Письма спасения

— Им веры нет, — произнёс Снейп, входя с Драко в женский заброшенный туалет на третьем этаже. — Особенно ревнивой Уизли. Будем ставить на её благоразумие. — Она не сейчас меня будет топить, а после победы. И меня, и Тео, и Пэнси. — Однако, Тео — неприкасаемый. Его отец может сесть в Азкабан, но Тео помолвлен с Асторией. К тому же, ей в декабре исполнится семнадцать, они на каникулах проведут повторный ритуал для страховки. — Пэнси общается с кузеном Гарри, — Северус удивлённо приподнял брови. — Да она сама в шоке. Она не знала. — Её счастье. Веритасерум это подтвердит. Поттер не даст в обиду свою семью. Он их попросил спрятать. И Орден надёжно спрятал. Остаёшься ты. — Я не боюсь Веритасерума. Я чист. Я влюблён. Мы не хотели ничего подобного. — Да, вот только ты был уже совершеннолетним, когда впустил Пожирателей в замок, а я убил директора. — Его воспоминания тебя спасут. Может, Гарри и меня спасёт… Потом будет думать об этом, — хмыкнул Драко, подходя к раковине, где в прошлом году чуть не умер от Сектумсемпры. — Давай попытаемся пожить. — Пожить? — тихо спросил Снейп, и можно было услышать в голосе усталость. — Я как инфернал, держусь непонятно на чём. Но ты выживешь. Ты же Малфой. Вы везунчики. Северус не желал больше поднимать неприятные ему темы, оттого включил диктофон с записаным голосом Поттера на парселтанге. Драко всегда боялся парселтанга Тёмного Лорда, но этот родной голос согревал. Дверь открылась быстро, не громко. Только теперь обоим дошло, что придётся прыгать. — Северус, они прыгнули туда на втором курсе? В эту тьму и… — Драко не знал, какие подобрать слова, но мужчина только хмыкнул. Снейп встал за спиной Драко, взял за плечи и они взлетели. То, что крёстный умел летать, Драко не знал. — Честное слово, ты обязан оставить после себя наследника. — Как и вы с Поттером, но вы не хотите. Драко хотел сказать, что ситуация не такая, но соврёт. Кто-кто, а Драко желал только Гарри. Детей ему не хотелось бы иметь. Разве что одного. В далёком будущем. Но они с Гарри мужчины. Драко не расстраивался, ведь важнее любви и покоя ничего нет. К черту продолжение Рода, если душа радуется другому парню. Опустившись вниз, зажгли Люмос и удивились количеству маленьких скелетов. Змей питался ими, а скелеты выплевывал. — Он что — никогда не спал на самом деле? — ужаснулся Драко. — Судя по количеству скелетов, не спал. Просто не вылезал. Скорее всего, плавал в Чёрном озере и лазил по Запретному лесу, — Северус выглядел бледным, и можно сказать, что он всегда такой, но в обсидианах можно было заметить ужас. — А я говорил, что кальмаров на первом курсе было два, но мне сказали, что всегда был один. Ага! — гневался Драко, тяжело вздыхая. — Куда дальше? — Будем искать вход. Найдя проход среди камней, Драко сразу вспомнил рассказы гриффиндорцев. Кажется, это тот путь, который раскопал Рон Уизли, пока Гарри сражался с василиском. Драко никому не говорил, что тайно подслушивал после возвращения Хагрида рассказы Рона и Гарри у лачуги