Массаж/Massage for Orion Curly

— Ох... — С тихим выдохом мужчина медленно садится обратно на матрас, чувствуя, как его спина и бёдра протестуют, не желая начинать новый день. Это ожидаемо — он прекрасно знает, что бывает, если перестараться с ходьбой и тренировками. Его уйму раз предупреждали, и примерно столько же раз выписывали направления на дополнительные массажи. Но куда ему массажи, если даже каркас для кровати сложно купить? Но и слушать эти предупреждения... толку? Сидеть и пялиться сутками в телевизор? И в любом случае — ему надо есть, чтобы принимать таблетки после еды. А значит, нужно встать и приготовить эту еду. Но это не страшно — когда ему мешала крепатура? Медленно, как сломанная кукла, Кёрли вытягивает своё тело вверх, неловко и коряво шаркая до кухни, чтобы найти себе еды. На самом деле, Эля сильно упрощает ему жизнь своими... регулярными кулинарными настроениями. Супы всякие, то, что можно пожевать, даже если медленно. Пюрешки... Хотя когда она только успевает? Ему не понять. Но день идёт совершенно ужасно. Сначала ему так плохо и невыносимо наклоняться, что хочется расплакаться, а потом — вообще бросить все планы на сегодня, остаться в постели и ничего не делать, надеясь, что это состояние уляжется. Но даже когда Гранд снова ложится, даже просто поменять позу — невыносимо. Издевательство какое-то. Настроение немного приподнимает звонок, который ему обеспечен каждый божий день — ровно в пять вечера. — Да, Эля? Как ты? — Ничего сложного — взять телефон, ответить на звонок, включить громкую связь, да и лечь назад. Телефончик поближе — и можно отдыхать. Сейчас ему расскажут, как прошёл день, может, сегодня или завтра в гости зайдут... Он даже проверяет, покосившись на дату в телефоне. Ну да, уже скоро выходной, а значит — будет всё хорошо. Ему хочется, чтобы эта боль прошла, и он мог пойти гулять. — Чудесно! Сегодня освободилась пораньше, и вот что хочу сказать: вы любите массажи? — — Массажи? Ну... наверное, да. А к чему это ты? — Как-то... необычно даже. Нет, ну по большому счёту, Кёрли уже понял, что Эля — человек разнообразный. У неё уйма идей, мыслей и планов, так что этот вопрос... в целом был делом времени. Но не раздобыла же она ему купон на такие дела? Это уже... как-то не культурно. А на массаж он ходил ужасно давно. Последний раз — вообще тайский. — Я вот думаю, может, сделаем вам массаж? Я курсы проходила, у подруги стол могу одолжить... — Да ну, зачем... — Мужчина моментально тушуется, качает головой. Да и куда тот стол тащить? — Ну как же — для атмосферы, комфорта. Но сама идея вам... по душе? — Мне и на кровати хорошо. Идея — хорошая, но жалко тебя дёргать. Ты же устаёшь... — Наоборот, будет интересно и весело! Тем более, вы снова звучите помятым, а это значит, что опять переусердствовали. Эля укоряет его, легко поддразнивая, но не обижая. Приходится вздохнуть. Наблюдательная она. — Что ты, вовсе нет. Просто устал немного. Значит... я тебя жду? Или?.. Кёрли знает, что отказываться бесполезно. Иначе хуже будет — а это ему не нужно. Но вот ехать к Эле домой... Боже, так далеко. — Ждёте. Я уже нашла всё нужное. Только скажите: у вас есть аллергия на лаванду и миндаль? Кёрли неоднозначно хмыкнул, чувствуя себя почему-то смущённым. Вопросы такие... странные, что ли? — Неа, нету. — И он слышит, как девушка шуршит, выбирая нужное где-то в магазине. Снова она тратится...

