Под старым клёном

Девушка лежала на кровати и сладко сопела. Солнышко уже давно встало, но в ее спальне были занавешены шторы, поэтому она, очень восприимчивая к утренним солнечным лучам, спала как убитая. Летние каникулы — спи, сколько твоей душе угодно. Что ещё нужно для счастья? Ее безмятежный сон никто не посмел бы потревожить, не будь этот кто-то из семейства Блэк. Мэри вздрогнула от звонкого удара какого-то мелкого предмета в окно. Девушка приоткрыла глаза, поворочалась в постели и, буркнув что-то неразборчивое, попыталась снова погрузиться в сон. Но не тут-то было. Через несколько секунд удар повторился. Потом еще...и еще... Окончательно проснувшись, Макгонагалл лениво встала с кровати, подошла к окну и открыла его. Увидев улыбающегося и машущего ей рукой Блэка, она недовольно крикнула: — Ты с ума сошел, Блохастый?! Ты вообще на часы смотрел, знаешь, сколько щас времени?! — Самое время приключений, — его светящееся лицо становилось все более раздражающим. — Каких нах...фиг приключений?! Ты что тут забыл?! — Мэри старалась не материться, ведь они разорались так, что их крики слышали дементоры в Азкабане, не то что мама в соседней комнате. И ещё не факт, что первое страшнее, далеко не факт. — Собирайся и поехали! Римус и Марлин уже в машине сидят, так что поторапливайся! Осталось заехать за Джеймсом и любовью-всей-его-жизни-Эванс. Макгонагалл взглянула на настенный календарь — вроде бы не первое апреля, а пятнадцатое августа. На розыгрыш не похоже, тем более что ранее упомянутая МакКиннон, судя по всему вышедшая из машины и последовавшая за Блэком на задний двор их дома, стояла под ее окном и махала девушке рукой: — Мэр, доброе утречко! — Ага, доброе... — проворчала та. — У нас тут пикник намечается. Погнали с нами. — Мерлин...какой пикник?! — Обычный. С покрывалом и магловской едой. А еще песнями под гитарку, — Блэк подвигал плечами в такт воображаемой музыке. Представив себе этот недохор, состоящий из орущего Бродяги, не попадающего в ноты Джеймса и напевающего свой мотив Лунатика, Макгонагалл рассмеялась. — Ну вы посмотрите на нее, она еще и ржет, — театрально возмутился Сириус, — давай собирайся уже. — Как я маме-то объясню, почему ее дочь исчезла на целый день? — Мы планировали на два... — начала Марлин, но ее перебил серьезный женский голос, от которого у Мэри в такие моменты кровь стыла в жилах: — Тем более на два дня. У нее сердце ушло в пятки. Несмотря на ранний час, Мэри хотела бы поехать, но при данных обстоятельствах в лице направляющейся к ней матери она сомневалась, что ее куда-либо отпустят. Подростки тоже несколько перетрухнули, но парень быстро взял себя в руки и в своей привычной манере сказал: — Здравствуйте! Профессор, выглядите...сногсшибательно! — он улыбнулся самой широкой и сияющей из своих улыбок, которую берег специально для таких случаев. — Здравствуйте, мистер Блэк, мисс МакКиннон. Спасибо, — Минерва кивнула ребятам, — дорогой Сириус, если вы хотите пригласить мою дочь на пикник в полвосьмого утра в субботу во время летних каникул, то существуют способы, при которых остальные обитатели дома не будут потревожены. — Простите, мадам, отныне такого не повторится! — Не паясничайте... — А кто здесь паясничает? — удивленно спросил Бродяга. Минерва, не обращая на него внимание, положила руку на плечо испуганной Мэри и сказала четко и по делу: — Много не пить, не курить, пожары и наводнения не устраивать, границы страны не покидать, чтоб завтра к вечеру была дома. Понятно? — Да, понятно, — девушка облегченно выдохнула, понимая, что ее все-таки отпустят. Точнее уже