I don't like him

— Хайтам, ну, пожалуйста… — Нет. — Хайтам, ну… — Нет. — Хай… — Нет. Примерно так выглядели каждая из твоих попыток предложить своему возлюбленному пополнение в вашей маленькой семье. И, когда ты говорила о пополнении, ты имела ввиду не совсем то, что обычно подразумевают молодые семьи, вроде вашей… Впервые эти мысли посетили твою голову, когда Кавех притащил домой одну из этих очаровательных лисиц, которые привязались к нему в пустыне. Удивительно, но этот крохотный комочек меха сразу же привык к Аль-Хайтаму и даже стал тянуться к нему, чем вызвал легкое раздражение, приправленное почти скрытым изумлением, у соседа твоего возлюбленного. — Погляди-ка, быть может, только животным дано найти с тобой общий язык, — тогда язвительно подметил Кавех, самодовольно улыбаясь, пока Аль-Хайтам продолжал читать, не обращая никакого внимания на свернувшегося на его коленях лисенка. — Сомнительное умозаключение, ведь тогда ты бы нашел общий язык со мной. Конечно же, за этим хладнокровным высказыванием последовала привычная для этих двух друзей ссора, но ты не хотела бы вдаваться в подробности, вспоминая об этом. Главное то, что в тот момент тебе на мгновение показалось, что Хайтам на самом деле рад этому ощущению мягкого тепла, нашедшему свое место на его коленях. По правде говоря, это смотрелось так чертовски мило, что ты по сей день жалеешь об отсутствии под рукой камеры, чтобы запечатлеть этот очаровательный момент. Разумеется, твой возлюбленный все отрицает, сохраняя свою безразличную маску даже тогда, когда ты приводила достаточно весомых доводов, что должны были подтвердить твою точку зрения. — Я же видела, ты даже потрогал его ушки! Брось, Хайтам, не так-то уж и стыдно признать, что ты любишь животных. — Я не стану отрицать, что маленькие животные, как ты говоришь, довольно милые, но это не значит, что я хочу, чтобы один из них жил в моем доме. Это непрактично, хлопотно и отнимает массу времени, которое можно потратить на более полезные вещи. — Например? — Например, на прочтение книг, чем ты, к сожалению, зачастую пренебрегаешь. — Но ведь сейчас где-то там в пустыне такой же лисенок, как тот, что сидел на твоих коленях, нуждается в заботе, тепле и крышей над головой! — Вовсе нет, это дикие животные, приспособленные к жизни в пустыне. Напротив, смена окружения, климата и их привычного распорядка дня может привести к стрессу, что возымеет эффект обратный тому, которого ты желаешь добиться. — Стрессу? Это у кого еще может быть стресс от заботы и любви?! — У меня так уж точно. — Что, прости? — Ничего. Я полагаю, что привел достаточно доводов в защиту своей позиции на этот счет, поэтому продолжу читать, если ты закончила. И этим заканчивался каждый разговор о животном в вашем доме. Однако ты не собиралась сдаваться. И вот настал день «Х». Все располагало к осуществлению твоего плана еще с самого утра. Солнечная, знойная погода, в которую Аль-Хайтам предпочитает проводить свой выходной дома, частенько засыпая за чтением в кресле. Справедливости ради, он был бы счастлив проводить так каждый свой свободный день, но его спокойная, размеренная и, по правде говоря, даже отчасти ленивая жизнь закончилась ровно там, где появилась ты. Хайтам часто даже напоминает тебе об этом в довольно раздраженной форме, но ты знаешь, что, хотя он иногда может вести себя надменно, на самом деле самый умный человек Сумеру далеко не такой уж черствый, каким его представляют, но ты даже подумать не могла, что однажды увидишь сторону своего возлюбленного, что была скрыта даже от твоих глаз. Твой план был незамысловат, но оттого и надежный, ведь все, чего ты хотела, — это выбрать спокойный день, когда Аль-Хайтам будет максимально расслаблен и лоялен к появлению нового члена вашей семьи. Нилу уже присмотрела для тебя очаровательного котенка, который прибился к сцене Театра как раз незадолго до того, как ты рассказала ей о своем желании разделить с Аль-Хайтамом тяготы воспитания маленького члена семьи. Твоя подруга, конечно, промолчала, но подумала про себя, что ничем хорошим это не кончится… И вот ты крадешься, тихонечко открывая двери дома своего возлюбленного, надеясь