Boy Next Door

Микки привык подслушивать. Мало ли, о чём люди говорили. Там, где он жил раньше, в таких подслушанных разговорах можно было узнать о не самых хороших намерениях и вовремя в них вмешаться или, наоборот, уберечь себя от того, чтобы оказаться частью какого-нибудь очень плохого плана. А сейчас… сейчас он был в безопасности. Ещё и один. Не в собственном доме, правда, а жаль, но квартира с балконом ему тоже сойдёт. Да и потом, получил он её через одного из адекватных знакомых, так что грех было жаловаться. Из интересного здесь было мало: мужчина средних лет из 398 квартиры очень громко «уделял время себе», ещё и под музыку (и Микки казалось, что после самой кульминации он слышал плач), или девушка из 399, которая разговаривала со своими подругами о каких-то певцах, имена которых Микки казались просто набором слогов… а вот в квартире 400 творился ужас. Неприятные ссоры, постоянные «нам надо учиться разговаривать», сказанные якобы спокойным тоном в ответ на едва разборчивые крики, иногда даже было слышно какие-то удары. Микки не считал нужным в это вмешиваться, всё-таки не его дело, но он всё равно как-то переживал за того, на кого орали. Кричащий ведь наверняка был каким-нибудь психом, не иначе. Микки даже его настоящего голоса не знал. Иногда, конечно, рядом с квартирой были слышны ну чересчур уж сладкие разговоры с примесью флирта, но это все как-то… не вязалось. Если раньше они ссорились только днём или вечером, когда Микки был, к счастью, на работе охранником в торговом центре, то в последние дни ссоры было слышно и ночью. Гребаные картонные стены, с которыми ничего нельзя было сделать. Микки даже был готов убрать все сорняки, которыми покрылся его старый дом, лишь бы побыть в тишине. Побыть в старой комнате. Просто побыть… дома. Теперь спор перешёл в секс. Отлично. Значит, скоро закончат. Микки пытался представить себя в отношениях и, если честно, побаивался, что будет таким же. Может быть, пришёл возраст, когда где-то глубоко в подсознании ему захотелось быть не в одиночестве, но потом, когда Микки смотрел на одинокую кровать, на которой поместиться мог только он, то понимал, что делить с кем-то это место будет тяжело. Плевать. Микки поднялся с постели, недовольно прорычав в подушку и заставил себя разлепить глаза. Зеркала поблизости у него не было, но Микки был уверен, что выглядел он сейчас так, будто бы накурился или наплакался. Вот, что с ним делали бессонные ночи. Да и потом, если он хоть ненадолго прервёт этот ужас, то окажет всем услугу. Микки особо церемониться не любил. Пару раз постучал, причём довольно громко (наверное, даже громче тех, чьё внимание он хотел привлечь), сказал громкое «блять, да заткнитесь вы» и посчитал свою работу сделанной. Звуки ведь прекратились. Может быть, его даже услышали. Ощущение, что тем, кто там жил, не нужно было ходить на работу, общаться с другими людьми, просто иметь хоть какой-то вес в обществе. Но нет, надо поорать. И заняться сексом. Как эти люди вообще выглядят? Может быть, Микки видел их по отдельности, но не знал, кто это. Или вообще видел их парой в том месте, где работал. Хотелось бы посмотреть врагам в лицо и честно сказать, что Микки о них думает. *** — Невозможно общаться с тобой, просто невозможно. У меня столько проблем, и все они из-за тебя. — Да какого чёрта? Я виноват в том, что ты работу прогуливаешь, и поэтому тебя уволили. Супер. — Да я ради тебя это делаю! А ты… Йен всё это уже слышал. «Неблагодарная мразь». Так его называли уже не единожды, и Йен в который раз убедился в том, что впускать человека, с которым он встречался всего три месяца, в свою квартиру было плохой идеей. Особенно такого человека, который ещё в самые первые дни сказал о том, что у него есть определённые проблемы. Йен уж думал, что сможет помочь, будет хорошим партнёром, они ведь так схожи… Но всё оказалось сложнее, когда уже после первой недели отношений, которые начались уже через несколько дней после знакомства, случилась первая ссора. Серьёзная, громкая. Только из-за того, что Йен не достаточно восторженно отреагировал на какую-то новость. У него и сил восторгаться-то не было после суточной смены на скорой. Этими сменами он старался поскорее закрыть квоту и выбить себе отпуск, чтобы побыть с новым партнёром, но сильно об этом пожалел, когда ушёл в этот самый отпуск пару дней назад. Лучше бы работал и спал на станции. Йен уже успел отключиться от разговора, как он часто это делал, чтобы не срываться самому и не пугать себя собственным же криком (и учесть «пожелания» того соседа, который постучался к ним прошлой ночью), но потом он услышал то, что старался игнорировать больше всего. — И вообще, что с тобой