Не его дом

Бледно-коричневый ящер лениво поднялся с влажной от ночного ливня земли, его взор застилали типичные пейзажи витиеватых вековых деревьев с источниками света на их вершине. Жизнью, казалось, тут и не пахло, однако великие кустарники таили за собой много как хищной, так и мирной фауны. Такое место было рисковое для охоты, особенно для такого неумелого хищника как этот. Ещё цикл назад молодой сорванец и застоявшийся в своём убежище паникёр, но теперь вынужденный на самостоятельный поиск еды, пробуждённый от долгой спячки неопытный взрослый. И вот, лавируя меж деревьев, отдаляясь от прошлого дома, звено цепи медленно залезло в кусты. К несчастью, там притаился идентичный его виду сородич, что, конечно, от такой наглости зашипел, и без всякой мысли предупредительно укусил юного. С лёгким раздражением от укуса и позором от изгнания с места охоты, тот направился дальше, по пути схватив удачно попавшегося ему в пасть блеклого и коричневого малыша, чем-то напоминающего помесь лапшемухи и сколопендры с неполным геном альбиноса. Такой перекус хоть и был приятен, но голода утолял мало. Очередной куст, на этот раз всё чисто. Чёрные как смоль глаза смотрели в сторону открытой поляны, выжидая одарённого, что выбежит прямо ему в пасть. Ждал он две, три, пять минут. Никого. Тем не менее терпения, будучи на подобной роли, лучше запастись на долгое время. Спустя ещё несколько минут, шорох травы. Ящер глянул – джекпот. Пепельно-угольный слизнекот, в недоумении оборачивался, аккуратно идя в какое-то направление, даже ткань на нём и металлические части в области ушей не смущали бледно-коричневого. Тот лишь приготовился, величественно зашипел, и проехался по полу мордой, как он думал, сцапав слизнекота. Но по открытую глаз, перед ним была жертва, но что-то не получалось её укусить. Несмотря на низкий уровень развития, бледный чуть ли не сразу понял в чём вся соль, и побежал за слизнекотом. Тот не на шутку удивился, какие-то темно-серые существа, старались преградить дорогу, наделать всяких голографических ловушек или реалистичных стен. Но голодный охотник, на первой своей охоте, проявлял все свои необычные качества, отмечая удивление на промелькнувшей слизнекошачьей морде. Через пару труб, добыча скрылась за лабиринтами каналов и исчезла из виду. Ощущая на себе груз второго позора за день, бледно-коричневое тело поползло дальше по трубам, совсем не замечая, как потеряло счёт собственных следов. С искривлённым путём неудачник вылез из трубы на поверхность. Тут его окружили две серые стены, а не привычный яркий бежевый пейзаж. На одной из стен было нарисовано граффити, какое-то неведомое для ящера существо, не вызывающее в маленьком мозгу большого хищника никаких ассоциаций. Светло-красное тело, тёмно-красная ткань, с алой тканью поверх, всё запятнанное пятнами цвета засохшей крови, рта нет, а лицо замазано серой краской и везде нарисованы какие-то символы, в итоге, первой кармы. Резко пелена жути стала застилать всё это место перед животным. Оно сразу покинуло комнату, встретившись вновь с собственной глупостью. Путь обратно – неизвестен, из-за чего все попытки выбраться приводили к циклу движений по кругу, либо в тупики. Говоря о цикле... когда земля затряслась под лапами хищника, тот понял, что пока его циклы ходьбы нескончаемо продолжались, кончающийся цикл давал о себе знать. Благо, на тот момент хищник был вновь у той стены. Путь лежал через неизвестную трубу, в неизвестное здание. Животному пришлось пройти издевательскую кишку из ужасной планировки коммуникаций, дабы достичь конца. Дождь уже неумолимо топил нижние секции протяжённой комнаты, напоминая ящеру, что время не бесконечно и заливает его водой в буквальном смысле. В конце лишь стояла странная труба, которая и была использована. Тряска земли прекратилась, отчего бледно-коричневый мог расслабить свои коготки и уменьшить собственное сцепление с землёй. Его дальнейший путь преграждало что-то очень странное... Очень. Жёлтый пустой круг горел над решёткой около этой странной вещи. Вследствие безысходности и невозможности спастись, только лишь убежать, да и то на тот свет, ящер принимает решение встать на решётку. Резко, механизмы загудели, издавая громкий гул, к которому ящер вроде и привык, но напряжение заставило того отпрыгнуть, спасая свой длинный хвост с зазубринами от вылетевших из пола металлических штырей. В трепете и забвенье бледный просидел весь цикл открытия/закрытия, и моментально влетел в убежище рядком. Хищник после спячки направился обратно к вратам, и только захотев на них встать, неизвестный текст появился на них, символ сменился чёрточкой. Удивительно, но это вызвало животный ужас, и ящер сбежал поскорее оттуда.

