Cheating Death

Дворники методично раз за разом смахивали крупные капли дождя с лобового стекла. Из-за продолжительного и безжалостного ливня, омывающего улицы, было тяжело разглядеть и пару метров дороги впереди. Джун-хо барабанил пальцами по рулю, пытаясь рассмотреть нужный поворот. Справа в темноте еле заметно сверкнуло слово: «Pink» — Джун-хо сразу же свернул в переулок. Розовое свечение вдалеке стало единственным ориентиром в полутьме. Остановившись напротив мотеля, Джун-хо окинул его взглядом до самого верхнего этажа. Свет в вестибюле, где должен находиться ресепшн не горел, значит Сон Ги-хун не рассчитывал на приход посетителей, но почему тогда включена вывеска? Может он пока просто не успел спуститься? Волны тревоги разлились по венам, как бы говоря, что здесь что-то не так. Джун-хо жевал губы, нога начала подпрыгивать от нервов, по шее стекал пот, оставляя неприятное ощущение покалывания на коже. В мотеле до сих пор ничего не менялось, а дождь только усиливался с каждой минутой проведенной в бездействии. Он покачал головой — нет времени ждать, ему нужно встретиться с Сон Ги-хуном сейчас же. Джун-хо выпрыгнул из машины и как можно быстрее ринулся к зданию, чтобы не промокнуть. Стеклянные двери отворились, пропуская его в грязный холл. Ресепшен действительно был пуст, по левую руку был лифт — табло над железными дверьми показывало четвёртый этаж. Он медленно двинулся в сторону лестницы и прислушался. Дождь снаружи методично стучал по асфальту, Джун-хо шагнул на ступень, грудная клетка сжалась, но он продолжил идти наверх. Было ли это шестое чувство или сомнения в правильности собственных действий, а может просто небольшой приступ клаустрофобии в тесном пространстве. Цифра четыре украшала главные двери пролёта. Они открылись с протяжным скрипом, открывая взору длинный коридор. Мёртвую тишину нарушало только жужжание настенных светильников, что из-за своих примитивных размеров едва освещали коридор. Тревога только усилилась, на горле словно затянули верёвку. Джун-хо толкнул первую дверь и нажал на выключатель. В комнате никого не было, только кровать и шкаф. Он вышел и ринулся к другому номеру — заперто. Следующая дверь открылась без труда, свет уже горел, на крючках висели пустые вешалки, а кровать накрыта стандартным постельным бельем. Джун-хо вздохнул. Может ему стоило позвать Сон Гиху-на, а не бессовестно врываться в номера? Он устало провёл рукой по лицу. Каков молодец: вторгся в чужое личное пространство и даже не может оправдать это своим ордером, который у него забрали после перевода на дорожную службу. Джун-хо прижался спиной к стене, они были грязные, будто измазанные в каком-то жиру, и походу абсолютно картонные. Он постучал костяшками пальцев по поверхности, как бы ища подтверждение этим домыслам. Тишину прервал сдавленный всхлип. Джун-хо замер; он слишком долго витал в своих мыслях, что теперь кажется всякое. В мотеле стояла тишина, никаких шуршаний, даже пыль на паркете застыла, из звуков только собственное дыхание и больше ничего. Но даже если ему показалось, он обязан убедиться, что в соседней комнате никого нет, а затем можно будет проверить остальные. Джун-хо выбежал в коридор и дёрнул ручку — заперто. Он поднял кулак и уверенно постучал три раза. — Сон Ги-хун, Вы там? Кто-то громко замычал, явно пытаясь закричать с затычкой во рту. Джун-хо сразу же спохватился и забегал глазами по коридору, в поисках чего-то, что может сломать замок. Взгляд упал на ярко-красный огнетушитель, схватив его, Джун-хо ударил по ручке, затем ещё раз и та наконец с треском упала. Толкнув дверь ногой и достав пистолет, он уверенно двинулся вглубь комнаты. На кровати лежал черноволосый мужчина со связанными руками и ногами, повязкой на глазах и кляпом в виде собачьей кости во рту. Он мычал, надрывая горло и трясся всем телом от страха. Джун-хо сорвал повязку с головы, а за ней и кляп. — П-прошу не убивайте меня! Это я-я в-виноват! Я-я во всём в-виноват...! — На него уставились намокшие, распахнутые в ужасе глаза. — Где Сон Ги-хун? — Комната 410! 