***

— Ну вот, я так и знала, что вы перестарались. — Когда он открывает двери, это буквально первое, что констатирует девушка, держа пакет с магазина в одной руке и какую-то сумку в другой. Сам он стоит в позе вопросительного знака и смотрит на неё из-под лба. — Ну... может, самую малость. — Приходится признать это, потому что в попытке выгнуться ему достаточно больно, чтобы прикрыть глаз и опуститься в прежнее низкое положение. Когда они проходят внутрь, Гранд вынужден сесть за стол, когда его отстраняют от любой помощи и участия в приготовлении места. Поэтому он просто наблюдает, как девушка ходит туда-сюда, расставляет то и это и даже приносит с собой что-то наподобие электрических свечек. Чувствуя себя неловко от того, что ему делают такие исключения и заморочки, мужчина ерзает на месте. — Уверена, что ничего не надо помочь? Я мог бы сделать чай или... — — Уверена. Я уже покушала и попила на работе, поэтому соглашусь на это попозже. — Его заверяют, проводя ладонью по неприкрытой голове, прежде чем пойти дальше и найти полотенца, которые она ставит... греется? Батареи ещё работают, поэтому это будет недолго. — А теперь... идите сюда. — Его легонько берут под локоток, подводя к преобразившемуся спальному месту. Моргнув, мужчина издаёт смешок. — Это точно мне сегодня массаж будут делать? Красиво. — Действительно красиво. Эля организовала приглушённый свет, какие-то приятные запахи от аромапалочек, накрыла постель большим полотенцем, сделав её чуть жестче, чтобы он не проваливался в матрас в процессе. Шторы задернуты, а на полу уже расставлено всё необходимое, даже масло уже смешано с чем-то вкусно пахнущим. В общем-то, она хорошо подготовилась. И нарядилась тоже. Ей очень идёт эта футболка и просторные штаны. — Точно-точно. Вы принимали душ? — — Да, примерно... час назад? — Кёрли кивает, мысленно выдохнув. Хорошо, что додумался почитать, что нужно делать заранее. — Славно, тогда раздевайтесь и прошу прилечь вот сюда. — Она улыбается и тактично отворачивается, что вызывает ещё один фыркающий смешок. Чего она там не видела? Но это... приятно. Стягивая с себя приличный слой одежды, Кёрли уже готовится прилечь, прежде чем ему напоминают, пока пьют воду на кухне. — Трусы тоже. — — Чего? — Оглянувшись, глаз немного округляется, но на него по-прежнему не смотрят, ожидая, когда он закончит. Приходится снять и трусы тоже, после чего улечься на живот. Кёрли пытается закрыть открытые полушария лежащим рядом полотенцем. Выходит слабо: оно едва-едва прикрывает его, и в целом всё это выглядит как-то неловко, если смотреть с его стороны. Но, по большому счёту, это куда менее унизительно, чем всё, что с ним случалось до этого. Решив положить голову на сторону здорового глаза, мужчина глубоко вдыхает и выдыхает, когда слышит шаги.