стало-то?! Мне стыдно просто рядом с тобой находиться. На карантине Йен правда расслабился, если судить по внешнему виду, но это было оправдано. Он всё-таки жизнью рискует почти каждый день, каждый час, и на какой-нибудь зал времени у него точно не хватит. Сил тоже, да и желания. Йену не хотелось сейчас быть нигде, просто исчезнуть и находиться в тишине. Он о себе-то забывал, временами мог пропустить таблетки, но за этим всё-таки старался следить. Ставить напоминания в телефоне. Всё было слишком тяжело. Единственной отдушиной был бассейн. Особенно сейчас, летом. — Да, конечно, давай. Игнорируй меня, не говори ничего, как всегда. Меня все игнорируют, уж от тебя не ожидал такого. Ты не только палки в колёса мне вставляешь, но и ножи в спину. Наверняка там мужиков цепляешь. Я ведь тебя знаю. Йен старался не смотреть и не издавать ни звука. Он поверить не мог, что постоянно убегал из своей же квартиры, документы на которую оформлены только на него и за которую он платит сам. Не делит арендную плату с партнёром, потому что ему хочется, чтобы ему было комфортно. У них ведь бывают солнечные дни, когда Йен хорошо себя ведёт. А когда он послушный, то его и могут полюбить денек-другой. Потом — снова ссора, которую Йен уже мог предугадать за всего лишь один диалог, который её начнёт. Следом за этим — наказание тишиной. Секс, подарки, любовь… и заново. Йен понимал, в чём оказался, но вот выбраться боялся. Боялся, что останется один, будто бы кроме этого человека никого больше не было. Иногда Йен думал, что подцепить кого-нибудь у бассейна и почувствовать «любовь» на пару часов и правда было хорошей идеей. *** Слушать, конечно, Микки любил, но иногда мог и понаблюдать. С балкона ему иногда открывались невероятные виды на милые и не очень моменты, и со всех них можно было тихо посмеяться, вздохнуть или пробормотать тихое «дебилы». С некоторыми людьми, на удивление, он уже даже здоровался, причём не мысленно. Чаще всего — с такими же наблюдателями из квартир напротив. Все любят драму. Иногда Микки выходил на балкон и просто так. Хотел подумать о чём-нибудь перед тем, как уйти на ночную смену, и посмотреть на красивое небо. Выпить пиво. Покурить. В такие моменты он и «пересекался» с незнакомцем, который шёл к бассейну. Красивый, высокий и очень крепкий. Микки, правда, его лица даже и не видел, только макушку, но ему всё равно нравилось. Он любил представлять и фантазировать. Так ведь интереснее. Сегодня они столкнулись случайно. Микки просто вышел в нужное время. И снова он… красивый. Невероятно красивый. Ещё и в обычной майке, даже без футболки. Микки в шутку присвистнул и на положительную реакцию совсем не надеялся. Всё, что он получил — не особо довольный, но в то же время удивлённый взгляд в свою сторону. — Эй, какого чёрта?! — Йен приложил ребро ладони ко лбу, чтобы солнце не слепило ему глаза, и поднял голову вверх. Видимо, кто-то с его этажа. Так даже интереснее. Микки вдруг торкнуло. Голос-то знакомый, но теперь у голоса из квартиры напротив появилось лицо и тело. Главное — лицо. Так вот, на кого кричат большую часть времени. Вот и он, «великий коммуникатор». Как же тесен четвёртый этаж. — А че? Вид красивый, хули, — он усмехнулся и повертел в руках пачку сигарет, надеясь ловко вытащить одну, как он это хорошо умел, и отправить сразу между губ, но засмотрелся на соседа. Микки резко поменялся в лице, когда почувствовал в руках пустоту, а потом увидел, как пачка, только-только открытая, полетела с балкона вниз. Прямо на газон. — Блять… слыш, кинь обратно! Теперь уже и Йен изменился в лице. Ему понравилось наблюдать за тем, как человек, который до этого выглядел чересчур уверенным, вдруг растерялся, вот и на губах заиграла довольная ухмылка. — Заберу в качестве извинения, — Йен поднял пачку и дёрнул бровью. Говорить ему было больше нечего, да и собой он гордился. Давно не выпадало шанса побыть немного наглым и не получить за это ничего. Йену понравилось, вот только такой свободы он всё равно побаивался. Наверняка его парень об этом узнает… каким-то образом. Йену всегда казалось, что за ним чуть ли не следят. — Найдёшь меня, если захочешь забрать. Йен мог бы назвать номер квартиры, но по голосу мог понять, с кем разговаривал. Они и так знали друг друга заочно, просто никогда не пересекались. Йену, на самом деле, тоже было что сказать. Он частенько просыпался, когда слышал хлопок двери рано утром, и это ещё одна причина, по которой он пожалел, что решил взять отпуск. Микки недовольно прорычал и закатил глаза. Хорошо, что в последнее время, когда его совсем одолевала лень, пока не наступала смена, он стал покупать сигареты блоками. Обидно за пачку, конечно, но Микки