410! Джун-хо выбежал из комнаты и быстрым шагом двинулся по коридору, номера дверей проносились перед глазами, пока не наткнулись на 410-ый. Не теряя времени он вбежал внутрь, выставляя пистолет перед собой. — Полиция, руки за голову! — Пришлось крикнуть, ведь воющая классическая музыка и без того невыносимо била по ушам. Сон Ги-хун резко развернулся в своём кресле, его лицо вытянулось от удивления. Он оглядел Джун-хо с ног до головы и медленно поднял руки в знак капитуляции. За его спиной показался мужчина в строгом костюме, крепко прижимающий револьвер к своему виску. — Бросьте оружие. Незнакомец расплылся в улыбке; он задел курок пальцами, а затем дёрнулся всем телом, издав наигранный звук испуга, будто чуть случайно не выпустил себе пулю в голову. Джун-хо напрягся и сделал шаг вперёд, мужчина тут же переместил пистолет под подбородок и нажал на курок. Раздался щелчок, выстрелила не последовало. Внезапно Сон Ги-хун развернулся — и с размаху вмазал по запястью незнакомца, отправляя оружие в угол комнаты. Джун-хо возвёл оружие ещё выше, как Сон Ги-хун обернулся, остановив его ладонью. — Не стреляйте! Незнакомец вскочил со своего места и врезал Сон Ги-хуну в нос, швыряя его в кресло. Джун-хо засунул пистолет в кобуру и метнулся к ним, замахиваясь. Мужчина уклонился и схватил Джун-хо за руку, с хрустом выворачивая её. Затем сильный удар между рёбрами выбив весь воздух их лёгких. Следущий пришёлся в почку, Джун-хо закряхтел и грохнулся на пол. Сон Ги-хун кинулся на незнакомца с кулаком, но на полпути нога задела столик. Удар пришёлся в плечо и получился мазанный. Противник оттолкнул Сон Ги-хуна и отшатнулся ближе к выходу. — Итак, Вы всё равно сжульничали, позвав сюда полицейского. Мужчина уклонялся снова и снова, но Сон Ги-хун без остановки продолжал настойчиво размахивать кулаком, промахиваясь из раза в раз. Джун-хо с трудом поднялся на дрожащие ноги, наблюдая, за этой нелепой сценой. — Вы остались таким же мусором, каким и были до игр. Джун-хо врезался в него всем телом, втолкнув в душевую часть комнаты. Незнакомец хлестанул его по скуле, а затем схватил за волосы прямо у корней. Со всей силы он впечатал лицо Джун-хо в стену сбоку от них. Вдруг Сон Ги-хун навалился на шею незнакомца. Он захрипел, хватаясь пальцами за чужое предплечье, инстинктивно начав отходить назад. Внезапно Сон Ги-хун отпустил его и толкнул за свою спину. Икры мужчины ударились о борт ванны, лишая его равновесия, череп хрустнул, врезавшись в плитку, благодаря чему тело рухнуло в ванную. Сон Ги-хун врезал ему по лицу, рассекая щеку. Мужчина поднял руку, чтобы ударить в бок, но Джун-хо крепко схватил чужое запястье, прижал к крану и сковал его наручниками. Незнакомец дёрнул рукой несколько раз, не успев понять, что произошло. Джун-хо тяжело дышал, постепенно делая шаги назад — холодный ствол пистолета уткнулся ему в висок, заставляя замереть. Сбоку слышалось громкое хриплое сопение. — Кто Вы? — Мы встречались три года назад у вашего дома и... Тотчас глаза Джун-хо пересеклись со взглядом напротив. Мужчина выглядел очень серьезным, выражение лица стало нагло проницательным, его глуповато-вежливая улыбочка исчезла, он только не мигая смотрел в ответ, будто изучает, лезет руками по локоть в голову... Он явно что-то знает. Мог ли этот «некто» слышать о Джун-хо или он был одним из тех кто видел, как Ин-хо сбрасывает его со скалы? Джун-хо сглотнул, он не может проболтать ни слова про остров в присутствии этого мужчины. Джун-хо разорвал зрительный контакт, переключая своё внимание на Сон Ги-хуна. И здесь он понял, что тот совсем не был похож на человека с кем он виделся три года назад. Мелодия, раздающаяся позади наконец достигла кульминации и стихла, а тело застыло в напряжении вместе с ней. — Детектив... Я вспомнил Вас. Давление исчезло и Джун-хо с облегчением выдохнул через нос. Он повернулся, чтобы внимательнее рассмотреть Сон Ги-хуна, точнее то насколько он изменился за всё это время. И действительно перед ним будто стоял другой человек: лицо его стало вытянутым и очень худым, кожа была настолько тонкой, что просвечивала вены и ещё больше чернила и без того огромные мешки под глазами. После драки руки его тряслись, а из носа текла струя крови. Если бы однажды они встретились на улице, Джун-хо незамедлительно отвёз его в участок и заставил бы пройти тест на употребление наркотиков. Ему даже стало немного неловко от этих мыслей, поэтому он прокашлялся. — Этот человек угрожал Вашей жизни? Стоит ли мне арестовать его? — Постойте... Мне нужно лично поговорить с ним. А затем делайте, что захотите. — Это связано с играми? — Сон Ги-хун мгновенно повернул голову, словно все ещё не был уверен в том что услышал. Тело его так напряглось и сгорбилось, что в моменте оно казалось ещё меньше и истощённее, чем было до этого, — Давайте поговорим отдельно. Сон Ги-хун кивнул и направился к выходу, Джун-хо двинулся следом за ним, в последний раз бросая взгляд на загадочного незнакомца, который почему-то начал по лисьи ухмыляться, молча провожая его до самой двери. Джун-хо закатил глаза: не хватало ему ещё проблем от этого придурка. Но оказавшись в коридоре с плеч словно упала вся тяжесть тревоги, а дышать стало легче. По сравнению с ядовитым красным освещением номера, свет здесь был приглушённым и мягкими, поэтому вся гнетущая атмосфера преобразилась в нечто спокойное. Сон Ги-хун стоял справа от него и даже вполоборота