The kids need to have fun! (Детям нужно веселиться!)

Детям нужно веселиться! менталлипапайя Краткие сведения: — Ладно, теперь, когда мы все здесь, — Эктоплазма снова взяла ситуацию в свои руки. — Я созвал собрание, потому что решил, что нашему сообществу не помешает возможность сплотиться с помощью каких-нибудь весёлых занятий. Я… — Как в играх на знакомство? — перебил Кацуки, выкрикнув это из дальнего конца комнаты, где он сидел, втиснувшись между Кариаге и Дехисой. — Ты сказал, что нам больше нельзя играть в «два правда — одна ложь». Это было правдой. Учитывая, насколько ... насыщенной была их жизнь, дети, как правило, выводили людей из себя подобными играми. Эктоплазма наложил полный запрет на весь жанр после того, как он попытался запретить только " две правды и одна ложь", и в ответ Дехиса вызвал полицию на вечеринку после того, как нарисовал момент, когда его отец пытался убить их во время публичной игры в Pictionary. Это даже не то, как работает Pictionary. или Банда играет в убийство. Примечания: Для Анны. Боже, как же я чертовски скучала по этой серии. Я серьёзно, это моя любимая. Я люблю этих ублюдков. Это было задание для Анде, спасибо тебе огромное за то, что заставил меня вернуться в этот прекрасный мир (я бы всё равно вернулась к нему, когда-нибудь, не волнуйся, но из-за того, что на меня жестоко навалили другие проекты, у меня не было столько времени между заданиями, чтобы уделять внимание таким вещам, как «Солатиум», так что это было. Прекрасным подарком для меня. или) это будет двухчастный фильм из-за того, насколько охуенно усложнились схемы этого сюжета, а также произошла куча дерьма, и я был так?? охуенно?? занят?? но до следующей главы должно быть не более 2 недель, потому что я ни хрена не делаю, пока не закончу эту, так что ура! в любом случае, как всегда, я люблю вас всех, пожалуйста, дайте мне знать, если что-то нужно будет исправить! <3 (Дополнительные примечания приведены в конце работы.) Глава 1: плохая идея Текст главы Руми уважала Эктоплазму. Она уважала. Он прожил на Альдере дольше, чем кто-либо из них, и первым познакомился с местными детьми, изо всех сил стараясь уберечь их от неприятностей. Но иногда ей просто нужно было остановиться, перевести дух и задуматься, о чём же думает этот человек. — Экто, мы давно дружим, и ты знаешь, что я тебя уважаю, — начала она, успокаивая мужчину в плаще, стоявшего перед ней на крыше. Это была рутина, которой они занимались какое-то время: три лицензированных героя в сообществе время от времени собирались для совместного патрулирования в тщетной попытке убедиться, что Альдера не управляется только линчевателями. — Но ты никак не можешь это обдумать. «Это стало бы хорошим объединяющим опытом для сообщества, сплотило бы их!» Эктоплазма не поддалась бы на уговоры. — Я думаю, это звучит чудесно! — Хоукс поддержал её. «Ты» держись от этого подальше, — Руми указала на Героя в костюме птицы, гадая, что она сделала, чтобы оказаться единственным ответственным взрослым, стоящим на этой крыше посреди ночи. «Ты даже не можешь появиться без того, чтобы большинство детей не сбежали из города». Хоукс надулся, глядя на нее. «Я понимаю, что бывали случаи, когда они немного... выходили из-под контроля, —» Эктоплазма пыталась убедить её. «Но мы тоже будем участвовать! Они ничего не смогут сделать, пока мы будем присматривать за ними; ну же, что ты скажешь? Детям нужно иногда развлекаться, Руми!» Руми уставилась на него. «Насколько бы ни были повреждены головы этих детей, я не думаю, что им нужно больше веселья. Они кажутся довольно счастливыми». "Я буквально никогда не был так чертовски опустошен за всю свою жизнь. Что за черт". «Мне кажется, я должен быть расстроен больше, чем ты», — заметил Кацуки, сидя на тротуаре, пока Изуку и Дехиса осторожно и умело обрабатывали большую кровоточащую рану на его плече с помощью аптечки, лежавшей на пустой дороге рядом с ними. Каридже закрыл лицо руками, стоя рядом с ними и переживая. Руми, которая только что подошла к ним в гражданской одежде, разочарованно приподняла брови. «Телевизор с плоским экраном, Катс. Ты лишила меня возможности купить новый телевизор с плоским экраном». Каридже сокрушённо