Диск «лето2007»

— Мне просто понравилась его одежда. Клянусь, Джонни! Оправдывается на всю кафешку загорелый, высокий Джайро, в этот раз не очаровывая людей вокруг своими длинными шикарными волосами, певучим голосом и харизмой, а отстаивая свою честь перед другом. — Кого из нас ты хочешь обмануть? Устало и как обычно с упреком говорит Джонни — мальчик со светлой кожей, веснушками и голубыми волосами, к чьему нежному виду совсем не подходила его манера общения. Вечно всем недовольный Джонни никогда не упускал возможности сообщить об этом. Но его товарищ слишком привык к этому, так что колкий ответ его не тронул, а вот то, что произошло недавно, — очень даже.

***

США Нью-Йорк, 2007 год, 1 июня. Джонни как-то рассказывал, что умел кататься на скейте. И недавно Цеппели заметил совсем новый скейт-шоп. Чуть раньше, чем его бы прославили ребята помладше. У Джайро есть одна зависимость — коллекционировать хобби. Любое занятие и умение, начиная от творчества и заканчивая увлечением циферками так сильно его радует, что нет ни времени, ни желания понять почему. Пока достаточно того, что у Цеппели есть свое, "обобщенное" любимое дело и любимый угрюмый дружище. Вечером в скейт-парке произошло кое-что странное. Джонни, сидящий в инвалидной коляске со своей любимой крысой Дэнни, по памяти объяснял Джайро все правила положения ног и тому подобное. В общем все, чтобы не свалиться вновь. Уже, к сожалению, было. С мимолетными обзывательствами он решает указать на ноги других ребят. — О... Ого, посмотри. Вдруг прерывается Джонни, показывая пальцем почему-то наверх. Тогда, на фоне яблочного неба, в золотистых лучах солнца буквально летал он. Джайро не видел его никогда раньше, но определенно поймет, что это он, если увидит снова: у него были лохматые светлые волосы, вроде оттенком чуть рыжее, чем у Джонни, и кажется они были кучерявыми. У него были те самые зелено-голубые глаза, которые часто меняют свой цвет, студент отчётливо разглядел этот оттенок под почти что натурально-желтым светом солнца. А на таком... Как бы... Выразительном лице был еще пластырь. Пластырь с Гарфилдом, толстым котом из мультика. И образ весь его был похож на мультик, хотя нет... Одежда из мультика, а сам он откуда — Цеппели понять не мог. Зеленый свитер с желтыми полосами (или желтый свитер с зелеными ромбами?), порванная кепка с очаровательным бантиком, широкие то ли фиолетовые, то ли коричневые шорты. Странный винтажный оттенок, в общем-то. Джайро мог бы разбирать весь его облик целыми часами! И ведь не было такого никогда, но время не остановилось по его хотелке. Загадочный профессионал расслабленно покорял высокие горки парка, обращая на себя внимание детей, двух друзей, и даже не думая о том, чтобы упасть. — Я тоже раньше так мог! Смотри как он стоит и думай, что ты делаешь не так. Цеппели и не замечает, когда он приземляется. Взгляд не отрывался от него, где бы он ни был: в розовом облаке или же рядом с кем-то с розовыми волосами. — ... Джайро?

***

Джайро как-то слишком обереченно вздыхает, немного насторожив друга. После того трюка они как можно скорее покинули площадку, ведь Цеппели жутко нуждался в том, чтобы прокричаться и выплеснуть на друга под горячей рукой все эмоции. Всю дорогу до кофейни они не могли поверить в произошедшее. Джайро в того подозрительно-красиво-абстрактного мастера, а Джонни — в тупость Джайро. — Он просто... Он выглядел офигенно! Я не понимаю, почему это меня как-то... Задело что ли. — Это просто по-гейски, — парирует Джостар, всем своим видом показывая то, что он типичный американский подросток. — Ну... Ну и что! Даже если так и было бы, это все та-а-а-ак странно. И ты вообще не поймёшь, понял?! — слишком драматично и на повышенных тонах заканчивает Цеппели, не желая показывать то, что Джонни прав. Это смешно и по-гейски. Куски наисвежайшей пиццы быстро исчезали и, пусть и были самыми вкусными в мире, оставались забытыми в войне с голодом двух студентов. Джайро, после обеденного перерыва в споре с другом, вновь говорит: — Ты же поможешь, если вдруг что? — Мм, — мычит Джостар с мягким теплым тестом во рту. Джайро думает, что есть корочку противно. — Ты серьёзно? Это просто стильный человек на улице. С чем помочь? — Не бывает таких запоминающихся просто людей, это точно судьба, Джонни! И он не просто стильный, он... Он выглядел так как-то... И странно, и гармонично, он абсолютно... Джонни прерывает тираду Джайро про одежду незнакомца: — Забей уже. Он студент на вид, ну или наш ровесник, ярко одевается, довольно хорошо для обычной кучки подростков катается и у него есть подруга с розовыми волосами. Достаточно сузился круг поиска? Джайро задумывается над всем описанием, ища что подправить, но все равно остается недовольным. — Джонни, на улицу глянь! Мы в Нью-Йорке, тут почти все с розовыми волосами и со вкусом в одежде! — Ну... Пластырь? И можно узнать о нем в кругу... Не знаю, скейтеров? — Точно! Гарфилд! — Что? Длинные волнистые волосы и глубоко зеленые глаза будто бы засветились, озаряя все их оранжевое под уличными фонарями и лампами окружение своей светлой догадкой. Всё-таки найти незнакомца возможно.

***

— Это парень или девушка? — задает скучающий ДжоДжо вопрос в столовой. — Вдруг ничего из этого, — всерьез отвечает Джайро, обламывая любую скрытую шутку. Зачем над тихим человеком смеяться? — Типа... гей? — всерьез спрашивает Джонни, без всяких, как оказалось, шуток заставляя Цеппели смеяться. — Нет, пф... Ты серьёзно? — Я не шарю за это всё, Джайро. Джайро вновь заливает столовую своим хохотом, совсем не ожидая такой, по его мнению, необразованности от своего друга. Разве Джостар не родился в Америке? Как можно было пройти мимо всего этого...? Это был их одногруппник — Хот Пэнтс. Хорошие оценки, вечное соблюдение тишины и режущие глаза ярко-розовые волосы. Квир налицо! Джайро всегда хихикал и избегал гендерных и романтически-сексуальных войн, оставаясь тихой-громкой душой компании для любого окружения. Да и сам по себе он в людях особо не нуждался, в новых хороших друзьях и все такое... Просто всех знать и быть у всех в памяти, чтобы если что на дно не упасть, вот и все. ...А ещё у них — Хот Пэнтс — наикрутейшая сумка, кстати. С Гарфилдом.

***

— Это же Пэнтс! Почти выкрикивает истину Джайро, до которой два почти-что-медика не догадались. А ведь они учатся вместе не первый год, но этот скейтер настолько шокировал Цеппели, а тот в свою очередь своего друга. — Погоди, реально? Впервые вижу его на улице, — возможно неуважительно говорит Джонни, но сейчас никому до этого нет дела. — О Боже, ты тупой, Джайро! Его найти теперь раз плюнуть! — звучит настоящая эврика. К Джонни только сейчас подкрадывается мысль, что это серьёзно. И за ней приходит тревожность.