лесничего. Он прятался за деревом и молча слушал, представляя, что вместо Рона с Гарри пошёл он. Увы, им не суждено идти бок о бок ещё много лет. Драко рванул вперёд без предупреждения. Северус на это закатил глаза, но через минуту уже радовался своим терпению и молчанию. Драко нашёл вторую дверь. Открыв её, оба ахнули, увидев тело василиска, которое не то, что разлагаться не собиралось, оно даже запаха не пустило. Змей был громадным, а клыков торчало из пасти столько, что даже отряд авроров не сразились бы с ним, а его убил на втором курсе Гарри. В одиночку. — Он в двенадцать лет завалил этого гиганта? Северус, ты к нему несправедлив. — Согласен, — опешил Снейп, оглядывая тушу. — Альбус отправил ребёнка сражаться с этим? — А Квиррел и ваши испытания, а дементоры, а Турнир? Отдел Тайн в конце-то концов! Вы ужасные взрослые, — гневался Драко, доставая носовой платок и вытаскивая им клыки, чтобы не пораниться. Он складывал их на свою мантию. — Может, взять… Драко выхватил из рук крёстного диктофон и наставил палочку. Снейп удивлённо приподнял бровь. Такая отвага нравилась мужчине, но он был сильнее. Драко выглядел немного глупо. — Закон магической дуэли! Это туша Гарри! Это его состояние! А это — состояние! Я поговорю с Блейзом. Нельзя, чтобы василиск попал в лапы гоблинов или в руки какого-то тупого волшебника. — Если Поттер проникнет в банк, то с гоблинами придётся расчитываться, — закатил глаза Северус, опуская рукой палочку крестника. — Не угрожай мне. Я не вор. Если выживу, то сам попрошу у Поттера ингредиентов. — А он даст? — Не знаю, — Северус и правда желал бы поработать с василиском. — Одно знаю точно — клыки продавать нельзя. Даже Забини. Лучше Поттеру их потом уничтожить Адским пламенем. Это мифический и опаснейший яд, против которого нет противоядия. Последний Феникс умер вместе с Дамблдором. Ты сколько вытащил? — Четыре. Осталось ведь четыре крестража: медальон, ещё два неизвестных и змея. — На змею лучше взять меч, — рассуждал Снейп. — Я отдам его вам. Клыки опасны. Их нельзя держать в спальне. Я заберу три. Их отправлю Поттеру. Один оставим себе. Запись я сотру перед каникулами. Сожгу диктофон от греха подальше. И дневник перед каникулами тоже сжечь. — Хорошо. — Драко, если он умрёт, — Драко в ужасе округлил глаза. — Чисто гипотетически. — Нет… — у Драко внутри всё остыло. Он не мог представить смерти Гарри даже при самом худшем раскладе. — Послушай, Дамблдор считал, что Поттер может умереть в этой миссии. Скажи, что ты сделаешь? — Ты серьёзно? Если Гарри умрёт? Да какое «если»? Нет! — Драко. — Что ты таишь? Северус не мог пока открыть тайну. Если Дамблдор прав, то мальчишка должен умереть. И для Северуса это тоже удар под дых, ведь это сын его возлюбленной. Но ради победы можно пожертвовать несколькими пешками. Поттер и Северус — пешки. Играют Дамблдор и Волдеморт. Да, даже после смерти Дамблдор ведёт партию. — Пошли отсюда. Драко был не в настроении. Снейп много недоговаривал, будучи шпионом, но его Гарри не должен пострадать.

