ДЗЕН: ЧЁРНЫЙ РЫЦАРЬ

Чёрный Рыцарь, величественный и внушительный в своём бледном, будто обледеневшем, доспехе, стоял у края балкона своего восстановленного Бледного Дворца, изящно вплетённого в корни «Великого Древа истории Халлоунеста». Его чёрные светящиеся тёмным светом глаза смотрели прямо на Каса — стройного жука-охотника за головами с бежевым хитиновым панцирем, покрытым следами множества битв. На вид такой же как и его брат, что с синдромом главного героя! — А твой брат не промах… — произнёс Чёрный Рыцарь, не оборачиваясь — Сражался так легко с моим двойником, будто тот был лишь простым учеником. Кас нервно рассмеялся, поправляя ремень с оружием. — Конечно! — сказал он, чуть отводя взгляд — Вот уж не думал, что он настолько вымахает… — Он замялся, опустив глаза на свои когтистые руки — Хотя мне до него далеко. Чёрный Рыцарь наконец повернул голову, и его единственный глаз, горящий золотистым светом, устремился прямо на Каса. — Неужели? — проговорил он, в его голосе звучало что-то между вызовом и интересом — Саса мне предстоит проверить, а вот ты, Кас… Ты явно недооцениваешь себя. Кас снова смутился, но в то же время внутри него разгорелось тёплое чувство. — Благодарю вас, господин Рыцарь. Но… — он замялся, подыскивая слова — Сас всегда был сильнее. Я лишь делаю, что могу. Чёрный Рыцарь хмыкнул, подходя ближе к охотнику за головами. — А это, Кас, и делает тебя достойным. Тот, кто знает свои пределы, но всё равно продолжает идти вперёд, сильнее того, кто слепо верит в свою непобедимость. Кас молчал, чувствуя, как слова Рыцаря проникают глубже, чем он ожидал. — Надеюсь, Сас это понимает… — добавил Чёрный Рыцарь, вновь отворачиваясь к виду на Древний Котлован — А теперь ступай. У тебя есть дело, и я уверен, ты справишься. Кас коротко поклонился, чуть расправив крылья. — Я не подведу. Он развернулся и ушёл, а Чёрный Рыцарь долго ещё стоял, глядя на туманные просторы Халлоунеста, где история всё ещё писалась.

***

Она не похожа на обычную жучиху. Завидное самообладание, твёрдый характер и постоянный контроль своих эмоций сделали из её тела настоящий непреступный барьер. Её разум не так уж и сложен для описания: любопытная маленькая жучиха, которая любит переводить разные книги. (в особенности ей нравятся дневники погибших странников и их необычные наречия.) Как можно было уже догадаться, она — лингвистка. Изучение языков народов Дзена далось ей не сразу, но с годами приходит опыт и всё, к нему прилежащее. Такой оболочкой обладала Эрл! Эрл продолжала свои исследования в области лингвистики с неизменным рвением и усердием. Каждый новый дневник странника, каждая необычная лингвистическая особенность языка народа Дзена вызывала у неё бурю интереса. Она стала известной не только своей «экспертностью», но и своей способностью разгадывать загадочные послания и пословицы, передаваемые на этом многозначительном языке. Её талант привлек внимание ученых и исследователей со всего мира, и Эрл стала приглашать на конференции и ведущим языковых исследовательских проектов. Она преуспела не только в области академической лингвистики, но и в раскрывании исторических загадок и тайн, спрятанных в старых записях. Однако, несмотря на её профессиональные успехи, она всегда оставалась скромной и преданной своим исследованиям. Её личная коллекция дневников странников и собранная мудрость народа Дзена были для неё как сокровище, которое она бережно хранила и передавала будущим поколениям лингвистов. Так Эрл продолжала свой увлекательный исследовательский путь, оставаясь верной своей страсти к языкам и культурам, и продолжая раскрывать тайны и удивительные аспекты многогранного мира лингвистики. Её имя стало символом знаний и настойчивости в