отпустили, —обещаю. - «обещаю по возможности не покидать границы этой страны» подумала она про себя, будучи не уверенной в выполнении остальных пунктов. — Спасибо, мам, — они обнялись. Несмотря на некоторую строгость, Минерва была хорошей матерью. Доброй и справедливой. — Хорошей вам поездки. Мэри, тебе приготовить завтрак? Все равно сейчас спать уже не хочется... — она повысила голос, выразительно посмотрела на Блэка, невинно пожавшего плечами, и вышла из комнаты. — Спасибо большое. Сейчас спущусь! Что-то с собой брать надо? — крикнула она ребятам. — Бери только себя, милая, —подмигнула МакКиннон. — Хорошо, детка, — улыбнулась в ответ Мэри. Почти год назад мародеры играли в «Я никогда не...» в Хогвартс-экспрессе, и из-за «нехватки места» Макгонагалл пришлось сесть блондинке на колени. С тех пор они продолжают флиртовать, а Бродяга с этого бесится, хотя виду не показывает. Умывшись, она наспех накинула футболку, светлую джинсовку и черные магловские джинсы. Расчесалась и заколола волосы крабиком-цветочком, оставив две прядки спереди. Обычно она ходит с распущенными волосами, но сегодня захотелось чего-то новенького, тем более вышло очень даже красиво. Побросав вещи в рюкзак, волшебница побежала на кухню, из которой пахло маминой яичницей. — Садись, приятного аппетита. На столе стояли стакан апельсинового сока и тарелка с аппетитной глазуньей. Мэри села на стул и принялась за завтрак. Она ела настолько быстро, что Минерва усмехнулась: — Ты хоть жуй. — Жую, жую....мммм, как же вкусно. Спасибо, — она убрала за собой и приобняла маму. — Ну все, беги, — тепло сказала Минерва, а девушки уже и след простыл. «Молодежь» — вздохнула женщина, приподняв уголки губ. Тем временем Мэри обнималась с МакКиннон на крыльце их дома. Блэк же, засунув руки в карманы своей кожанки (ну куда он без нее), стоял рядом. Макгонагалл заметила его любопытный взгляд на себе. Это ее несколько удивило. В ответ она тоже решила рассматривать парня: темные волнистые волосы, куртка...Ее глаз зацепился за что-то блестящее на его шее, но еле заметное из-за ворота футболки. Это нечто переливалось всеми оттенками глубокого синего и серого на ярком солнечном свету. «Не может быть, чтобы он....» - подумала Мэри, но тут же отогнала от себя эту мысль. Лунатик, скучавший на заднем сидении Блэковской развалюхи, помахал ребятам, и те направились к нему. Сириус и Макгонагалл немного отстали от Марлин, поэтому она не услышала их перешептывания: — Новая прическа? Миленько, — невзначай бросил Сириус, глядя перед собой. Девушка остановилась в немом изумлении. Разве парни обращают внимание на это? Разве он смотрит на такие мелочи? И он сказал ей что-то приятное? Не очередная колкость, насмешка или шутка, а комплимент? "Миленько"... — Причина остановки? — голос Бродяги вернул ее в реальность. — Ты... — Что – я? — парень вопросительно приподнял бровь. — ...заметил, что у меня новая прическа. — Сложно не заметить. Обычно твоя грива так на ветру развивается, что мне в рот попадает, если я стою рядом. А сейчас удосужилась собрать волосы. Ну вот, привели мы нашу Мэри, — обращаясь к Люпину, Сириус открыл дверь машины и сел на водительское сидение. Макгонагалл была несколько разочарована прозаичностью ответа, хотя всячески пыталась это скрыть. От самой себя в том числе. — Привет, Мэр! — улыбнулся Римус. — Здоро́во, Лунатик, - девушка устроилась рядом с ним. — Ну что ж, погнали к Джимми и Лили, - воскликнула МакКиннон, занявшая пассажирское место спереди. *** Подъехав к нужному дому, подростки вышли из машины и направились к крыльцу, где стояло о чем-то переговаривающееся