***

— "М? "Несанкционированный выход из карантинной зоны биологического объекта, автоматическая блокировка врат"? Крайне... интересно." — таинственный голос эхом отдался от металлических стен с ноткой чего-то неопределённого.

***

Это место точно не было его домом. Вместо прекрасных живых и пёстрых пейзажей, перед ним предстала иная картина. Редкие мясные земли, из которых произрастают растения и их конечности, что обманом пытаются косить под съедобную, богатую питательными веществами траву. Имело приглушённые цвета всё: растительность, земля, постройки... Атмосфера безжизненности и погибели. По какой-то причине в некоторых частях этой эпопеи притаились каскады засушливых земель. Каким образом они тут существуют, если дожди и тут присутствуют – загадка. Каждый шаг ящера отдавался неприятным хлюпаньем, а взору представали массивные кошмары. Обвисшая кожа на лапшемухах с абсурдно длинными шипами, что кое-как летают своими маленькими крылышками. Или его сородичи, но иного вида, в цвет оранжевого и красного, идущие будто под копирку пламени. Голова делилась надвое, буквально были видны полушария мозга, и всё работало как один организм, стоило напомнить, что лапы чуда были слизнекошачьи, а хвост это просто какой-то мясной кусок с костяными шипами. Вдоволь понаблюдав "интересных" обитателей, с глазами по пять жемчужин, ящер продолжил идти вдоль, казалось, безопасной местности. Вопрос еды стоял остро. Хоть и движение в относительной безопасности ему продлевало жизнь, но никакой еды он тут не встретил. Максимум фрукты, которые странно подёргивались. После нескольких минут ходьбы вдоль каменных стен, ящер заметил милую ийку, такую... Неестественную для этого региона. Голод затмил голос сомнения, и уже раскрыв пасть, ящер увидел, как йика моментально поворачивается иной стороной, и мутационные живые образования с глазами все в мозолях и морщинах моментально протягиваются в его сторону. Бей или беги. Беги. Именно побег стал ответом на адреналин. С небывалой скоростью представитель вида рванул что есть мочи прочь. Спустя пару метров он стал чувствовать, что на нём нет хвоста, что он оторвался. После заворачивания за угол ящер оглянулся, заметив на себе два щупальца. Хищник отсоединил их от тела пастью до кучи съев. Глупое решение во многих из случаев. Но питательными оказались эти штуки. Жизнь тут жила своей стезёй, и ему удавалось избегать нежелательного внимания. Всё изменилось после нескольких подземных комнат и подводных лазов. Хищник обнаружил неладное. Безжизненный туман рассеялся, сменившись на тёмно-красные цвета всего вокруг. Всё источало не только безжизненность, но и негостеприимность. Любой здравомыслящий ящер уже бы сбежал, но молодой и неопытный не понимал всю серьёзность, слепо веря, что после всего этого наступит ему рай. Но единственное, что наступило, так это он в лужу некой слюны. Снизу бледно-коричневый увидел ужасную смесь голов ящеров и стервятников, слюна которых медленно затягивалась обратно, будто сеть, пожирая обычных жуков, на их головах кучковались наросты, забитые этой слюной как гноем. Фрукты здесь неестественно растут спиралью, плоды их искаженные и изобилуют зелёным соком, капающим на мясистую структуру основания, раскидывая многочисленную "пыльцу" ближайших цветочков, будто инвазивный организм. Закончилось это наблюдение неожиданной находкой. Ящер обнаружил, упавшего будто с неба, слизнекота. Лишь уже потом заметив трубу в метрах шестью над собой. Желание выпендриться перед самим собою взяло верх над ситуацией. Уже приготовившись к неожиданному удару, ящер зашипел, и моментально увидел странную голограмму, на которую не обратил внимания, а после почувствовал, как всего на три жалкие секунды его задние лапы перестали слушаться. Реакция была неоднозначной, его передние не внесли никакого продвижения, и только порвали под собой землю и мелкие корни. За эти три секунды очередного провала, ящер лишь успел заметить, как его добыча скрывается за очередной стеной, покрытой пульсирующими останками щитков сколопендры. По мясу он ходил не так много, в основном была земля, а регион казался пустующем. Оказалось, что он не добрался до самой мякоти. Ему наконец-то предстало нечто, сколопендра с ногами кроликоленя и кучей ненужного мяса. Ящеру виделось это всё нежизнеспособным. Главное это скоро умрёт, и он поживиться плотью. Эти образования точно не болезненные, не выглядят они так, но явно смертельны. Поэтому неумолимым голодом "признания" ящер стал скрытно преследовать то существо, "жажда" давила на мозг и требовала атаковать сейчас. Но на горизонте замаячил тот самый слизнекот, в его лапах было копьё, и он вдумчиво глядел на голограмму и резко расширил глаза увидев ЭТО и прижал уши. На удивление ящера, ножки этой твари помогли ей рывком подобраться к слизнекоту, а "двумя головами" от сколопендры закоротить одного из наблюдателей. Посмотрев на это существо, слизнекот сузил глаза. Почему он не бежал? Почему ящер не бежал? Голод, но не естественный. Лишь терпением он мог бы выявить победителя, и уничтожить его, забрав корону. Слизнекот всадил копьё между пластин монстра, отколупал одну из них и покатился вниз. Копьё тут же испепелило электричеством. По морде слизнекота было понятно – тот такого не ожидал. После череды уклонений и рывков с размашистыми ударами огромной громадины. Пепельно-угольного наконец ударили этаким "коленом" в его "живот", заставляя отлететь в стену, придав своим костям сзади более сплющенный вид, а коже текстуру ссадин и порезов. Ящер просто наблюдал, чтобы напасть на последнего запыхавшегося в самый лучший момент. Слизнекот подобрал ближайший камень и прокатился под животом, что раскрылся как ротовое отверстие и чуть не поглотил в себя слизнекота. Странное, но знакомое шипение, закрывающийся рот слизнекота и последующая победная ухмылка на морде. Хищник не мог предположить, что через секунду его уши защемит звон, и знатный кусок мяса пролетит мимо его персоны. Весь в кровищи и некой слизи, пепельно-угольный зверёк смахнул это всё с себя. Ящер обнаружил один из "живых" кусков и пастью окончил его жизнь. Маленькая, но победа.