можно было понять, что он пристально наблюдает. — На самом деле мы встречались дважды. На острове, когда в общежитии началась драка... — Он снова почувствовал как ледяной металл царапает кожу головы, но не подал признаков страха, оставаясь невозмутимым. — Вы были одним из членов персонала. — Я внедрился в виде рабочего, чтобы найти своего брата. — И я должен в это поверить?! — Сон Ги-хун нервно дёрнул рукой, пистолет жгуче ударил по скуле. Джун-хо лишь сильнее сжал челюсть, не дрогнув. — В тот день рабочий в маске спросил у Вас о Хван Ин-хо. Это был я. Хван Ин-хо мой старший брат, — Джун-хо осмелился медленно повернуть голову, натыкаясь лбом на дуло, и взглянуть Сон Ги-хуну прямо в глаза. Тот сомкнул губы в плотную линию, по-видимому ещё не до конца веря, — Я также спрашивал у Вас о нём, когда мы встретились у Вашего дома. Его глаза беспокойно бегали по чертам Джун-хо, пытаясь разглядеть ложь. Сон Ги-хун начал крупно дрожать, пальцы потянулись к спусковому крючку. Он продолжал пристально смотреть, будто что-то не давало ему покоя. Джун-хо начал обильно потеть, но сам он оставался безразличным как камень. Рука Сон Ги-хуна постепенно и настороженно опустилась. Отлично, теперь их доверие друг к другу укреплено. Джун-хо быстро перевёл тему разговора, пока Сон Ги-хун не усомнился в его невиновности. — Кто тот человек? — Вербовщик. Он набирает участников для игры, — Джун-хо нахмурился и покачал головой. — Вы что... Хотите сыграть ещё раз? — Нет, я хочу остановить эти игры. — Каким образом? Сон Ги-хун хотел было что-то сказать, но тут же закусил губу, нервно начав оглядываться по сторонам, хотя они были здесь совсем одни. Лицо его почему-то в моменте опечалилось, плечи поникли и он тяжело вздохнул. — Мне искренне жаль Вашего брата, но лучше бросайте это дело, — Он толкнул дверь, но не успел переступить порог, как Джун-хо крепко вцепился в его запястье. — А Вы можете забыть? Тех, кто погиб на этом острове? Я видел там больше чем Вы, намного. Не знаю, что Вы задумали, но я хочу помочь. Иначе я бы не пришёл сюда. Я тоже хочу остановить эти игры. Сон Ги-хун крепче впился ногтями в деревяшку, задумчиво смотря в глубь комнаты, под пальцами забился чужой пульс. Внезапно дверь захлопнулась и Сон Ги-хун одобрительно кивнул. — Ладно. Нам нужен хороший план. Узнаем координаты острова и наймём людей... — Он нахмурился, начав кусать губы. — Но сначала я бы хотел найти этого мерзавца. Человек, которого О Иль-нам назначил главным после своей смерти. Вы его видели? Джун-хо заколебался, подбирая слова. Если он скажет о главенствующей роли Ин-хо в этих играх, тогда Сон Ги-хун точно пристрелит его. К тому же его брат — причина, по которой они сейчас разговаривают именно в коридоре. Походу только осторожность в выражениях помогает Джун-хо сегодня. — Он носит чёрную маску. Его называют Фронтменом. Как вы собираетесь искать его вне острова? Нижнее веко Сон Ги-хуна суетливо дрогнуло. Вдруг он по-совиному посмотрел вдаль, будто что-то вспомнив — и рванул в номер, оставив Джун-хо в одиночестве. Опешив, он зашёл в комнату, вдалеке послышался надменный смешок: — Наконец вспомнили господин Сон? Джун-хо прошёл дальше через стеклянную арку, быстро осматриваясь: всё осталось на своих местах как и было. Единственное изменение – Вербовщик поменял позу, вальяжно развалившись в ванной как в своей кровати, так ещё и ужасно самодовольно улыбался. — Держите его под прицелом, — Захрипел Сон Ги-хун. Джун-хо незамедлительно возвёл пистолет, Вербовщик насмешливо завёл руку за голову. Джун-хо не желал пересекаться с ним взглядом, поэтому переключил всё своё внимание на Сон Ги-хуна и на то, как он истерично хлопал по чужим карманам, постоянно прыгая от одного к другому, ища невесть что. Наверняка это очень важная вещь, поскольку Сон Ги-хун выглядел как зависимый сумасшедший, каких за свою жизнь Джун-хо повидал немало. Сон Ги-хуна застыл, дотронувшись до левой части пиджака, пальцы зарылись в карман. Вербовщик резко схватился за его предплечье и повернулся, оказавшись с ним нос к носу. — Знаете Господин Сон. Это нечестно, вот так забирать приз. Ведь Вы по праву не победили. Я отдам его только если Вы согласны на ничью с особыми условиями. Вербовщик хотел было сказать что-то ещё, но Джун-хо прервал его: — Я сейчас прострелю твои грёбаные колени если не закроешь рот. Вербовщик без замедления отпустил Сон Ги-хуна, который тут же жадно вытащил маленький чёрный конвертик обвитый ярко-розовой лентой. Вербовщик расслабленно откинулся на плитку, смотря сквозь них и бормоча себе под нос. — Ничего, у меня есть и другие карты в рукаве. Прошло всего несколько минут, а этот человек уже изрядно раздражает Джун-хо. Он опустил оружие и взглянул на карточку или точнее