Научите меня целоваться, сенсей

      — Ино, — улыбнулся Наруто своей самой смущëнной и самой обаятельной улыбкой, — собери-ка мне букетик! Нет, букетище! — парень рассмеялся, почëсывая кроткостриженный затылок. Блондинка за прилавком подозрительно зыркнула на бывшего одноклассника, но спокойно отправилась собирать цветы по просьбе покупателя. — Что-нибудь, знаешь... м... ну, такое, красивое!       — Для Сакуры? — спросила Яманака, но в ответ не услышала ничего внятного.       Уставившись в пол взглядом, Узумаки стыдливо осваивал рукой новую стрижку. Интересно, Сакуре понравится? Он гулко посмеивался, мямля нечто несвязное. Густой румянец заливал полосатые щëки.       — Такой сгодится? — уточнила Ино, протягивая парню стандартный букет из разных цветов в фиолетовых оттенках. Но от покупателя послышался истошный вопль.       — Ты что, смеëшься что ли?! — заорал Наруто, тыкая в блондинку пальцем. — Разве Сакуре-чан такое понравится? Тогда я ничем не буду отличаться от всех остальных!       — Хорошо-хорошо, я тебя поняла! — успокоила Ино, пока Наруто сглаживал сердитые морщины, скрестив руки на груди.       Было сложно не заметить, как нервничает паренëк, пока девушка собирает цветки в букет. «Хватит» — удовлетворëнно послышалось, когда охапка растений перестала помещаться в одной руке. Наруто счастливо улыбнулся, подавая щедрую стопку купюр. Но губы быстро скрыли всю радость, стоило колокольчику над дверью звякнуть, оповещая о новом посетителе. Брюнет недоверчиво оглянул ассортимент, подходя ближе к прилавку, пока Наруто ярко закипал.       — Ино, будь добра, собери все розы в букет.       — Теме, ты что тут забыл? — изумился блондин, хватая свой букет.       — То же, что и ты, добе, — гордо ответил Саске, складывая руки в карманы.       — Мой тебе совет: Сакура-чан не любит розы.       — Может быть, — легко согласился парень, — но ты ей симпатизируешь явно меньше. А розы — отличные цветы.       — Бака-бака-бака, — затараторил Наруто, поспешно удаляясь из магазина. Лишь колокольчик над дверь дополнительно брякнул, сообщая об уходе.       «Да вы оба ей не нравитесь, идиоты...»       Ино тяжко вздохнула, отправляясь за розами. Что за глупая идея? Как сто и одна роза в сказках? Ну и балбесы... Оба!

***

      Праздник был не то, что глобальный. Скорее, Сакура на пару с родителями накрыла дома на стол, настраиваясь на приятный вечер в компании друзей. Не пришлось арендовывать кафе или бегать по ресторанам в попытке найти лучший, ведь когда Харуно перебирала список знакомых, кого хотела бы позвать, то выбрала немногих. И из тех некоторые отказались, сославшись на важные дела.       Но даже за полдня девушка успела устать от бесконечных поздравлений. На работе поздравляли коллеги, пообещав на ближайших же выходных устроить банкет. На улице рассыпались в добрых словах все знакомые и даже некоторые гражданские, по счастливой случайности ставшие некогда еë пациентами. Те, кстати, тоже успели отсыпать несколько комплиментов во время утреннего обхода. Но вот наконец вечер, наконец дома, и наконец с самыми близкими.       Ино и Хината уже помогали накрывать на стол, родители хлопотали на кухне, когда в дверь раздался громкий и протяжный звонок. Сакура извинилась и быстрым шагом направилась к двери. Уже в коридоре была слышна ругань.       — Я первый нажал, даттебайо! — залетело сразу в два уха, стоило открыть дверь. Саске продемонстрировал своë первенство, сделав широкий шаг к двери, как только на пороге появилась Сакура. Но войти ему не дали. Мальчишки застряли в дверном проëме, широкими плечами пытаясь растолкать друг друга.       — Зато я первый зайду! — выкрикнул Саске, неумолимо пытаясь протиснуться внутрь.       — Нет, я! — выкрикнул Наруто.       С горем пополам, парни оказались в тесном доме, стараясь отдышаться. Узумаки улыбнулся, победно и лучезарно. Он протянул девушке гигантский букет, на что ей потребовалось сразу две руки, чтобы его обхватить.       — С днëм рождения, Сакура-чан! — покраснел Наруто, потирая затылок.       — Спасибо, — заторможенно среагировала Харуно, удивлëнная недавним представлением.       Не отставая от друга, Саске тоже протянул букет, представляющий собой множество тëмно-красных роз. Едва уместив оба веника в руках, Сакура уже не видела гостей.       — С днëм рождения тебя, Сакура. Желаю бесконечного счастья, Конохского здоровья и горячей любви.       — Спасибо, Саске, — измученно поблагодарила девушка, направляясь на кухню. Попытка не врезаться в стену оказалась удачной. — Разувайтесь, проходите, мы уже почти накрыли на стол.       — Сакура, а где ты будешь сидеть? — уточнил Учиха, заходя на кухню вслед за Харуно.       — Пока не знаю, — ответила она, перекладывая ответственность за цветочное месево на родителей.       Наруто уселся за круглый стол, заваленный едой. Саске сел напротив, скрестив руки на груди. Брови стремительно бежали к переносице, а глаза сверкали молниями.       — Это все? — уточнила Мебуки, едва запихав букетище в ажурную вазочку с тонким горлом. Сакура растерянно оглядела гостей, вздохнула и присела за стол, оказываясь в аккурат между друзьями.       — Не знаю, я звала Какаши-сенсея, но он сразу предупредил, что скорее всего не сможет прийти. Он же теперь Хокаге... У него много важных дел, срочных встреч и прочей ерунды.       — Не грусти, Сакура-чан, — улыбнулся Наруто, придвинулся ближе и похлопал девушку по плечу.       — Я уверен, что он как обычно опоздает, — задал настрой Саске, притягивая к себе Сакуру.       — Да, ты прав, — согласилась куноичи, отодвигаясь от парней. — Наверное, он снова опоздает.       Мебуки и Кизаши поспешно раскладывали на стол блюдца с тортом и кружки с чаем. Наруто схватился за первую попавшуюся тарелку, придвигая к себе. Саске последовал его примеру, не забыв о чашке. Сакура медленно придвинула к себе блюдце с самым маленьким на вид кусочком торта.       — Поздравляю, Сакура, — начала Ино, искренне улыбаясь, — с твоим несчëтным днëм рождения...       Сакура внимательно выслушала каждого гостя, пока очередь не дошла до парней. Наруто выдал почти красивую речь, исключить бы из его лексикона долгие «э-э» и протяжные «а-а-а». Саске смело его перебил, вставляя свои поздравления. И на моменте «Желаю тебе...» всë началось заново.       — ... Желаю тебе счастья, Сакура.       — А я желаю здоровья! — перебил Узумаки.       — Денег, и побольше.       — Да, а ещë лëгкой работы.       — Вдохновения.       — И энергии.       — Много удачи.       — Радости.       — Благополучия.       — Достатка.       — Повторяешься, — выкрикнул Саске, — я это уже говорил.       — Тогда желаю тебе найти себе самого лучшего в мире парня! Такого, как я, например.       — С чего это ты самый лучший? — не вытерпел Учиха.       — А что? Ты считаешь иначе? — запротестовал Наруто.       — Ещë как!       — Спасибо большое, Наруто, — поблагодарила Сакура, улыбаясь. — Саске, благодарю, очень приятно, — кивнула она другу. — Я очень рада, что у меня есть такие замечательные друзья.       Действительно, Сакура была очень рада. Она была не в меру счастлива, что Саске вернулся в Коноху. Была безумно благодарна, что согласился принять помощь. Очень радовалась тому, что с Наруто они общаются почти без конфликтов. Пока не началась эта гонка по соблазнению...       Наруто Сакура понимала. Он был влюблëн в неë всю свою сознательную жизнь, но Саске никогда не испытывал к сокоманднице особых симпатий. Конечно, девушка периодически чувствовала, что чувства эти обоснованы. Например, Учиха мог с лëгкостью сорваться посреди ночи, если ей понадобится помощь, или мог запросто прийти под конец рабочего дня и порадовать цветами или чем-нибудь ещë. Они стали чаще общаться, и парень действительно показал себя с наилучшей стороны. Но когда они с Наруто... Чëрт, эта бойня не утихает!       И соревнования по первенству в еë постели, если честно, уже начинали жутко надоедать.       — Мы пойдëм, — Мебуки указала на часы, поднимаясь из-за стола. Она убрала за собой и супругом посуду, пока тот собирался. — Помнишь? Я же говорила, что в восемь нам уже надо быть...       — Да, я понимаю... Думаю, мы и сами со всем управимся, — Сакура улыбнулась родителям, но на самом деле была не особо рада их уходу. Конечно, им уже пора домой. Но теперь, когда между друзьями развязалась самая настоящая война, единственным спасением были разве что еë мама и папа.       — Конечно, — доверчиво улыбнулась Мебуки. Портить отношения с дочерью в еë день рождения — не самая лучшая идея. Проверено многократным опытом. — Целую, заходи в гости.       — Да-да, — махнула Сакура на прощание, после чего за родителями захлопнулась дверь. Наруто тут же вскочил, тыкая пальцем в собеседника.       — Вот скажи, Сакура-чан, чем он лучше меня?! — завопил блондин. Но Учиха не сдавался. Он показательно скрестил руки на груди, проникновенным взглядом осматривая девушку.       — Да, Сакура, скажи. Чем он лучше меня?       — Наруто-кун, Саске-кун, — принялась разглаживать ситуацию Хината, завидев, как Сакуре уже всë это надоело, — вы оба хороши, и никто из вас не лучше.       — Хината права, — согласилась именинница. — Вы оба мне дороги, я хочу дружить с вами обоими. Но не более, чем дружить, ясно?       Наруто, грузно выдохнув, уселся на своë место, сползая почти под стол. Он тоже скрестил руки на груди, прикрыв глаза. Но быстро ожил.       — Сакура-чан, точно! Я ведь подготовил для тебя подарок!       — Я тоже! — отозвался Саске, и оба стали копошиться.       Вскоре на столе оказались две коробки абсолютно одинаковые по размерам. Тëмные брови наравне со светлыми встретились у переносицы.       — Сначала мой, Сакура-чан, сначала мой! Посмотри, пожалуйста!       — Хорошо-хорошо, — вздохнула девушка, придвигая к себе ярко-красную коробку. Было очень интересно узнать, что же такого приготовил ей Наруто?       Зашуршала фиолетовая лента, бантик быстро поддался ловким пальцам, и вот уже картонная крышка упала на пол. Содержимое весьма порадовало. В коробке покоился мягкий плед ярко-оранжевого цвета, а вместе с ним несколько пачек лапши быстрого приготовления и недавняя фотография, оформленная в аккуратную рамочку.       — Я знаю, что ты не успела еë распечатать, — улыбнулся Наруто, краснея, — поэтому я решил сделать это за тебя! А рамка в виде восьмиугольника... Я же знаю, что в такой же у тебя стоит наша первая фотография. Я подумал, что они неплохо будут сочетаться.       — Спасибо, Наруто, — растянулась в улыбке Сакура, обнимая друга. Тот впал в ступор на несколько секунд, так и не успев среагировать на касание. Лишь ещë сильнее покраснел, когда девушка отстранилась.       — Всегда пожалуйста, Сакура-чан! Рад, что тебе понравился мой подарок, — Наруто почесал затылок, и, кажется, только в этот момент Сакура по-настоящему обратила внимание на изменения в образе друга.       — Ты что, постригся?!       — Да! Тебе нравится?       Тяжëлый вздох разрезал воздух на кухне. Сакура закрыла лицо руками. Если этот идиот сделал такое ради неë, то она этого не переживëт.       — Тебе очень идëт, Наруто-кун, — подала голос Хината, краснея и отводя взгляд.       — Правда? Думаешь, так лучше?       Пока Солнышко Конохи был занят разговором с давней подругой, Тëмная Лошадка не отступала.       — Открывай мой, — настоял Саске, и Сакура послушно придвинула к себе ещë одну коробку. Вновь шорох ленты и грохот крышки.       — Ух ты! — воскликнула Сакура, заглядывая вовнутрь.       Всë было аккуратно укомплектовано: на дне коробки находилась ещë одна коробка с неизвестным содержимым, сверху на ней стояла баночка с травами, и наклейка с надписью очень порадовали девушку; рядом находился набор ванных принадлежностей, которые она, скорее всего, не будет использовать, а поверх лежала маленькая открыточка, нарисованная от руки.       — Саске, это очень мило! Спасибо большое! — Сакура подалась к другу, крепко обнимая. И тот положил руки на мягкую талию в ответ.       Взгляд тëмных глаз был устремлëн ровно на прожигающую голубизну взора собеседника. Наруто пылал огнëм, готовый придушить друга сиюсекундно. Ему кажется, или их объятие длилось дольше, чем с ним?!       — Пожалуйста, Сакура.       Девушка неловко отстанилась, возвращая прежнюю дистанцию. В отличие от предыдущего подарка, этот таил в себе множество загадок. И Сакура потихоньку начала задавать вопросы.       — Где ты достал эти травы? У нас такие даже близко не растут, — указала именинница на баночку с листьями.       — Собрал, когда был на миссии в стране Мëда. Подумал, что тебе пригодится.       — Ты был прав! Но ведь это очень далеко?       — Да, это было, сложное задание.       Смотреть на пылающего Наруто было чертовски приятно, особенно если этот огонь сопровождался интересующимися вопросами любимой девушки.       — А это что за коробка? — указала Сакура на самый нижний презент.       — Это наша фотография, только пазлом. Я знаю, что ты такое любишь, поэтому сможешь собрать, когда будет свободное время. Там около пятиста элементов.       — Ого... А открытку ты сам рисовал?       Глядеть на Наруто было страшно, именно поэтому Сакура не поворачивала голову. Пока Саске продолжал отвечать на еë вопросы. Подруги тихо перешëптывались. И это не могло скрыться от внимательного взора. Вскоре Учиха закончил и девчонки улыбнулись, вставая со своих мест.       — Ну, Сакура, готовься, — гордо усмехнулась Ино, а Хината протянула подруге красиво завëрнутую коробку.       — Ладно, — прошептала Сакура, нахмурившись. На столе осталось единственное свободное место, куда она поставила подарок от Хьюга.       Зашуршали обëртки, и Сакура подозрительно приоткрыла коробку. Но робость прошла, и девушка с уверенностью перебирала содержимое. Настольная лампа, как раз домашняя работает с перебоями, наручные часы с какими-то своеобразными функциями и ароматические свечи. Всë это, безусловно, было безумно полезными вещами. Как обычно слова благодарности, обнимашки, и Сакура последовала за Ино. Та решила продемонстрировать свой набор вдали от друзей.       Девушки уединились в единственной комнате съëмной квартиры, после чего Яманака наконец протянула подруге коробку с непонятным содержимым.       — Мне не нравится твой взгляд, — подметила Сакура, принимая подарок. Голубизна глаз действительно не в меру отдавала предвкушением.       — Открывай уже давай, Лобастая!       Ещë раз недоверчиво зыркнув на блондинку, Харуно потянула вверх крышку коробки.       — Это что?! — взвыла Сакура, когда помимо всего остального в глаза бросился...       — Помогатор в твоей личной жизни! — подмигнула Ино, толкая ту в плечо.       — Каким местом мне это поможет?       — Ну, каким местом... ты что, не знаешь, в какое место это вставляется?       — Я убью тебя, Свинина! — погрозилась Сакура, выхватила из коробки фаллоимитатор и ткнула им подругу в рëбра.       — Эй, Сакура! Я не против такого использования, ведь инструкции там не было, но лучше всë таки по назначению.       — Я его выкину, — отозвалась Сакура, убирая такой своеобразный дар куда подальше. — Ино... — закипела вновь девушка, выуживая из коробки комплект кружевного белья. Блондинка хихикнула, взяла в руки предыдущий подарок и зацепила за ствол лямку лифчика с кружевами.       — Я подумала, что так тебе точно будет легче найти мужика.       — Это глупо.       — Вовсе нет.       — Ты хочешь, чтобы я в этом на работу ходила?       — Хотя бы используй это вместо своего детского белья, когда будешь ходить на свидания.       — Ну ты и свинья, Ино... — вздохнула Сакура под раскатистый смех подруги.       — Там ещë кое-что есть, — улыбнулась девушка, указывая на коробку. Предыдущие забавы оказались заботливо откинутые на постель.       Действительно, в картонной засаде лежал ещë один предмет. Сакура аккуратно выудила нечто увесистое для своего размера, завëрнутое у пупырчатую плëнку. Защита быстро была разорвана и оставлена вместе с коробкой на полу. В руках находился красивый браслет с ручной гравировкой. На внешней стороне осторожной рукой мастера были выведены цветы сакуры, а на внутренней красовалась надпись. Правда, чтобы разобрать такую каллиграфию, пришлось попыхтеть...       — Ино и Сакура... — начала девушка, пытаясь разобрать аккуратный почерк. Да, быть врачом нелегко. Теперь приходилось адаптироваться к нормальному почерку вместо кривых загагулен.       — Вместе навсегда, — продолжила за неë Ино, ловя на себе внимательный взгляд. — Я заказала два, — предупредила она, демонстрируя левое запястье, — у меня такой же.       — Я беру свои слова назад, никакой твой подарок не дурацкий,— завороженно улыбнулась Сакура, протягивая подруге руку и раскрытый браслет. Ино помогла его застегнуть, пока девушка рассматривала гравировку на украшении.       — Ино-Шика-Чо — это, конечно, круто, — согласилась Яманака, — но не стоит забывать про мою лучшую подругу.       — Да, не стоит, — улыбнулась Сакура, но знак счастья быстро сполз с лица, когда с кухни послышались крики. — Что случилось?       — Сакура-чан, — взвизгнул Наруто. Сакура была ни капли не удивлена, вернувшись на кухню. По полосатому лицу растекался кусок торта, Хината обеспокоенно искала, чем помочь другу, а Саске самодовольно улыбался, скрестив руки на груди.       — Что опять произошло? — измученно спросила именинница, принимаясь вытерать другу морду. Конечно, кухонная тряпка не имела приятных ароматов, но это сейчас мало кого волновало. Сакура уже устала от бесконечных пререканий, а Наруто был согласен на любую вонь, лишь бы девушка к нему прикасалась.       Вообще, Сакура устала не только от споров между друзьями, но и от самих парней. Это, наверное, здорово, когда у тебя есть выбор. Классно, когда в тебя влюблены два самых сильных в мире шиноби, и любой готов за тебя жизнь отдать, но... очень-очень ужасно, когда за тебя воюют твои сокомандники. Ино этого не понять, Шикамару и Чоуджи, вероятно, никогда не были влюблены в свою подругу настолько, чтобы мазать друг другу рожи тортом. Конечно, она посмеивалась, глядя на весь этот цирк. Но вот Харуно уже теряла терпение.       Раньше она мечтала о Саске, попутно отбиваясь от влюблëнного Наруто. Теперь она не знает, куда деться от влюблëнного Саске, попутно избегая влюблëнного Наруто.       Какой-то любовный треугольник получается. Наруто и Саске — основание, а Сакура — вершина. Но чем более тупоугольный этот треугольник, тем острее споры между парнями. Остаëтся только отдаляться и не уделять внимание никому из них.       — Этот бака размазал мне торт по лицу! — жаловался Наруто, разлипляя засахаренные ресницы.       — Потому что этот усуратонкачи уже действует мне на нервы, — продолжал Саске, завистливо глядя на счастливого друга, получившего долгожданные прикосновения.       — Я думаю, нам лучше расходиться, — встряла Хината.       — Да, лучше так. Ничего хорошего из этого не выйдет, это точно, — поддержала Ино.       — Хорошо, — согласилась Сакура, — тогда по домам.       Хозяйка встала у раковины, выполаскивая тряпку, стряхивая в ведро остатки смазанного торта, пока гости шумели в коридоре.       На сердце было гадко. Нет, конечно, другого исхода она и не предусматривала. Просто так не хотелось в свой же день рождения наблюдать эти бесконечные сражения за еë симпатию. Хоть бы один Божий день вели себя нормально!       Процесс кипения прервал громкий стук в дверь.       — Ну есть же звонок, — выругалась Сакура, возвращаясь в наполненный гостями коридор. Открыв дверь, девушка так и замерла на пороге. — Какаши-сенсей?       Мужчина рассмеялся, виновато потирая шею. Он протянул имениннице вялый букет, представляющий собой сорванные с клумбы цветы. Сакура даже не хотела представлять, от какой хозяйки потом будет бегать наш доблестный Хокаге, дабы избежать убиения.       — С днëм рождения, Сакура. Извини, я немного задержался, — по лицу растянулась приятная улыбка. Девушка приняла цветы, внимательно вслушиваясь в их аромат. Пусть вид был и не очень, и цвета между собой не сочетались, зато пахла компазиция шикарно. Конечно, Копирующий ниндзя всегда ориентировался на запах. — Там было важное совещание, которое эти старики отказались переносить. Правда, я рассчитывал, что освобожусь раньше.       — Спасибо, что пришли, Какаши-сенсей, — улыбнулась Сакура, переступила порог и обняла учителя, крепко прижимаясь к мужской груди. Тот тоже приобнял девушку, одной рукой поглаживая по спине. — Заходите, я ещë чаю заварю. Правда, торта больше не осталось, — замялась куноичи, вспоминая, как слизывала тряпкой последние крошки с обиженной мордочки.       — Ничего, я всë равно не люблю сладкое. Привет, ребята, — махнул Какаши, щурясь ученикам. Он шагнул в дом вслед за Сакурой, пока Наруто и Саске ошарашенно переглядывались.       А их так Сакура не встречала! И к букетам тоже не прислушивалась...       Скудно поздоровавшись, парни выскочили из квартиры за девчонками. Те что-то бурно обсуждали, сворачивая куда-то в сторону. Настроения не было совсем. Они так спешили на этот праздник! А их учитель... Вечный опаздун, принëс какой-то дряхлый веник, так ещë и без подарка. Чем он оказался лучше?       — Прости, Сакура, — замялся Какаши, входя на кухню. Девушка обернулась чтобы встретиться с графитными глазами и передать им свой немой вопрос: «За что?» — я пришëл без подарка.       — Это не важно, — заулыбалась Сакура, принимая это за мелочь. А разве не так? — Главное ведь внимание, верно?       — Я не смог придумать, что тебе подарить. Вроде как у тебя уже всë есть... Поэтому я подумал, что будет лучше, если ты сама выберешь, что я тебе подарю.       Смысл предложений так и не дошëл до Сакуры. Она зависла, внимательно вглядываясь в глаза собеседника. Какаши присел за стол, наблюдая за растерянностью именинницы.       — Можешь попросить у меня всë, что хочешь.       — Правда? — изумилась Сакура. Светлые брови поползли вверх, как и уголки губ. Если он имеет в виду не только подарки и безделушки...       — Да, — выдохнул Какаши, — можешь даже попросить меня снять маску.       Порозовевшее лицо растянулось в довольной улыбке. Сакура погладила подбородок, исследуя потолок. Поставила очередной букет в свободный графин, заварила чай, когда вскипел чайник, принялась убирать со стола. Мужчина встал у раковины, помогая помыть посуду.       — Спасибо, — поблагодарила Сакура, складывая в раковину грязные тарелки.       — Обращайся, — по-доброму ответил Какаши, улыбаясь глазами. — Ещë не придумала?       — Нет пока что.       — Хм, а я думал, что вы с Наруто помешаны на моëм лице, — задумчиво проговорил учитель, выставляя на стол чистую посуду.       — Ну, не то, что бы помешаны... — протянула Сакура, не желая признавать очевидное.       Мужчина лишь тихо хмыкнул, стараясь слиться с шумом воды. Для него действительно было непонятно, разве не этого всегда хотели все его знакомые? Но, судя по задумчивому лицу его ученицы, она хотела не только увидеть скрытое лицо. Конечно, он сам на это согласился, но отчего-то внутри засело волнение.       Если она попросит его снять не только маску? Или снять маску не просто для неë, а на совсем или на продолжительную часть времени? А что, если это будет вообще не маска? Загадает что-нибудь, совершенно не связанное с его лицом. Тогда даже предположения строить страшно.       Тарелка в мыльных руках скользила, норовясь вырваться. Какаши стремительно оттирал следы использования, после чего отложил губку на край раковины и внимательно протëр посуду ладонью, смахивая пену под струëй тëплой воды. Сакура поспешно вытирала чистую посуду полотенцем, складывая на полки гарнитура.       — Сенсей, — позвала она, и мужчина тихо откликнулся, — я знаю, чего я хочу.       — Внимательно слушаю.       — Научите меня целоваться, — попросила девушка, даже замедляя трение, чтобы лучше услышать ответ учителя.       Но Какаши остановился вообще. Сполоснул руки от пены и выключил воду, оперевшись ладонями о края раковины. Мужчина смотрел куда-то в никуда, о чём-то крепко задумавшись. И сделал это так стремительно, что Харуно побоялась его прерывать.       Прошла, наверное, минута или две, прежде чем на кухне начались шевеления. Хатаке отмер, поворачиваясь лицом к девушке и опираясь на стену. Любимый жест, руки в карманы. Наигранное спокойствие. Что он задумал?       Волнение в перемешку с нетерпением только возрастало. Казалось, Сакуру уже рвало изнутри от этих чувств. Особенно сердце замирало, когда она глядела на сурового Какаши. Светлые брови немного переместились, делая мимику нахмуренной. Но морщинки быстро разгладились, когда он улыбнулся. Снова она не видит ничего, кроме радостного прищура...       — Научить? Ты разве не умеешь? — сощурился Какаши в недоверчивом жесте.       — А с кем и когда мне учиться? — изумилась Сакура.       Он что, серьёзно? Он действительно думает, что она уже успела получить такой опыт? Ей всего 18 (с сегодняшнего дня), и из этих восемнадцати она семнадцать бегала за Саске, а тот последние 4-5 лет вообще в Конохе не появлялся. Когда бы она успела?       Но беспокойство прошло, стоило девушке завидеть хитрые морщинки в уголках глаз. Нет, он не смеëтся над ней. Он что-то задумал.       — Ну, хорошо, — сдался Какаши. На девичьих губах расползлась улыбка, а взгляд запылал любопытством вперемешку с предвкушением. — Тогда запоминай, — Какаши поднял ладонь вверх, — всего три правила. Первое, — мизинец согнулся, частично увлекая за собой следующий палец, — ты должна доверять своему парнëру на все 100%. Второе, — мужчина загнул безымянный палец, пока девушка томилась в интересе, — ничего не стесняйся. Оно перекликается с первым, но это важное уточнение. И последнее, — средний палец прижался к ладони, — чем больше прикосновений, тем лучше, — Сакура замерла в предвкушении, выжидающе глядя на учителя, но тот лишь пожал плечами, складывая ладони в карманы. — Всë.       — Как «всë»? — изумилась девушка, скрестив руки на груди.       — Это всë, что тебе надо знать. Остальное выявляется и нарабатывается с опытом.       Сложно было не заметить, как потухла зелень в глазах, сверкая обидой. Поджались мягкие губы, лицо слегка нахмурилось. Сакура сложила руки на груди, демонстрируя своë недовольство. Не об этом она его просила.       — А как же практика?       — Практика? — изумился мужчина. — Ты просила научить тебя.       — Вот именно. Какой толк от знаний, не закреплëнных опытом?       — Ты ещë успеешь их закрепить, — вздохнул Какаши, по привычке поправляя протектор.       — Но, Какаши-сенсей, — возмутилась Сакура, подавляя жалобный всхлип.       — Сакура, — поспорил мужчина, — я твой учитель и боевой товарищ. Просить о таком неприлично. Ты же понимаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет.       Но внутренний голос спорил: «Нет ничего плохого в этой просьбе. В конце концов, ты ведь и сам этого хочешь.»       Но разве это правильно? Учить целоваться свою ученицу. В целом, если убрать одно слово...       Учить свою ученицу.       Звучит вполне прилично!       Целовать свою ученицу...       — Ты уверена, что хочешь именно этого? — уточнил на всякий случай.       — Пожалуйста, Какаши-сенсей, — гордо улыбнулась Сакура, поднимая голову.       Глаза в глаза. Эта эвкалиптовая зелень, сияющая настойчивостью и прошением. Ну не-ет!.. Он никогда не умел отказывать этому взгляду и милой улыбке. Улыбке, растянувшейся на нежных губах. На губах... Она хочет, чтобы он их целовал!       — Хорошо, — вздохнул Какаши, соглашаясь. Он, на всякий случай, осмотрелся по сторонам, отстранился от стены. Постарался как можно увереннее улыбнуться, хотя не было бы на нëм маски, Сакура с лëгкостью бы заметила, как волнуется нынешний Хокаге. А главное — из-за чего? Из-за того, что сейчас собирается целоваться с собственной ученицей! — Тогда запоминай ещë несколько правил, — посоветовал он, а девушка насупилась. Она вообще не ожидала услышать какую-либо теорию. — Ну, во-первых: дышать следует через нос, если ты не хочешь слишком быстро задохнуться. Во-вторых: слюни — это, безусловно, замечательно, но лучше сглатывать, — верхняя губа немного приподнялась, Сакура поморщилась. Он что, серьёзно извращенец? — В-третьих: не торопись, всë приходит со временем. И ещë одно: всегда следи за здоровьем и гигиеной, это намного приятнее и для тебя, и для парнëра.       — Опять теория? — вздохнула ученица.       — Терпение, — наставлял Какаши, — это основная характеристика для ниндзя. Нетерпеливый ниндзя долго не живëт, ты и сама это прекрасно знаешь.       — Но ведь мы не на тренировке.       — Не относись к этому так беспечно. Это серьёзное дело, — возражения продолжались.       — Чем же оно такое серьёзное?       — Поцелуй — это очень интимное действие. Тем более настоящий.       — Настоящий? — переспросила Сакура, а Какаши сделал шаг вперëд, наклоняясь почти к самым губам.       — Да. Если доверяешь человеку, то это настоящий поцелуй. А если нет, то и толку от него будет мало.       — Тогда начнëм? — загорелась Сакура. Да, она уже полыхает от нетерпения! Графитные глаза напротив почернели, принимая обсидиановый цвет. Радужка затемнилась настолько, что девушка ужаснулась. А не откроется ли сейчас шаринган?       — Хорошо, — согласился Какаши, улыбнувшись столь добродушно, будто не было между ними сейчас этого разговора, — снимай.       — Снимать... что? — не поняла девушка, подозрительно уставившись на учителя, пока горячим дыханием шëпот не прошëлся по самым губам.       — Маску, Сакура.       Руки затряслись, словно на экзамене, во рту пересохло. Дрожащими пальцами Сакура потянулась к тканевой маске, что мешала спокойно спать долгие годы. Великая тайна будет раскрыта ровно через... Глаза непроизвольно закрылись. Девушка зажмурилась ещë сильнее, снимая треклятую ткань. Подцепляя края, Сакура на секунду коснулась тëплой кожи. Мурашки побежали по пальцам, рукам, перешли на спину. Горло сжало предвкушение.       Какой он? Какой он без неë, без маски?       Красивый? Страшный? Милый? Пугающий? Может, у него какие-нибудь дефекты? Генные мутации?       Зачем она вообще на это согласилась? Попросила бы просто снять маску, а на следующий год, она уверена, он бы снова не придумал ничего лучше.       