Письма без срока давности

Тебе: Ты ставишь слишком высокую температуру в духовке, поэтому яблочный пирог подгорает. Но мне нравится, что ты не опускаешь руки. Ты всегда была целеустремлённой. Тебе: Помню, как ты пожаловалась на одноклассника, который тебя задирал. Как выглядывала из-за моей спины, когда мы с ним устроили разборки в школьном дворе. Ты после этого сравнивала меня с рыцарем из сказок, которые мы читали перед сном. У меня не было сияющих доспехов, но мне хотелось совершать всё больше подвигов для тебя. Тебе: У меня есть аудиозапись, где ты называешь меня болваном. Я столько раз её переслушивал, что в какой-то момент начало казаться, что ты рядом. От этого хорошо и плохо одновременно. А так нельзя. Я должен контролировать эмоции, но, когда дело касается тебя, это становится практически невозможным. Тебе: Ты всё ещё дуешься, что я собрал тот макет самолёта без тебя? Ты тогда задержалась у подруги, а мне нужно было на что-то отвлечься, чтобы не кинуться за тобой. Вот только тем вечером детали предательски валились из рук, поэтому моделька получилась немного корявой. Ты сильно обижалась, но при виде этого летательного недоразумения не могла сдержать смех. Мне нравится, когда ты улыбаешься, а ещё больше нравится, когда причина твоей улыбки — я. Тебе: Помнишь, как однажды в детстве ты разбила любимую вазу бабушки? Я взял всю вину на себя, ведь мне уже тогда хотелось выглядеть в твоих глазах героем, пусть и с помощью таких мелочей. Тебе: Хотелось бы сейчас снова попасть в наше укрытие из подушек и одеял. Но я уже не тот Калеб, в объятиях которого ты засыпала во время грозы. А ты больше не та девчушка с хвостиками, в розовом сарафане с единорогами. Время неумолимо мчит вперёд, и вместе с ним растёт пропасть между нами… Тебе: Сегодня вспомнил, как прятал твою любимую заколку на верхнюю полку. А ты обязательно просила меня помочь её найти. Я хотел быть нужным. Но это же не могло продолжаться вечность, да? Ты стала взрослой и теперь справляешься со всем сама… а мне сложно с этим смириться. Тебе: Всё ещё помню твой ночник в виде ракеты. Как ты водила руками в воздухе, рассказывая как мы вместе откроем новое созвездие, когда вырастем. Мы стали взрослее, вот только звёзды теперь ближе, чем ты. Тебе: Я обещал тебе всегда быть рядом, а вместо этого превратился в твою невидимую тень, бесшумно следующую по пятам. Это режет без ножа, ведь получается, что я нарушил обещание, так? Тебе: Ты всегда смотрела на меня по-особенному, но всё равно не так… Я был для тебя лучшим другом в тот момент, когда ты была для меня чем-то большим. Я любил тебя чуть сильнее, чем ты могла себе представить. Сейчас это чувство стало ещё ощутимее. Оно сжимает лёгкие. До хруста давит на грудную клетку. Но… я должен контролировать эмоции, как бы сложно это ни давалось. Тебе: Ты всё ещё прячешься с головой под одеяло, когда вспышки молний режут небо, хоть и называешь себя взрослой. Но знаешь, в страхе нет ничего постыдного. Вот только жаль, что меня нет рядом в такие моменты. Ты бы засыпала в разы быстрее. Тебе: Что ты чувствовала после взрыва? Какие мысли крутились в голове, когда ты оказалась единственной выжившей? Считала ли меня предателем, ведь я обещал не отпускать твою руку? И я ведь не отпускал до того самого злополучного дня. Не отпускал даже тогда, когда твоя хрупкая ладонь становилась безумно холодной. Ты вероятнее всего об этом никогда не узнаешь, но я был рядом каждый раз, когда они забирали тебя снова и снова. Не мог ничем помочь, но сквозь боль и слёзы выполнял обещание. Тебе: Ты стала хорошей охотницей, как и мечтала. Я стал полковником, хотя никогда об этом не задумывался. Ты борешься со