семейство Поттер (почему-то не в полном составе) — улыбающаяся мать и сын, державший объемный красный рюкзак за одну лямку. Заметив ребят, Юфимия тепло поздоровалась с ними, не давая парню и словом обмолвиться с друзьями: — Дорогие мои! Сири, Марлин, Мэри! — женщина по очереди обняла каждого. — Тетя Юффи! Оглядевшись по сторонам и не заметив отца семейства, Макгонагалл спросила: — А где мистер Поттер? — А, Монти на работе. В последнее время столько дел, даже по субботам работает, — ответила женщина, а потом, уже обращаясь к девочкам, залепетала, — как дела-то у вас? Как проводите лето? Мэри невольно расплылась в широкой искренней улыбке. Приезжая сюда, она всегда чувствовала, что является не просто гостем. От обитателей этого дома веяло уютом, чем-то добрым и недосягаемым. Началась оживленная беседа обо всех событиях, произошедших за два с половиной месяца, о прекрасной августовской погоде и новом хобби, которое попробовала тетя Юффи. — Ну что, может, поедем уже? — вклинился в разговор заскучавший Сохатый. — Ладно-ладно. Ой, постойте! — женщина всплеснула руками — Как же вы у меня голодные-то поедете? — Ма, как "голодные"? Римус и Марлин сходили в магазин, закупились едой... — А как же мой яблочный пирог? Фирменный... — жалобно вздохнула Юфимия. — Ну как мы без вашего пирога поедем! Можно его? — тепло сказал Блэк. — Конечно, Сири, сейчас я все принесу. — В каком смысле «все»? — скептично спросил Джеймс. Зная свою маму, под этим словом она могла подразумевать всю еду из их холодильника, поэтому лучше уточнить. — А разве вам к пирогу чай не нужен? А варенье? — Ой да, простите, забыл. — Тетя Юффи, давайте я вам помогу, — Мэри прошла за женщиной в дом. — И я! — МакКиннон проследовала за ними. Они оказались на уютной кухне семейства Поттер: шоколадные обои, мебель из темного дерева и бежевые шторы. По обыкновению своему на столе в вазе стоял пышный букет одуванчиков. Год назад Бродяга рассказывал, что у каждого в доме есть свои любимые цветы, но на вопрос о его цветах он, помнится, так и не ответил. Они сразу рассредоточились по периметру комнаты — каждая что-то собирала, наливала, открывала и искала. — Так...пирог я вам сложила...чай...а варенье... — Юфимия посмотрела во всех шкафчиках на кухне, но так и не нашла ни одной баночки. Она повернулась к Марлин, — дорогая, можешь пожалуйста взять варенье из кладовой? Есть черничное, вишневое... Какое хотите? — Наверное, чернику, — сказала Мэри. — Да, я тоже ее хотела бы. Сейчас сбегаю. МакКиннон побежала на поиски варенья, ее удаляющиеся шаги становились все тише и тише. Убедившись, что их никто не подслушает, Юфимия подошла к Макгонагалл, наливающей черный чай в термос, и понизила голос: — Ты видела, что на шее у Сири? Этот вопрос застал волшебницу врасплох, несмотря на долгие размышления по этому поводу. После небольшой паузы она еле выдавила из себя: — А вы...видели? — Еще бы! Он, конечно, старается прятать ее за воротом футболки, но она все равно видна. Это о многом говорит, — заговорщически улыбнулась Юфимия. — Что? — удивилась Мэри. — Все знаки налицо. — Тетя Юффи! — Ой, все, все...