***

— Существо подвергшийся критической генной модификацией. Структура ткани: Аномальная. Прочнее обычной. Обнаружены гибриды тканей в несовместимых местах Структура организма: кардинально изменена. Три желудка, использующийся для переваривания объема пищи. Сниженное потребление питательных веществ, за счёт гибридных органов и редуцированных ЖВО. Два сердца. Одно внутри части "сколопендры", второе внутри части "аномалии". Обнаружены усилители тока для сжигания любых штырей, вошедших в тело "сколопендры". Степень опасности: Зматч. Избегать, при прямой конфронтации желательно иметь что-то прочнее копья. Дыхание = 0% ЧСС = 0 уд/мин Состояние тела = критическое, не подлежит восстановлению СОСТОЯНИЕ: МЕРТВО

***

Ящер закончил пировать маленькой победой над этим странным существом. Его больше ничего не волновало. Убежище нашлось быстро, ящер прилёг на мясную кучу чего-то и уснул. Наверное, он забыл где находится?

***

— "Внимание! Обнаружен не подвернувшийся обработке организм H205JF#23NoM в транспортной системе-убежище NS_S08. Осуществить попытку перемещения?" — нежный голосок раздался эхом, и затих в конце, оставив лишь томное гудение — "Осуществить попытку перемещения." — сказал мистический голос, на лицо легла неоднозначная ухмылка