бы и сам от такого сожителя скуривал по пачке в день. — Че, так просто отдашь? — Посмотрим, — Йен фыркнул и, уже не теряя ни минуты, направился к бассейну. И что он вообще делал?.. Постарался быть крутым, чтобы подцепить человека, которого даже не знал, чтобы доказать себе, что у него вообще-то есть свобода воли. И снова — вина. Даже небольшой страх. Наверное, новый знакомец тоже разочаруется, когда увидит Йена поближе, ведь, судя по тому, как он щурился, зрение у него было не самым лучшим. Микки проследил за тем, как Йен уходил, и всё не мог перестать думать о том, как он выглядел. Чёрт, да он же идеальный. И, как оказалось, не такой уж и зажатый и запуганный. Так и не подумаешь, в каком ужасе он живёт, а бассейн, наверное, был для него единственным спокойным местом. Микки бы тоже хотел туда сходить, это ведь была достаточно важная часть комплекса, но он и плавать-то не умел, а слушать разговоры Алана и Джилл про веганство уже поднаедало. Теперь появился стимул. Может быть, он недооценил «мистера коммуникатора», а его внешность теперь хорошенько отпечаталась у Микки в голове. *** Йен был у бассейна один и наконец-то мог насладиться летом. У него на лице даже появлялась приятная улыбка, когда он поднимал голову навстречу солнцу и чувствовал тепло каждым кусочком тела. Жаль, что это не могло длиться вечно. В какой-то момент он всё равно будет должен вернуться домой, пройти через наказание молчанием, к которому уже, на самом деле, понемногу привыкал (и даже нашёл для себя хобби в виде писательства) и старался особо не забивать этим голову. Наслаждался всем этим Йен не особо долго. Когда над ним появилась тень, он тут же вылез из своего маленького мирка и поднял взгляд на того, кому эта самая тень и принадлежала. И снова — его парень. Недовольный. Йен молчал. Лучше было держать всё, что он думал, при себе. — И с кем ты разговаривал? Я тебя слышал. Думаешь, если я разрешал тебе выйти, то ты можешь пойти заводить себе друзей, пока я сижу один и хочу, чтобы мне помогли? Я постоянно о помощи прошу, но ты меня не слышишь. Йен сразу смутился. Он пытался вспомнить, когда за сегодня услышал хотя бы одну просьбу о помощи или о поддержке, но не ум ничего не приходило. Видимо, Йен должен был догадаться телепатически. — Во-первых, я могу разговаривать с теми, с кем мне захочется. Во-вторых, если тебе нужна была п- — Да вот опять ты о своём! Я пытаюсь с тобой общаться, а что в ответ получаю?! Убегаешь постоянно, не пытаешься даже. Я всё ради тебя делаю, а взамен что получаю? Поверить не могу… и ещё потом окажется, что я плохой. Конечно, я ведь всегда плохой. — Боже… — Йен потёр переносицу и отвёл взгляд, накидывая на плечи полотенце и укутываясь в его. Почему-то он надеялся, что новый знакомый придёт именно сейчас, чтобы забрать сигареты, но никаких шагов поблизости слышно не было. Только Йен, его парень и мерзкая атмосфера вокруг. Липкая. — Я устал уже. Честно. — От чего устал-то? Вот я уйду, и что с тобой будет? Побежишь опять брату плакаться, конечно. Да кому ты нужен будешь вообще, а? Йен вздохнул и опустил голову. И правда, а кому? Семье, только если, но у каждого из них теперь была своя жизнь, у кого-то — дети, а Лип вообще жил в другом городе, ещё и со вторым ребёнком на подходе. — Понятия не имею. Разговор продолжался, и Йен только и мечтал о том, чтобы сказать гордое «хватит», уйти под чужие крики, выбросить чужие вещи и, если ему разрешит домовладелица, сменить замок. Так, в целях безопасности. — Вот как будешь иметь, так и возвращайся, а я пока займусь полезными делами. И вообще, я выше всего этого. И почему я тебя выбрал… Голос понемногу отдалялся и отдалялся, а потом, когда Йен даже шагов не слышал, то начал тереть полотенцем волосы. Сильно так. Он впивался в полотенце пальцами и прикусывал губу, чтобы отвлечься от того, как сильно ему жгло глаза. Йен устал, просто устал. Наверное, он и правда был плохим, раз так расстраивал своего партнёра, которого… любил? А любил ли? Наверное, от которого был просто зависим, будто бы в мире не осталось людей, которые заставляют Йена забыться обо всём в сексе, но при этом всегда оставались бы добрыми. Самодостаточными. Может быть, со своими проблемами (а у кого их нет?), но готовых с ними справляться. Йен бы обязательно помог. Хотя бы постарался бы. Главное — дать себе обещание, что- — Эй, эээ… — Микки старался говорить издалека, чтобы не спугнуть. Он и так видел, как сосед старался сжаться, так что особо тревожить его не хотел. — Сорян, я щас слышал всю эту херню. Пиздец какой-то. Йен шмыгнул и выпрямился, чтобы не показаться слабым придурком. Он мог быть таким с близкими ему людьми, вроде семьи, но с человеком, с