Глава 4 Пришла училка
24 мая 2025 г., 00:17
Звонок, возвестивший о начале урока, прозвенел, и класс, только что наполненный хаосом, быстро успокоился. Все расселись по партам. Учительница, поправляя очки, оглядела класс.
— А где Кольцов? — спросила она, не найдя кого-то на месте.
Талер Принтер, уже успевший освоиться и даже найти новых "друзей", неожиданно ответил:
— А вы нам его ещё не выдавали.
В этот момент дверь класса скрипнула, и в проёме появился Кольцоучик, его "камень" загадочно поблёскивал на шее.
Учительница строго посмотрела на него.
— Кольцов, ты где был? — потребовала она объяснений.
Кольцоучик невозмутимо пожал плечами, его взгляд скользнул по классу, задержавшись на Талере.
— Мама настаивает на окончании «-чик» в моём прозвище. Говорит, это уважительно, — заявил он, и в его голосе прозвучали нотки странной, детской серьёзности.
Учительница лишь тяжело вздохнула.
— Так, ладно, садись за парту, — махнула она рукой, явно не желая вдаваться в подробности. — А где Задротер-Фортнайтер, Адам Противогаз, Танк и Шарко?
Банасевич, сидящая за партой, тут же ответила, её пирсинг в носу блеснул:
— Шарко в больнице, а про других не знаю.
Абрикос, почесав затылок, добавил, видимо, из личных наблюдений:
— А Задротер-Фортнайтер... он, скорее всего, в Fortnite играет. Опять.
Софийко, сидящая в сторонке, тихонько пускала мыльные пузырики, которые медленно плыли по классу, создавая абсурдный и тревожный контраст с происходящим.
Гойда Ржавый, заметив это, недовольно скривился.
— Боже, что за сперма! — прошипел он, вызвав смешок у некоторых одноклассников.
В это же время Капучино наклонилась к Талеру Принтеру, начав с ним разговор. В её карих глазах мелькал неподдельный интерес, и она, казалось, старалась быть как можно ближе к нему.
Михаська Давиделец, которому явно было скучно, демонстративно повалился на Гойду Ржавого, пытаясь изобразить поцелуй.
Гойда брезгливо оттолкнул его.
— Боже, ты что, гей? — выпалил он с отвращением. — А ты отсосать сможешь мне, сладкий?
Михаська хихикнул, придвигаясь ближе.
— Конечно смогу, сладкий! — протянул он, и в его голосе прозвучала пошлая насмешка.