Одним выдохом лëгкие опустошились. Пришлось всë таки открыть глаза. Первое, с чем встретилась девушка — с отсутствием блестящих угольков. Какаши тоже закрыл глаза, но он не хмурился, как Сакура. Он улыбался! Улыбался, чëртик... Куноичи немного отстранилась, чтобы полностью рассмотреть представшую картину.       Без маски учитель выглядел ещë моложе и красивее, чем с ней. Будто бы раньше чего-то не хватало... А ведь это маска должна дополнять, не так ли?       Внутренняя Сакура ликовала, под стать внешнему проявлению. Больше всего тронули не правильные черты лица, и не маленькая родинка, будто небольшой оберег, расположенная под нижней губой, и даже не грубый шрам, впервые представшей в полном виде. Сейчас девушка наслаждалась единственной за 6 лет знакомства улыбкой. До этого она могла видеть только счастливый прищур. Но улыбался ли Хатаке в эти моменты на самом деле? Знает только он один...       — Приступай, — проговорил Какаши, не переставая улыбаться. Если он не прекратит, она никогда не сможет оторвать взгляд он его лица, — если насмотрелась.       — Приступлю, — клин клином, — если Вы пообещаете, что у меня ещë будет возможность насмотреться.       — Обещаю, — заверил мужчина, уже готовый самостоятельно притянуть к себе эту болтушку.       Сакура снова наклонилась вперëд, мягко, насколько умеет, поцеловала в губы. Какаши медлил несколько секунд, но потом отстранился, открывая глаза.       — Спина затекла, — посмеялся он, усаживая девушку на ближайший гарнитур. Сам устроился аккуратно между чужих бëдер и слегка склонил голову, наблюдая за смущением на лице напротив.       Слишком близко, слишком тесно, слишком много. Какаши было слишком много! Разве можно быть и в мыслях, и на яву, да так безгранично, что ни конца, ни края?       Сакура шумно выдохнула, пока Какаши стремительно сокращал расстояние. Наивная, будто ей снова 12 лет. Ну почему она с ним такая доверчивая? А мужчина того и ждал. Остановился буквально в сантиметре, продолжая улыбаться.       — Целуй, — скомандовал он. Это ведь еë день рождения! Почему она должна всë делать?       Но Сакура спорить не стала, лишь пододвинулась к краю стола, смущаясь от такой большой поверхности соприкосновения с чужим телом. Между бëдрами согревало приятное тепло, просачивающееся через грубую ткань форменных брюк. Какаши тоже это чувствовал, поэтому положил ладонь на напряжëнную ногу, будто говоря тем самым: «Расслабься». И куноичи послушно расслабилась, насколько это было возможно, конечно.       — Вспомни второе правило, Сакура. И третье заодно, — напомнил мужчина, в ожидании постукивая пальцами по поверхности.       Глубоко вдохнув, Сакура неуверенно положила руки на твëрдые плечи, переплела в знак волнения пальцы за мужской спиной. Вязкая слюна потекла по горлу, характерным звуком отдаваясь в ушах. Девушка слегка наклонила голову в противоположную сторону, легонько прижимаясь к тонким сухим губам. Какаши быстро сориентировался, ловя прикосновение. Сделал небольшой упор, начиная первые движения.       Как послушная ученица, а таковой она и являлась, Сакура доверчиво приоткрыла рот и расслабилась, стараясь запомнить движения. Потом, когда Хатаке слегка сбавил напор, неумело попыталась их повторить. Оказывается, ощущать улыбку своего учителя на собственных губах в 10 раз приятней, чем наблюдать еë без маски. Пусть какая-то личность с подсознания так и орала во весь голос, что смеëтся он над ней и еë глупыми страданиями.       В голове наступила тишина. Так же резко, как на губах очутился чей-то влажный язык. На секунду Сакура зажалась, испугавшись, но опомнилась, робко приоткрывая рот. Она не успела подготовиться к встречи, когда Какаши сильнее склонил голову, залезая по самое «не хочу».       Голова включила режим полного энергосбережения, затормаживая все мыслительные и думательные процессы до ровного нуля. Мужчина слегка приподнял ладонь выше по бедру, а вторая как-то слишком внезапно оказалась на горячей шее. Языки переплетались в медленном танце, то доходя до танго, то срываясь на вальс.       Тихий стон сорвался в поцелуй, после чего Какаши немного отстранился, а вскоре и вовсе разорвал такую тесную связь. Чья слюна тонкой ниточкой разделила образовавшееся расстояние? Сакура уже не соображала, когда Хатаке, подбирая вязкую нить, вновь коснулся еë губ в кратком касании.       — Ну как? — спросил мужчина, спускаясь ладонью по плечу. Аккуратно взял за руку. — Довольна?       — Более чем, — едва выдавила Сакура, упираясь лбом в сильное плечо. Как же всë таки приятно ощущать рядом настоящего мужчину.       — Я исполнил твоë желание?       В ушах гудела кровь, точно кто-то пережал барабанные перепонки и стучал по барабану у самого уха. Девушка невнятно промычала что-то несвязное. На полноценный ответ нужно было искать силы.       — Это значит «да»? — ещë раз уточнил Какаши, готовый отстраниться в любой момент. И Сакура это почувствовала.       Она прижалась ближе, обхватывая за бëдра ногами, притягивая сильнее. Отпускать его совсем не хотелось. Какаши послушно обхватил девушку за спину, обнимая.       