которым он впервые заговорил максимум час назад, такого делать явно не стоило. Самое странное, что Йен только что понял — ему было страшно говорить с новыми людьми. — Всё нормально, дерьмо случается. Он прав. Микки пожал плечами и смерил Йена взглядом. Он разрушителем семей становиться не собирался, но вот эту он бы разрушил. Ему даже мерзко от такой мысли становилось, но хотелось. Может быть, Микки просто давно ни с кем не спал и сейчас, когда видел перед собой настоящий идеал, не мог сдержаться. Более того, прямо у него под носом светили голым торсом с каплями воды. — Не мели херню, это ненормально. Как зовут, кстати? — Микки сел на землю у лежака, на котором уже устроился Йен, и продолжил его рассматривать. — …Йен, — он старался говорить тише, чтобы партнёр, который вполне мог находиться где-то неподалёку, ничего не услышал, и нахмурился. Йен специально посмотрел в сторону бассейна, чтобы не переносить недовольство на человека напротив, но долго хмуриться всё равно не мог. Интересно ведь было. Микки дёрнул бровью и ухмыльнулся уголком губ. — Круто. Я Микки, — он тоже посмотрел в сторону бассейна и фыркнул. Может быть, стоило попробовать. Хотя бы просто побыть в воде. К тому же, летние шорты должны были использоваться по назначению. — Че, будешь дальше тут сидеть? Я бы вот в басике потусил. — Я, эээ… — Йен осмотрелся вокруг и мысленно махнул на всё рукой. Уже давненько у него в голове крутилась мысль о том, что он должен сделать что-то чересчур плохое, чтобы партнёр начал от него отстраняться. К тому же, наблюдая за тем, какими становились ссоры в последнее время… он двигался в правильном направлении. Йен боялся разорвать всё первым, иначе он опять поведётся на чужие слёзы, а в расставании со стороны другого человека всё будет иначе. И после таких уже привычных три дня, в течение которых всё обычно возвращалось в своё русло, Йен его принимать обратно не соберётся. — Да, идём. Порасстраиваться потом можно. Когда Йен поднялся, Микки до сих пор сидел на тёплом цементе, и теперь у него чуть ли не перед глазами оказался едва заметный бугор. Не такой, который появляется при возбуждении, а обычный. Такое Микки точно был видеть не должен, у него даже бровь дёрнулась. Чтобы отвлечься, он быстро поднялся и снял с себя футболку, бросая её на лежак. Туда же — телефон и ключи. — Мужик, знаешь, я ж тебе реально присвистнул. Ну, типа, не чтобы постебаться. Сиги можешь себе оставить. Йен фыркнул и оттолкнулся ногами от бортика, ныряя руками вперёд в воду. Как же ему нравилось плавать… в воде было спокойно. Когда Йен вынырнул, то сразу зарылся пальцами в волосы. — Ты такой щедрый, Микки. Я ни одной не выкурил, но можем разделить. — Погнали, хули. А, кстати, — Микки сполз с бортика в воду и с небольшим трудом постарался удержаться на воде. — Я не умею плавать. Типа, совсем. Йен потёр подбородок и склонил голову, подплывая поближе. — Ну… — он смерил Микки взглядом и прикусил губу. — Не обещаю, что смогу тебя научить за один раз, но мы можем начать, если ты не против. Что думаешь? Микки сразу стал представлять. Он понятия не имел, как вообще учат плавать, но в одном он был уверен — у этого Йена были крепкие руки, и он будет держать Микки в них. Трогать. И ведь через несколько часов уже будет работа, а Микки останется таким же упавшим в эротические фантазии придурком. — …а погнали. Йен ухмыльнулся и очень осторожно положил руку Микки на заднюю часть шеи, ближе к плечам. — Давай, сначала надо научиться удерживать себя на воде. Я держу, не переживай, — он подложил руку Микки под грудь и потом, когда почувствовал на ладони вес, специально погладил мягкую кожу большим пальцем. — Вот так. — Бля, — Микки поудобнее устроился на руках и даже покраснел от такого. И во что он вообще ввязался… — Лан, я думал, что это сложнее. — Мы только начали, успеешь ещё настрадаться. Зато потом научишься лежать на спине и будешь наслаждаться, — Йен медленно начал убирать руку, которой поддерживал грудь, и полез ниже, к животу. — Постарайся полностью вытянуться, так будет легче. — Бля, ты бы ещё ниже руку опустил… — Микки промычал и попытался сделать так, как ему сказали. Поначалу и правда было трудновато, но он был собой доволен. Более чем. — Или ты специально, а? Йен немного промолчал и вздохнул. Всё, что ему оставалось — пожать плечами. Наверное, он слишком погряз в своей идее измены, что и не заметил, как сильно хотел устроить всё побыстрее. Так или иначе, сейчас Микки привлекал его в разы больше, а почему — Йен не знал. Он едва хотел сделать хоть что-то, но, когда услышал журчащий звук от воды, сразу посмотрел перед собой. Микки поудобнее устроился на бортике и сгорбился, медленно болтая