***

Хищника разбудил странный звук. Будто кто-то щёлкал об стекло. Бледно-коричневый обнаружил себя в колбе залитой зелёной жидкостью, к счастью, дающей дышать. Тут же ящер начал скрести стекло, стараясь лапищами оставить царапинки и сломать его. Бледный резко почувствовал притяжение вниз. Соскользнув со стекла когтями, того засосало в трубу и понесло через множество коммуникаций, выкидывая в некий тёмный, мрачный и страшный прозрачный куб.  Животное забилось в углу и там же дёргалось с широкими глазами, издавая шипение и иногда случайно билось головой о материал. Стена открылась около ящика. Ящер не мог поверить своим глазам. Рельса сверху принесла куб с ним в довольно большую камеру. В центре кукла, одетая в алую мантию с белоснежным лабораторным халатом. Сам облик обернулся в его сторону, подъехав поближе на какой-то клешне. — "Образец H205JF#23NoM доставлен, наблюдаются малые изменения генной структуры, типичные для ваших регионов" — произнёс высокий роботический голос систем — "Крайне... Крайне польщён визитом" — итератор глазами улыбался, и раскрыл какую-то голограмму, — "Такой организм мне как раз и нужен был" Ящер с непонимающим страхом оглядывал куклу, он совсем не знал почему ему удаётся распознать речь этого существа. Знал он только лишь одно... Это всё не к добру. Стеклянный куб был сегментированный, отчего установить какие-либо устройства в него ювелирной точностью было нетрудно. — "Не бойся, образец, ты не погибнешь" — утешал ящера тонкий голос суперкомпьютера Ящер зашипел и стал биться о стекло своей твёрдой мордой вновь, но благодаря необычному прозрачному материалу, все эти попытки лишь заставили ящера испытывать боль. — "Тише, подопытный, нет причин для беспокойства" — произнёс с успокаивающим тоном итератор Из граней стеклянного Куба выдвинулись манипуляторы-фиксаторы, что железным хватом подняли ящера и распластали его, заставляя раскрыться как звезду, животом к лицу робота. "Хищник" тут же забился, стал кусаться и пытаться выбраться, но природная сила не имела мощи такой, что была у искусственной машины Древних. Тонкий металлический лязг, и структура с необычным шприцом из тонкого "наполовину-жидкого" стекла выдвинулась. На игле сыгрался блеск, что ящер не мог видеть из-за особенностей бокового зрения, отчего и подбор места для укола ему тоже увидеть не довелось. То, что ему довелось увидеть, так это как из другой стены выдвигаются парочку особых ламп, и как одна из них мгновенно ослепляет его, последовательно ему в хвост вводится препарат. Конечности онемели, а дёрганья не имели и процента силы чтобы вырваться. Животное в ужасе. Взор падал только на видимую тьму. Беспомощный ящер лишь чувствовал, как острые иглы безболезненно входят ему под кожу и впрыскивают своё содержимое. А еле слышащие уши могли лишь распознавать холодный и механический, но обрывчатый... — "ОБЪЕКТ: H205JF#23MiP СОСТОЯНИЕ: СТАБИЛЬНОЕ…" — "ОБЪЕКТ: H205JF#23MiP СОСТОЯНИЕ: СТАБИЛЬНОЕ…" — "ОБЪЕКТ: H205JF#23MiP СОСТОЯНИЕ: СТАБИЛЬНОЕ…"