застонал. Дехиса хихикнул, зашивая рану на теле Кацуки, а Изуку вытирал кровь. Кацуки даже не поморщился, но Дехиса научился зашивать раны в детстве, потому что его отец был придурком, так что к тому времени он уже неплохо справлялся. «Если вы против больниц, не могли бы вы хотя бы использовать обезболивающие, когда зашиваете друг друга?» — попыталась убедить их Руми. Её мольбы были демонстративно проигнорированы. «Это был всего лишь наш старый телевизор, придурок», — говорил Кацуки, и единственным признаком того, что Дехиса, проводящий операцию на грани фола, причиняет ему боль, были его едва заметные вздрагивания между словами каждый раз, когда игла Дехисы пронзала его плоть. «Это не моя вина, что моя стервозная мамаша разозлилась и швырнула его в меня. Теперь он сломан. Плачь из-за этого». Однажды. Однажды Руми собиралась убедить Кацуки позволить ей поговорить с Мицуки Бакуго. — И ты не смог поймать его до того, как он упал на землю!? «ЭТО ПОРАЗИЛО МЕНЯ, КАРИЖАН». Согласно Кодексу травмированных детей Альдеры, Кариаге не слишком сочувствовал жестокому обращению, которому подвергался его лучший друг всякий раз, когда его родители приезжали в город. Печально то, что Руми тоже подвергался такому обращению, и не только потому, что рос в том же районе. После того, как вы пообщались со столькими жертвами, как Мируко, вы начинаете понимать, что чем дольше вы сталкиваетесь с такими мрачными темами и практиками, тем более равнодушными становитесь к ним. По правде говоря, жестокое обращение во всех его формах было чем-то настолько естественным в жизни этих детей, что они больше не видели необходимости «смягчать удар». Они достаточно хорошо знали друг друга, чтобы понимать, что все они могут выдержать побои. Они хорошо знали пределы своих друзей, и к таким мелочам, как эта, никогда не относились так серьёзно, как хотелось бы Руми. — Ты можешь просто порадоваться, что стекло не выбило мне глаза, придурок? — огрызнулся Кацуки. — Если тебе так нужен телевизор, просто укради его из дома Мономы; сомневаюсь, что они даже заметят. — Ну, мне сказали, что если я передам работу на аутсорсинг, то мне не придётся, чёрт возьми, этим заниматься! — на этот раз Кариаге сердито посмотрел на Дехису, который закатил глаза. — И я сказал вам, что у Твайса сейчас много работы. Он заглянет в «Ному», когда у него будет возможность; потерпите хоть раз. — Мона знает, что ты нанял Твайса, чтобы он проник в его дом? — с любопытством спросил Изуку, складывая перевязочные материалы, пока Дехиса заканчивал накладывать швы. «Что, я должна рассказывать ему обо всём, что происходит в моей жизни? Он узнает, когда это случится», — ответила Кариаге, защищаясь. «Вы, дети, понимаете, что признаётесь в преступлениях перед профессиональным героем?» — заметила Руми, опустившись на колени перед Кацуки и выхватив бинты из рук Изуку. Она аккуратно перевязала пострадавшую руку, а Кацуки закатил глаза. - Этот корабль отплыл в ту ночь, когда мы встретились. Руми вздохнула, наклонив голову в знак согласия. По правде говоря, она была просто рада, что они не пытались скрыть от неё большинство своих глупых выходок. По крайней мере, благодаря доверию, которое она испытывала к этим детям, она могла немного присматривать за ними. — Эй, Румс, — Каридж внезапно развернулся и указал на неё, забыв о своём горе в поисках информации. — Ты знаешь, почему Эктоплазма созвал всех на сегодняшнюю встречу? — Чёрт, да, я забыл об этом. Зачем ты это сделал? — спросил Кацуки, натягивая футболку на место, когда с его ранами наконец-то закончили. Руми встала. «Да, я знаю. И нет, я вам не скажу». Она подняла руку в ответ на возмущённые возгласы, доносившиеся от всей компании. «У Эктоплазмы какая-то глупая идея, что будет веселее, если это будет сюрприз; жалуйтесь ему, а не мне». — Погоди, так встреча посвящена чему-то, что тебе не нравится? — ухмыляясь, уточнил Дехиса. — Это будет чертовски круто. Руми вздохнул. Редко случалось, чтобы все члены «Подпольного сообщества Альдеры», как они себя называли, собирались в одном месте в одно и то же время. Лучшее, что они могли сделать, — это разослать уведомление о срочном собрании и надеяться, что большинству из них больше нечем