Демоны

Дорога меняет свои пейзажи довольно быстро, улицы и дома отпечатываются в голове стоп-кадрами. Стемнело всего пару часов назад.  Он знает где его искать и идёт, не хочет, но идёт. Меряя шагами серый холодный асфальт.   А Тэхён особо и не прятался, проваливался – да, но при этом оставался на виду, позволяя Чонгуку наблюдать как Ким погружается в бездну, разлагается, корчится в адской агонии, забирая с собой и часть его самого. Но по смешной иронии даже в этом он был по-своему изящным. Каждая новая гримаса трипа шла Тэхёну больше предыдущей, каждая неестественная морщина на этом юном лице была отвратительно красива, приковывала взгляд и завораживала не позволяя отвернуться.  Вот и сейчас Чонгуку тошно от этого липкого предвкушения картины, которую он увидит, после того, как поднимется по старым болотно-серым ступеням, надавит на, как обычно, незапертую дверь и окажется в эпицентре событий Все происходит именно так.  Резкий химозный запах бьёт легким щелчком по носу и как будто хихикает над Чоном, окутывает его полностью и засасывает в глубь пустой квартиры.  В спальне, распластавшись на матрасе, лежит Ким, такой переломаный и сшитый абсолютно уродливо, но при этом такой манящий и прекрасный. Он смотрится красиво даже тряпичной куклой, вынутой из коробки лет сорок назад и кем-то забытой.  И так же красиво рядом смотрится заводской аксессуар, видимо шедший с куклой в комплекте - шприц.  Тэхён тяжело дышит и что-то мычит, когда чувствует чужое присутствие, по крайней мере Чонгук пытается верить, что он в состоянии чувствовать его рядом.  Пара шагов и он уже нависает над телом. Рассматривает. Целует.  Целует грубо, глубоко, слюняво, будто пытаясь высосать душу из парня….точнее то, что от этой души могло остаться он оглаживает предплечья, острые скулы, запускает ладонь в волосы, ощупывает, стараясь высечь в каменной глыбе подсознания этот тошнотворно-прекрасный образ… Напоследок он переплетает свои ладони с чужими и утыкается лбом во всё ещё вздымающуюся грудь. –  Поговори со мной, пожалуйста, я вообще не могу пошевелиться, они все вокруг меня. Мне плохо и я ничего не вижу.  Чонгук встаёт и выходит на балкон содясь на холодный плиточный пол, но не закрывая дверь. Он хочет слышать всё, что говорит этот демон – Блядь, умирать всегда страшно,  Пачка сигарет. но, страшнее, наверное, выживать каждый раз после этого кошмара.  Зажигалка. Они знают, что, блядь… что так и будет, это ебаный цикл.  Едкий дым в лёгких. И меня мучает каждый раз. И где ты, когда я весь горю?  Выдох. У меня в ушах стоит звон Окурок.  Чон выходит из квартиры всё так же не запирая дверь, он считает ступени до первого этажа, в голове пусто, а перед глазами только тряпичная кукла. Оказавшись в объятиях прохлады ранней весны и получив от нее пару пощёчин Чонгук понимает, что одной сигареты было мало, тот шарит по карманам и….блять   В этот раз лестничные площадки пролетают в разы быстрее и вот он широкими шагами настигает добычу, пихая сигареты в карман «Возвращаться плохая примета» С этой мыслью глаза скользят по зеркалу у порога, цепляя вместе с тем и его отражение.  Чонгук не помнит как вновь оказался на улице и выкурил уже вторую сигарету, но его отпускает странное чувство и Чон уходит отсюда навсегда. Отражение уже не дышало.