вот даже сказать нельзя. Чуть что — сразу «Тетя Юффи, тетя Юффи!» — шутливо запричитала та. Макгонагалл помогла женщине со сбором провианта, когда к ним вернулась Марлин, держащая в руках банку с черничным вареньем. Взяв полную корзинку для пикника, девушки поблагодарили Юфимию и вышли на улицу. Они направились к Джеймсу, рассказывающему что-то парням: — Как вам? — девушки подошли поближе и смогли разглядеть тоненькую золотистую подвеску с оранжевой лилией в руках Поттера. Мэри тепло улыбнулась. — Думаете, ей понравится? — Конечно, — подбодрил друга Лунатик,— о, вы пришли. Поехали, — подростки сели в машину и направились к дому Эванс. По дороге в Коукворт зашла речь о Петтигрю: — А Питер поедет с нами? — спросила Мэри. — Нет, — сказал рулящий Блэк, — его предки не отпустили. —Пиздец. Хотя, знаешь, сегодня утром я была на грани того же, — она выразительно скрестила руки на груди и наклонилась поближе к водительскому сидению. — Ну отпустили ведь в итоге. Мы молодцы. — «Мы молодцы» — кривляясь, передразнила Макгонагалл. — Может музыку послушаем? —тактично предложил Римус. — Давайте Queen! — Марлин на всю врубила «Don't stop me now». В целом, никто не высказал протестов по поводу выбора исполнителя. Римусу было все равно, Бродяга сосредоточился на дороге, Мэри, будучи меломаном, даже немного подпевала, а Сохатый волновался, сконцентрировавшись на подвеске, так, что ему было похуй, под что ехать. Пусть хоть гимн СССР на китайском включают. Доехав до дома семьи Эванс, все вышли из Блэковской развалюхи. К ребятам подошла потрясающе выглядящая Лили: распущенные рыжие волосы обрамляли красивое лицо с правильными чертами, сиреневое платье идеально подчеркивало стройную фигуру. Нежный образ дополняла сумка, вмещающая в себя все необходимое, но при этом смотрящаяся аккуратно и миниатюрно. Кажется, Джеймс забыл, как дышать. — П...привет, Лили, — еле выдавил он. — Привет, — очаровательно улыбнулась Эванс. Сердце Сохатого точно остановилось. Пока он восстанавливал дыхание, девушка показала подругам одну подвеску... — Смотрите, какая красивая, изящная. С оранжевой лилией. Мне ее пару дней назад подарил Северус, — она всячески покрутила ее, — как это мило с его стороны, правда? А сейчас бедный парень задыхался от негодования. Мерлин, как этот Снейп мог подарить ей такую же цепочку? Люпин сочувственно положил руку ему на плечо, а Сириус хмыкнул. Мэри посмотрела на горе влюбленного с пониманием. Тот же спрятал украшение в карман. — Так, нас шестеро, — пересчитав всех, начал Лунатик, — а в салон влезут пятеро. Как поступим? — Марлин, дорогая, можно к тебе на коленки? — кокетливо сказала Макгонагалл. — Разумеется, милая. Считай проблема решена. — Так, вот щас серьезно. Ты у нее на коленках в машине не уместишься, - сказал Сириус. — Как так, мистер Серьезность. Эх, а так хотелось... — Насидишься потом, — загадочно улыбнулась блондинка. — Это предложение или угроза? — осторожно поинтересовалась волшебница. — Посмотрим. — Может, кого-то просто обратно домой завезём, а? — Бродяга, ты чё. Давайте уж тогда тебя, - ухмыльнулась Мэри. — Тачка-то моя, не забывай. — Простите, ваше благородие. — Может, кто-то уместится в багажнике? — подал голос Поттер — Только вот кто... Все тут же посмотрели на него. — А почему я-то? — Твоя идея, гений, ты и залезай, — хмыкнул Блэк. — А вот и залезу! У вас там не слишком много вещей? — Джеймс уже закатывал рукава джемпера и открывал багажник, морально готовясь к поездке. — Так, корзинка для пикника, два рюкзака, чехол для ракеток...Если возьмете рюкзаки к себе в салон, то, думаю, влезу спокойно. *** Они веселой компанией ехали «навстречу приключениям» под «Good old-fashioned lover boy». Счастливые девушки подпевали Фредди Меркьюри: «ууу, love, уууууу, lo-ver-booooooy». — Сохатый, как тебе там? — саркастично спросил Блэк, расслабленно держа левую руку на руле. — Вообще кайф! Не понимаю, почему вы отказались от такой возможности. О, — взглянув на корзинку, на которую до этого облокачивался, сказал Поттер, — у нас ведь жрачка есть. Чай, пирог, сэндвичи...