визитку в руках Сон Ги-хуна. «Club HDH 31 октября» Теперь лицо Сон Ги-хуна выражало некую торжественность граничащую с нездоровой одержимостью. Джун-хо сжал руку в кулак: ему снова вспомнился Ин-хо. Тот роковой день и... Шрам на плече начал знакомо покалывать, Джун-хо положил туда ладонь, крепко нажимая, чтобы уменьшить зуд. — Если найдете Фронтмена Вы... Убьёте его? — Нет, его смерть не остановит эту мерзкую игру. О Иль-нам сказал мне, что придумал её для своих клиентов. — Верно. Есть люди, которых они называли ВИП-персонами. Я видел одного из них. Раздался громкий смешок, Вербовщик странно смотрел с приподнятой бровью. И если все улыбки до этого ощущались чересчур фальшивыми, ограниченные строго поднятыми уголками губ, то сейчас он даже обнажил верхний ряд зубов, искренне веселясь. Но встретившись с Джун-хо взглядом, Вербовщик почему-то сразу отвернулся к Сон Ги-хуну. — Поймите господин Сон, Ваш героизм не остановит игру. Собираетесь толкнуть бравую речь перед моим боссом? — Говорите всё, что знаете. — Перед этим, я бы хотел вас спросить: Вы не боитесь за безопасность Вашей дочери? Если узнаете слишком много, то кто знает что с ней может случиться. Эти слова, явно много значили для Сон Ги-хуна. Они привели его в ярость: на виске разбухла вена, зубы сжались до хруста, а на челюсти проступили прожилки. Глубокими вдохами он пытался подавить вспышку гнева. Сон Ги-хун медленно наклонился к Вербовщику, опираясь ладонями на стальной борт и прошипел: — Хватит. Я знаю, что ты пытаешься сделать. И я не верю. Вербовщик снисходительно глянул на него, хмыкнув. Тело его было расслабленно, будто он вовсе не находился в заложниках и сейчас делал им одолжения, согласившись на разговор. — Что Вы хотите знать? — Координаты острова, быстро. — Не помню, — Внезапно Сон Ги-хун схватил Вербовщика за ворот рубашки, заставляя его задрать голову, и заговорил сквозь зубы. — Хватит этих шуток. Отвечай сейчас же: где находится остров, на котором проводятся игры? — Игры проводят всего 20 стран в мире. Только 8 из них проводятся на островах. Думаете легко вместить в голове столько координат? — Так мы ничего не добьёмся. Попробуем другой способ, — Джун-хо встал на пороге, терпеливо ожидая, что за ним последуют. Сон Ги-хун вздохнул и отпустил рубашку, при этом нервно закусив щёку. Он сделал несколько шагов вперёд, но на полпути почему-то опять пригнулся и посмотрел Вербовщику в глаза. — Тот на кого ты работаешь абсолютно жалок. Нет, все кто связан с этой игрой просто свиньи. Вы скидываете отчаявшихся людей в яму, а затем свысока наблюдаете, как они грызут глотки друг другу. Нравится смотреть на чужие страдания, да? Вербовщик облизнул губы и неожиданно сказал: — Вы правы. Издалека кожа его, будто померкла, отчего рассыпанные капли засохшей крови приобрели чёрный оттенок. Лицо его стало уродливо жутким: один глаз был прищурен, а другой открыт, что в сочетании с безумной улыбкой превращалось в мерзкую гримасу. — Жизнь — это ферма, где мусор вроде тебя 456, проходит естественный отбор. Они отравляют своим существованием всё вокруг себя, гадят на улицах, скатываются в долги... А затем они, склонив головы от своей беспомощности, идут на скотобойню, чтобы в моменте эгоистично поубивать друг друга в борьбе за отходы. Но самое смешное, что зная риски, вы всё равно добровольно приходите, вместо того чтобы пытаться поменять свою жизнь. А если остаётесь на свободе, то из-за жадности, что кипит в вашей крови, желаете вернуться. И вот в чём же дело. Если все кто связан с игрой свиньи, тогда в первую очередь Вы имели ввиду именно игроков, — Он наклонился к уху Сон Ги-хуна и прошептал. — Ведь в итоге они всегда возвращаются. В Сон Ги-хуне что-то окончательно надломилось. Джун-хо протянул ладонь, чтобы успокоительно похлопать его по плечу. Внезапно Сон Ги-хун треснул Вербовщика о стену с такой силой, что по плитке покатилась красная струя. Он, трясся от злости, сдавливая чужую шею предплечьем. Дуло ударило Вербовщика в лоб, но вместо страха он получил лишь хриплое хихиканье. По стенам эхом прошёлся грохот, словно в глубине мотеля кто-то уронил железную пятилитровую бутылку на пол. Джун-хо машинально схватился за пистолет и прислушался к остальным звукам в округе. Сон Ги-хун в страхе отпрянул от Вербовщика, точно пелена застелившая его разум наконец спала. — Вы ждали кого-то ещё? — Сон Ги-хун отрицательно покачал головой, — Я проверю. Джун-хо двинулся к выходу, как почувствовал хватку на плече. — Я с Вами. — Нет, останетесь. Допросите его, — Джун-хо строго посмотрел на него, недовольно сморщив губы и тяжело вздохнув. Он придвинулся и сердито произнёс, — Только не смейте убивать. Джун-хо развернулся и оставил их. Дверь номера скрипнула и тихо закрылась.