исследовании языков, а она сама оставалась жучихой с твёрдым характером и бесконечной любознательностью, продолжая переводить миры с одного языка на другой. А Он — сумасшедший тиран, считающий себя учёным. Этого клопа боялись все, начиная от простых оболочек, и заканчивая его сослуживцами, что были вынуждены подчинятся его умыслам. Мастер всегда был немного эгоцентричным. В особенности это наблюдали его сослуживцы. Эрл была для него правой рукой. Конечно, её отец не был доволен подобной близостью этого Мастера с его дочуркой. Но, стоит заметить, что он был довольно талантливым… Таковыми данными был наделён Ханз. Ханз был известен своими диктаторскими методами и склонностью к эгоцентризму. Он претендовал на роль ученого, но его знания исключительно субъективны и часто не находили поддержки в научном сообществе. Его сослуживцы боялись его и вынуждены были подчиняться его воле из-за страха и давления. Эрл, несмотря на связь с Ханзом, оставалась лояльной и преданной своей работе. Её отец, возможно, не одобрял эту близость, но она видела в Ханзе какие-то таланты и качества, которые другие могли упустить. Жизнь в мире жучих была далека от привычной для человека, но Ханз считал себя главным создателем порядка в этой непостижимой вселенной. Он наводил страх и требовал подчинения от всех, кто оказывался в его окружении. Эрл, однако, оставалась твердой и непоколебимой. Ханз часто использовал Эрл как свою «правую руку» в своих амбициозных проектах. Её умение разгадывать языки и переводить тексты было ценным ресурсом для него. Однако, его постоянные попытки контролировать её и внушить свои идеи вызывали недовольство её отца. Отец Эрл видел, как Мастер Ханз манипулирует его дочерью, и это вызывало конфликты в семье. Несмотря на сложные отношения с Ханзом, Эрл продолжала изучать языки и сохранять свою независимость в исследованиях. Она понимала, что знания и мудрость языков народов Дзена важны, и она решала использовать их не только на благо Ханза, но и для более широкой цели — понимания и гармонии в этом мире. Со временем, между Эрл и её отцом начали разрешаться разногласия, когда тот увидел, что её исследования и работа могут принести пользу всему обществу жучих, а не только тирану Ханзу. Эрл стала символом не только науки, но и силы непоколебимой воли, готовой сопротивляться тирании ради высших идей и целей. Её история продолжала развиваться в неожиданных и увлекательных направлениях в этом уникальном мире жучих.

***

Ночь над Халлоунестом была глубокой и непроглядной, словно сама тьма подчинялась воле нового правителя. Величественная фигура Чёрного Рыцаря возвышалась над троном в тени, отбрасываемой тлеющими фонарями. Его рогатый силуэт внушал трепет, а сам он, казалось, впитывал в себя страх и уважение каждого, кто входил в зал. Правитель, что пришёл из тьмы… Чёрный Рыцарь был высоким жуком-оленем с чёрным, словно обсидиан, хитиновым панцирем. Его рога напоминали изогнутые клинки, а глаза, словно бездонные омуты, с трудом отражали свет. Не многие могли заглянуть в них, не почувствовав, как у них подкашиваются ноги. Слухи о том, что именно Он покончил с Бледным Королём, распространялись быстрее, чем капли дождя на просторах умирающего города. Лурьен-Хранитель, верный служитель прошлого правителя, до сих пор дрожал при одной мысли о Рыцаре, несмотря на то, что и сам знал: слухи ложны. Но страх был сильнее разума. — Чёрный Рыцарь… — шептал он, едва касаясь крыльев — Если он смог взойти на трон, значит, его воля действительно не знает границ… Однако не все боялись нового правителя. Мастер Душ, в очень узких кругах известный как Ханз, видел в Чёрном Рыцаре не только правителя, но и того, кто даровал ему свободу действий. — Бледный