кому что? "I'd like for you and I to go romancing" — В машине не смей! — крикнул Сириус. — Вот выйдем — тогда хоть все съешь. — ...я буду сэндвичи. С соусом. Очень вкусным, кстати, — он специально зашуршал пакетами и упаковками. — Щас высажу тебя нахер! — Ой, все, все... — он послушно убрал содержимое корзинки на место. — А куда мы едем-то? — спросила Лили после небольшой паузы. — Здесь недалеко есть шикарная поляна, — ответил Сириус, — осталось ехать где-то полчаса, и мы на месте. Спустя двадцать минут ребятам наскучила длинная поездка. Спустя ещё пятнадцать они проголодались. А когда прошло ещё тридцать, МакКиннон не выдержала: — Бродяг, ты чё кругами ездишь? Где твоя обещанная поляна? — Да тут еще чуть-чуть...ща найдем, — якобы уверенно бросил Блэк, внимательно всматриваясь в бескрайние поля и леса. — Это твое «ща найдем» длится уже сколько! Может, на другом месте остановимся? — Нет! — слишком резко выпалил тот. —Ты знаешь, где мы? — подала голос Мэри. Вспомнив их маленькое путешествие год назад, она мысленно хмыкнула. — Конечно. Щас все будет....О, вот и она, — парень припарковался рядом с огромным старым клёном, — народ, мы на месте. Подростки вышли из машины, разгибая позвоночники и затёкшие ноги, и завороженно оглянулись. Поляна действительно была шикарной: земля была усыпана мягкой ярко-зеленой травой, могучие ветви клёна создавали тенёк и прорезали голубое небо без единого облачка, неподалеку за ними статно наблюдал лес, а чуть дальше земля казалась красной — манящее к себе полотно из маков, алых, словно рубины. Погода была идеальной — солнышко грело, но не слишком припекало, лёгкий ветерок приятно обдувал лицо. Глядя на этот пейзаж, на душе невольно становилось хорошо. Ребята начали разгружаться и обустраивать поляну: Мэри разжигала костер для сосисок, бедные Джеймс и Римус отчаянно пытались собрать палатки, а остальные накрывали на «стол» — стелили клетчатую скатерть для пикника, доставали еду и приборы. Спустя минут двадцать, когда сосиски уже румянились на огне, а чай разливался в пластиковые кружки, вся компания расположилась на скатерти. Почти вся компания. В нескольких метров от них Лунатик и Сохатый все еще корпели над многострадальными палатками. Слышалось: — Опа, опа, опа...получается!...ДА ЕПТ ТВОЮ.... — Нахуя я вообще согласился на это... — Мерлин, дай сил. — Да ебаный ты в рот... Вздохнув, к ним на помощь пришли Бродяга и Макгонагалл. Дело сразу пошло веселее, и они справились гораздо быстрее, чем если бы занимались этим в одиночку. Теперь уже все собрались. Вкусно пообедав сосисками, огурчиками и полернув все это пирогом тети Юффи, ребята блаженно легли на траву. — Как хорошо... — выдохнула Лили. *** Вечерело. Утомившиеся после десяти партий игры в теннис и далёких походов пешком подростки единогласно приняли решение лечь спать. — Так, у нас три палатки. Как ляжем? —сказал Блэк, скрестив руки на груди. — Можно?... — неуверенно начал Джеймс. — Нет! — хором ответили девушки. Они, конечно, знали, что Сохатый — добропорядочный молодой человек, но все равно Лили было бы комфортнее лечь с кем-то из них. Тот грустно потупил взгляд. — Нас шестеро. Палаток три. То есть ложимся мы по двое. Кто с кем хочет? У нас всё-таки демократия, — спросил Люпин. — Я с Лили! — одновременно воскликнули Мэри, Марлин и Поттер. — Так, блять, тебе уже сказали «нет», — МакКиннон осуждающе взглянула на Сохатого. — Попытаться-то стоило... — Давайте тогда Марлин с Лили, — предложила Макгонагалл. — Мы не против, — кивнули волшебницы. — А я с Джеймсом, — заключил Римус. — Эээ, нет, я по-вашему должна с Блохастым в одной