***

Однако едва ли он думал, что ощущение стыда и неловкости будет сопровождать его всё это время. Но оказалось, что это вовсе не так. Эля не шутила, когда говорила, что умеет делать массаж, и уже очень скоро Гранд не мог сдержать довольные вздохи. — О, да... вот здесь идеально... — — Не больно? — В её голосе слышалась мягкая улыбка. — Нет, нет... можешь даже немного сильнее, под лопаткой... ох, это в самый раз... — Её руки были удивительно чуткими, будто она знала, где растереть, где погладить, а где надавить. Это было настолько приятно, что Кёрли расслаблялся под её умелыми пальцами, едва не издавая удовлетворённых вздохов. Сковывающая боль в спине уже давно прошла, поэтому он уже во всю подставляет ей бок или бедро, позволяя помять и там тоже. Нежный запах масел и лаванды расслабляет его мозг, заставляя жадно вдыхать его каждый раз, когда это получается. Ему безумно приятно, настолько что даже отсутствие полотенца на ягодицах уже не так и критично. Потому что то, как Эля мастерски разминает ему поясницу, просто не с чем сравнивать. Уже не так и стыдно лежать голой задницой к верху, пока ему мнут, словно тесто. Даже с тем, что это покрытие не заменит ему кожи, оно что-то да чувствует, поэтому происходящее становится вдвойне лучше, когда эти ловкие и сильные пальцы находят у него особенную точку на плечах и шее. И он может поклясться, что это достаточно приятно, чтобы вызвать у него приятную истому в паху, вынуждая интуитивно качнуть бедрами вперёд. Тереться там давно уже нечему, но мозг, который сосредоточен на удовольствии, растекающемся по телу приятной волной, был полностью сосредоточен именно на том, что делать получалось. И на самом деле было бы славно, если Эля этого не заметила. Он уже давно извивается на своём матрасе, получая каждый раз новую порцию ощущений, которых не было давно. Поэтому, возможно, возможно, она и не заметит, как он изнывает от уже другого чувства и других нужд. Может, так влияет это масло или палочки, потому что в любой другой ситуации Ориону бы стало моментально стыдно за своё похабное поведение. Но в данный момент ему было просто хорошо. — Кажется… Вам нравится, Мистер Кёрли? — К его слуховому аппарату наклоняется так близко, что он может чувствовать спиной её грудь и ладони, которые на время замерли. Едва обрабатывая вопрос, Кёрли мычит, хрипло вздыхая. — Очень... ты волшебница... — Ему на ухо хихикают, снова проводя по шее, а после — по плечам, нежно сминая их, что мгновенно вызывает новую волну тепла внутри, которое ползет вверх медленно, как мёд. — Такая уж и волшебница... — Эля улыбается, на мгновение прикасаясь к его плечу губами, заставляя всё тело вытянуться натянутой спиралью. Всё в нём подбирается, восхищённое и разомлевшее, ведомое этим тёплым дыханием, которое рождает в его рёбрах крюк, который нужно только дернуть. — А можно мне кое-что взамен? Самую малость. — Разве он может ей отказать? — К-конечно... чего ты хочешь? — — Вот это. — Её губы слегка приоткрываются, прикасаясь к его плечу, прежде чем мужчина почувствует лёгкое посасывание, которое отзывается чем-то покалывающим и мокрым. Внутри него тепло, которое бродило волнами, скручивается в маленький шар, от чего он непроизвольно хватает воздух ртом. — Что ты... — Ему не отвечают, задерживая это действие на пару секунд, после чего с характерным звуком выпускают его, чтобы затем неожиданно прикусить чувствительное место. Его тело моментально вздрагивает, пытаясь рефлекторно скользнуть куда-то вверх, от боли, которая не является достаточно сильной, чтобы его напугать, но её хватает, чтобы лопнуть шарик под его рёбрами, заставляя его содержимое разлиться по всему размятому телу, вплоть до мозга, от чего на мгновение Орион может увидеть перед собой звезды. Тело мурашит и немного дрожит, делает несколько поступательных движений бедрами, прежде чем облегчённо обмякнуть под телом девушки, которая незаметно успела его оседлать. Утыкаясь лицом в подушку, он тяжело дышит, слегка елозя ногами в попытке сбросить возникшую дрожь от удовольствия. Он чувствует, как пульсирует появившийся синяк на плече, и как его с нежностью гладят по боку, а после и по бедру, создавая ощутимый контраст с укусом. К нему мягко прижимают, скользят рукой под живот, поглаживая его торс и грудь, чтобы после снова опуститься ниже и погладить на мгновение втянувшийся живот, стоит ей не до конца дойти до паха. — Уже не так болит спина, правда? — Вместо ответа с горла выходит что-то невнятное, и он млеет, проваливаясь в какое-то невероятное забвение, которое напоминает состояние, когда лежишь на спине, будучи в воде. Эля проводит языком по укусу, заставляя его всего дрожать от удовольствия. Да, ему..явно лучше.