Король сдерживал меня! — размышлял он, проводя ладонью по сияющему сосуду, наполненному концентрированной душой — Но теперь… теперь наука поднимет нас к величию! Чёрный Рыцарь внимательно выслушивал идеи Ханза, иногда даже помогая своими стратегическими советами. Учёный же, вдохновлённый этим доверием, работал днём и ночью, создавая новые машины, изучая тайны души и плетя сети экспериментов, от которых кровь замирала в жилах даже у самых смелых. — Только знания делают нас свободными! — часто говорил Рыцарь, наблюдая за работой Ханза — А свобода… это Сила. Для Чёрного Рыцаря свобода не означала любые анархии. Он верил, что каждый должен быть полезным, способным, сильным. Только те, кто докажут свою преданность и силу, могли заслужить место в его новом Халлоунесте. — Народ слаб, потому что их вели слабые. — говорил он на совете — Но под моей рукой они узнают, что такое величие. Мы будем едины, но каждый займёт своё место. Его речи вдохновляли и одновременно пугали. Те, кто стремились к власти, видели в нём лидера, которому стоило следовать. Те же, кто искал спокойствия, дрожали, чувствуя, как под его взглядом их души будто бы обнажаются. Чёрный Рыцарь часто стоял у тронного зала в одиночестве, погружённый в мысли. Его взгляд был устремлён на город, который теперь принадлежал ему. — Бледный Король ошибался, думая, что сила в бездействии и смирении. — говорил он однажды Ханзу — Настоящая сила в знании и свободе. В действиях! И я подарю её всем, кто достоин этой свободы. Лишь одному он никогда не открывал своих настоящих намерений. Глубоко в его сердце тлела другая цель. Чёрный Рыцарь не просто захватил трон — он знал, что впереди его ждёт противостояние с чем-то куда более могущественным, чем все Короли и их приспешники вместе взятые. — Настоящая борьба ещё впереди. — шептал он себе — Но я буду готов. И его народ, несмотря на страх или восхищение, знал: с таким правителем Халлоунест либо станет непобедимым, либо сгорит, как алое пламя в ночи. Чёрный Рыцарь стоял в своих Покоях, в восстановленном Дворце в Древнем Котловане. Он молча смотрел на саркофаг, в котором Бледный Король планировал запечатать Богоискательницу. «Как же мелочен был этот Бледный Черв…» — думал про себя Чёрный Рыцарь, невольно вспоминая Бледного Короля. Он обратил свой взор на свой алтарь. В самом центре алтаря, под которым лежал коврик, окружённый чёрными свечами, горящими белым, призрачным пламенем, стояло изваяние, столь жуткое и аморфное, что вызывало ужас у любого, кто осмелится на него взглянуть. Существо с длинными раздваивающимися рогами, восемью белыми глазами, двумя сложенными (или даже скорее скрещенными) руками, и бесчисленным количеством щупалец, выходящими из его спины. Это был Бог Бездны Абаддон! Чёрный Рыцарь почитал его как своего творца! Он мечтал возглавить и объединить всю Империю Грейнеста (в черте которой лежал и Халлоунест) под своим началом и под покровительством Тёмного Бога Абаддона! Чёрный Рыцарь стоял перед алтарём, вглядываясь в изваяние своего тёмного покровителя. Абаддон, Бог Бездны, казался ему одновременно ужасающим и величественным. Белое пламя свечей отбрасывало пляшущие тени на стены Покоев, создавая иллюзию того, что щупальца статуи медленно шевелятся. Рыцарь опустился на одно колено перед алтарём, склоняя голову в молчаливой молитве. Его глубокий голос, эхом отражавшийся от стен, разорвал тишину: — О, Абаддон, Тёмный Повелитель и мой Создатель, услышь своего верного слугу. Твоя воля ведёт меня, и твоё имя будет славиться во всех уголках Империи Грейнеста. Подари мне силу, чтобы объединить этот мир под твоим знаменем, чтобы каждый склонялся перед твоим величием… Слова, произнесённые Рыцарем, казалось, пробуждали