***

Драко вернулся до отбоя, чему все удивились, но он был таким злым, что никто и слова не сказал. А Блейз хотел спросить о яде василиска, по нему было видно. Все губы искусал. Драко открыл дневник и написал Гарри теорию Луны про Выручай-комнату. И вообще пересказал весь разговор в библиотеке. Гарри не спал. Он как раз вышел из тёплого душа и уселся в библиотеке, Рон уснул на диване. Гарри: Я не стану писать от своего имени. Гермиона в плену! Пока я сижу тихо, её не трогают. Если дам о себе знать, её могут пытать или убить. Ты им говорил, что она в плену? Как Дин вообще стольких привёл? Я рад, что мадам Пинс и профессор МакГонагалл перестали проклинать Снейпа, который ещё должен мне многое объяснить, но это было безрассудно. И Драко: Согласен. Но как выманить их из Выручай-комнаты? Гарри: Дождитесь завтрака перед отъездом домой на каникулы. Знаю, что придётся ждать полтора месяца, но это лучший вариант. Если на завтрак не придёт пару человек, то это понятно — собирают вещи. Драко: Логично. Гарри понимал, что разговор заканчивается. Драко ещё написал, что Джинни узнала о том, что они друг другу нравятся. И вот они дошли до той темы, которая будоражила их кровь. Гарри больше всего хотел, чтобы они оказались рядом. У Гарри в общем-то был план. Вырисовывался, если быть точным. Гарри: Как бы ты посмотрел, чтобы мы два месяца провели в лесах Ирландии? Только ты и я. Мы бы лучше друг друга узнали. Драко расплылся в счастливой улыбке, и Тео сразу заметил это, пересев на кровать к Блейзу, указывая кивком головы на Драко. Друзья аж выдохнули, ведь атмосфера в комнате была напряжённой. Драко: Ты и я два месяца в горах Ирландии? В лесу? Гарри: Я посидел в Интернет-кафе, не важно, что это. Там есть ранчо. Есть деревянные дома с джакузи. Есть озеро для коньков. Драко: Коньки? Гарри: Я научу кататься. Мы можем пожить для себя. Не переживай, приставать не стану. Драко: А хотел бы? Драко покраснел, умостившись поудобнее. Наконец они говорят не о делах. Гарри был лучшим в этом плане, ведь Драко не знал, как выехать на романтический разговор. Поттера и самого била дрожь. Почерк выдавал с головой. Гарри: ДА! Драко выдохнул, прикрыл глаза и попытался на заплакать от счастья. Вся его душа трепетала. Будто ожила за долгое время. А может так и было. Драко: Я тоже. Дома есть книги для… не для гетеро пар. Гарри не сомневался, что в поместье Малфоев будет подобная книжонка. Драко: Если у нас всё получится, её познания пригодятся. Гарри: У нас всё получится. Я не хочу казаться романтиком, но секса вначале не будет, ведь мы незнакомы нормально. Драко: Я накормлю тебя устрицами и мидиями — естественный афродизиак. Оба желали одного и того же. Их бы воля, то послали бы к чертовой матери войну и Волдеморта, а сами бы скрылись в лесах Амазонки до конца дней. Но психопата мог остановить только один человек. Гарри не уйти от миссии. Гарри: Почему ты не общался со мной так в школе? Я бы давно стоял перед слизеринским принцем на коленях. Драко вспыхнул краской, ведь Гарри сначала написал эту строчку без подтекста, а после взял слово «на коленях» в кавычки. У Драко задрожали руки, пока Гарри наслаждался своей выходкой, отчего сам едва дышал, а сердце готово было от адреналина выпрыгнуть из груди. Или вообще остановиться. Драко: Принц утратил титул. Как бы не хотелось продолжить флирт, Драко должен напомнить Гарри, кем стал Малфой. Он знал, что и Гарри перестал улыбаться. Драко: Метка на моём левом предплечье может оставить след после его кончины. И по всему моему телу остались шрамы от Сектумсемпры… Гарри ударил себя ладошкой по голове. Это он был виноват в шрамах любимого. Гарри: Прости