|—♢—|

Ги-хун стыдливо опустил голову, сгорбившись. Показав чрезмерную эмоциональность, он выставил себя не в лучшем свете перед полицейским. Заметив его удручающий вид, Вербовщик прищурился. — Господин Сон. Может мы с Вами договоримся? — Мне с Вами не о чем договариваться. — Только выслушайте. Почему бы нам просто не сэкономить время? Чтобы поговорить с моим боссом, Вам не обязательно идти в клуб, — Интерес проскочил в глазах Ги-хуна, даже черты его немного смягчились. Вербовщик продолжил медленно и тихим тоном, словно шаг за шагом подходил к дикому животному, стараясь не спугнуть. — Телефон, на котором я включал музыку для нашей игры, помните? Наберите третий контакт. — Вы думаете я поверю в это? Ранее Вы говорили совсем другое. — Сами подумайте, зачем мне врать, если я никуда не могу отсюда уйти? — Вербовщик привстал настолько насколько мог. Брови его изогнулись, а глаза стали большими и отчаянными. — Только не сдавайте меня полиции и скажите Фронтмену, что я мёртв. Взамен, я расскажу всё, что знаю. Согласны? Ги-хун неодобрительно взглянул на него, но всё же двинулся прочь, настороженными шагами прямо к столику. Должно быть это ловушка: от этого психопата, можно ожидать чего угодно. И действительно на подлокотнике лежал телефон. Ги-хун резко поднял его, ничего не произошло. Он повертел его в руках: тоже ничего подозрительного. Похоже, тут нет никакого подвоха и это он параноик... Вдруг тяжёлый локоть треснул в висок, отправляя уже бессознательное тело на паркет. Телефон упал следом и экран громко хрустнул. Изношенная подошва грубо впечаталась в гаджет — стекло окончательно разлетелось в щепки. Вербовщик сделал несколько шагов назад, рассматривая эту унылую картину, грустно ахнув. — Жаль, что нашу игру прервали. Я бы с удовольствием попробовал твои мозги прямо с пола. Но сейчас у меня совсем нет времени на это. Вербовщик заметил блеск металла в углу комнаты — его любимый револьвер. — Как ты там сказал? Шестёрка, послушный пёс? — Он поднял его и начал скрупулёзно осматривать на наличие царапин. В конце концов ничего не обнаружив, Вербовщик играючи начал прокручивать барабан раз за разом, постепенно приближаясь к Ги-хуну. — И даже после победы ты остался таким же мусором. Вербовщик откинул барабан, перекручивая его на пустую ячейку перед пулей. Большой палец двинулся по курку и от нажатия раздался блаженный щелчок. Он задержался на спусковом крючке, чтобы в последний раз взглянуть на лицо победителя. Вербовщик крупно вздрагивает, сжав револьвер крепче. Его разум заполнил рой, как тысяча жуков, что ковыряют и ковыряют кору больного дерева. Он делает что-то не так? Он снова предал свои принципы? Пошёл против правил игры? Внутри что-то щёлкнуло. Точно. Теперь у него есть другой способ добраться до Фронтмена. Надёжный. Уголки губ сами поползли вверх. — Может сыграем в игру? — Он прячет оружие в пиджак. — Проверим благоволит ли Вам удача, как и раньше. Ваша жизнь будет зависеть только от одного человека, и от того кем он является. Вербовщик разворачивается к двери, предварительно поправляя галстук. Он проводит руками по волосам, приводя их в презентабельный внешний вид, а затем отряхивает рукава. Натянув свою вежливую улыбку, он наконец выходит.

|—♤—|

Джун-хо вышел в коридор, медленно закрывая за собой дверь в номер. Он начал двигаться вдоль стены, делая все свои движения как можно тише и держа пистолет у лица. Ни одна тень на полу не смела двинуться, все двери и объекты, что он досконально запомнил за один пробег, не изменили своего положения. Джун-хо внимательно вслушивался в каждый скрип — злоумышленник мог быть где угодно, но скорее всего в одном из номеров. Сначала нужно обойти весь этаж, а только затем начать проверять комнаты или сразу симулировать травму, выкурив врага из безопасного места дешёвым трюком. Внезапно за поворотом послышалась возня и шорохи. Джун-хо прижался спиной к углу и заглянул за поворот. На коленях сидел полуголый человек и что-то бормотал себе под нос. Он склонился над огнетушителем, неловко цепляясь за его края, запястья его туго сковывала верёвка. Джун-хо выскочил из своего укрытия, направляя ствол мужчине в лицо. — Руки вверх, живо! Незнакомец тут же подскочил на ноги, прижав ладони к груди. Постойте... Это был тот же мужчина, которого Джун-хо освободил от кляпа ранее. Он всё так же трясся от страха и смотрел в ответ округлыми глазами. — Кто Вы? — М-меня зовут Чхве У-Сок, я-я работал на господина Сона с господином Кимом! М-мы искали одного мерзавца и-и каждый день присылали ф-фотоотчёты со станций метро... Джун-хо нахмурился и крепче сжал пистолет. В голове всплыли воспоминания о доске