Звезда на двоих

Университет героев — место, где ковались будущие защитники мира. Тренировки, миссии, боевые симуляции, сражения на выживание. Здесь слабый не выживал. Здесь нужно было быть лучшим. Техен был вторым. И он ненавидел это. Номер один — Чонгук. Сильный, непобедимый, обаятельный. Ему не нужны были громкие слова или дешёвая бравада — его силы говорили за него. Все уважали его. Все обожали. Особенно — девушки. А Техен… стиснув зубы, стоял рядом. Ненавидя каждую их победу. Каждую улыбку, адресованную не ему. Он знал Чонгука с первого курса. Жили в одной комнате. Близкие, почти как братья. Он доверял ему. Даже любил его — тогда, когда ещё не осознавал, как сильно. Но всё изменилось. Когда Чонгук стал героем №1, всё рухнуло. Техен стал отстранённым. Холодным. Он грубил, огрызался, провоцировал. Он ненавидел, как тот смотрел на него с пониманием. Как будто жалел его. Чонгук был сдержанным. Он никогда не отвечал на агрессию. Уходил, когда Техен начинал злиться. Молчал, когда тот швырялся обвинениями. Он понимал. И тем больше это злило Техена. ⸻ Интервью. Университетская арена. Камеры. Свет. Толпа. Чонгук стоял в центре. На фоне баннера “Герой №1 — гордость мира!” Журналисты облепили его, засыпали вопросами. Кто его вдохновляет, что он ест на завтрак, будет ли свадьба… Техен стоял сбоку. Его почти не заметили. Только одна девушка махнула микрофоном в его сторону: — О, и с нами герой номер два,Техен. Что вы чувствуете, находясь рядом с таким талантом? Он сжал кулаки. — Ничего. — коротко бросил и ушёл. Он не заметил, как Чонгук посмотрел ему вслед. Долго. Молча. ⸻ Несколько дней спустя. Техен не разговаривал с Чонгуком. Тот пытался, но получал в ответ только тишину. Чонгук после миссии возвращался домой один, усталый, в боевой форме. “Жены не будет дома, ночная смена.” — пришло сообщение. Он ничего не ответил. Разделся. Поел что-то быстрое. Помылся. Упал на кровать. Заснул. ⸻ Ночь. Он проснулся от странного холода на запястьях. Дёрнулся — руки были прикованы к изголовью кровати. Глаза — закрыты мягкой тканью. — Что за…? Кто здесь?! — прохрипел он. — Успокойся. — знакомый голос, тихий, низкий, почти шепот. Техен. —Техен? Что ты делаешь? — Просто… хотел наконец поговорить. Раз на раз. Без твоих добрых взглядов. Без твоего геройского терпения. — И ты для этого приковал меня к кровати? — голос Чонгук был напряжён, но не враждебен. — Что ты хочешь? Техен уселся рядом. — Всю жизнь ты был впереди. Всю. Я был рядом. Я старался. Сражался. Ты даже не огрызался в ответ. Просто… терпел. Ты не понимаешь, насколько это бесит. Ты не понимаешь, каково это — смотреть на тебя каждый день и знать, что никогда не буду таким, как ты. —Техен… — голос Чонгука стал мягче. — Я не пытался отнять у тебя ничто. Я… — Не начинай! — перебил тот. — Я ненавижу тебя. За силу. За этот чёртов взгляд. И за то, что ты ничего не замечаешь. —Техен… ты… — Заткнись. Он наклонился ближе. Его пальцы прошли под кофтой Чонгука, касаясь напряжённых мышц, старых шрамов, тёплой кожи. Чонгук замер. Его дыхание сбилось. Он чувствовал каждый миллиметр. — Что ты делаешь?.. — прошептал он. — Не нужно. Не делай это. Ты не хочешь. Это… сделает тебе больно. Техен прошипел: — А ты кто, чтоб решать за меня? Он сел на бёдра Чонгука, тяжело дыша. — Хочешь быть героем №1? — усмехнулся Чонгук с неожиданным спокойствием. — Тогда одолей меня. Техен сидел на бёдрах Чонгука, как будто завладел его телом, но не сердцем. Хотя сердце уже давно принадлежало ему — просто он этого не знал. Он медленно провёл ладонью по груди, скользя пальцами по рельефу мускулов, затормаживая на старом шраме — следе от той самой битвы, где Чонгук спас их обоих. — Ты всегда был сильным, — выдохнул Техен. — Даже когда я падал, ты поднимался. Даже когда я лгал себе, ты просто молчал. Я ненавидел тебя за это. И боготворил. Он наклонился ближе, его волосы щекотали щёку Чонгука, дыхание обжигало. — Скажи, ты хоть раз думал обо мне? Хоть раз — не как о друге, не как о соседе по комнате… а как о ком-то большем? Чонгук медлил. Сердце колотилось, как будто выбивало из груди всю правду. — Я думал, — выдохнул он. — Но знал, что ты не готов. Техен прикусил губу, и в следующую секунду его пальцы потянулись вниз — к резинке на поясе. Медленно, почти мучительно, он стянул с Чонгука нижнее бельё, обнажая его полностью. Он замер, смотря. Долго. Глаза дрогнули. — Почему ты не сопротивляешься? — голос дрожал. — Потому что ты не враг. — Гук слабо улыбнулся, не видя, но чувствуя. — И потому что если это твоя боль — я приму её. Техен резко наклонился и… взял его в рот. Сначала осторожно. Губы сомкнулись на кончике. Тепло. Влажно. Чонгук резко вдохнул, руки сжались в кулаки, но остались прикованными. Техен двигался медленно, будто пробовал запретный плод. Он прикасался губами, языком, втягивал, затем отпускал. Его дыхание сбивалось, но он не останавливался. Чонгук чуть выгнулся в кровати. Он чувствовал, как каждая клетка тела пульсирует. Как сердце стучит в горле. Он не ожидал… и не мог остановиться. —Тэ… — прошептал он. — Хватит, ты… ты не обязан… Техен резко поднялся. Его глаза были тёмные, блестящие. Он поднялся на колени и, направляя, резко опустился на него. Чонгук застонал, резко втянул воздух.