что-то древнее. Белое пламя свечей затрепетало, и воздух в Покоях стал тяжёлым, пропитанным ощущением чьего-то незримого присутствия. Чёрный Рыцарь поднялся, его взгляд снова упал на саркофаг Бледного Короля. Он подошёл к нему, медленно проводя рукой по холодной, гладкой поверхности. В его глазах горел огонь презрения. — Ты был слаб, Бледный Червь. — произнёс он — Ты прятался за стенами, ограничивал своих подданных и сам боялся той силы, что мог бы обуздать. Богоискательница… — Рыцарь хмыкнул — Ты думал, что сможешь запереть её, как запирал свою волю? Наивно. Он отвернулся от саркофага, будто этот символ прошлого больше не стоил его внимания. Его мысли вернулись к настоящему. Халлоунест был лишь началом. Под покровительством Абаддона, Чёрный Рыцарь видел перед собой больше, чем просто восстановление старого величия. Он мечтал о новой эре, в которой Империя Грейнеста объединится под единым знаменем, где Бездну будут чтить как источник истинной силы и знаний. — Слабость прошлого больше не будет ограничивать нас. — произнёс он, глядя в даль — Я построю мир, в котором каждый будет знать своё место. Те, кто сильны, будут править. Те, кто слаб, станут подчиняться. Все будут знаться друг с другом и каждый будет строить общее и своё личное будущее. И никто боле не сможет отвернуться от воли Абаддона. Его мечты не были просто амбициями властолюбца. В глубине души он верил, что служит высшему благу. Что Бездну можно не только принять, но и превратить в основу нового порядка. Внезапно тишину нарушил тихий стук в дверь. Чёрный Рыцарь обернулся, слегка приподняв взгляд. Он не привык к тому, чтобы его отвлекали в такие моменты. — Войдите — сказал он, голосом, полным достоинства и власти Дверь приоткрылась, и в проёме появился Мастер Душ, Ханз. Его фигура была согнута от многолетней работы, а глаза горели странным, фанатичным блеском. — Мой лорд! — начал он, преклоняя колени — Я принёс весть, которая может вас заинтересовать. — Говори, Ханз. — спокойно сказал Рыцарь, хотя в его голосе сквозило любопытство — Наши разведчики обнаружили следы новой секты, что молится Свету. Они прячутся в руинах древнего города за пределами Дворца. Кажется, они осмеливаются сомневаться в величии вашего правления. Чёрный Рыцарь на мгновение задумался. Затем его жвала тронула едва заметная ухмылка. — Свет… — протянул он — Как всегда, жалкие отбросы, цепляющиеся за прошлое. Мы покажем им, насколько они заблуждаются. Приготовь отряд. Завтра на рассвете мы отправимся к этим еретикам. Ханз склонился ещё ниже, и его голос дрожал от восторга: — Да будет так, мой лорд. Да свершится ваша воля. Чёрный Рыцарь снова остался один, его взгляд устремился к алтарю. Белое пламя свечей горело ярче, словно Абаддон уже одобрил его решение. — Свет всегда угасает перед Бездной! — прошептал он — И я сам потушу его последние отблески. «Я — ЧЁРНЫЙ РЫЦАРЬ. Я — ПУСТОТА. Я — ХОЗЯИН И ВЛАСЬ. Я — САМ СВЕТ!» — говорил Чёрный Рыцарь. Он знал, что, возможно, когда Король пал, сюда наведаются жители Сомнидума, древнего соседнего Королевства, те последователи Лучезарности. Мотыльки всегда были частью Халлоунеста, ещё со времён правления Короля. Но то, что он увидел на задворках Котлована, его немного огорчило. Это были не мотыльки. Это были просто гусенички. Гусеницы, в чьих глазах горел яркий свет, но они не были живы. Они просто были немёртвые… Ханз предложил искупать их в эссенции Пустоты. Но Чёрный Рыцарь захотел попробовать кое-что новое… Он решил спуститься в Бездну и найти там что-то стоящее… Королевство Абустафар: Первобытная Земля Вечной Тьмы Глубоко под землей, в самой глуши бездны, раскинулось древнейшее королевство — Абустафар. Это мрачное и загадочное царство простирается между