за Сектумсемпру. Я буду вымаливать за неё прощение всю жизнь. Шрамы не будут уродовать тебя, Драко. Драко: Ею ты помог мне спуститься с небес на землю. ТЛ помог, но ты добил. Это не упрёк. Мы были неправильной семьёй. Малфои заслужили пощечины, как и все слизеринцы, за исключением Блейза и сестёр Гринграсс. У тебя много шрамов, Гарри? Гарри осмотрел свои руки, а после коснулся медальона на шее. От него у Гарри была рана на груди. Гарри: Амбридж — кровавое перо на руке, как у большинства… Драко: Тебя она пытала больше всех. Гарри: Как она нас так долго не находила? И ты? Драко тепло улыбнулся, ведь Гарри догадался, что Драко водил розовую жабу за нос. Драко: Прости, что Эджком вас сдала. Я помогал, как мог. Да, сказал ужасное о матери Уизли на том матче, но я должен был играть, Гарри. К тому же, психопат поселился у нас дома. Отец перья расправил, радуясь, что ему доверяют. Я не оправдываю ни его, ни себя. Мы — Малфои. Злобные гады. Гарри: Ты не такой. Я не мог выбрать плохую пару себе. Я выбрал лучшего. Просто лучшему нужно показать иной путь. Драко был рад, что Гарри не считает его монстром. Драко пытали Круциатусами, его убивали психологически, в него пальнули Сектумсемпру. Он достаточно настрадался. Он достаточно наигрался в игры Малфоев. Он желал быть на той площадке, где играет Поттер. Драко: Больше шрамов нет? Гарри: От медальона на груди. Я никому не показывал. Может, Снейп сварит какую-нибудь мазь? Драко: Ты — гриффиндурок! Ты живёшь в доме зельевара! Я спрошу крёстного, может, там есть нужная мазь. Гарри улыбнулся, прикасаясь пальцами к последней написанной Драко фразе. Гарри так хотелось побыть эгоистом и сделать что-то безрассудное. Пошалить на пергаменте. Но ситуация не позволяла расслабиться. Однако, кое-что Гарри решил спросить, чтобы вернуть расслабленную атмосферу переписки. Гарри: Ты сверху хочешь быть или снизу? Драко вспыхнул краской, а после увидел, как Гарри рисует рожицу с высунутым языком. Малфой багровел, как свёкла. Драко: Иди спать! Драко закрыл дневник, а Гарри рассмеялся, радуясь, что сумел поднять любимому настроение. Гарри: Прости. Больше не буду такого писать. Сладких снов. Сегодня — мокрых. Драко приоткрыл дневник, желая послать Поттера, но увидев последнюю фразу, забросил тот под подушку, пытаясь отдышаться. У Поттера ни стыда, ни совести. И Драко меньше бы возмущался, будь один. Блейз удивлённо приподнял бровь, а Тео ухмылялся, понимая, что именно написал Поттер. Он сделал пальцами кружочек, а указательным пальцем второй руки начал тыкать в тот кружочек. — Дырочка и член? — Нотт! — Драко бросил в того подушку, а Блейз заливисто засмеялся, тоже понимая, что написал Поттер. — А наш гриффиндорец и правда гриффиндорец! — хихикал Забини. — Драко, поставь на ночь заглушку, мало ли, чем будешь ночью заниматься. — Я вас прибью сейчас! — закричал парень, алея всё больше. Он встал с кровати и налил из хрустального кувшина попить воды. — Да ладно, Драко, мы рады за тебя, — произнёс Тео. — Поттер тебя трахнет. — Почему это он меня? — удивился Драко. — Ты фарфоровая куколка, — протянул Тео. — Ты не осилишь Поттера. Силёнок не хватит. — Не слушай его, — попросил Блейз. — Тебе хватит сил оседлать Поттера. — Что? Блейз и Тео заливисто засмеялись, а Драко отвернулся от них. Если честно, он и сам понимал, что Гарри сверху смотреться будет лучше, да и сил у Поттера больше, как и выносливости. Но больше всего Драко хотелось почувствовать ласку от Гарри. Чтобы его тело боготворили, чтобы его целовали с нежностью и обещанием беречь. Драко попросту хотел любви Гарри. — Ребят, — голос Драко стал серьёзным, — я умею любить в отличие от вас. Мой