Техен  замер, тяжело дыша, глаза дрожали — больно. Но он не отстранился. — Тебе не нужно этого делать, — тихо сказал Чонгук, впервые серьёзно. — Я вижу, как тебе больно. Я знаю, ты не хочешь так. Не причиняй себе больше… — Заткнись… — прошипел Техен, но голос сорвался. — Мне нужно чувствовать, что я могу хоть в этом быть выше тебя. Что я могу… победить тебя хотя бы так. Чонгук сжал кулаки… и в следующий момент легко сорвал цепи. Он не был прикован по-настоящему — просто позволил Техену думать, что контролирует. Техен отпрянул, в панике. Но Чонгук медленно положил руки ему на бёдра — мягко, крепко. — Тогда давай. Одолей меня. — усмехнулся он, подтягивая его ближе. — Но знай: теперь я играю тоже. Он начал двигаться — медленно, но уверенно.Техен застонал, выгибаясь. Каждое движение было глубоким, точным. Он чувствовал, как внутри него пульсирует жар. — Хочешь быть номером один? — прошептал Чонгук. — Тогда держись. Он резко ускорился. Толчки стали резкими, тяжёлыми. Техен задыхался, пальцы сжимались на плечах. Его крики эхом отдавались по комнате. — Тише, — усмехнулся Чонгук. — Нас могут услышать… хотя, может, пусть знают, кто тебя держит. 10 минут. Жар. Пот. Приглушённые стоны. Их дыхания слились. Тела — единое пламя. В какой-то момент Чонгук резко притянул Техена к себе и поцеловал его. Не жадно. А… по-настоящему. Тэ замер. Потом ответил. Осторожно. Мягко. Как будто впервые за всю жизнь не хотел воевать. — Я… — выдохнул он. — Я не знаю, кто я рядом с тобой. Я просто… я устал завидовать. Я хочу быть с тобой, не соревноваться. — Тогда будь, — прошептал Чонгук. — Просто будь. Со мной. Без рангов. Без масок. И они снова слились. Но в этот раз — нежно. Медленно. Каждое движение было будто признание. Каждое касание — извинение за годы недосказанности. Гук держал Техена в объятиях, целуя его лоб, скулы, губы. — Ты красивый, — шептал он. — Даже когда злишься. Даже когда плачешь. Техен прижался к нему. Слёзы упали на грудь Чонгука. Он впервые позволил себе быть слабым. Они заснули рядом. Сложно сказать — в победе или в поражении. Но точно — в освобождении. — Свет медленно пробирался сквозь плотные шторы. Где-то вдалеке пели птицы — удивительно спокойно, как будто в этом мире никогда не было рангов, битв, зависти или боли. Техен проснулся первым. Он лежал, прижавшись лбом к груди Чонгука, чувствуя, как ровно и глубоко тот дышит. Его рука обнимала Техена за плечи, как будто он боялся, что тот исчезнет. Техен не хотел двигаться. Это было впервые, когда он не чувствовал пустоту. Только странное, непривычное спокойствие. И — да, чёрт побери — тепло. Он поднял голову, увидел его спящее лицо. Такое мирное. Такое не геройское. — Даже во сне ты выглядишь как номер один, — тихо усмехнулся он. — А ты всё ещё сравниваешь, — ответил Чонгук, не открывая глаз. — Доброе утро,Тэ. — Я… — тот замер. — Прости. За всё. Я столько лет боролся с тобой, когда просто хотел быть рядом. Гук открыл глаза. Мягкие, тёмные, тёплые. Он коснулся щеки Техена. — Ты был рядом. Всегда. Даже когда злился. Даже когда убегал. Я никогда не хотел, чтобы ты был вторым. Я просто хотел, чтобы ты был собой. — А если я завистливый, упрямый и ревную тебя к каждой девушке?.. — с полуболью и полуулыбкой спросил Техен. — Тогда мне повезло, что я с тем, кто умеет чувствовать так глубоко, — тихо ответил Чонгук. — С тем, кто… может сделать ночь незабываемой. Они оба рассмеялись. Настоящим, лёгким смехом. Без напряжения. Без нужды притворяться. Техен потянулся и поцеловал его. На этот раз — медленно и нежно. Губы скользнули по губам, чуть дрогнув, задержавшись. Он вложил в этот поцелуй всё: извинения, признания, новую надежду. Чон  улыбнулся сквозь поцелуй. — Если мы пойдём завтракать вместе, нас сочтут парой. — Так давай удивим этот чёртов университет, герой номер один. — подмигнул Тэ. — Или, может, уже номер два? — Не важно, — Чонгук притянул его ближе. — Главное, что ты — мой.