палатке ночевать?! — Ну может хоть так вы поймёте, что любите друг друга? — Марлин! — возмущённо воскликнули Сириус и Мэри. — Ладно, погорячилась... — Я могу в тачке поспать, главное не с ней, — сказал Блэк. — Точно? — Да, конечно, проведу ночь в машине, ничего не случится. Тем более не впервой. — Вот и порешали. *** Стало совсем темно. Уже все легли в свои палатки (а кто-то в машину, захватив с собой подушку), пожелав друг другу спокойной ночи. Несмотря на насыщенный день, Мэри не спалось. Поворочавшись и так и этак, она осторожно вышла и присела на ткань, постеленную рядом с палаткой. Ночная поляна крайне отличалась от дневной, но выглядела все так же красиво, только более загадочно, даже несколько пугающе, и одиноко. Наслаждаясь открывшимся перед ее взором пейзажем, она поёжилась. На ней были пижамные штаны, футболка и носки. Джинсовку Мэри оставила у девочек. Она не хотела их будить, поэтому приходилось терпеть свежую прохладу ночи. Вдруг слева от себя она услышала шаги. Волшебница резко обернулась и увидела Блэка, подошедшего к ней. Он тоже был одет в пижаму, но сверху накинул кожанку. — Ты что тут делаешь, Блохасты — прошептала она. — Не спится. Видимо, тебе тоже. — Да. — Прогуляемся тогда? — его голос был тихим, и это добавляло какой-то особый окрас его словам. Они звучали как нечто большее, чем просто проявление желания скоротать время. Теперь девушка поёжилась от ощущений. «Показалось...» — Пошли, — она кивнула. Они направились в сторону «алой долины» (как окрестил ее Римус), шли они по не протоптанным дорожкам. Если не попробуешь, то никогда не узнаешь, какое чудо может тебя ждать на пути, по которому ты никогда ранее не ходил. Они попробовали, и им открылся волшебный вид: яркий лунный свет падал на изящные лепестки цветов и смешивался с чернотой августовской ночи, далёкие звёзды мерцали на небе, указывая путникам верную дорогу. За все это время они не произнесли ни слова. Подростки остановились, любуясь бескрайними маковыми полями, как вдруг Блэк нарвал несколько цветов и, собрав их в букет, протянул девушке. — Это....что? — опешила она. Вот никогда бы не подумала, что окажется в подобной ситуации. Вероятность встретиться с давно умершим Шекспиром и то больше, чем получить цветы от Бродяги. — Маки. Красивые, правда? Возьми... — С...спасибо... — она приняла подарок, и они продолжили молча идти. Мысли путались с невероятной скоростью, Мэри ничего не понимала. Что все это значит?... Прогулявшись немного по алой долине, они направились назад к палаткам. Спать не хотелось совсем, поэтому они сели на травку, прислонившись спиной к стволу величественного клена. Подул ветерок, и Мэри поёжилась. Увидев это, Блэк снял с себя кожанку и накинул ее девушке на плечи. Та уже во второй раз за ночь потеряла дар речи. — Не вздумай! Сам ведь замерзн... — Предлагают — бери. Мне не холодно. Пришлось согласиться. Справедливости ради, от куртки действительно стало теплее. Возможно не только от нее. Сириус достал из кармана штанов зажигалку и пачку сигарет. Зажёг одну и вопросительно посмотрел на Мэри. Та отрицательно кивнула. Сигаретный дым наполнил воздух, Макгонагалл запрокинула голову и улыбнулась, любуясь темным небом. — Луна сегодня такая красивая... — вздохнула она. — Угу.. Молча наслаждаясь этой ночью, они сидели под старым кленом. Не зная зачем, Мэри, поддавшись чувствам, положила свою руку на ладонь Сириуса. У нее просто было ощущение, что так и должно быть. На секунду на лице Блэка отразилось удивление, но он тут же его скрыл, выражая спокойствие и уверенность, и чуть крепче сжал руку волшебницы. Девушка