sagrad прекрасный

через десять минут начнется очередное выступление, публика в клубе шумно и восторженно ждет выхода танцоров. юмин сидел в гримерке, пялясь на свое отражение. он усиленно пытался настроиться на выступлении, но голова была забита совершенно иным. парень вспоминал тот день, когда впервые за долгое время отказался от самоконтроля и продал душу адвокату дьявола за момент блаженства. день, когда юмин позволил подчинить себя, выслушивая шепотом грязь в свою сторону, которую, как оказалось, он готов терпеть только от одного человека.  чертов шин чонмин.  блондин овладел им, закрадываясь в каждый уголок души. джейдену удалось каким-то чудом растопить леденящую душу юмина одним лишь жарким днем в его комнате. то, с какой страстью он целовал в ответ, как прикасался, словно он керамист, создающий из тела чо новый шедевр. чонмин, сука, даже умудрился оставить на его теле свой след, который сейчас юмин замазывает тональным кремом. и убежать от этих мыслей не удавалось, но парень даже и не сопротивлялся. вновь по всему телу прошлись мурашки, дыхание длинноволосого участилось. нужно уже выходить на сцену, а в голове накрепко засел этот блондинистый мудень. из мыслительного астрала помог выйти масами, появившийся в дверном проеме.  — юмин, — глубокий и утешающий голос телохранителя помог прийти в себя, — народ ждет.  юмин повернул голову в его сторону и молча кивнул. он тяжко вздохнул и встал со стула, мысленно настраивая себя на другой лад по дороге на сцену. будет еще время повспоминать это добро, сейчас пора заставлять зрителей кричать и сходить с ума.  после выступления юмин по классике стоял в той подворотне у клуба, дымя сигаретой. обильно шел снегопад, оставляя на черной шубе крохотные снежинки. и даже сейчас он умудрялся думать о джейдене, пялясь на снег под ногами. юмину хотелось быть с ним рядом прямо сейчас. хотелось вновь ощущать на своей коже его теплое дыхание, хотелось чувствовать его обжигающие прикосновения. за всю жизнь парня никому не удавалось пробудить в нем столько мыслей и желаний. но это так странно… совсем недавно чонмин раздражал его до мозга костей. как же так вышло? в этот момент ему приходит в голову зайти к нему домой. зачем? снова попытаться поговорить. получится? очень сомнительно, ведь предыдущие попытки кончались одним и тем же. надежда умирает последней, быть может в этот раз все будет по-другому.  несмотря на очередной наплыв снега, юмин быстро дошел до дома и уже стоял у двери, позвонив в звонок. было слышно, как лениво шли ее открывать. джейден высунул из двери свою лохматую и сонную голову, но увидев шатена, сон отпал моментально.  — зачем пришел? — чонмин начал тереть глаза и впустил чо в квартиру.  будь здесь хенбин, каждый сантиметр этого дома начал бы трещать от его негодования и раздражения, но так как он ушел по делам, все пройдет спокойно. наверное.  — поговорить? — юмин выдал это неуверенно, потому что прекрасно знал, какие последствия сейчас пойдут после этого. и, в какой-то степени, даже ждал этих самых последствий.  — мы слишком много пытались, — джейден сел в кресло у окна и, протянув руку к пачке сигарет на подоконнике, достает одну и чиркает зажигалкой, — у нас это ни к чему хорошему не приводит.  табачный дым быстро заполнил пространство, даже открытое окно не помогало. юмин местами слегка морщился, потому что блондин курил какие-то дешманские, по его мнению, сигареты. шатен сделал вдох и принялся складывать в своей голове фразу, которую не очень хотелось спрашивать. хотя он уже ее спрашивал.  — так что между нами? — гравитация? — джейден вопросительно вскинул бровь.  юмин раздраженно вздохнул, а чонмин игриво улыбнулся. он всего лишь прикидывался дураком, прекрасно зная ответ на мучающий уже длительное время вопрос. длинноволосый психанул окончательно, а джейден тем временем потушил сигарету об банку, стоящая на подоконнике.  — ладно, ты прав. это было бесполезно.  юмин только развернулся к выходу из квартиры, как джейден схватил юмина за руку и усадил к себе, пристально смотря ему в глаза. от неожиданности на лице юмина был легкий испуг, блондину нравилось его разглядывать. и снова их лица были на близком расстоянии, очередной серьезный разговор кончается жадным поцелуем. от нетерпения чо начал слегка ерзать на парне, возбуждение росло с непрерывной скоростью. руки джейжена полезли под майку чо, бегая по всему торсу и спине. ни один сантиметр его тела не остался без внимания со стороны рук чонмина. все двигалось в сторону очередного жаркого секса, которому не суждено было в этот раз сбыться — хенбин зашел домой. увидев двух голубков на кресле, он не то что в шоке был. он охуел от этой картины. юмин и джейден повернули свои головы в его сторону. неловко.  — ебаный в рот блять? — розоволосый начал очень громко возмущаться, — ты совсем что ли охуел спать с моими клиентами? джейден еле сдерживался чтобы не заржать в голосину. юмин испуганно обратил на это внимание, не понимая, почему тот реагирует не так, как следует. хенбин начал ворчать пуще прежнего.  — ты, — юноша злобно указал пальцем на юмина, затем показал на дверь, — кабаном съебался из моей хаты, пока я не пустил тебя на вологодский мясокомбинат.  теперь смех сдерживали оба, русские выражения розоволосого звучали очень забавно. юмин напоследок поцеловал джейдена в губы под звуки отвращения от хенбина.  — встретимся и продолжим в другой раз, — чо соблазнительно шепнул это на ухо джейдену, стало щекотно, — место сообщу позже.  юмин слез с парня и молнией направился к выходу, пока хенбин не пустил в дело драку ссаными тряпками. закрыв за шатеном дверь, ли злобно и вопросительно оглядел своего соседа, который продолжал сидеть и ржать.  — знаешь, как мама меня с братом наказывала? — хенбин это спросил подозрительно тихо.  — и как же? — джейден не переставал улыбаться.  — она пиздила нас пыльным веником по заднице, — розоволосый помчал за своим веником в ванную, — так что имей ввиду блять.  чонмин заржал сильнее. юноша вышел с веником и принялся подметать в комнате, продолжая что-то ворчать под нос. успокоившись, джейден откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза, видя перед собой юмина. тяжелый вздох.  хочется поскорее его увидеть вновь.