с картой веток метро и о странном манекене в строгом костюме... Да, это точно была самодельная версия Вербовщика. Смятый кусок листа с до жути уродливым рисунком человеческого лица, несильно отличался от его живого оригинала. — Раз-звяжите умоляю!!! Джун-хо вырвался из мыслей и замешкался: он не мог так просто взять и освободить другого. По всем правилам, Джун-хо обязан был сначала получить подтверждение от Сон Ги-хуна о личности этого человека. С другой стороны у У-Сока не было ни то, что оружия, у него отсутствовала даже какая-либо одежда, не считая нижнего белья. Он выглядел настолько беспомощным, что нравственные устои Джун-хо уже всё для себя решили. Он убрал пистолет и взялся осматривать путы. — Что Вы пытались сделать с огнетушителем? У-сок нервно забегал глазами по полу, начав дрожать ещё сильнее, из-за чего просунуть пальцы под и без того тугую верёвку стало ещё сложнее. — Я-я подумал, что Вы собираетесь угрожать Господину Сону. Н-н-ну-у-у, я разволновался, поэтому хотел вооружиться и-и-и... Джун-хо недовольно сжал губы в плотную линию, пытаясь растянуть узел двумя руками. Он был настолько плотным, что даже под давлением не поддавался хотя бы на чуть-чуть. Джун-хо взъерошил себе волосы, пытаясь скрыть недовольство. У него не было с собой ножа, поэтому всё-таки придётся отвезти его в номер... Резко У-сок отпрянул назад, в ужасе уставившись на Джун-хо. — У-ублюдок! Нет... У-сок смотрел за его спину. Джун-хо резко повернул голову назад. Перед ним мелькнула широкая ухмылка — какая-то жидкость тотчас брызнула прямо в его лицо. Глаза стало неистово щипать, Джун-хо заревел от боли, прижав ладони к векам. Он попытался вдохнуть, но в нос тут же ударил едкий запах ацетона, из глаз хлынули слёзы, а горло сдавило. Химикаты словно переполнили его лёгкие, перекрыв весь воздух. В голову пришелся сильный удар и он грохнулся на колени. Пистолет со стуком выпал из кармана. Джун-хо начал судорожно кашлять и стонать, пытаясь получить хоть немного кислорода. — Ах, ты! — Крикнул У-сок, наконец поднимая огнетушитель над головой. Но из-за большого веса в ослабевших руках, единственное оружие У-Сока попало мимо цели. Вербовщик ударил ему в колено, а затем взял за волосы и впечатал лицом в стену. Он оттянул голову за корни и стукнул ещё раз и ещё, пока на обоях не образовалось кровавое пятно. Тело У-Сока бессильно упало на паркет. Химические вещества всё сильнее впитывались в роговицу. Глаза горели и слезились, застилая зрение. Джун-хо начал слепо шарить по полу в поисках пистолета. Прямо перед лицом послышалось шуршание ткани и звук перекатывающихся патрон в обойме. Острый нос туфли сильно бьёт в солнечное сплетение, заставляя Джун-хо с шипением завалиться на бок. Вербовщик ставит что-то рядом с его головой. Джун-хо с трудом приоткрывает глаз и сквозь пелену понимает, что это бутылка, какого-то плешивого стеклоочистителя. Раздается звук крутящегося барабана револьвера. Джун-хо пытается подняться, но ствол уже уткнулся ему в затылок. — Не шевелись. Джун-хо вдыхает воздух вместе с соплями и слезами, в гневе сжимая челюсть. Хотелось вмазать со всей силы по смазливому лицу, но холод металла и давящее на поясницу колено, учтиво напомнили — что выбора нет. Чужая ладонь коснулась его грудной клетки, постепенно спускаясь по рёбрам. Рука замерла, а затем резко забралась в карман, нетерпеливо вырывая оттуда удостоверение личности. Книжка глухо раскрылась и Вербовщик присвистнул. — Да, я сорвал солидный куш, — Он немного отодвинул удостоверение, чтобы сравнить фото с лежащим под ним человеком. Сейчас Джун-хо походил скорее на жалкого слизняка, чем на полицейского. — Хван Джун-хо. Я сразу понял это, как только увидел Ваш взгляд. Что ж могу поздравить, сегодня Вы спасли две жизни: свою и 456-го. Джун-хо ничего не ответил, только продолжал глотать сопли и прерывисто дышать, сжимая кулаки, как от страха так и от злобы. Вербовщик недовольно цокнул и схватил его за шею. — Вы не такой умный по сравнению с Вашим братом, хотя точнее сказать вообще ничего не стоите. Именно поэтому... Он крутит барабан, приставляет к виску Джун-хо, щёлкает предохранитель — и нажимает на курок. Джун-хо вздрогнул, начав задыхаться с новой силой. — Я думаю мы ещё встретимся с Вами. Ведь родственникам свойственно заботиться о беспомощных членах своей семьи. Даже если их существование, не больше чем кусок грязи в этом мире, — Шершавые губы кольнули нежную кожу ушной раковины, горячее дыхание обволокло лицо. — Сладких снов, детектив. Что-то грубо бьёт ему в висок и весь мир погружается во тьму. Голова Джун-хо смиренно падает на грязный пол и уже ничего не имеет значения.