Халлоунестом и Кэндллесхеллом, словно замаскированное в мраке бескрайних просторов подземного мира. Абустафар — земли вечной тьмы, где свет не проникает. Здесь тяжёлый мрак наполняет воздух, а земля покрыта лишь разрозненными кристаллами, излучающими слабый, но мистический свет. Редкие деревья и грибы, приспособленные к этой тьме, прорастают в мокрых недрах. Абустафар — дом для множества древних и невероятных существ. Сквернословы, сбирающиеся в кластерах, покрывают стены пещер своими паутинами. Живни — создания, адаптированные к полному отсутствию света, с крыльями, схожими с изогнутыми листьями, плавают в песчаных потоках. Города Абустафара вырублены в скалах, утопающих в мраке. Здесь величественные арки и своды переплетаются с зыбкими мостами из прочного грибного волокна. В центральных залах укрыты алтари, увенчанные светящимися самоцветами, в которых живет магия этого мрачного царства. В Абустафаре процветает древняя религия, почитающая Существо Тьмы из Бездны, Абаддона — древнее божество, пробуждённое из мрака. В этой бездне прокладываются потайные тропы к магии, способной оживлять камень и подчинять тьму своей воле. Абустафар, зыбкий и полный загадок, хранит в своих недрах множество тайн. В недрах забытых пещер скрыты древние свитки, хранящие в себе знания древности, и сокровища, связанные с магией бездны. Абустафар — непостижимое королевство вечной тьмы, место, где время тяготеет, а магия пронизывает все существующее, оставаясь при этом вечной загадкой. Долгие века прошли с момента, когда Варгур, древний жук с деревянным мечом грёз и его способностью читать мысли, последний раз покинул королевство Абустафар, погруженное во мрак. Чёрный Рыцарь молча стоял на краю бездонной пропасти, которая вела в мрачные глубины Абустфара. Белое, призрачное пламя, что окружало его тело, едва освещало окружающий мрак. Внизу, под завесой вечной тьмы, лежало Королевство Абустафар — мрачнейшая из всех Бездн, святой дом Абаддона. Здесь каждый камень, каждая капля тени казались пропитанными древней магией, столь же тёмной, сколь и величественной. — Абустафар… Дом моего Творца… — прошептал он, его голос гулко отразился в пустоте — И место, где я найду то, что станет ключом к нашему триумфу. Чёрный Рыцарь шагнул вперёд, и его крылья распахнулись, словно флаг, неся его вниз, в глубины Бездны. Полёт длился бесконечно долго, или, может, это время просто потеряло смысл в таком месте. Темнота становилась гуще, словно стремилась поглотить его, но Рыцарь чувствовал, как воля Абаддона охраняет его, прокладывая путь через хаос. Когда он приземлился, мрачные земли Абустафара раскрылись перед ним. Здесь царили вулканические ландшафты, покрытые потоками жидкой тьмы, что струились между чёрными, зубчатыми скалами. Окружающий воздух пульсировал странным, ритмичным биением, будто сама Бездна была живой. С каждой стороны возвышались монолитные колонны, изогнутые, словно щупальца, а в их вершинах светились аморфные глаза, следящие за каждым шагом Чёрного Рыцаря. Он чувствовал их взгляды, но не дрогнул. — Я пришёл сюда не для того, чтобы подчиняться. Я пришёл взять то, что принадлежит мне. — произнёс он, обращаясь к самому Королевству, словно к живому существу На горизонте, за сплетением теней, возник святой дом Абаддона — огромный храм из обсидиана и костей, его шпили были острыми, как клыки, а вход напоминал разверстую пасть. Внутри, в самом центре, покоился артефакт, который Чёрный Рыцарь искал: Маска Жизни, один из Тринадцати Огней, магический предмет, что мог даровать жизнь по воле своего владельца, оставленный древней Богиней Живокрови в этой мрачнейшей Бездне. — Маска Жизни… Сила, способная переписать законы мира… — Чёрный Рыцарь подошёл ближе, его