Больничный переполох

Жар от грелок приятно обжигал разгоряченные ягодицы. В палате повисла атмосфера всеобщей обиды и унижения. Позы импровизаторов напоминали печальных морских котиков, выброшенных штормом на берег. - Так ну это уже не в какие ворота не лезет, - процедил Дима сквозь зубы, стараясь при этом не дернуться и не потревожить грелку. - Я полностью с тобой согласен, - поддержал его Сергей, страдальчески сморщившись. - Это уже не шутки, это издевательство какое-то. Арс, обычно фонтанирующий шутками, молча сглатывал обиду. Его молчание пугало больше, чем самые громкие проклятия Димы. Наконец, Антон, словно подстрекатель, вскинул голову и хищно оглядел товарищей. В его глазах горел нездоровый огонек. - Я предлагаю более жёсткую месть. Давай проберёмся ночью в комнату к Насте и поставим ей клизму, а? Не зря же говорят клин клином вышибают, - предложил он с какой-то маниакальной увлеченностью. В палате повисла тишина. Дима и Сергей ошарашенно смотрели на Антона. Арс, до этого безучастный, медленно поднял голову. В его взгляде читалась борьба. - Клизму? Серьезно? - переспросил Дима, чувствуя, как его лицо начинает расплываться в улыбке. - А что? Чем мы хуже? - парировал Антон, распаляясь все больше. - Она нас унизила, мы должны ответить тем же! Это будет справедливо! - Но… это же Настя, - пробормотал Сергей, смущенно почесывая бок. Арс глубоко вздохнул. Он понимал, что происходит. Антон, как всегда, предлагает безумную идею, и его, Арсения, совесть разрывается между чувством справедливости и желанием защитить сестру. - Я согласен, но пожалуйста аккуратнее, это всё-таки моя сестра, - наконец произнес он, опуская взгляд. В палате раздался победный клич Антона. - Отлично! Значит, план такой… Антон начал разрабатывать план мести, рисуя в воздухе замысловатые схемы и жестикулируя руками. Дима и Сергей, все еще испытывающие последствия коварного розыгрыша, с энтузиазмом поддерживали его. Арс же, прикрыв глаза, лишь надеялся, что это безумное предприятие не обернется еще большей катастрофой. Он знал, что с этими тремя шутки плохи, и особенно, когда речь идет о мести.