ногами. И снова он смотрел на Йена сверху вниз, практически ему в макушку, но теперь мог увидеть и его глаза. Это всё было… странно. С партнёрами на одну ночь Микки особо не церемонился, даже если это было что-то на уровне интрижки с их стороны, и всё проходило по сценарию «пришёл, занялся сексом, ушёл». Иногда в план вмешивался пункт «поспал», но, после того, как ему начали отсасывать во сне, Микки старался избегать сна так сильно, как только мог. Если уж он закончил и не пытался проявлять инициативу дальше, то и трогать его было не нужно. — Ну? — Да, специально, — Йен стиснул губы и поднял голову на Микки, чтобы уж точно посмотреть ему в глаза. Последний, конечно, хмурился, да у него даже пролегла морщинка между бровей, но в таком выражении лица не было никакой злости. По крайней мере, Йен её не увидел, а разбираться он уже научился хорошо. — Прекращу, если не нравится. — У тебя тоже свои секреты есть, значит, — Микки почесал затылок и обернулся через плечо, высматривая, был ли кто-то рядом, а самое главное — был ли рядом парень Йена. Никого. Совсем. — Тебе ж пиздец будет, если он узнает. — О, поверь, я о нём и похуже вещи знаю. Он заставляет меня делиться геолокацией на телефоне, ну и я иногда тоже сам посматриваю… думаю, приходить несколько раз в неделю в один и тот же дом и отключать отслеживание о многом говорит, я ведь прав? — Йен склонил голову и смерил Микки взглядом. — Я зачем-то прощаю его за всё это дерьмо, но очень надеюсь, что он м- — Че, думаешь, что я захочу с тобой перепихнуться, чтобы ты себе задачу упростил? — Микки подтянул к себе колено и дёрнул бровью, отводя взгляд. — Я, эээ… — через несколько секунд у него появилась довольная ухмылка. — Я согласен, но у меня есть условие. — Какое? — Йен и сам не смог сдержать улыбки и провёл ладонью по бедру Микки, поглаживая кожу над резинкой шортов. — Во-первых, я хочу его пиздануть за то, что он мешает мне спать, а во-вторых — за всё то дерьмо, которое он тебе говорит. Типа, я уверен, что если бы его не было, то я бы вообще тебя никогда не слышал. Идёт? — Переоцениваешь меня, — Йен немного надавил на колено Микки, чтобы опустить вторую ногу обратно в воду. — Но я точно был бы тише того соседа, который плачет и дрочит под Адель. — Ну так че, договорились? — Спрашиваешь ещё. *** Внутри лифта не было никого. Совсем. Йен получше укрыл плечи полотенцем, растирая их, а вот Микки на него поглядывал, стараясь получше рассмотреть тело. Красивое ведь. Чёрт знает, будет ли это всё на один раз или перерастёт во что-то особенное, но Микки хотел рассматривать и рассматривать. Ему нравилось то, что он видел. Когда Йен заметил на себе взгляд, причём пристальный, он впервые за долгое время почувствовал себя более уверенным. Он выпрямился и оставил полотенце просто висеть на плечах, уже не закрываясь им. Йен едва заметно дёрнул бровью и фыркнул, кончиком мизинца дотрагиваясь до запястья Микки. Такая разница в росте уже заставляла Йена почувствовать… что-то. То, чего он по-настоящему, без страха чего-то плохого впереди, уже давно не чувствовал. — Эй. — А? — Микки отозвался на касание и прильнул к Йену ближе, посматривая на него краем глаза. — Че, прям здесь хочешь начать? — …а можно? — Йен почесал заднюю часть шеи и посмотрел на небольшое зеркало рядом. Он даже не знал, что чувствовал по этому поводу, если случайно бы увидел себя в зеркале. — Мужик, нам 15 или под 30, а? Давай, я ж знаю, что ты не милая сахарная сучка, по тебе видно, — Микки повернулся и встал прямо перед Йеном. — Серьёзно, можешь делать со мной всё, че тебе захочется. Лан? Йен побегал глазами и стиснул одну руку в кулак. И правда, а давно он стал настолько послушным? Видимо, привык подстраиваться, чтобы его не оставили. Микки всё-таки помог ему понять, что в мире есть и другие люди. — Ладно. Йен грубовато притянул Микки к себе, но толком сделать ничего и не успел. Так, оставил парочку поцелуев на шее. Сразу же, чтоб не медлить. Жаль, что лифт уже открылся. Стоило Йену только начать отпускать Микки, как он почувствовал, что последний потянул руку назад и вслепую начал нажимать на кнопки, которые ему попадутся. — А если кто-то зайдёт? — Безработных ебланов надо знать в лицо, и я щас не про нас, — Микки фыркнул и открыл шею, укладывая руки на запястья Йена, когда почувствовал крепкую хватку. — …кем работаешь, кстати? — Парамедиком, — прошептал Йен и мягко улыбнулся, вдыхая чужой запах, который чувствовался даже сквозь хлорку из бассейна. — Хочешь что-нибудь пошутить по этому поводу? — В голову щас ниче не лез- блять, — Микки вздрогнул, когда Йен начал его кусать. Вот о таком начале грубости он и говорил. У Микки даже сердце забилось немного быстрее. Лифт