Фантастический фейерверк „Пламя огня и льда"»

Кабинет Люциуса Малфоя в поместье был залит холодным утренним светом. На дубовом столе, среди пергаментов с фамильными печатями, лежала изящная посылка, перевязанная серебристой лентой. «От министерского помощника Тибальда Локвуда» — гласила прикреплённая записка. Люциус приподнял бровь. Локвуд был полезным контактом. Он провёл палочкой по упаковке, проверяя на заклятия, но ничего не обнаружил. Лента развязалась сама, открывая бархатный футляр. Внутри лежала великолепная перьевая ручка — чёрное дерево с инкрустацией из серебра, перо феникса. - «Наконец-то этот выскочка научился выбирать подарки», — подумал Люциус с лёгкой усмешкой. Он взял ручку, ощущая её идеальный вес. В этот момент что-то едва уловимое дрогнуло в воздухе — лёгкий холодок, пробежавший по пальцам. Но Люциус не придал этому значения. Развернув очередной пергамент (прошение о снижении налога на импорт гиппогрифов), он обмакнул перо в чернильницу и начал писать. Первая буква далась легко. Вторая — уже сложнее. К третьей его пальцы вдруг онемели. Люциус нахмурился, попытался сжать кулак — но рука не слушалась. Чернила растеклись по пергаменту кляксой. — Что за... И тогда он увидел. На тыльной стороне его ладони, будто проявляясь сквозь кожу, выступили тонкие чёрные линии. Они складывались в слова, буква за буквой: «Тот, кто бьёт беззащитных, недостоин имени.» Люциус вскочил, опрокинув кресло. — Нарцисса! Принеси антидоты — все! Но даже когда он скреб ладонь ножом, надпись не исчезала. Она лишь темнела, будто впитывая его ярость. Тем временем Фред стоял у окна в пустой гриффиндорской гостиной, сжимая в руке пустой флакон. Первые лучи солнца окрашивали каменные стены в кроваво-красный цвет. Он не видел, как Люциус открыл посылку. Не видел, как проступили слова на его коже. Но в воображении картина складывалась с пугающей четкостью. Ты уверен, что это сработает? - Джордж стоял за его спиной, голос напряженный. Фред медленно кивнул. - Он возьмет ее в руки. Он не удержится. Внизу, на школьных лугах, появились первые студенты, идущие на завтрак. Где-то среди них была Лилит. Фред сжал кулаки. Он не хотел, чтобы она узнала. Но еще больше он не мог позволить этому остаться безнаказанным. В маноре Малфоев Нарцисса бесшумно скользила по коридорам, неся поднос с зельями. Когда она вошла в кабинет, Люциус стоял у камина, сжимая в одной руке бокал вина, в другой - ту самую ручку. - Дорогой... - Молчи. -Его голос был тихим, как лезвие ножа. - Кто мог это сделать? Нарцисса взглянула на его руку, где чернела надпись. Ее пальцы дрогнули, но лицо осталось бесстрастным. - Возможно, это... - Не говори мне про случайность! - Он швырнул бокал в камин, где хрусталь разлетелся на тысячи осколков. - Это вызов. Оскорбление. Он разжал другую руку. Перо ручки сломалось под его пальцами, капля чернил упала на персидский ковер, оставив пятно, похожее на кровь. На следующий день в Хогвартсе Лилит сидела за слизеринским столом, механически перебирая еду. Драко что-то шептал Крэббу, бросая на нее странные взгляды. - Что случилось? - наконец не выдержала она. Драко замер, потом сунул руку в карман и вытащил смятый пергамент. - От отца. Он... что-то случилось. Лилит развернула письмо. Строки прыгали перед глазами: «...опасный, грязный шутник... присматривай за Уизли... необъяснимая магия...» Ее пальцы вдруг вспомнили прикосновение Фреда. И тогда она поняла. Сердце бешено заколотилось. Она встала, едва не опрокинув кубок с соком. - Лилит? Но она уже шла к выходу, не зная, то ли хочет найти Фреда, то ли боится этого больше всего на свете. Лилит шла по пустынному утреннему коридору, её шаги эхом отражались от каменных стен. В голове стучало одно имя: «Фред». Он сделал это. Он рискнул всем. Она свернула за угол и буквально врезалась в кого-то твёрдого. Тёплые руки схватили её за плечи, стабилизируя. - Осторожнее, принцесса, — знакомый голос заставил её вздрогнуть. Фред. Он стоял так близко, что она могла разглядеть золотистые веснушки на его носу, тёмные круги под глазами — он явно не спал. В его взгляде читалась тревога, но не раскаяние. Лилит отстранилась, оглядываясь по сторонам. - Ты сумасшедший, — прошептала она, дрожа от ярости. - Он знает! Фред нахмурился. - О чём ты? - Не притворяйся! - Она схватила его за мантию, дёрнув в нишу за статуей. - Ручка! Надпись! Ты думал, я не пойму? Его глаза расширились, затем сузились. - Я не жалею. - Это не о сожалении! - Лилит сжала кулаки. - Если он докажет, что это ты.. - Пусть попробует. - Фред перехватил её запястье, его пальцы были тёплыми и твёрдыми. - Он не посмеет признаться, что стал жертвой школьника. Это унизительно. Они замерли, дыхание сплеталось в морозном воздухе. Лилит вдруг осознала, как близко его лицо. Как пахнет он корицей и чем-то электрическим. - Ты можешь пострадать, — выдохнула она. Фред медленно поднял руку, едва не касаясь её синяка. А ты уже пострадала. За углом раздались шаги. Они отпрянули друг от друга, но было поздно — Драко замер в конце коридора, его глаза метались между ними. - Лилит, — его голос звучал хрипло. - Отец... он требует тебя в кабинете Снейпа. Сейчас. Фред сделал шаг вперёд, но Лилит остановила его жестом. - Иди, — прошептала она. - Пожалуйста. Когда она пошла за Драко, тот бросил через плечо: - Он знает, Лили. И он не простит. В кабинете Снейпа пахло травами и чем-то кислым. Люциус стоял у окна, его левая рука была скрыта перчаткой. Снейп сидел за столом, лицо невыразительное. - Дочь, — Люциус не обернулся. - Ты знаешь что-нибудь о недавнем инциденте? Лилит подняла подбородок. - Нет. Люциус резко развернулся. Его глаза были холодны, как лезвие. - Врёшь. Снейп едва заметно напрягся. - Люциус, возможно.. - Молчи, Северус. - Люциус вытащил из кармана сломанную ручку. - Это пахнет глупыми шутками этих Уизли. И ты, — он ткнул пером в направлении Лилит, — проводишь с ними время. Лилит почувствовала, как леденящий страх сковывает грудь. Но вдруг, - Я ничего не знаю о ручках, отец. Но если кто-то оставил на тебе надпись... Может, это правда? Гробовая тишина. Даже Снейп замер. Люциус побледнел. Затем рассмеялся — ледяным, страшным смехом и сделал шаг вперёд. - Ты выбрала не ту сторону и я как отец должен показать тебе правильный выбор.. Дверь распахнулась. На пороге стоял Дамблдор, его голубые глаза сверкали. - Кажется, я прервал, — мягко сказал он. - Люциус, у нас назначена встреча по одному важному поводу.. Лилит уже не слушала, она вышла, дрожа. Она знала — это не конец. Но когда она свернула за угол, её ждал смятый пергамент: «Ты была великолепна. Жду у драконьего куста. Полночь. — У.» И прикреплённый к нему... лепесток лунной лилии.