|—♤—|

Уши заложило, будто их полностью заполнила вода, мир вокруг был размытым или его не существовало вовсе. Все звуки слились в один непрерывный гул, мысли расплывались, не давая сосредоточиться. Он был знаком с этим чувством, когда одновременно находишься в своём теле и в тоже время где-то во сне. Иногда через вакуум пробирались редкие звуки. Словно совсем рядом стояли люди, невнятно болтая о чём-то на выдуманном языке, бестактно врываясь в его личное пространство. С каждой секундой неизвестные становились всё ближе, слова постепенно начинали приобретать смысл. Мгновенно чужие пальцы схватились за его плечи, заставляя дёрнуться от неожиданности. — Проснитесь! Джун-хо распахнул слипшиеся глаза, растерянно моргая. Над ним склонились Сон Ги-хун и У-сок с встревоженным видом. Джун-хо был мягко сказать дезориентирован не меньше их, что даже разговаривать абсолютно не хотелось. Лёгкие болели, голова раскалывалась и казалась ватной, вся слюна во рту высохла или скорее всего вытекла на щёки, пока он был без сознания. — Детектив? Вы в порядке? — Спросил Сон Ги-хун нахмурившись. Услышав это, У-сок затрясся, начав трусливо метаться на своём месте и паниковать. — П-полиция?! Господин Сон В-вы уверены...? — Как же щиплет блять! — Джун-хо резко зажмурился, прижимая ладони к глазам. — А, да! Да! Этот ублюдок что-то плеснул ему в лицо, когда... Джун-хо вскочил на ноги, расталкивая мужчин, и по памяти бросился в душевую. Завалившись туда, колени наткнулись на края ванной, лишая его равновесия. Ладони Джун-хо издали хлопок, столкнувшись со стальным дном. Но было ещё одно ощущение, словно маленькая бумажка впилась в его кожу. Джун-хо приоткрыл один глаз и сквозь слёзы пытался разглядеть непонятный предмет. Это был какой-то свёрток с причудливым и очень знакомым узором, прямо как у игральных карт в казино... Злоба закипела в венах, от осознания, что и его, и Сон Ги-хуна так легко провели вокруг пальца. Джун-хо развернул карту и перевернул, разглядывая помятую лицевую сторону: бубновый валет. Роговицу зажгло с новой силой, напомнив, что сейчас не самое подходящее время. Джун-хо гневно сунул карту в карман. Он жадно вцепился в кран, открывая воду на максимум. Джун-хо то промывал лицо, то ненасытно хлебал воду с медным вкусом. Валет... Лучше бы здесь лежало его удостоверение или хотя бы наручники. Ещё страннее было то, что Вербовщик заодно не забрал его пистолет. Дерьмо... Джун-хо лишился ещё и своего значка. Он убьёт этого человека если ещё раз когда-нибудь встретит. Джун-хо вышел из душевой. Лицо его ощущалось опухшим и скорее всего так и выглядело, судя по робкому взгляду Сон Ги-хуна. На фоне о чём-то разглагольствовал У-сок, но Джун-хо совсем не слушал. Сон Ги-хун встал с кресла, подзывая их к двери. — Идёмте. Они снова вышли в этот злополучный коридор. Сон Ги-хун провёл их через лабиринты мотеля, а затем остановился около одного из номеров. Покопавшись в кармане он достал ключ. Всё это время У-сок продолжал болтать, не затыкаясь. — Тогда этот негодяй украл у меня все деньги, а как я выплачу тогда компенсацию...? Дверь распахнулась, Сон Ги-хун на ходу включил свет, уверенными шагами двигаясь внутрь комнаты, скрываясь за поворотом. — С тех пор я не доверяю полиции, — Они зашли следом и застыли. На каркасе кровати лежало куча денег огромными стопками. Их было настолько много, что когда Сон Ги-хун встал рядом, купюры кончались только около его живота. У-сок открывал и закрывал рот как рыба, пытаясь найти слова. — Д-деньги? Господин Сон, Вы действительно выиграли в той игре? — Это цена жизни тех кто погиб в этом проклятом аду. Я использую эти деньги, чтобы остановить игру. Если поможете мне я щедро отблагодарю Вас, – Сон Ги-хун посмотрел на них с серьезным видом, но наивными глазами, из-за чего в моменте стало стыдно. Джун-хо даже не мог рассказать о причине, по которой ищет остров. — Я делаю это не ради денег, — Он сделал шаг ближе для убедительности, показывая тем самым свою преданность этому делу. — Да, да! И я тоже. М-моего босса убили на моих глазах. Я найду каждого на кого этот ублюдок работал, свяжу и заставлю их играть, а потом убью их всех! — У-сок демонстративно достал оружие из женского халата, который ему любезно выдал Сон Ги-хун. Это выглядело немного нелепо. Джун-хо возмущённо вздохнул, а затем, с какой-то долей презрения и скептицизма, взглянул на У-Сока. — На острове есть вооруженные солдаты, нам пары пистолетов не хватит, чтобы их одолеть. Сон Ги-хун прошёл в ванную, что находилась прямо за его спиной. Джун-хо одобрительно хмыкнул, увидев, что стены и полки были увешаны самыми разными видами огнестрельного и боеприпасами, даже ванна была переполнена до краёв. — Вот арсенал, что я успел собрать. У-сок бросился к первому оружию, что увидел, начав ощупывать его. — О, они все настоящие? Значит у Вас есть план господин Сон? — Найди ещё несколько подходящих людей. — Да, не волнуйтесь, я знаю парочку. Настоящие профессионалы. О это, что К2? — Походу, Вы купили их на черном рынке, — Джун-хо поднял автомат из сортира, повертев его в руках. — Он в рабочем состоянии? Сон Ги-хун взял оружие из его рук и двинулся к бордовой шторе, раскрывая её рывком. Перед ними предстала дыра в стене, ведущая в темноту. Сон Ги-хун серьёзно глянул на Джун-хо, а затем уверенно подошёл к громоздкому рубильнику и дёрнул его. Впереди загорался свет, открывая огромное пространство из раздробленных стен номеров, тем самым они стали соединены между собой, образуя своеобразный полигон. Зажглась последняя лампа, освещая цели: треугольник, квадрат, круг. Сон Ги-хун поднял оружие и открыл огонь, У-сок тут же завизжал, закрывая уши руками и вздрагивая от каждого выстрела. Они были чёткие, пространства много, разнообразное оружие... Изначально Джун-хо рассчитывал на небольшой разговор о играх и мелких подробностях, что Сон Ги-хуну удалось узнать, пока он был игроком. А в итоге обзавелся надёжным и опытным союзником. Теперь почти все пути на остров ему открылись. Остался только один пункт, самый сложный из всех, что был хуже даже бесконечных скитаний по океану — сохранить тайну Ин-хо. Если понадобиться Джун-хо отдаст за это голову, никто не тронет его брата кроме него самого. Ин-хо не умрёт, пока Джун-хо не скажет. И никто его не остановит, даже пёс брата, наделавший шума и так же быстро отправившийся восвояси. Первые 30 минут спирта в глазах, Джун-хо искренне хотел засадить Вербовщика за решётку, но сейчас эти мысли покинули его. Он не собирался искать ублюдка и тратить драгоценное время впустую. Самое важное сейчас — это добраться до Ин-хо.