сделать ему сюрприз. Рыженький, точно подрумянившаяся булочка, которую только достали из печи, котенок поразительно тихо сидит на твоих руках, пока ты аккуратно закрываешь за собой двери, стараясь не производить лишнего шума. Ну, разве не прелесть? Этот милашка сразу же понял тебя и не стал создавать лишних проблем, как достойный новый член семьи. — Знаешь, у меня довольно чуткий слух, поэтому я ношу наушники вне дома, — с пят до макушки по телу пробегает дрожь испуга, когда ты слышишь знакомый монотонный, но так любимый тобой, голос, медленно поворачивая голову в сторону его источника, и замечая Аль-Хайтама, стоящего в коридоре и указывающего жестом на отсутствие наушников на его ушах. Его лицо все такое же, как и всегда, не выражающее никаких эмоций, но спустя годы отношений ты уже научилась понимать, когда твой возлюбленный зол. Нет никакой инструкции, нет никаких слов, которыми ты могла бы объяснить другому человеку, почему ты сделала вывод, что Хайтам сердится. Ты просто это чувствуешь. — А-а-а… Хе-хе, Хайтам, я думала ты отдыхаешь за книгой… — Так и было, пока я не услышал шорох у входной двери. Ты виновато притупляешь взгляд в пол, тихо извиняясь, словно в твоих руках не сидит причина, по которой Аль-Хайтам явно не в настроении. — Прости… Не хотела тебе мешать… — Поэтому это в моем доме? — теперь холодный взгляд изумрудных глаз мужчины нацелен на пушистый комочек в твоих руках, любопытно осматривающий новый дом большими зелеными глазами, отдаленно напоминающими глаза Хайтама, с недоверием уставившегося на зверька. — Ты помнишь мой ответ. — Д-да, но… Он ведь уже здесь, не выброшу же я его на улицу! — Аль-Хайтам, кажется, уже перестал тебя слушать. Провожая его отдаляющуюся в кабинет фигуру, ты могла лишь шевелить губами, не произнося ни слова. Он расстроен, он злится на тебя по-настоящему, потому что ты не послушалась. Звучит не очень приятно, но ты знаешь, Хайтам никогда не держит в себе обиду, однако хорошая память вынуждает его помнить о многих вещах, включая те, что вспоминать не стоит. И этот инцидент останется постыдным воспоминанием о тебе, которая стоит в коридоре, дрожащими руками прижимая к себе крохотного котенка и испытывая вину. — Ладно, дружочек, хоть тебе здесь и не все рады, я не выгоню тебя на улицу, можешь не переживать об этом, — аккуратно опуская нового жильца на пол, ты ласково поглаживаешь маленькую пушистую головку, слабо улыбаясь. Эта улыбка на твоих губах вовсе не от радости, не от умиления этим крохотным котенком. Тебе грустно. Из памяти даже стерлось воспоминание о том, что ты делала до того, как оказаться на кровати, свернувшись калачиком. Ты просто чувствовала себя такой разбитой и морально уставшей, что единственным местом, где ты хотела бы оказаться, была именно постель. Потому что подушки, простыни и одеяло — все пахнет Аль-Хайтамом. Конечно, это не первая ваша ссора, но каждый раз, когда ты боишься подойти к нему, даешь своему возлюбленному время для того, чтобы отпустить раздражение, тебе не хватает его рядом больше всего. Кажется, словно вас разделяют месяцы. Ты вдыхаешь его аромат, такой родной и приятный. Это место кажется самым безопасным во всем Тейвате, ведь оно напоминает тебе об объятиях Аль-Хайтама. Странно ощущение. С одной стороны, тоска съедает изнутри, а с другой вина, не позволяющая встать с постели и просто зайти к Аль-Хайтаму, заключив его в объятия. И в этих душевных терзаниях ты совсем не заметила, как провалилась в сон… Тебя разбудил свет уличного фонаря, просачивающийся в окно спальни. Жмурясь и недовольно кряхтя, ты переворачиваешься на кровати, рукой машинально ища своего возлюбленного на соседней подушке, и, только когда вместо его теплого тела под ладонью нащупывается лишь одеяло, в памяти всплывают события сегодняшнего дня. — Черт… Надеюсь, он больше не злится на меня, — ты тихо разговариваешь сама с собой, приподнимаясь на кровати и бросая взгляд на открытую дверь, ведущую в гостиную. Лениво потирая заспанные глаза, ты тихо шоркаешь тапочками по полу, направляясь в кабинет Хайтама. По правде говоря, повод для ссоры был таким незначительным, что ты надеялась увидеть своего