взгляд жадно блестел — Она станет инструментом для славы Абаддона и для моего народа. Но храм охраняли существа, которые когда-то были живыми. Полчища немёртвых жуков и жертвенных личинок, что, должно быть, принадлежали древним обитателям Абустфара, ожили при его приближении. Их глаза горели холодным, мертвенным светом, а из тел торчали острые, костяные наросты. Чёрный Рыцарь медленно обнажил свой меч, бледный, как сама суть металла, и белый огонь охватил его лезвие. — Я — Чёрный Рыцарь. Я — Пустота. Я — Хозяин и Власть. Я — Сам Свет! — его голос гремел, как раскат грома — И вы не встанете у меня на пути. Гусеницы ринулись в атаку, их тела, казалось, двигались синхронно, как единый организм. Чёрный Рыцарь поднял руку, и волна Пустоты разнеслась вокруг него, поглощая первых нападавших. Его меч рассёк тьму, как раскалённый нож масло. Он двигался с грацией и силой, превосходящей смертных существ. — Абаддон благословил меня своей мощью, и вы, жалкие создания, не сможете противостоять мне! Каждое его движение сопровождалось яркими вспышками белого света, который сжигал мрак, заполняя храм сиянием. Немёртвые существа, одно за другим, падали, их тела рассыпались в пепел, пока последний из них не был повержен. Рыцарь наконец приблизился к алтарю. На нём лежала Маска Жизни — изящное, будто вырезанное из самой темноты лицо, украшенное узорами, светящимися белым и золотым. Маска, казалось, чувствовала его приближение, её сияние стало ярче. — Теперь ты принадлежишь мне. — прошептал он, беря Маску в руки Едва он дотронулся до неё, мир вокруг, казалось, изменился. Потоки Пустоты взвились вокруг него, а сам Рыцарь почувствовал, как новая сила течёт в его жилах. Маска приняла его лицо, идеально подогнавшись, и голос Абаддона эхом прозвучал в его разуме: — Ты сделал первый шаг, мой воин. С Маской Жизни ты сможешь не только уничтожать, но и создавать. Мир дрогнет перед тобой. Теперь иди, мой пророк, и принеси мне славу. Чёрный Рыцарь поднялся, его силуэт сиял белым светом в окружении тьмы. — Абустафар станет святилищем твоего величия, Абаддон. И Халлоунест, и весь Грейнест преклонятся перед новой эрой. Теперь, обладая Маской Жизни, он был не просто воином, но творцом новой реальности. Его взор был устремлён вдаль, туда, где начиналась следующая глава его завоеваний. Варгура здесь нет. Но судьба этой бездны таилась в его сердце, и однажды он вернётся… На один из тёмных вечеров, когда мрак затянул Абустафар тугим покрывалом, Варгур ощутил странное пробуждение в своей душе. Видение Чёрного Солнца, символизирующего солнечное затмение, пронеслось перед его глазами. Это было знаком того, что Абустафару суждено пережить возрождение. Чёрный Рыцарь взял маленький тотем и вдохнул энергию души. Чёрный Рыцарь начал свой путь в глубины бездны, где королевство замирало во сне. Он начал пробуждать жителей Абустафара, одного за другим, черпая магию этой бездны, чтобы пробудить их от векового забвения. Зловещие сквернословы и Живни, а также другие существа, ожили под его властью. Чёрный Рыцарь собрал вокруг себя сущности, приведенные к жизни его силой, объединяя их под знаменем Чёрного Солнца. Этот символ, отражающий затмение, стал их знаком единства и возрождения. Чёрное Солнце ярко сверкало во мраке Абустафара, и его жители слушали голос своего Чёрного Рыцаря. Он рассказал им о предстоящей битве, о том, что им предстоит вернуть свою долю света в этой бездне. Армия Древних големов и жуков, тёмных сил была готова сразиться за своё королевство и воссоздать его былую славу. Вскоре королевство Абустафар сотрясёт война, какой не видели веками. Чёрный Рыцарь и его армия Чёрного Солнца стояли на страже этой древней бездны, готовые покорить мрак и вернуть