|—♢—|

Ветер уже начинал стихать, но холодный дождь лил всё с той же силой, что и прежде, громко ударяясь об окна просторной квартиры. Вербовщик тихо двигался по своему дому в полной темноте, словно он был вором, а не хозяином. Зайдя в свой кабинет, он подошёл к шкафу и открыл его. Там была одна большая полка, на которой стояло три сейфа, а под ними прямоугольные секции, разделённые так, что у каждого кейса, стоявшего внутри было своё отдельное место. Одни портфели выглядели более официально, несильно большие, чёрного цвета и покрытые лаком, а другие железные и массивные. Вербовщик положил серый кейс на пол, открывая две защёлки одновременно. На мягкой обивке ничего не лежало, только вырезанный посередине силуэт предмета говорил о том, чего здесь не хватает. Вербовщик достал револьвер из пиджака и медленно, с особой бережностью, положил его в ящик. Он будет скучать по этой игре какое-то время. Вербовщик поднялся с колен, возвращая кейс на своё место. Он взглянул на третий по счёту сейф, перебирая пароли в голове и вслед за этим вдумчиво ввёл код. Раздался писк и дверца отворилась. Внутри лежало несколько телефонов, два паспорта, а поодаль маленькая коробочка с розовым бантом. Вербовщик открыл её и взял одну из штук 10 сим-карт, вставив в лежащий рядом телефон. Он закрыл шкаф и подошёл к столу, выкидывая на него украденный документ. Он точно знает, что ни на одной его вещи нет пыли, все поверхности досконально чисты и имеют идеальный вид. Замызганное удостоверение полицейского ощущалось позорным пятном в идиллии его квартиры. Зафиксировав вещь с обеих сторон на камеру, Вербовщик включил телефон и набрал так хорошо знакомый ему номер. На другом конце провода незамедлительно взяли трубку. — Господин, — Приветствует Вербовщик. — Статус игрока 456? — Жив. Визитка передана. Фронтмен фыркнул. Для тех кто плохо знал его этот звук определённо звучал как недовольство, но на самом деле он являлся лишь хорошо скрываемым смехом. Да... Телефон издал хруст из-за того, что Вербовщик слишком сильно его сжимал. Насекомые снова настигли его, только бегали они уже под кожей, быстро перебирая крошечными лапками от мышц рук до спины, шеи и обратно. — Ты говорил, что один из вас умрёт. Кинув взгляд на удостоверение, тревога, или что бы то ни было, мигом отступила. Вербовщик расслабился, впуская в грудь кислород. По лицу расплылась довольная улыбка. — Так и есть, господин. Но возникли не предвиденные обстоятельства... То есть новый союзник Сон Ги-хуна, он может Вас заинтересовать. — Не трать моё время. Конец связи. — О, но это же очень важно, только выслушайте меня, господин, прошу, — Послышалось бульканье дорого алкоголя и звон льда о стекло стакана. Вербовщик специально немного тянул, вслушиваясь в дыхание собеседника. — Имя Хван Джун-хо Вам о чем-нибудь говорит? Внезапно все звуки на другом конце провода стихли. Продолжительное молчание приносило ему нескончаемое удовольствие. Вербовщик закусил губу, стараясь не хихикать. — Врёшь, — Прохрипел Фронтмен, выйдя из ступора. — Мне, что снова надо напомнить, где твоё место? Иль-нам слепо доверял тебе, но я — нет. Это твоё последнее предупреждение. — Я бы никогда не стал лгать Вам. Взгляните на фотоотчёт, — Вербовщик наклонил голову, зажав телефон между щекой и плечом. Открыв первый ящик стола, он взял верхнюю папку и шариковую ручку. Прошла минута молчания и Фронтмен тяжело вздохнул. — Новое задание для тебя. — Я весь во внимание, господин. — Любыми способами, неважно какими: не смей подпускать Джун-хо к острову. Он не должен разрушить мои планы. Уйдёшь в отпуск позже, взамен я щедро доплачу. — Конечно, господин, я всё понимаю. Конец связи. Вербовщик откладывает телефон и зачёркивает первый пункт. «Убить Сон Ги-хуна» Внизу он пишет: найти Хван Джун-хо. Статус выполнено. — Скоро посмотрим, кто чей цепной пёс. Папка захлопывается.