Отражения

Скэриэл и Гедеон — это ярый контраст. Лоу и Готье — это еще не то, младший Хитклиф пока осознает, что и кто он. А Гедеон идеальный. Гедеон — это восхищенные взгляды. Это внимание как своего, так и противоположного пола. Это хорошая родословная, это чистая кровь. Гедеон знает, что он лучший. У него авторитет и имидж — он строил и выбивал это всю жизнь. Он старший сын, продолжение карьеры отца. Его уважают, у него в юном возрасте уже есть какое-никакое влияние. Ему, хотя, это и не понадобится, многое могут спустить с рук. Гедеон — это лицо академии, факультета политологии. На него смотрят и видят образ, который хотят примерить на себя. Это идеально сданные экзамены. Он смотрит свысока, потому что может позволить. А Скэриэл другой. Он тоже хорош, умен. Но этого мало. Он по умолчанию ниже окружающих его. Лоу любознательный и целеустремленней, хорошо владеет, учитывая, что он полукровка, темной материей, но этого мало. Других обучали этому всего с детства, в отличие от него, — еще один повод для насмешек. Его не ждут и не ждали здесь. Он выбил это место и теперь постоянно вынужден доказывать, что достоин. Что его так просто не сломать. Он выбил свой статус студента академии святых и великих манипуляциями, планами, схемами, кознями и долгой, очень долгой и муторной учебой. Теперь ему приходится адаптироваться. Делать вид, что в порядке. Что отбирающие все силы тренировки с Гедеоном, во всех смыслах круглосуточная учеба и нагрузка в три раза больше, чем у других, не губят его. Что ему не страшно. Скэриэлу вообще не бывает страшно. Приходится строить образ равного им. И смотрят они по-разному. Гедеон — уверенно, холодно, он знает где их место, а где его. Скэриэл же — с вызовом. Он в любой момент готов обороняться, а если надо — напасть первым. Доказать, что он, выживший в условиях своего детства, доберется к лучшему. Они разные. Но Скэриэл и Гедеон оба упертые, спорят одинаково и бесятся тоже. Похожи по самому нутру. Оба заплетают на фехтовании волосы в хвост, они буквально одинаково по-странному завязывают шнурки, оба недовольно щурятся, стоит одной пряди выбиться из колеи. Так еще и Скэриэл, увидевший в Гедеоне нового авторитета — все жесты, привычки, какие-то мелкие детали, позы и выражения лица Лоу перенял у наставника. Николас говорит, что Скэр похож на Гедеона больше, чем сам Гедеон. Внутри они одинаковые, как бы не отличались внешне. Они разные, но во время очередной бурной и пылкой перепалки на какую-то тему из истории от наблюдавших со стороны Люмьера, Николаса и Оскара они слышат негромкое: — Господи, Люмьер, они бесятся, потому что одинаковые. Яблочко от яблоньки, — Оскару смешно. Он ржет, как не в себя. Уолдин же смотрит сначала на него, затем на дуэт недобратьев. Он понимает — это правда. Осознает, ведь еще когда-то давно, когда Гедеон ничего не знал, он сказал, что Лоу бесит его потому, что слишком похож на него же. Люмьер понимает масштаб трагедия. Но Гедеон и Скэриэл резко и инстинктивно поворачиваются в их сторону и замолкают. Одновременно. Лоу быстро осознает и отворачивается. Потому что это — не его. Пока Гедеон озлобленно-недовольно-грозно смотрит в их сторону, он, качнув головой, закусывает губу. Гедеон говорит, что эмоции — все портят. А он слишком молод и пылок. Скэриэл сам знает, что он — слишком. Николас качает головой в сторону Лоу и Хитклиф переводит взгляд на Скэра, вздыхает. Он не знает: сказать что-то против, тем самым выставив напоказ свое отношение, которое он даже еще до конца и не понял? Или что? Промолчать? Оставить этот, по мнению Скэра, немой укор непрокомментированным? Гедеон слишком много и сложно думает и, первый раз в жизни, наверное, делает быстрее, чем принимает решение. Он касается ладонью плеча Скэриэла, привлекая внимание. Лоу вздрагивает, но голову поворачивает. Гедеон, зная, что Скэриэл наблюдает, самодовольно улыбается, когда материей запускает в ржущего Оскара учебник по латыни. И позволяет себе улыбнуться мягче, когда слышит со своей стороны звонкий смех. Наверное, спор они сегодня не закончат.