Часть 1
16 мая 2025 г., 00:06
Утро в мире с бесконечным закатом. Воздух — густой, как мёд, а небо застыло в тёплом янтаре. Они были здесь вдвоём уже третий день — по заданию, по воле случая или просто потому, что так решила судьба.
Лололошка молчал.
А Джон — нет.
— Слушай, у тебя лицо как у человека, который только что увидел свою зачётку. Или ты просто снова думаешь о смысле бытия?
Молчание.
— Эй, может, ты — эксперимент по абсолютной эмоциональной изоляции? Давай, моргни, если ты ещё человек.
Тишина.
Целый день Джон подначивал: во время пути, у костра, даже когда они сражались с пустотными тенями. Сыпал шутками, насмешками, абсурдными теориями о том, что у него нет чувств, что он подменён големом, что «эмоции — это вирус».
Но он не реагировал. Ни слова, ни взгляда.
Это выводило Джона из себя больше, чем любой крик.
И вот — вечер. Они сидели на высоком утёсе, под ними — медленно дышащий лес. Лёгкий ветер трепал волосы. Джон вытащил флягу с чем-то тёплым и крепким, сделал глоток и вдруг произнёс:
— А знаешь, с кем было бы веселее, чем с тобой? С твоим братом… Вививилкой, кажется?
Пауза. Джон усмехнулся сам себе и продолжил, будто невзначай:
— Он хотя бы разговаривал. Может, стоит его найти? Хотя, зная тебя, ты уже забыл, как он выглядит… или просто сбежал от него, как от всех остальных.
Треск.
Это не был звук ветки или пламени.
Это была тишина, которая лопнула.
В мгновение он оказался рядом. Глаза — пылающие, как угли. Лицо — искажённое, не от ярости, а от боли. Настоящей, глубокой. Боли утраты и вины.
— Не смей. — голос низкий, хриплый.
— Никогда не смей его трогать даже словом.
Джон не успел опомниться, как кулак врезался ему в челюсть. Не со злостью, а с накопленной тяжестью сотен молчаливых часов.
Он отлетел назад, ударился о землю и остался лежать. Несколько секунд — только ветер. Потом хриплый смех:
— Вот и дождался. Ну наконец-то… хоть что-то настоящее.
Ответа не было.
Тот стоял, развернувшись к лесу, будто снова стал из камня. Но плечи дрожали. И это говорилo больше, чем любые слова.
