любовь моя (всегда выходила мне боком)

Чонхо не любит любить людей. Это слишком накладно. Люди никогда не оправдывают вложений в себя. Вернее, с друзьями это ещё как-никак работает – вы весело проводите время, переписываетесь, делитесь увлечениями и просто интересными штуками, а вот с объектами романтического интереса… Ничего и никогда не складывалось. Всегда либо невзаимно, либо так запутанно, что лучше бы и не было ничего. К тому же когда твоя ориентация не предполагает ожидаемого всей семьей будущего – жены и двоих-троих детей, ничего хорошего очередная симпатия в жизнь не приносит. Или, по крайней мере, так ему казалось до перевернувшего все с ног на голову дня. Есть люди, кажущиеся засланными пришельцами из далекой-далекой галактики. И дело даже не в безрассудных теориях заговора, в которые Чонхо никогда не верил, и не в их оторванности от внешнего мира, а в том, что рядом с ними ты будто бы попадаешь в чудесный сон наяву. И с волнением ждешь подвоха – когда он закончится? А сон никак не заканчивается, и – что самое главное – просыпаться не хочется. Если всего вышесказанного не хватило, чтобы объяснить, почему Чонхо влюбился в Кан Ёсана с первого же взгляда, то никаких других слов и не получится применить. Они познакомились абсолютно случайно – в стоматологической поликлинике. На вид крепкий молодой человек, Ёсан до смерти боялся одного только вида крутящегося кресла зубного врача и на нервах пришел раньше назначенного времени. Разговор в коридоре непонятно каким образом перетек в то, что Чонхо уступил ему свою очередь и даже зашел вместе с ним в кабинет для моральной поддержки. Обычно тактильный контакт, тем более с незнакомым человеком, для него был не самым желанным опытом, однако когда Ёсан больно стискивал ему руку, Чонхо тактично отмалчивался и лишь про себя удивлялся сильной хватке своего нового – не спешит ли он с выводами? – друга. После они обменялись номерами телефонов, и в какие-то смешные сроки диалог с Ёсаном оказался в списке его закрепленных переписок, встречи с ним стали неотъемлемой частью жизни, и внезапно Чонхо обнаружил себя мирно сидящим за рабочим столом и пишущим. Не отчеты по работе, не список продуктов, которые стоит купить в супермаркете, нет. Пишущим стихи, посвященные одному-единственному человеку. Возможно даже, что их с натяжкой можно было назвать сносными, парень не разбирался в поэзии и вообще был далек от всякого рода искусства до этого момента, ну разве что в караоке с друзьями иногда любил исполнить душераздирающие баллады, но это смеха ради, не всерьез. Вот так у Чонхо появился секрет ото всех, в особенности от своего теперь уже близкого и фактически лучшего друга Ёсана, не подозревающего, какие совсем не платонические чувства одолевают приятеля от одного только взгляда или прикосновения. Он наивно полагал, что это пройдет. Вдохновение, как известно творческим людям, – тот еще шутник: приходит и уходит когда вздумается, то есть, то неделями или месяцами нет. Да и вообще он не ожидал, что его влюбленность продлится долго, однако спустя полтора года он по-прежнему прятал листочки со стихами по всей квартире и по-прежнему позволял Ёсану сжимать его руку под адские звуки стоматологической бормашины.