то открывался, то закрывался на разных этажах, и следить, на какой они приехали сейчас, не особо хотелось. Главным было то, что в конце, когда это стало надоедать, было принято решение прекратить и отправиться обратно к себе. В коридоре толком никого не было слышно, и это даже… удивляло? Казалось, что весь мир сейчас остался только для них двоих. Микки быстро пропустил Йена вперёд и запер за ними дверь. Наверное, оставить белые, пусть и плотные шторы было хорошим решением: почему-то при ярком полуденном солнце заниматься сексом ощущалось не так хорошо, как в приглушённом свете. Вот бы шторы были чёрными… настоящая мечта. Когда Микки снял с себя футболку и увидел, что и Йен кинул уже почти высохшее полотенце рядом, то почувствовал на себе взгляд. Прямо в плечо. Едва он хотел спросить, что случилось, но потом получил ответ сам. — …я не знаю почему, но мне так нравится, как у тебя загорели руки, — Йен прикусил губу и продолжил рассматривать чужое тело. Плотное, в меру сильное, а талия… Йену уже хотелось посильнее за неё подержаться, чтобы наконец-то почувствовать что-то новое. — А, это, — Микки фыркнул и осмотрел себя, кидая футболку на пол. — Ты ещё снизу не видел, мужик. Сразу не кончай только, мне хоть оставь немного. — Даже не собирался, — Йен почти что подлетел к Микки и крепко взял его за такую желанную талию, осторожно валя на кровать. Конечно, грубость, всё такое, но и навредить не хотелось. — Ты идеальный, правда, — он посмотрел Микки прямо в глаза, пока нависал над ним, и сразу прильнул к нему, немного нерешительно, будто бы ожидая одобрения, прижался к пухлым губам. Наконец-то такое приятное тепло поцелуя, которое уже давно перестало быть чем-то особенным, вдруг заиграло новыми красками. Микки мягко улыбнулся прямо перед поцелуем и закрыл глаза, обнимая Йена за шею и давя рукой ему на затылок, чтобы углубить поцелуй. Он наслаждался каждым моментом, особенно после комплиментов, и позволил Йену проникнуть между губ языком. Когда после этого поцелуй стал быстрее и грубее, Микки мысленно пришёл в восторг: он терпеть не мог, когда верхние партнёры были слишком нежными, а один и вовсе остановил Микки, когда он попытался побыстрее перейти к делу. Скучно. Йен тоже тянуть не собирался. Он потянул руку вниз, проникая под резинку шортов, и погладил Микки по животу. Пришлось отстраниться, чтобы посмотреть, что же там было с линией загара. И что Йен вообще в этом нашёл… но ему невероятно нравилось. Наверное, потому что этот загар был на теле, которое нравилось Йену. Которое его влекло. Йен уже который раз убеждался в том, что врал самому себе. Он не любил, просто был зависимым от человека, который этим пользуется. — У тебя такая кожа мягкая, — Йен начал медленно тянуть шорты вниз и вместе с ними захватил и резинку боксёров. Когда кожа под пальцами стала ощущаться ещё нежнее, то он не мог не улыбнуться. — И где ты раньше был… — Да напротив прям, ты просто не слышал, — Микки фыркнул и послушно раздвинул ноги, прикрывая рот рукой. Когда Йен уже раздел его полностью, то Микки немного приподнялся на локтях, чтобы понаблюдать. Ему казалось, что Йен чуть ли не засветился от радости. — Покажи уже, че у тебя там. Хочу запомнить, на что мне подрочить в будущем. — Мм, а если бы мы подрочили друг другу в будущем? Что думаешь? — Йен приподнялся на коленях и снял с себя оставшуюся одежду, показывая пусть и мягкий, но всё равно длинный член. — …ахуеть, — у Микки широко раскрылись глаза, и он поднялся ещё выше, чтобы рассмотреть. Значит, не ошибся ещё в первый раз, и он уже представлял, какую причину ему стоит придумать, чтобы не появиться на работе. — Погодь, не трогай себя, я уже хочу сделать кое-что. — Чт- Микки уже успел выбраться из-под Йена и уже сам посадил его на кровать, поудобнее устраиваясь на коленях между его ног. Рот уже сам наполнялся слюной только от одного вида, и это было невозможно терпеть. Может быть, и правда судьба. Он раздвинул бёдра Йену пошире и крепко взялся за одно, а свободной рукой обхватил член, медленно начиная двигать ей вверх и вниз. — Спорим, что я отсосу тебе так, что ты даже говорить не сможешь? — …а такое было когда-нибудь? — Йен фыркнул и приподнял голову Микки на себя. Такой ракурс заставил что-то внутри Йена вздрогнуть и встрепенуться, и он неосознанно поджал пальцы на ногах. — Пару раз, да, — Микки прильнул головой к руке Йена и стал наслаждаться мягкими поглаживаниями. Когда он опустил взгляд и заметил, что на головке уже начала появляться смазка, то прикусил губу и вскинул брови, снова смотря на Йена. — Ну так че, будем спорить? — А если смогу, — Йен мелко вздрогнул от того, как Микки двигал рукой, раз теперь всё ощущалось