возлюбленный может не пережить эту войну, — Драко резко обернулся к ним, пронзая тем самым лунным взглядом, который заставляет подчиняться оборотней в полнолуние, — поэтому имейте совесть в высказываниях. И да, я хочу, чтобы Гарри Поттер засунул в меня член и трахал дни и ночь напролёт! — Драко, — виновато начал Тео, но тот поднял руку, прося помолчать. — Вы мне дороги, но вы должны свыкаться с мыслью, что я стану частью Гарри Поттера. Мы всегда и везде будем держаться вместе! В любой компании: слизеринцы это, гриффиндорцы или рабочие! — Прости, — искренне прошептали оба парня. — Можно дам совет? Чтобы ты тоже вогнал его в краску? — предложил Нотт, а Драко согласно кивнул, считая, что пусть лучше это будет совет, чем подкол. — Чтобы он тебе не написал, напиши ему, что пока он не позволит сесть ему на лицо, чтобы он отлизал тебе сфинктер, ты будешь сомневаться в его намерениях. Секс может быть разным. — Лучше бы ты молчал. Драко отвернулся и спрятался за пологом, а Тео и Блейз снова засмеялись, не в состоянии остановиться. — Ты чего ржёшь? Ты тоже девственник, Блейз! — крикнул Драко. — Зато я готов ко всему и ничего не стесняюсь! — Гады! — Аспиды! — поправил Тео Малфоя, отчего Блейз ещё громче начал смеяться. Доводить до алых пятен их любимого Драко было настоящим наслаждением. Драко было даже приятно, ведь стёб дружеский, но он и правда ничего не имел, ничего не знал и ничего не мог подарить Поттеру взамен. Ничего, кроме своей любви. «Неужели ему этого будет достаточно?»

***

Драко с самого утра караулил гриффиндорцев или Лавгуд. Последняя не заставила себя долго ждать, идя в компании Лонгботтома. Томас был больше по душе, но выбирать не приходилось. И дело не в том, что Невилл спокойный. Дело в обратном — Лонгботтом перестал бояться. — Он против затеи. Луна и Невилл резко затормозили у тёмной ниши. Девушка подошла к окну, а Невилл опёрся спиной о стену рядом с нишей. — Что предлагает? — спросил спокойно Лонгботтом. — Утро перед отъездом. Там никого не будет. И всем будет всё равно, если на завтрак кто-то не явится, желая поскорее отправиться домой. Учитывая, что Томас с Финниганом пара, то будет странно, если они не придут. — Но не странно, если это будем мы, — предложил Невилл. — Луну постоянно буллят свои же. — Я бы это назвала вниманием, просто они неправильно его выражают. Доброта этой девушки поражала всех. Неудивительно, что к ней ластились все животные этого мира. — Мы с Луной можем отсутствовать. Ты пойдёшь с нами? — Да. Троих будет предостаточно. Начнём с шести утра. Там уже будет пусто? — Думаю, да, — ответил Невилл, тяжело вздыхая, говоря этим, что разговор не завершён. — Малфой, это не моё дело, но я переживаю за Гарри. Ты же не предашь его? Дамблдор тебе был ни кем, но ты сказал, что вы с Гарри вместе. — Не бойся, Лонгботтом, — Драко ухмыльнулся, радуясь, что за Гарри беспокоятся, выходя из ниши. — Я никогда его не предам. Драко пошагал вперёд, надеясь, что их не видели. Луна мечтательно улыбалась, а Невилл тяжело вздыхал. Он не до конца доверял слизеринцам, особенно тому, кто пустил Пожирателей в школу. Но Гарри доверяет. Либо тот отчаялся, либо влюбился. И Невилл пытался поверить, что последнее. — Давай никому не говорить о плане, а то Джинни растроится, а Дин и Симус весь завтрак будут поглядывать на Кэрроу, те всё заметят и план провалится, — рассуждала Луна, оборачиваясь к другу. — Ты гений. Невилл был полностью солидарен с Луной. О том, что Гарри уничтожает душу Тёмного Лорда уже слишком много знает народу. Но от понимания, что они делают, становилось ещё страшнее, ведь как же нужно было желать бессмертия, чтобы сотворить с собой такое?