странниками, оберегая покой жителей Линкона. Я ставлю размашистую подпись на приказах о зачистке территорий. Тебя хвалят и берут с тебя пример. Меня же боятся и обходят стороной. Мы совершенно разные, но мне хочется верить, что ты смогла бы принять меня таким. Тебе: Я обещал, что буду летать над тобой. Буду на расстоянии одного взгляда. Но теперь ты всё реже поднимаешь глаза к небесам, и я сам в этом виноват. Мёртвым не нужно, чтобы их ждали на земле. Вот только я жив, но ты об этом никогда не узнаешь. Тебе: Я обещал, что больше не буду запирать тебя на чердаке. Но я бы хотел сейчас застрять там вместе с тобой, как было однажды, и чтобы до поздней ночи нас оттуда не выпускали. Я бы укутал тебя в плед. Рассказал одну из нелепых историй. Спрятал бы тебя в своих объятиях, когда раскаты грома прошлись дрожью по окнам. А ты бы спала на моём плече, не замечая, как я украдкой любуюсь твоими чертами; как переплетаю наши пальцы; как вновь клянусь быть рядом и оберегать тебя от всех бед. Тебе: Прошлый полёт пошёл немного не по плану, но это всё мелочи. Ты главное держи нить воздушного змея крепче. Помнишь ведь, как только человек в небе почувствует натяжение — он обязательно вернётся на землю. Тебе: Я хочу быть в одном мире с тобой, имея возможность к тебе прикоснуться. Ты даже не представляешь, как мне хочется наплевать на всё и примчаться в Линкон. Показать, что я жив и всегда был рядом, пусть ты меня и не видела. Вот только я не знаю, как ты на это отреагируешь. Ты ведь учишься жить без меня. Или… или уже научилась? Тебе: Ты стала совсем взрослой. Больше не спишь с плюшевой игрушкой, которую я вытянул из автомата. Не забудь ты её тогда на работе, она бы сгорела при взрыве и это было бы хуже. Но сейчас она пылится на твоём письменном столе, и от этого тоже больно. Надеюсь, что воспоминания обо мне ещё не покрылись пылью, потому что я помню всё. Слишком детально. Тебе: Ты, вероятнее всего, никогда не увидишь эти письма, и я не понимаю, нравится мне это или нет. Но стандартный протокол пилота перед вылетом обязывает писать их самому важному человеку. Ты можешь считать это ещё одним моим признанием. Тебе: Я должен не пачкать бумагу, а держать тебя за руку. Быть рядом в моменты, когда ты плачешь и смеёшься; быть свидетелем твоих взлётов и падений; поддерживать во всех начинаниях и отговаривать от глупостей. Но вместо этого я наблюдаю за тобой через монитор, стараясь в деталях запомнить твоё лицо. Тебе: Мир без тебя похож на чёрную дыру. Она поглощает всё, оставляя звенящую пустоту и темноту, в которой не видно звёзд. Она ломает кости и лишает жизненно важного кислорода. Я тону в этой бездне, и только ты можешь вернуть меня к жизни. Тебе: Говорят, что на грани смерти у человека проносится вся жизнь перед глазами, и это чистая правда. Вот только я видел тебя. Твоё лицо. Слышал твой смех. Понимаешь, что это значит? Тебе: Держаться от тебя на расстоянии становится всё невыносимее, особенно когда ты подвергаешь себя опасности. Не будь такой беспечной, мелкая. Меня ведь нет рядом, чтобы тебя защитить. Тебе: Мне хочется забрать тебя. Спрятать от всего мира. Укрыть тебя с головой под жёсткой тканью кителя. Быть рядом с тобой до последнего вдоха. Это повод называть себя эгоистом? Тебе: Когда система навигации отказала и я понял, что могу остаться в неизвестности — я думал только о тебе. Молил позволить вернуться к тебе снова. Не бесшумной тенью. Не смазанным воспоминанием. Не наблюдателем по ту сторону монитора. Я хотел вернуться к тебе настоящим. Тем Калебом, который был рядом и утирал твои слёзы. Тем, кому ты могла доверить свои секреты. Тем, кого ты, возможно, не узнаешь, но я надеюсь, что захочешь узнать…