Клетчатый мир

Во всём мире есть всего два больших леса. Один из них — в Гдебидафе, а другой — в Кадио. Тот, что считается самым большим. Его называют Голодным лесом — это название появилось благодаря самому Вендиго. По слухам, в этом лесу есть деревня, которая причастна к порождению одного из великих несчастий. По легендам, однажды два мужчины пошли в этот лес. Но в итоге вернулся только один. А рядом с ним шло оно. После этого случая на деревню обрушилось большое несчастье. Облака стали гуще, а дожди пропали на несколько лет. А как все знают — без воды нет и жизни. И вот в некогда процветающем городе, что был частью тогдашнего царства Карт, огромные поля с каждым месяцем, с каждой неделей всё быстрее умирали. Колодцы начали высыхать, и большая часть скота рвалась как можно дальше от города. Они знали, чувствовали беду. Они были как люди, которые боятся перемен настолько, чтобы не смотреть правде в глаза: ещё немного — и их город станет адом на земле. Морох сидел у себя перед камином. Он уже стар. И уже давно стар. Так что жаловаться Морох не мог. Вокруг кресла бегали три его собаки. У каждой была бирка с именем, чтобы Морох случайно не забыл. Как сейчас. Он смотрел на свою собаку возле ног и не мог вспомнить её имя. Хорошо, что была бирка. Пса звали Билин. Морох уже хотел погладить Билина по его начинающей седеть морде, как вдруг дверь в его комнату открылась. Вошла молодая девушка, опустила глаза в пол и начала говорить: — Старейшина… Не знаю, помните ли вы, но я Зелина. Я должна была следить за последним фиолетовым цветком… Она ещё сильнее отвернулась и, переминаясь с ноги на ногу, тихо продолжила: — Его съела коза… Простите! Морох, несмотря на то что Зелина говорила тихо, всё же услышал её и встал с кресла. — Ох, время… Я так понимаю, мне нужно выйти за пределы деревни. — Это моя вина! Я могу взять ответственность и сама сходить. —И Не вернуться? Если хочешь уйти из деревни — так и скажи. Я только за свободу воли.  Зелине стало ещё стыднее. — Нет, нет! Я просто не подумала… Простите. Вам какая то  помочь? — С кем не бывает. Я тоже много что забываю. А помощи… к чему? Завтра утром выйду вместе с Билином. — Благодарю, старейшина! Зелина поклонилась и вышла из дома. И почему вся молодёжь ведёт себя с Морохом так, будто он само божество? В любом случае, завтра — долгий день. В последний раз Морох выходил из деревни лет тридцать назад. Тогда, как и сейчас, какая-то коза съела фиолетовый цветок. А трава та — важная. Из неё все леки делаются. Так что надо утром пойти на запад, через лес, к ближайшей деревне. Морох стоял у выхода из деревни. Провожать его вышло человек шесть — а это почти все жители. Рядом с ним стоял Билин, а на плечах был рюкзак, в котором лежали: нож, старая (сто лет назад нарисованная) карта мира и кусок хлеба, приготовленный Зелиной в качестве извинения. Мороха ждал путь по лесу длиной как минимум два часа. Хороший случай для размышлений. Он был единственным, кто мог выйти из леса и вернуться назад. Это — одно из немногих, что он хорошо помнил. Другое воспоминание касалось Лианины. Он любил вспоминать её, когда выходил в лес. Может, и путь он помнил только потому, что помнил Лианину. Так что, идя по лесу, Морох начал вспоминать их первую встречу. Мороху было 14, когда в его родной стране Гдебидаре началась нехватка еды. Тогда он и его маленькая группка детей из приюта покинули страну. За год с половиной странствий по миру только Морох смог дойти до юго-восточной стороны Кадио. Или, как тогда называли это место, — королевства Карт. В любом случае, вход в столицу Мороху был закрыт. Он ходил по только-только появляющимся деревням и искал место для жизни — хотя бы на время. Тогда он её и увидел. Девочку. Хрупкую и тощую до костей. На вид ей было не больше семи, хотя на деле — одиннадцать. Миниатюрную. С тёмными волосами — точно перья ворона. И с глазами — такого же тёмного цвета. Смотря в них впервые, казалось, что у неё вовсе нет радужки. Тогда у Мороха появился друг. Мороха и Лианину не любили жители. Они были голодным, тёмным пятном в многообещающем городе. Лианина иногда крала. Её можно понять: она могла не есть достаточно долго, чтобы чувство голода заставляло желудок медленно, но верно пожирать себя изнутри. Морох видел, как она сидела на траве, медленно кусая себя то за палец, то за губы. Ей всегда нужно было больше еды, чем Мороху. Будь у неё возможность — ела бы за двух взрослых мужчин. Но сейчас Лианина могла есть только то, что хоть как-то напоминало еду… или то, что удавалось украсть. Хотя чаще всего, после кражи, она оставалась и голодной, и побитой. После этого память Мороха начинает давать сбои. Он помнит, как собрал кучку людей и создал общаг в лесу. Как с каждым годом они переставали голодать. Как он стал старейшиной уже деревни. Но он не помнит Лианину. Морох не был уверен, пошла ли она за ним в лес. Может, ушла на север? Или нет. Скорее всего, Лианина пошла за Морохом. Да, да. В тот день она прошептала ему на ухо, что верит в него. Что он станет мудрецом. Что он не будет ни голодать, ни стареть, как другие. Что жизнь у него будет долгой — и ни разу не ужасной. Лианина пообещала, что рано или поздно он забудет все свои прошлые ужасные годы. Лианина не могла его так просто бросить. Даже тогда она отдавала последний кусочек картошки, несмотря на то, что сама была бледнее трупа. Она шла. Но почему-то Морох не помнит, как она дошла. Может ли быть такое, что Лианина потерялась? А Морох, как она и говорила, просто забыл то прошлое чувство потери?