Постепенно силы возвращались, просыпались чувства и эмоции, заставляя приоткрыть глаза и щуриться от тëплого света верхних ламп. По телу растекалась нежность вперемешку с желанием. Желанием продолжить и никогда не останавливаться. Так хорошо было с этим мужчиной!       — Спасибо, — пробурчала Сакура, не желая отрываться от тëплого плеча. Хотя, по правде говоря, грубый пошив форменного жилета уже явно отпечатался на розовой щеке.       — Пожалуйста, Сакура, — улыбнулся Какаши, но быстро стал серьёзней. — Как ты себя чувствуешь?       — Замечательно, — призналась девушка, по-прежнему мусоля слова, — но Ваш жилет жутко неудобный.       Какаши рассмеялся, отрывая от себя прилипшую куноичи. Он снял надоевшую часть формы, складывая тëмный материал на ближайший стул, а после вернулся к брошенной девушке.       — Ты права, он ужасно неудобный, — согласился Хатаке. — Так будет лучше?       Сакура замычала, хватаясь за мягкую ткань. Она притянула его ближе, катаясь носом в ворот неизменной водолазки. От Какаши пахло безумно приятно. Аромат мокрых листьев и мяты проникал во всë, нежно окутывая обоняние и затыкая ненасытные рецепторы. Девушка не могла надышаться, зарывалась пальцами в мягкие пепельные волосы, обвивала ногами чужую талию. Всë было, будто в сказке. В какой-то момент она даже испугалась, что сейчас проснëтся и окажется, что происходящее было обычным сном больного человека.       — Какаши-сенсей, — спросила Сакура, желая убедиться в реальности происходящего.       — М? — послышалось в ответ где-то над ухом.       — Может... — она замерла, не решаясь предложить. Часы снова шли слишком громко.       — Что такое?       — Может, останетесь на ночь?       Кульбит внутри, пока Хатаке растягивал молчание минуту за минутой. Харуно уже успела пробежаться лишний раз пальцами по широкой спине, желая убедиться, что мужчина просто обдумывает еë предложение, а не отказывает в грубой форме.       — Мне на работу завтра, — произнëс он полушëпотом, отчего Сакура поëжилась.       — Значит «нет»?       — Значит «можно попробовать, но я уйду слишком рано».       В груди закололо приятное тепло. Сакура крепче обняла, наслаждаясь чужим присутствием. В последние несколько месяцев у неë было так мало гостей, что она успела соскучиться по домашнему уюту. Квартира напоминала больше холостяцкую берлогу, чем жильë юной девушки. Видимо, и Какаши заскучал о домашнем тепле. Не мог же он так быстро согласиться на предложение, которое ему не по духу.       Прочувствовав настроение, он осторожно обхватил Сакуру, прижимая сильнее. Шиноби быстро сориентировался в не такой уж и большой квартирке, унося свою ношу в единственную комнату. По дороге девушка щëлкнула на выключатель, погружая помещение в полную темноту.       Вскоре спину покинули мужские ладони, мягкая постель забирала всю без остатка, но в бок что-то предательски воткнулось, нарушая хрупкий комфорт. Она же заправляла кровать утром! Что за?..       — Что это? — среагировал Какаши, извлекая предмет шустрыми пальцами.       — Сенсей, — опомнилась Сакура, подорвавшись. Она выхватила силиконовый предмет из чужих рук, оперативно отбрасывая в другой угол комнаты. Ох, если бы сейчас был включен свет, Хатаке бы с лëгкостью рассмотрел покрасневшую девчонку, — это Ино, свинья эдакая, подарила сегодня. Мы пошутили и оставили, я планировала выкинуть, честное слово!       — Это...       — Да, — залилась девушка новой волной красного. — Правда, я никогда таким не пользовалась, мы просто подурачились немного и забыли его здесь. Мне так стыдно...       Послышался негромкий шлепок. Сакура стыдливо ударила себя по розовому лбу. Тишина была столь оглушительной, что, наверное, ещë чуть-чуть и из ушей пошла бы кровь. Но вскоре по комнате прошëлся раскатистый смех, который Какаши просто не сумел сдержать в себе, выслушав всю эту позорную историю.       Кто бы мог подумать, что сильнейшая куноичи Мира развлекается таким, и это в свои-то 18! Ещë и прикрывается этими детскими отмазками! Он бы никогда в жизни даже мысли себе такой не допустил, если бы лично не наткнулся.       — Ох, Сакура, умеешь удивлять, — закончил наконец он, смахивая капельки влаги с уголков глаз.       — Что смешного? Я убью эту Свинину, честное слово!       — Не надо никого убивать, — заверил Какаши, — я поверю тебе на слово.       — Да по Вам же видно, что Вы мне не поверили!       — Давай сегодня на «ты»... — разнëсся шëпот у самых губ, а потом снова медленный тягучий поцелуй.       Сакура была готова поклясться, что на следующий свой день рождения попросит то же самое, только поконкретней. Ох, если бы знал этот извращенец, как у неë внутри всë переворачивается от одного только горячего дыхания на своей щеке! Если бы знал, наверное, прижал бы сразу прямо здесь. А пока не знает, лучше наслаждаться нежностью момента. Дальше — больше, страстей ещë хватит.       Отчего-то было чëткое ощущение, что утром Хатаке Какаши забудет, что такое пост Хокаге, и ни на какую работу не пойдëт. Хотя, кто его знает? Может сама Сакура Харуно вышвырнет его из своей квартиры, выбрасывая вслед монатки. Это уже их история...