ему светлое будущее. Эта битва станет легендой, в которой магия и воля древних сил объединились под знаменем Чёрного Солнца, чтобы вернуть Абустафар к его первозданному величию… Чёрный Рыцарь восседал на своём троне, возвышающемся над залой, полной величия и ужаса. Под сводами восстановленного Дворца в Халлоунесте горели чёрные факелы с белыми, призрачными огнями. Повсюду можно было увидеть символы Чёрного Солнца, затмения, явленного жукам в грёзах, которое стало знаком новой эры. Големы из чёрного камня и древние жуки, восставшие под его знаменем, стояли в почётном карауле, их молчаливое присутствие придавало обстановке ещё большее величие. В этот момент двери тронного зала медленно отворились, пропуская гостью, чьё появление резко контрастировало с мрачной атмосферой. Чёрный Рыцарь заметил её почти сразу — существо с милой внешностью и невинной улыбкой, словно сама тьма уступила ей дорогу. Её ровная причёска цвета светло-синего индиго плавно качалась при каждом её шаге. Большие, сияющие глаза смотрели с добротой, которую в этих стенах можно было посчитать дерзостью. Полупрозрачное платье оттеняло её смуглый оттенок, делая её облик загадочно светящимся. Она остановилась перед троном, игнорируя жуткое величие Рыцаря и его армии. — Здравствуйте, Ваше Высочество! — её голос был мягким, почти музыкальным — Меня зовут Джонни! Но вы, если хотите, можете называть меня просто доброй еретичкой! Чёрный Рыцарь слегка наклонил голову, его сверкающие глаза внимательно изучали незнакомку. — Добрая еретичка? — произнёс он с лёгкой ноткой сарказма — Какое необычное имя для столь невинного создания. И что привело тебя ко мне, Джонни? Она улыбнулась ещё шире, порывшись в своей сумке, извлекая из неё амулет. Он был украшен множеством масок, которые казались живыми, будто в них текла древняя магия. — Ах, да! Позвольте вам кое-что вручить! — сказала она, протягивая амулет — Прошу, примите моё благословение! Чёрный Рыцарь взял амулет в свои сильные, обрамлённые чернотой руки. Он почувствовал, как странная энергия пробежала по его телу. Амулет казался одновременно живым и сном, чем-то между реальностью и грёзами. — Интересно… — пробормотал он — Это благословение имеет необычную природу. Ты, Джонни, гораздо больше, чем кажешься на первый взгляд. Скажи мне, что ты знаешь об этой реальности? Я чувствую, что ты можешь пролить свет на то, что скрывается за её завесой. Джонни сложила руки перед собой, как бы раздумывая, как лучше ответить. Её глаза, искрящиеся синевой, на мгновение стали серьёзными. — О, Ваше Высочество, эта реальность полна тайн, о которых вы даже не подозреваете! Амулет, который я вам дала, это ключ к пониманию одной из них. Но прежде чем я расскажу больше, мне хотелось бы задать вам вопрос: что бы вы сделали, если бы узнали, что в этой реальности вы не единственная сила, способная влиять на судьбу? Чёрный Рыцарь улыбнулся краем рта, холодно и величественно. — Я бы изучил это, конечно. Возможно, даже использовал бы для своей цели. Всё, что может служить великой миссии Абаддона, должно быть использовано. Но… я не люблю загадок, Джонни. Так что говори прямо: что ты знаешь? Джонни весело рассмеялась, но её глаза оставались задумчивыми. — Ах, Ваше Высочество, иногда загадки это путь к истине. Но я готова раскрыть вам некоторые из них, если вы позволите мне остаться рядом. Обещаю, со мной не будет скучно! Чёрный Рыцарь на мгновение задумался. Этот неожиданный поворот событий пробудил в нём интерес. — Очень хорошо, Джонни. Оставайся. Но знай, если ты попытаешься предать меня, я не проявлю милосердия. Теперь рассказывай: что ты знаешь об этом амулете и реальности, которую он скрывает? Джонни кивнула, её улыбка снова стала тёплой и