заняться. Сегодня вечером собралось на удивление много людей, и большинство из них пришли просто посмотреть, какую очередную дурацкую идею Эктоплазма собирается им втюхать. Единственными, кто не пришёл, были несколько странных друзей-мстителей Коити, его странный наставник-мститель Накида, и Дважды, который отправил вместо себя Дехису. Местом их встречи, как обычно, был дерьмовый бар, расположенный прямо в худших трущобах Альдеры. Он был настолько обшарпанным и неприглядным, что только те, кто хорошо знал этот район, и сами жители знали о его существовании. Он также принадлежал Даби, потому что, по-видимому, во время перехода от роли злодея-ученика к роли уставшего линчевателя он хотел заняться каким-нибудь побочным проектом. И, конечно, для детей всё, что принадлежало Даби, было лакомым кусочком. Поэтому было нетрудно уговорить его закрыть заведение на ночь, чтобы они могли поговорить в большом пустом помещении. Все дети собрались вокруг нескольких столиков, сбившись в кучу между двумя кабинками, стоявшими вплотную друг к другу и покрытыми подозрительными пятнами. Они инстинктивно решили собраться на противоположной стороне бара, где устроился Хоукс, из-за чего он надулся, как брошенный ребёнок, которого другие дети бросили в парке. «Старшие дети», как их называла Руми, несмотря на то, что они были совершеннолетними, тоже расселись по бару так, чтобы между ними и Героем-птицей оставалось достаточно места. Коити, чтобы помешать Изуку разбить бутылку о его голову, стоял за барной стойкой и послушно наполнял рюмки для Даби и Кадзухо, которые, похоже, начали соревноваться в выпивке ещё до начала встречи. Эктоплазма разочарованно вздохнул, глядя на них, прежде чем забраться на барную стойку, чтобы привлечь всеобщее внимание. Даби бросил на него презрительный взгляд, увидев его грязные ботинки на полированном дереве. Эктоплазма едва успела вымолвить слово, как входная дверь распахнулась, и вошёл молодой человек с острыми, как бритва, волосами бирюзового цвета и ещё более острыми зубами. Руми не очень хорошо знала группу Нарухаты, но она узнала в этом парне Согу Кугисаки, который из злодея превратился в протеже Накида. Она уже несколько раз встречалась с ним, и он всегда выглядел так, будто не особо хотел находиться там. Тем не менее, было очевидно, что, несмотря на его колючий вид, он заботился о своих друзьях, и она никогда не слышала, чтобы он не появлялся, когда Коити был в нём нужда. Иногда Руми смотрела на Коити и Согу и в этом отношении смутно напоминала себе Кацуки и Изуку. — Начинаешь без нас, старина? — Сога вскинул голову, подошёл и плавно взял рюмку из рук Кадзухо, без колебаний осушив её. — Эй-эй! Мой любимый стратег! Ты сделал это! — обрадовался Коити, когда за Согой вошли ещё двое. Один из них был чешуйчатым синим ящером-мутантом с широкой ухмылкой на лице, которого Руми знала как Рапта Токаге, а другой был темнокожим подростком с маленьким огоньком, торчащим из его лысой головы. Руми знала его как Моюру Точи. Она действительно несколько раз разговаривала с Моюру, потому что Сога обычно посылал его за информацией, касающейся её геройской работы, если он натыкался на что-то. Он был милым парнем. В основном ответственным, за исключением тех случаев, когда он видел возможность сделать что-то, что, по его мнению, было «достаточно забавным, чтобы это стоило того». С другой стороны, Рэп, насколько она слышала, был просто сгустком хаоса и разрушения, который большую часть времени прислушивался только к Соге и Моюру. Руми изо всех сил старалась, чтобы Дехиса и Рапт никогда не оставались наедине, так как знала, что это приведёт к катастрофе. — Ладно, теперь, когда мы все здесь, — Эктоплазма снова взяла ситуацию в свои руки. — Я созвал собрание, потому что решил, что нашему сообществу не помешает возможность сплотиться с помощью каких-нибудь весёлых занятий. Я… — Как в играх на знакомство? — перебил Кацуки, выкрикнув это из дальнего конца комнаты, где он сидел, втиснувшись между Кариаге и Дехисой. — Ты сказал, что нам больше нельзя играть в «два правда — одна ложь». Это было правдой. Учитывая, насколько ... насыщенной была их жизнь, дети, как правило, выводили людей из себя подобными