправлены с кухни в скором времени, а юноша, совершенно запутавшийся в рецепте, честно постарался всё исправить. Интересно, а его посадят, если Даша отравится ужином и умрёт? Или как-то можно будет сделать вид, что это всё она приготовила сама? Ярик осторожно зачерпнул ложку и решил попробовать, но в последний момент передумал, накрыл крышкой и оставил всё на плите. — Кто-то же должен остаться в живых и вызвать скорую! — аргументировал он сам себе и вернулся в спальню. Делать стало абсолютно нечего. Обезболивающие и правда помогли, по крайней мере, отступила головная боль, да и спина стала ныть меньше. Ярик плюхнулся в кресло и посмотрел на чистую комнату. Вот Дашка, блин, убралась на той неделе, а ему теперь что прикажете делать в её отсутствие? Ярик фыркнул немного недовольно и прикрыл глаза, а потом и вовсе загрузил компьютер. Раз ему делать нечего, а голова не очень настроена работать, он будет играть, да и кто ему запретит? Ярик проверил звук в наушниках и запустил игру, точно зная, что она заберёт у него всё время до прихода Даши… Разбудил его очень противный запах, в котором чувствовалось что-то родное. А ещё Дашин голос, который пробрался сквозь пелену сна и заставил открыть глаза. На экране сияло «Game over», Ярик зевнул и посмотрел на джойстик в руках. Ну вот и сколько он, спрашивается, спал? Мотнув головой, чтобы отогнать остатки сна и снова широко зевнув, Ярик наконец-то посмотрел на Дашу, но не обнял её, вопреки ожиданиям, а отъехал назад на кресле. — Брысь. — фыркнул Ярослав. Даша на него удивлённо посмотрела, но он даже не стал нормально ничего объяснять. — Иди на кухню, я там суп сварил. Даша, ничего не понимая, молча ушла на кухню. Она, конечно, знала, почему Ярослав остался сегодня дома и почему у него вообще неделя без вылазок куда-то дальше магазина во дворе дома, но такая резкость её очень сильно удивила. А вот Ярик, наоборот, очень обиженно пыхтел на Дашу. Он её ждал, одну такую на свете, неповторимую, а от неё за километр несло неизвестными людьми и цветами. И родное, к чему тянуло весь день, затерялось где-то в череде этих запахов. Ещё противнее было от того, что не поможет даже душ: после него Даша будет пахнуть гранатом. Нет, это, конечно, лучше, чем что-то совсем уж чужое, но всё же Ярик рассчитывал не на такой вечер. В конечном итоге он просто забрал её подушку себе и улёгся по центру кровати, отправив Дашу на диван в другой комнате. Вот такая наглость Январину очень сильно удивила, но о причинах она уже начала догадываться. Так что одежда была скинула на стул рядом с кроватью, а вазы с цветами поставлены на компьютерный стол. Спать хотелось ужасно, но любопытство победило, и Даша просто легла в тёмной комнате, выжидая, когда же Ярослав к ней сбежит. Шаги раздались примерно через двадцать минут. Ярик остановился на пороге комнаты, выдохнул, осторожно прошёл дальше, боясь разбудить. Даша села на кровати и включила лампу на тумбочке. Молча на него посмотрела. — Прости… — тихо сказал Ярослав, опускаясь на диван. Он в руках держал подушку и плед. — Я не должен был срываться… Было глупо думать, что ты не останешься на служебку или не возьмёшь цветы… — Да, так думать действительно было глупо. — сказала Даша. Она подвинулась, освобождая Ярику место рядом с собой. Тот с радостью улёгся. Был бы у него хвост — завилял бы им. — Спокойной ночи, Даш. — Ярик её облепил всеми конечностями. Даша погладила его по спине, улыбаясь от того, как дыхание слегка щекотало шею. — Спокойной ночи, Ясь. — сказала Даша в ответ и завела будильник. Ну и что, что завтра выходной? Разве это повод сидеть на месте? Ярослав спал, ни о чём не подозревая, а между тем у Даши уже давно была идея о весёлой прогулке в самый жёсткий для Баярунаса день. Но это будет уже завтра…