***

Спустя какое-то время ящер ощутил, как рухнул на пол, а глаза сами открылись, видя новую цветовую палитру. Больше колбочек и меньше палочек, в его глазах играли новые цвета и отсутствие старых, из-за чего со своей перспективы бледно-коричневый видел свой цвет как светло-розовый. Конечности стали слушаться, но... тело ощущалось не своим. Восемь лап, две из которых были не от его тела, а от кроликоленя, хвост сколопендры и лишняя кожа на брюхе, что производила много слизи, что оставалась и смердела под ящером... Это было ужасно. Ничего прежнего не осталось, глаза ящера с боков переместились ближе к центру, а сами зрачки в чёрных глазах приобрели едко-зелёный цвет и вид похожий на крест десятой кармы. Сама голова приобрела шесть рогов мусорщика, а передвижение осуществлялось за счёт мускульных лап ящера и помогающих ползанию ног кролика-оленя. — "Однако... Получился выдающийся индивид. Подводное дыхание, кислотосодержащая слизь... и неимоверная сила укуса с острыми зубами... Гм... Записать." — говорил с интересом итератор разглядывая получившееся под разными углами Даже голос ящера изменился, привычное шипение было больше похоже на глубокое урчание с нотками высокочастотных звуков писка... Бледно-коричневый был в первозданном ужасе. Его тело больше не было его, а разум лишь мог ужаснуться, видя весь этот ужас, хоть и не весь. Новые конечности не слушались и всячески «ломались», совершая непреднамеренные действия. Отторжение разумом своего тела происходило в геометрической прогрессии, отвращение, мерзость, страх, паника... Все эти чувства наполнили разум бедного ящера. Огромная труба стукнулась об дно куба, а после этого люк открылся и засосал мутанта в трубу. Ящер просто сдался. Как мёртвый груз он ехал по трубам, обмазывая их слизью, после чего вывалился в кипу таких же изменённых. Глубокое рокотание, и отсутствие положительных мыслей... Только голод. Только голод и воспоминания прошлого. Голод обострился, заметив неудачного мутанта – фонарную мышь и сколопендру, что бежали в разные направления, но разорваться или скоординироваться не могли. Ноги оленя сами заставили поползти, оставляя вызывающую рвоту слизь. Неудачная разработка лишь бежала в разные стороны, а ящеру только оставалось укусить и начать поглощать пищу. Из его глотки вырвались руки вызывая боль. Боль… Боль, что он забыл, но теперь... Теперь и всё тело болело, всё тело омерзительно болело. Мерзкие чавканья, звуки разрыва плоти, и угнетающие руки, проходящие по нёбу. И так желанное мясо. Ящер почувствовал боль в животе и увидел свободно двигающейся брюхо, мгновенно перевернувшись на спину. Прямо сейчас его желудок сокращался до размеров трубочки и обратно надувался, раздавливая пищу и обволакивая её особым секретом выступающим заместо желудочного сока. Пища поступила дальше, а ящер лишь перевернулся обратно на лапы, и кое-как смог своё тело с эластичными и "свободными" костями протолкнуть во вход в убежище. Боль, отвратительное чувство утолённого голода, страх и ненависть к себе и своему телу. Ящер понимал, что только что сожрал такого же мутанта, который имел столько же отвращения к своему телу, как и он сам. Этот мутант страдал на порядок больше из-за двух разумов внутри... Хоть хищник и понимал свой рацион, и никогда не задумывался о жертвах, ведь такова природа, но всё равно. Это же уже не жертва, это уже не обычное существо о котором не надо беспокоиться. Это что-то больше родное, вызывающее эмпатию. Бледно-коричневый, что никогда не испытывал это чувство не к сородичам, теперь понял, что это существо страдало подобно ему. У него больше сходств с ним, чем с собственным видом, или иной другой добычей, что служила ему пищей. Ему ещё не пришло осознание что переживать подобное ему придётся каждый день. Если бы ящер мог говорить, или имел хотя бы капельку разумности и самосознания, он бы себя спросил. — "Что со мной стало???" — с паникой — "Как же больно, как же ужасно, это не моё тело..." — с отвращением — "Что я наделал..." — с неутешительным осознанием — "Прости... Прости меня... Тебе тоже больно, я не окончил твою боль... Я лишь усилил её в моменте...  Прости... Прости меня" — с сожалением и слезами Но природа жестока. Ему ничего не сказать, ему сложно думать, а любые думы подобные этим, лишь вызывали боль в голове и разрыв шаблонов в мозгу, из-за чего думать было больно. Боль. Боль и неполное осознание. Неполное осознание, что так хотело сказать о тысячи таких же, о том мутанте что был взорван, но не могло... О том что никто из них не найдёт свой покой даже после смерти... О том, как даже после смерти, их чёрная полоса станет чернее, радости не будет, а боль не стихнет. О том, что никто из них не рад этому. О том, что это куча мёртвых душ, что блуждают в живых телах...  Неспособные найти покой даже в иных мирах.

***

— "Образец H205JF#23M записан в базу данных региона второго кольца. Ген H205T56I8 успешно занесён в хранилище CW_STORAGE7" — сказал системный голос с рябью через сломанный динамик — "THAW" — сказал итератор с радостью, — "Надеюсь Отсчитывающий Расчёты пришлёт ко мне своих террористов. Гены сами себя не соберут. Субстрат почти готов... Идеальный суперсолдат-правопреемник... Секретный гриф операции "Жестокость". Инициировать протокол "Десятый", у Догматов Синего Хранилища намечается важный звонок" — "Принято, господин Синее Хранилище" — сказал роботизированный голос, перед тем как быть исправленным — "Конспирация в кругах приближённых ни к чему, подсистема. Характеризующий Гнев" — ожидаемо поправил итератор свою подсистему — "Принято, господин Характеризующий Гнев" — сказал затухающий голос, прежде чем итератор вернётся за работу

CHARACTERIZING WRATH || DOGMAS OF BLUE REPOSITORY