Точка невозврата

В воздухе витало напряжение, такое густое, будто до него можно было коснуться руками. Кровь тяжёлым набатом стучала в ушах у девочки, а в горле застрял странный, вязкий ком. она боялась, жутко боялась того, что происходит сейчас. Казалось бы, обычный поцелуй для подростка должен быть в удовольствие...Но не сейчас и не здесь и не с этим человеком, он не был ей, не был Варей... эта мысль словно гром среди ясного дня и от этой внезапной мысли всё внутри будто замерло. На мгновение стих даже оглушительный стук крови в ушах, и в образовавшейся пустоте эта истина прозвучала холодно и окончательно, как приговор, от которого не укрыться. И эта простая, ужасающая истина была тем самым финальным толчком, сбросившим Машу с обрыва самообмана. Поцелуй Корвина... он был не просто неприятен. Он был неправильным. Каждая секунда его ощущалась как ложь, как грубое искажение того, чего на самом деле жаждало сердце Маши. Он был холодным, чужим, и на фоне этого чуждого касания в голове, словно вспышка сверхновой, сгорело всё отрицание, все попытки убедить себя в обратном. Признаться в этом самой себе было страшно. Признаться Варе - немыслимо. И самым простым, самым трусливым выходом оказалось спрятаться. Следующие недели пролетели в каком-то мутном тумане для Маши. Мир сузился до одной задачи - избегать Варю. Физически, эмоционально, как угодно. Она находила миллион причин, чтобы не оставаться с ней наедине: срочное задание от Ядвиги Петровны, недоделанный доклад, необходимость "случайно" оказаться в другом конце Мышкина или погрузиться с головой в книги до поздней ночи, когда Варя уже спала. Каждый раз, когда Варя пыталась заговорить, поймать её взгляд, просто оказаться рядом, Маша ощущала, как внутренности сжимаются в тугой узел. Она либо мгновенно придумывала отговорку и убегала, либо отвечала односложно, не глядя в глаза. Слишком боялась увидеть там что-то - разочарование, обиду, или, что еще хуже, равнодушие, которое она заслуживала за свое поведение. Маша видела, как Варя хмурится. Видела, как в её обычно открытых, решительных глазах появляется растерянность. Это разрывало Машу изнутри, добавляя к страху липкое чувство вины. Ей хотелось всё объяснить, выплеснуть эту лавину осознания, которая обрушилась на нее после поцелуя Корвина, но слова застревали в горле. Что она скажет? "Извини, что я тебя избегаю, просто поцелуй Корвина помог мне понять, что я в тебя влюблена с момента нашей встречи, и мне страшно до смерти"? Нет, это звучало безумно, невозможно. Варя, конечно, не могла не заметить. Её острое зрение и природная прямота не позволяли игнорировать очевидное. Замкнутость Маши и постоянные уловки были слишком явными. Ее терпение, как обычно не бесконечное, иссякло. Однажды, когда Маша в очередной раз попыталась улизнуть под предлогом "срочного поиска редкой травы, которая растет только у старой сосны на окраине леса", Варя остановила её. Это произошло в тихом уголке коридора, куда редко кто заглядывал. Солнечный луч пробивался сквозь пыльное окно, освещая витающие в воздухе частицы и подчеркивая напряжение между ними. "Маш," - голос Вари был спокойным, но в нем слышалась сталь. - "Что происходит?" Маша вздрогнула, как от удара. Хотелось раствориться в воздухе, провалиться сквозь пол. Она уставилась на свои руки, стиснутые в кулаки у бедер. "Ничего," - выдавила она, слишком быстро и слишком тихо. "Ничего?" - Варя подошла ближе, её тень упала на Машины ноги. - "Ты избегаешь меня уже несколько недель. Ты едва разговариваешь, не смотришь мне в глаза. Это 'ничего'?" В её голосе не было обвинения, скорее - недоумение и какая-то тихая горечь. "Это из-за Корвина?" Сердце Маши заколотилось как сумасшедшее. Вот он, момент, которого она боялась больше всего. Дыхание перехватило. Пот выступил на ладонях. "Дело не в Корвине..." - прошептала она, слова выходили с трудом. - "Точнее, в нем, но не так, как ты думаешь." Она подняла взгляд. Глаза Вари были полны ожидания и какой-то хрупкой надежды, которую Маша боялась разбить. Или, что еще страшнее, не оправдать. "Когда... когда он меня поцеловал..." – Маша запнулась, вспоминая то ужасное мгновение, которое стало отправной точкой всего этого. - "Я... я поняла..." Она сделала глубокий вдох, чувствуя, как воздух обжигает легкие. Это было так сложно. Так страшно. Но смотреть в эти глаза, полные вопросов, и дальше лгать - себе и ей - было уже невыносимо - "Я поняла, что больше не могу притворяться," - слова с трудом пробивались сквозь комок в горле. - "Что то, что произошло между нами, было не просто случайностью, и я… я боюсь потерять эту честность. Боюсь, что если я сейчас промолчу, то никогда больше не смогу сказать правду. Потому что правда - это то, что меня держит на плаву, даже когда всё вокруг рушится. И, может быть, именно поэтому я хочу быть с тобой откровенной, хоть это и страшно..." - Маша отвела взгляд, чувствуя, как сердце колотится в груди, - "Потому что скрывать это больше нельзя. Не перед тобой. Не перед самой собой.."