ярче. — …если смогу, то что ты мне сделаешь? — Продолжу, пока ты рыдать не начнёшь, — Микки довольно улыбнулся и дёрнул бровью, склоняя голову. Он медленно, но с глазами полными желания, потянулся в сторону члена и обхватил головку губами, отводя языком. Когда Микки почувствовал, как Йен дёрнул ногой даже от такого, то немного удивился. Теперь у него точно сложилось впечатление, будто бы Йен в своих отношениях всегда был тем, кто даёт, но ничего не получает взамен, и это… грустно. Будь Микки его парнем, он бы хоть каждое утро так перед Йеном вставал. Странно, что о том, чтобы быть «парнем Йена», Микки подумал всего через несколько часов их прямого знакомства. Наверное, не будь Микки постоянно раздражённым ссорами, он бы обращал на Йена внимание, когда они пересекались в коридорах. Йену такого и правда не хватало. Его просьбы и желания очень долго игнорировались, а теперь даже и намекать не стоило. Микки умный, Йен любил таких. Было страшно кончить раньше времени, так быстро, потому что иначе он показался бы полным придурком. Ещё и в споре проиграет. Пусть и в шуточном, конечно, но споре же. Йен завёл руку назад и взял Микки за немного растрёпанные волосы на затылке и придвинул ближе к себе, тяжело выдыхая, когда почувствовал такое приятное тепло. Микки двигался медленно и от направляющей его руки ускоряться не стал. Наоборот, постарался двигать головой медленно, чтобы взять больше. Микки нравилось чувствовать, как член Йена твердел у него на языке, и теперь он ощущал небольшой изгиб прямо посередине. Значит, секс точно будет потрясающим. Так хотелось… и всё же Микки ускорился. Он поднял взгляд и немного склонил голову, встречаясь глазами с Йеном взглядами. Так приятно было видеть его таким разгорячённым и уже едва сдерживающим себя. — Ты такой… — Йен сглотнул и потрепал Микки по голове в качестве благодарности. Он попытался собраться с мыслями и уже поймал себя на том, что Микки-то был прав. Последний ведь даже толком ничего не сделал, а Йен уже превратился в полный беспорядок. Проигрывал, но с каким удовольствием. Хотелось продолжить говорить, но лучше оставить все слова на потом — они Йену ещё пригодятся. Микки, пусть и с занятым ртом, усмехнулся и закрыл глаза, делая глубокий вдох. Ему всё было интересно, что же Йен такого хотел сказать, но наверняка ведь забудет, когда всё закончится. А когда оно вообще закончится? Главное, чтобы не так скоро. У Микки на Йена были огромные планы. *** — Погоди, я отдохну… Микки завалился на кровать с немного кружащейся головой. Он заставил Йена терпеть, иначе никак, ещё рано, но всё равно подустал за почти 10 минут. Да и потом, как бы Микки ни наслаждался тем, какой вид ему открывался, делать одно и то же немного надоедало, да и колени начинали болеть. Даже встать было трудновато. Благо, Йен его придержал. Лёг Микки на живот. Специально. Отдохнуть он, конечно, мог, но и Йену не запрещал сделать с ним что-нибудь хорошее. Йену потребовалось немного времени, чтобы это понять, но всё равно захотел помедлить. Ему всё-таки нравилось быть нежным, особенно сейчас. — Отдыхай, — Йен оставил у Микки несколько поцелуев на загривке и осторожно устроился рядом, как мог. Кровать была для них слишком маленькой. — Ты победил, я думаю. Мне тогда правда было сложно говорить. — Да я заметил, — Микки повернул голову на бок, упираясь щекой в матрас, и начал рассматривать Йена. Какой же он на самом деле милый… Микки протянул к нему руку и погладил большим пальцем по щеке и виску с лёгкой улыбкой. — Тот урод тебя не заслужил. — Ну, у меня тоже есть свои проблемы… хотя у кого их нет, — Йен прильнул к руке и прижал её к себе за запястье, спокойно выдыхая. — Я вообще часто думаю о том, что это нужно всё прекращать, но мне страшно. Ну, я привязался… — Настолько привязался, что щас пытаешься у меня в кровати уместиться? — Микки фыркнул и потянулся вперёд, оставляя у Йена на уголке губ поцелуй. — Слушай, мужик, всё нормально. Ты уже сделал шаг, раз ты здесь. Так и продолжай вот этим всем со мной страдать, хрен знает, кайфуй. Я на тебя не буду орать, если ты, ну, блять, не знаю, — Микки немного задумался, стараясь услышать одну из самых нелепых ссор. — Если ты мне плечами пожмёшь. Я тебя щас не переманиваю к себе, если че, но ты, это, подумай, — рука медленно перешла на веснушчатое плечо, и Микки тихо вздохнул. Йен ненадолго замолчал и вздохнул следом. Наверное, это то, что он и хотел услышать. Обычные «уходи от него» от всех остальных давили только сильнее, не давали никакой уверенности, а Микки будто бы знал, что Йен хотел услышать. — Мне кажется, что я себе просто сейчас нафантазировал хорошего человека рядом, чтобы справляться со всем этим дерьмом. Ты