играми. Эктоплазма наложил полный запрет на весь жанр после того, как он попытался запретить только " две правды и одна ложь", и в ответ Дехиса вызвал полицию на вечеринку после того, как нарисовал момент, когда его отец пытался убить их во время публичной игры в Pictionary. Это даже не то, как работает Pictionary. «Это будет не так. Это активная игра, — гордо заявил Эктоплазма. — Она не только улучшит ваши стратегические навыки и навыки скрытности, но и сблизит нас и научит лучше работать друг с другом!» — О, боже, — проворчал Даби, и Руми от всего сердца согласилась с ним. Эктоплазма предвкушающе кашлянул, драматично выжидая, прежде чем раскрыть свой план. "Мы будем играть в"Убийство"!" Даби повернул усталую голову и недоверчиво посмотрел на Руми. «Отвали, серьёзно?» Она пожала плечами. Коити, Кариаге, Дехиса и Рэпт радостно закричали, в то время как остальные, казалось, разрывались между желанием узнать, что, чёрт возьми, такое Убийство, и общим страхом перед тем, что оно принесёт. Руми вздохнула. Это обещала быть долгая неделя. Правила игры были таковы. Эктоплазма достала коробку с пластиковыми складными ножами, на каждом из которых было написано одно из их имён. Суть игры заключалась в том, что каждый из них доставал из коробки нож, и чьё имя было написано на ноже, тот и был целью. Цель состояла в том, чтобы вонзить нож в кожу цели, «заколоть» её и вывести из игры. Затем вы унаследовали бы нож своей жертвы и пошли бы за этим человеком, и так далее, пока не остался бы один победитель. Не было никаких ограничений в отношении того, когда на вас могли напасть. В школе, на работе, дома посреди ночи — никаких ограничений. Единственное время, когда вы не могли напасть на человека, — это когда он был в туалете, но даже в этом случае, если человек находился в туалете больше пятнадцати минут, все ставки отменялись. Было решено, что Дехиса доставит нож Твайса, а Сога передаст один из них Накидласту. Также было решено, и очень твёрдо, что никто не может пропустить игру. Эктоплазма была очень непреклонна в этом вопросе. Даже Сога не смог отказаться, к его большому огорчению. Если честно, не многие из них хотели отказаться. Было хорошо известно, что большинство членов подпольного сообщества Альдеры были очень конкурентоспособными, и любой шанс выбить друг из друга дерьмо и похвастаться этим был им по душе. Единственными, кого это не интересовало, были Сога и Кацуки, и это изменилось, когда Кариаге рассмеялся и заявил, что у них не хватит духу бросить вызов всем остальным. Люди стали гораздо больше интересоваться, когда Эктоплазма рассказала им обо всех призах для победителей. «Тот, кто останется последним, — сказал он с ухмылкой, которая доказывала, что он точно знает, что делает, — получит право исключить одну вещь из списка запрещённых». Теперь это привлекло внимание детей. Список запрещённых занятий постоянно пополнялся и управлялся Эктоплазмой. По сути, он был чем-то вроде хранилища, в которое он складывал все нелепо опасные и слишком незаконные занятия, в которых участвовали дети. Дети готовы были сделать всё, что угодно, лишь бы снова получить доступ к некоторым занятиям из этого списка, и у всех были разные мнения о том, какое из них лучше вернуть. Эктоплазма только что превратила эту игру в полномасштабную войну. Они все столпились вокруг коробки, и Руми шлёпнула Даби, как только тот спросил, могут ли они «перестать быть слабаками и хоть раз воспользоваться настоящими ножами». Эктоплазма выбрал первое имя и тут же раздражённо заворчал, когда выбрал своё имя, и бросил его обратно в коробку, встряхнув её. Остальные посмеивались, но в конце концов снова достали ножи, и на этот раз всё прошло гладко. В итоге они разошлись по углам, перешёптываясь и бросая друг на друга злобные взгляды, охраняя надписи на своих ножах с внезапной свирепостью, которая напомнила Руми стаю недоверчивых собак. Им не разрешили начинать игру до пяти утра следующего дня, но было ясно, что они уже разрабатывают планы и стратегии. Она сама нарисовала Хокса, чему искренне обрадовалась. По крайней мере, так она могла быстро избавиться от него, прежде чем он доберётся до кого-нибудь из детей и попытается кого-нибудь усыновить. Ему