возлюбленного на кровати рядом, когда проснешься. Неужели он действительно так разозлился из-за котенка? Ты надеешься, что нет, и он просто тоже задремал. Удивительно, но ты оказалась не так далека от правды. — Хайтам, давай поговорим, я не хочу, чтобы… — ты замолкаешь на полуслове, замирая в дверном проеме. Аль-Хайтам и правда заснул в кресле, подпирая голову кулаком. Он всегда выглядит таким умиротворенным и расслабленным, когда спит, хотя его лицо едва ли когда-либо вообще выражало какие-то эмоции, кроме слабой улыбки и презрения, но сейчас твой возлюбленный так же очарователен, как и котенок, удобно устроившийся на его коленях. «Стоп, ЧТО?!» Ты не можешь поверить своим глазам, когда опускаешь взгляд ниже, замечая большую ладонь мужчины, под которой сладко сопит рыженький пушистый пирожок, которого ты притащила домой и совсем забыла проведать его после пробуждения. Так вот в чем было дело, так тихо было потому, что крохотного зверька убаюкал тот, кто меньше всего хотел видеть его в своем доме. От этого зрелища тяжело оторвать взгляд. Они вдвоем смотрятся так безумно мило, что ты, спешно убегаешь из кабинета только для того, чтобы вернуться с камерой. Щелчок совсем негромкий, но Аль-Хайтам довольно чутко спит, поэтому почти сразу же приоткрывает глаза, замечая твою довольную фигуру в дверях. — Т/И? — Как спалось, соня? Я смотрю, ты больше на меня не в обиде, — ты сдерживаешь смешок, весело произнося эти слова, пока из камеры вылезает свежий снимок, который ты сразу хватаешь и раскачиваешь в воздухе, чтобы фото быстрее проявилось. — Что ты имеешь… — Хайтам пытается сесть прямо, но вдруг чувствует что-то маленькое, теплое и мягкое под своей свободной рукой, которая должна лежать на его бедре, но вместо этого, словно одеялом, заботливо накрывает котенка, которого ты принесла. — Оу. — Оу, — ты повторяешь за своим возлюбленным с легкой издевкой в голосе, прежде чем подойти ближе, тихонечко присаживаясь напротив коленей Аль-Хайтама, чтобы полюбоваться тем, как котенок спит без задних ног. — Мог бы сразу сказать, что он тебе понравился, я бы не стала смеяться, честно! — Он мне не нравится, и в этом в любом случае не было бы ничего смешного, — мужчина монотонно отвечает, аккуратно поднимая обеими руками теплый комочек со своего бедра, передавая зверька тебе. — Если для тебя это так важно, он может остаться, но ухаживать за ним ты будешь сама. — Правда-правда?! — Аль-Хайтам слегка морщится, когда ты поднимаешь на него восторженный взгляд, довольно прижимая котенка к груди. — А ты тогда будешь укладывать его спать! — Нет, не буду. — Ну, конечно, как скажешь, — хитро улыбаясь, ты выпрямляешься, направляясь на кухню, но затем, словно резко что-то вспомнив, останавливаешься и оборачиваешься к Хайтаму. — О, кстати! Как тебе имя Магнус? Или слишком серьезное имя для такого очаровашки? — приподняв в руках все еще сонного котенка, ты мягко прижимаешь кончик своего носа к крохотному теплому носику зверька. Твой возлюбленный тяжело вздыхает, вставая с кресла и подходя к тебе, недоверчиво глядя на тебя и нового члена семьи с высоты своего роста. — Нет, мне нравится, — в ответ на твой удивленный взгляд, мужчина отворачивается, явно пытаясь скрыть смущение. — Ему идет. Сердце так быстро забилось в груди. Каким бы черствым и безразличным ни казался этот невыносимый мужчина, ты готова терпеть любые его выходки только ради этих моментов. Сейчас вы втроем выглядите как настоящая маленькая семья, и это подтверждает тепло, что разливается где-то глубоко в груди. Не в силах сдержать порыв нежности, ты вдруг встаешь на носочки, оставляя короткий поцелуй на щеке Аль-Хайтама. — Спасибо, Хайтам… Мужчина лишь тихо мычит в ответ, прежде чем ты разворачиваешься, предпринимая вторую попытку отправиться на кухню, чтобы обустроить мисочки для Магнуса, но теперь уже тебя тормозит Хайтам. — И выбрось то фото, что сделала, пока я спал. — Ни за что! — не оборачиваясь, ты машешь рукой, затем исчезая за стеной кухни. Он был готов к тому, что ты будешь упрямиться, как и всегда, и, пока ты этого не видишь, даже коротко усмехнулся собственным мыслям. «Да… Иного ответа я и не ожидал».