***

Ёсан – вовсе не любопытный по своей природе человек, разве что совсем чуть-чуть, и вообще оно само, он правда не виноват, так вышло, и… Но давайте по порядку? Ёсан не любит любить людей. Потому что он демиромантик и начинает что-то чувствовать лишь тогда, когда с человеком сформируется устойчивая эмоциональная связь. Люди не понимают этого и либо говорят, что такого не существует, либо, наоборот, что так у всех. Незнакомцы обижаются, когда Ёсан мягко, но упорно пресекает флирт и ухаживания. Как будто он обязан пытаться угодить всем и каждому! Иногда ему казалось, что за его «привлекательной внешностью» и «прекрасными глазами» люди не видят самого главного – его самого. Какой у него характер, что он любит, чем увлекается. Их интересовало совсем другое, и он не понимал: что нужно сделать, чтобы наконец найти человека, который согласился бы… подождать? Принять идентичность Ёсана безоговорочно и посмотреть, окажутся ли чувства взаимными? Идя к стоматологу полтора года назад и по привычке дрожа от страха, парень даже не подозревал, что этот день изменит всё, потому что в его жизни появится Чхве Чонхо. Чонхо не пытался флиртовать с ним или прикасаться тогда, когда Ёсан того не хотел. Он терпеливо, шаг за шагом подбирался ближе и ближе, предлагая встретиться, рассказывая, как прошел его день и кидая смешные картинки с животными. Просто был рядом и не требовал ничего взамен. И это выделяло его среди многих людей, с которыми Ёсану доводилось столкнуться за свою жизнь. Парень сам не заметил, как влюбился в Чонхо. Он лишь отчетливо помнит момент – Чонхо улыбается ему, они вновь выходят из кабинета стоматолога, их руки почему-то до сих пор сцеплены, и тот говорит: «Видишь? Всё в порядке». Эта мягкая очаровательная улыбка в сочетании с уверенным голосом заставила Ёсана тут же успокоиться и кивнуть в ответ. Всё в порядке. Всего лишь влюбился в своего лучшего друга. Никаких проблем. Абсолютно. Спустя пару недель Чонхо пригласил его к себе на чашечку кофе – чай они оба не то чтобы не любили, но между ним и чашечкой хорошо сваренного американо предпочитали последнее. Ёсану нравилось приходить в гости к другу, разглядывать фотографии семьи и близких (в том числе их совместные фото), развешенные на стенах, сгрудившиеся на подоконниках кактусы, скромную коллекцию фарфоровых собачек. В квартире у Чонхо всегда было чисто и опрятно, хоть убирался он не из любви к этому занятию, а просто потому что не выносил беспорядок. Хозяин жилища ушел на кухню готовить кофе, оставив Ёсана одного в комнате, и надо же было запнуться об собственную ногу и налететь на шкафчик, дверцы которого раскрылись, а на парня вылетел… исписанный листок бумаги? Потирая ушибленную конечность, Ёсан присел на пол и приподнял лист. На нем весьма знакомым почерком было выведено «К. Ё.» и далее шло любовное стихотворение неизвестного автора, весьма неплохое, однако… – Ёсан-а? Он вздрогнул, услышав собственное имя. Перед ним стоял Чонхо с чашками в руках. – П-прости, я не должен был, это случайность, – от неожиданности Ёсан начал заикаться. – Я могу спросить, что это? Парень поставил кофе на столик перед диваном и вернулся, чтобы забрать листок у товарища. На секунду он застыл, словно что-то обдумывая и наконец тихим отчетливым голосом произнес: – Я написал. О тебе, Ёсан. Потому что ты мне нрави– потому что я люблю тебя. Такой ответ тебя устроит? – Я… Кан выпал в прострацию. Чонхо? Идеальный во всем Чонхо, который, оказывается, ещё и стихи умеет писать, любит его? Этого не может быть. – Не требую взаимности, если что, – перебил его Чхве. – Я как-то видел на твоем рюкзаке значок с флагом аромантического спектра, и… я всё понимаю. Ты даже не обязан ничего говорить сейчас, знаешь, просто было бы глупо отрицать очевидное, делать вид, что стихи не мои и тому подобное. Знаешь что? Давай-ка лучше попьем кофе и забудем этот диалог. – Но я не хочу его забывать, – наконец обретает дар речи Ёсан. – И ты мне тоже нравишься, Чонхо. С минуту они молча глядят друг на друга: Чонхо с удивлением, Ёсан с возросшей уверенностью. – Я… нравлюсь тебе? – уточняет парень. – Ну да, просто я демиромантик и влюбляться для меня – чуть более сложный процесс, понимаешь? Чонхо кивает. – И что мы будем делать дальше? – Дальше мы будем пить кофе, – пожимает плечами Ёсан, и они оба смеются с его шутки. – А если серьезно, то я бы хотел ещё немножко подумать, нужны ли мне на данный момент отношения. Ты правда для меня важен, и я не хочу принимать решение в спешке и потом жалеть. Хорошо? – Конечно.

***

Чонхо не любит – простите, не любил – любить людей. Как и его парень Ёсан, с которым они рука об руку прожили уже вот как восемь лет. Однако что означает «любить»? Вдумчиво подходить к совместному выбору. Уметь брать ответственность за свои поступки. Быть рядом в нужный момент. Понимать важность проводимого вместе времени. В любом конфликте стремиться найти компромисс. И даже если любовь к людям, неважно, какого рода, романтическая или нет – кажется чем-то трудным – научиться ей, безусловно, стоит.