точно настоящий? — Пфф, — Микки посмеялся и поднял на Йена взгляд. — Если ты себе вот такого друга выдумываешь, то чёт низкие у тебя по внешности стандарты. Пиздец низкие. Не думаешь? Йен сразу нахмурился и, особо даже не сдерживаясь, толкнул Микки в плечо. — Ты ещё раз такое скажешь, я, эээ… — он сразу опустил взгляд и стиснул губы, стараясь быстро придумать угрозу. Как же он расслабился… Микки сразу широко раскрыл глаза и вскинул брови, особо даже не реагируя на толчок. Точнее, он попытался, но его тело нагло его выдало. Это чёртово дрожание. — …выебешь меня. Вот, что ты сделаешь, и даже, блять, спорить не пытайся. — Да, хорошая идея, — Йен приподнялся на одном локте, а потом — навис над Микки, чтобы поудобнее сесть у него между ног. Он прошёл руками от бёдер до талии, специально сдавливая ягодицы и немного раздвигая их, чтобы посмотреть на сжимающуюся дырочку. — Очень хорошая… Микки прикусил губу, когда почувствовал даже просто руку на своём теле, на талии, и глубоко выдохнул. Он чувствовал, как его щёки становились горячее, а бёдра сами поднимались вверх, навстречу касаниям. Когда Микки услышал лёгкий скрип кровати, то сразу обернулся через плечо, наблюдая, как Йен теперь стоял перед ним: разгорячённый и готовый. — Пиздец, и это ты ещё меня ненастоящим называешь… Йен на такое легко улыбнулся и усмехнулся, беря член в руку и проводя головкой между ягодиц. — Ну, может быть, мы оба себе нафантазировали то, чего хотели бы, — он приподнял свободную руку и обвёл два пальца слюной, чтобы немного смазать вход. — Извини, выбора нет. Больновато будет. — Не страшно, мужик. Было и хуже, — Микки вздрогнул от прохладных пальцев, которые уже через мгновение заменила головка, и стиснул тонкое одеяло в пальцах. Он даже тихо всхлипнул, когда почувствовал движения, и обнял подушку. — Блять… — Давно у тебя никого не было, да? — Йен потянул Микки на себя за бёдра и начал медленно двигаться. Это лучшее, что он мог сделать. — Или мне просто повезло, что ты под меня лёг, м? — он хитро прищурился и опустился ниже, а его губы растянулись в улыбку. Йен навис прямо над Микки, вздыхая от узости прямо у его уха. Как же Йен любил целоваться… он начал оставлять мелкие поцелуи у Микки на плече, спине, задней части шеи, а где-то и вовсе оставлял укусы. Если бы мог, то с радость добрался бы и до шеи, чтобы оставить на ней что-нибудь большее, но заставил себя остановиться. Микки не был «его», по крайней мере, не сейчас, да и они ведь не подростки, чтобы оставлять засосы друг на друге, а потом прятать… но как же хотелось. Микки сдерживался, как мог. Он хотел большего, но понимал, что если начнёт командовать, то и закончится всё быстрее: тогда Йен уйдёт и снова погрузится в свой ад, а Микки так и останется здесь. Его впервые стало волновать одиночество, будто бы он не проводил в нём почти всю жизнь. Родственники то появлялись, то исчезали, а сейчас и вовсе никого не осталось. Только если коллеги и… Йен. Тот самый Йен, который находил в Микки спасение. Это было видно даже просто по его глазам. Микки хорошо знал этот взгляд, видел его у других и сильно завидовал. *** — Легче стало, скажи же, — Микки отвлёкся от блокнота, в котором делал глупые зарисовки. Это всегда помогало ему заснуть. Особенно сейчас, когда у него на плече лежал всё ещё немного тревожный Йен, которого время от времени надо было успокаивать. — Сколько прошло-то уже? — Недели три… он до сих пор звонит, но с других номеров. На работе мешает очень, — Йен внимательно смотрел в блокнот и рассматривал рисунки. Через всю страницу проходила объёмная S, которой когда-то давно были изрисованы все парты в школе. — Он тебя боится, поэтому под окнами не появляется даже. — Правильно делает, — Микки убрал ручку и приобнял Йена одной рукой, глубоко зевая. — Я вырубаюсь уже, мужик. Щас слёзы уже течь начнут. — Не болит уже спина? — Йен проследил за убранным блокнотом и прижался к Микки покрепче. — Ты просто спокойнее спать начал. — Неа… всё заебись. Теперь понимаю, в каком пиздеце живу, и надо будет чёт с кроватью моей делать. Лан, всё, — Микки накинул на себя и на Йена одеяло, оставляя у последнего поцелуй на макушке. — Спи давай. На работу завтра. — Нам обоим, не только мне, — Йен глубоко зевнул и вздохнул, всё-таки закрывая глаза. Как только они «съехались», если перебежки из одной квартиры в другую через коридор можно было считать за сожительство, то дневные смены уже были не такими уж и желанными. Отпуск должен был длиться дольше… — Спасибо. — Ага, не обязательно это каждую ночь говорить, — Микки немного улыбнулся и спокойно выдохнул. — Но я б ещё раз его отпиздил. В берцах. — У тебя есть берцы? — Нет, но ради такого найдутся.