смотрела наверх, как вдруг ощутила взгляд Блэка на себе. Он был быстрым, для кого-то еле заметным, но его хватило, чтобы в ее душе поселились различного рода эмоции. — Бродяг... — М? — они повернулись друг к другу. — Что все это значит? — Ты о чем? — будто не понимающе спросил парень. — Ты ведь прекрасно понял. Цветы, кожанка, рука, этот взгляд... — Вообще-то руку первой положила ты! — Ну да, я! — она немного замешкалась, неуверенно теребя рукава куртки, но потом добавила, найдя весомый по ее мнению аргумент. — А кто ее сжал? — «Кто ее сжал...» —буркнул Блэк. — Че ты там сказал? — крикнула Мэри, но к концу фразы понизила голос. Они всё-таки рядом с палатками, вдруг разбудят кого-нибудь... — Да люблю я тебя, дуреха! И молчание. Казалось, эти слова так и остались висеть в воздухе. Макгонагалл не могла поверить своим ушам, а Блэк — своему рту. Да уж, идеальный момент он выбрал. Но ведь это в их духе — ругаться и препираться. Использовать нелепые обзывательства и прозвища, устраивать третью мировую по мелочам. Никто никогда не обижался и не переставал дружить, ведь они оба понимали — это шутка, их стиль общения. Сириус надеялся, что эти слова она не воспримет как шутку, но почему-то возвращаться к этой теме не хотелось. Зачем он вообще что-то сказал? — Ты...что? — Ты ведь прекрасно поняла. — Д..да...ты шутишь? — если это его очередной дурацкий розыгрыш...теперь она не позволит ему играть на ее чувствах (а они всё-таки были). — Нет, — его взгляд был уверенным, а голос изменился до неузнаваемости — он никогда не звучал так серьезно, — не шучу. Как бы мне не хотелось этого признавать, но не шучу. Теперь нет. Воцарилось неловкое молчание. В каком-то плане Мэри отлегло от сердца. До этого она сомневалась, есть ли чувства у него. Да и не до конца осознавала, что у нее они тоже есть. Когда он выпалил свое неожиданное признание, девушка насторожилась — вдруг это шутка? Для нее это не лучший предмет для насмешек. Но теперь, когда она уверена в серьезности и искренности его слов, ей стало хорошо на душе, ведь намного легче любить, если знаешь, что это взаимно. — А ты? — тихо спросил Блэк, глядя перед собой. Затаив дыхание, он ждал ответа, боясь упустить хоть слово, не расслышать что-то. Вздохнув, Мэри прошептала: — И я нет. — Да? — Да... — Ну что ж...полагаю, так делают пары, — он наклонился к Макгонагалл и коснулся губами ее губ. К своему удивлению, Мэри не ощутила бабочек в животе или взрывающихся звезд. Она лишь почувствовала искреннее счастье и спокойствие — свое и его. Им было хорошо. Оторвавшись от поцелуя, который расставил все точки над "i" , Мэри улыбнулась: — То есть мы теперь пара? — Ты имеешь что-то против? — хмыкнул в своей привычной манере Блэк. — Нет, мне все нравится. *** Они продолжали сидеть под старым клёном, любуясь звёздами. Мэри положила голову Бродяге на плечо. Вдруг она спросила: — Ты до сих пор носишь мою подвеску? — Да, — он бережно коснулся пальцами сине-серых бусин у себя на шее. Раз уж сегодня ночь вопросов, она продолжила: — А почему ты так отреагировал, когда Марлин предложила поехать на другую поляну? — У нас блиц-опрос? — И всё-таки? — Потому что только отсюда можно относительно быстро попасть на алую долину. Хотелось подарить тебе цветы, — он бросил взгляд на лежавший рядом с ними букетик. — А почему именно маки? — тепло сказала Мэри. — Потому что они у меня ассоциируются с тобой. Такие же яркие, особенные. И тут до Макгонагалл дошло: маки! Маки — особенные цветы Сириуса в доме Поттеров. — Я знаю, ты сейчас подумала о букетах... — ...тети Юффи. — Да. Вот ты и разгадала ребус.