светлой. — Ах, мой новый друг, я обещаю, что вы не пожалеете о своём решении! Но для начала… давайте начнём с легенды о живокрови и её связи с тем, что вы называете «Пустотой». Эта история может вас сильно удивить… И, осев на краешек ступени перед троном, Джонни начала свой рассказ, её мягкий голос разливался в воздухе, как колыбельная, в то время как Чёрный Рыцарь внимал ей, понимая, что эта встреча может стать началом чего-то гораздо более великого, чем он предполагал. ОТ ЛИЦА ДЖОННИ: — Давным-давно, задолго до рассвета вашего времени, мир был иным!.. — начала я, усаживаясь у подножия тронного зала, где величественно восседал Чёрный Рыцарь. Его взгляд был пристальным, но не лишённым интереса. Сопровождаемый тенью от чёрного солнца за спиной, он будто бы сам стал воплощением вечной ночи — Тогда не было ни городов, ни королевств, ни даже законов, управляющих природой. Лишь хаос и силы, стремящиеся к гармонии. Одной из таких сил была Живокровь. Она не была простой магией или веществом, как можно подумать. Нет, Живокровь — это сама жизнь, её сущность, её пульс. Она возникла из корней этого мира, пробиваясь сквозь трещины реальности, как крошечные побеги стремятся к свету. Я посмотрела на амулет, который только что вручила Рыцарю. Маски на нём, живые и трепещущие, как бы подтверждали мои слова. — Но Живокровь не могла существовать сама по себе. Чтобы распространять её влияние, чтобы делиться своей силой, она создала коконы — сосуды для своих потоков. Каждый кокон стал источником восстановления, даром, который исцеляет раны и укрепляет тело. Возможно, вы заметили их, эти мягкие, словно дремлющие, объекты, разбросанные по всему Халлоунесту? Они словно говорят: «Отдохни, наполнись жизнью и иди дальше». — И что же с ними стало? — наконец, прервал меня Чёрный Рыцарь, его голос был низким и наполненным мощью — Эти коконы сохранились, их тайна пережила века. Но не только это… Живокровь решила дать себе лицо, дать жизнь собственному воплощению. Так появились живни, существа, рожденные из самой сердцевины живой энергии. Они странствуют по миру, наблюдая, защищая, порой помогая тем, кто достоин. Каждый живень уникален, но все они связаны с Живокровью как дети с матерью. Я сделала паузу, чтобы дать Рыцарю переварить услышанное. — Однако, как вы, возможно, знаете, силы жизни и смерти всегда борются за баланс. С появлением Королевств и Богов, которые желали контролировать всё, Живокровь столкнулась с врагами. Её объявили чуждой, а живней начали охотиться. Но Живокровь мудра. Она ускользнула, укрывшись в забытых местах, спрятав свои коконы там, где их смогут найти только те, кто действительно нуждается в её помощи. — Что за места? — спросил он, всё ещё задумчиво поглаживая амулет — Халлоунест полон таких укрытий. В глубинах Далёкой Деревни, в деревне Грибных Путошей, даже в старых храмовых руинах Королевских Вод. Каждый кокон словно ждет своего момента, чтобы снова исполнить своё предназначение. А живни… Они стали неуловимыми. Некоторые говорят, что видели их в снах, другие — на грани смерти. Они появляются только тогда, когда это действительно необходимо. Я улыбнулась и посмотрела прямо на Рыцаря. — Вы спрашиваете, почему я рассказала вам всё это? Потому что Живокровь это не просто дар или оружие. Она испытание. Только тот, кто поймёт её суть, сможет использовать её силу по-настоящему. Рыцарь помолчал, его яркие чёрные глаза сверкнули в полумраке призрачным светом. — Интересно, Джонни. Твой рассказ словно обволакивает завесой тайны всё, что мы считали истиной. Может, и правда пришло время узнать, как далеко простирается власть Живокрови… Его слова прозвучали как обещание, и я поняла, что моя миссия только начинается. Продолжение следует…