было всего девятнадцать, и она понятия не имела, что у него на уме в отношении усыновления. Первое, что все сделали, прежде чем проверять свои ножи, — это посмотрели, кого взяли Накид и Дважды, потому что если эти двое даже не потрудились прийти, то они не заслуживали уединения. У Накидластера был Коити, и Коити, казалось, был чертовски напуган; Руми и все остальные поняли это по сочувственным похлопываниям по плечу, которыми его наградили Рэп и Моюру. Дважды он ранил Согу, но Сога, похоже, не слишком переживал. Тогда Дехиса посмотрел на свой нож, и его лицо побелело. — Нет, — прошептал он, привлекая всеобщее внимание. Он покачал головой, на этот раз схватив нож Твайса с барной стойки и поставив на его место свой. — Чёрт, нет, Твайс может сам разобраться с этим дерьмом. Я выбираю жизнь. Выглядя удивлённым, Монома потянулся вперёд, чтобы взять новый нож Твайса, но, прочитав имя, согнулся пополам от смеха. Он повернул оружие, демонстрируя выгравированное на лезвии имя «Кацуки». Каридже присоединился к Мономе в смехе, а Кацуки ухмыльнулся. «Послушай, я должен видеться с ним почти каждый день после окончания игры. Дважды в день — недостаточно», — защищался Дехиса, а Даби разочарованно покачал головой. «Отлично, теперь я знаю, кто за мной охотится». Кацуки безразлично пожал плечами. Сога хищно ухмыльнулся Дехисе, и тот отпрянул. "То же самое". — Так мы можем объединиться? — спросил Коити, невинно подняв руку, и Эктоплазм наклонил голову. — Полагаю, что так, да, но в конце концов может остаться только один победитель. «Разве это не немного несправедливо, что такие люди, как они, — Даби указал на Изуку, Рэпта, Моюру, Кариаге и Моному, — против таких людей, как мы?» Он указал на себя, Мируко, Коичи, Эктоплазму и Кацуки. Монома обиженно прищурился и замахал руками. «Ого-го-го, почему я в слабой категории?» "О, да ладно тебе". «Я даже не попадаю в безымянную среднюю группу?!» — взвизгнул он. «Сучка, я могу делать всё, что может твоя причуда!» — Да, на тридцать секунд, — заметил Сога. «Десять минут — и если бы прошло ещё немного времени, я бы, наверное, умер! Вы видели лицо Даби?» — подчеркнул Монома, прежде чем вскрикнуть от страха, когда Даби сделал шаг в его сторону, а Хоукс удержал его. Даби отпрянул, чтобы уйти от этого человека, а Кацуки усмехнулся. «Чувак, это просто причуда, сила ничего не значит. Дело в сообразительности, а это значит, что ты выберешься отсюда через пару секунд». Он насмехался над Даби, который шипел на него. «Я, чёрт возьми, принимаю тебя в нашу компанию, а ты отплачиваешь мне этим дерьмом? Какого хрена?» — Потому что ты мне не нравишься, — фыркнула Кацуки. «Хорошо, отлично, значит, пока сильная группа сражается друг с другом, а слабая ничего не делает, мы, безымянная средняя группа, будем просто прятаться в тени и победим в последний момент», — заявил Кадзухо, получив «пять» от Соги. — Я чувствую, что попал не в ту категорию, — предложил Коити, снова поднимая руку, когда спор Кацуки и Даби на заднем плане стал более ожесточённым, и Кариаге прищурился, глядя на него. «Ты был буквально помощником Капитана Знаменитости». «Всего два месяца! Теперь я никто», — защищался Коити. — Да, — подал голос Изуку, — а что? Коичи непонимающе уставился на него, прежде чем внезапно включиться в бой, когда Даби ударил Кацуки в спину, толкнув беднягу вперёд. Коичи в ответ выстрелил в Даби своей причудой, а Кацуки оттолкнулся от его живота и с боевым кличем бросился на свою цель, повалив Коичи на землю. Затем Сога бросился на помощь Коити, пытаясь оттащить Кацуки, в то время как Кадзухо пытался сделать то же самое с Коити, а Даби продолжал сражаться со всеми ними. Дехиса, Кариаге, Рапт и Моюру стояли на боковой линии, принимая ставки и подбадривая их, в то время как Хитоши оттащил Изуку в сторону от брошенного стула, а Монома начал снимать. Руми медленно повернулся и уставился на Эктоплазму. — Игра ещё даже не началась, — прошипела она, указывая на продолжающийся хаос. Эктоплазма ухмыльнулась ей. — Но посмотрите, как им весело! В пять утра игра официально началась, и им разрешили уничтожать свои цели. У Руми было четыре часа, чтобы придумать, как быстрее вывести Хокса из игры. К счастью, у неё уже была идея. Ей нужно было заманить его в замкнутое пространство, чтобы он не сбежал, как только она приблизится. Ей также нужно было, чтобы это место было публичным, чтобы заставить его вести себя хотя бы внешне спокойно. Бог знает, если бы она попыталась прижать его наедине, он бы взбесился и показал ей, почему комиссия до сих пор считает, что ему нужен куратор. Таким образом, её идея основывалась на их основной работе. Как бы ни раздражало её публичное положение, она должна была признать, что у неё и Хоука было много преимуществ из-за того, что у них были собственные агентства. Ещё одним преимуществом, которое она могла себе поставить в заслугу, был тот факт, что она лично знала, что Хоук не воспринимал более утомительные аспекты работы супергероя всерьёз. Если бы не тот факт, что у него была целая команда помощников, которые следили за ним после всех этих драк, Руми был уверен, что агентство Хокса развалилось бы в течение двух месяцев после открытия чуть больше года назад. К счастью для неё, у него действительно была целая куча помощников, которые полностью контролировали его расписание и следили за тем, куда он ходил по делам. Ещё больше повезло Изуку, который подружился с главным из них. — Я не могу быть первым, — взмолился Изуку, указывая пистолетом на то место, где она сидела на подоконнике в его спальне. — Я не могу. - Где ты раздобыл пистолет? - спросил я. «...Качан научил меня стрелять.» «Я собираюсь его убить», — заявила она. Рука Изуку, державшая пистолет, не дрогнула, и Руми был искренне впечатлён, учитывая, что в тот момент он целился из огнестрельного оружия в одного из своих самопровозглашённых «личных героев». «Пожалуйста, Руми. Каччан намекнул, что верил в меня в баре, а все остальные думают, что у меня нет шансов! Если я так сильно облажаюсь, он никогда меня не простит». Закатив глаза, Руми допрыгала до своей комнаты, уверенно прошла вперёд и отбросила пистолет, фыркнув, когда, схватив устройство, обнаружила, что оно даже не заряжено. «Расслабься, детка. До начала игры ещё три часа, и ты не моя цель». Он вздохнул с облегчением, моргая большими усталыми глазами и глядя на неё, пока она гладила его по голове. — Т-тогда кто у тебя есть? Она без колебаний назвала свою цель, будучи уверенной, что абсолютно никто (кроме, может быть, Твайса) не захочет ничего, кроме того, чего хотела она: как можно скорее вывести этого ублюдка из игры. Она бросила нож в сторону Изуку, наблюдая, как он пытается поймать его и щурится в тусклом свете, чтобы сориентироваться. "...О". Да. О. "Что я могу сделать, чтобы помочь?" Руми ухмыльнулась, сверкнув зубами в тусклом свете единственного абажура, украшенного эмблемой Всемогущего. «Доставай свой телефон, мы проникаем в эту сучку». По словам человека, с которым общался Изуку, у Хокса действительно была назначена встреча на девять утра следующего дня. Это означало, что если её план сработает, Хокс пробудет в игре не больше четырёх часов. Будем надеяться, что за это время он не успеет причинить много вреда. Поскольку до тех пор ей оставалось только ждать, Руми решила, что лучше всего будет собрать как можно больше информации о других участниках. В конце концов, суть игры заключалась в том, что вы получали цель своей цели, как только уничтожали её, поэтому ей нужно было собрать как можно больше информации, если она хотела получить шанс на победу. До сих пор единственными известными целями были Накид, у которого, как все знали, был Коити, Дехиса, у которого, как все знали, был Сога, и Твайс, у которого был Кацуки. Кроме этого, она смогла собрать лишь немного информации. По слегка разочарованному выражению лица Кацуки она поняла, что его целью не был Даби, и она была уверена, что он, скорее всего, с самого начала хотел заполучить его. Даби не выглядел обеспокоенным или рассудительным, и это подсказало ей, что он, вероятно, выбрал в качестве цели одного из детей. Этих двоих она, вероятно, могла читать как открытую книгу, а значит, когда дело касалось остальных, она была сама по себе. Самыми опытными в чтении языка тела в сообществе, вероятно, были Изуку, Сога и Хитоши. Поскольку Согу она знала не очень хорошо, а с Изуку была ближе всего, она решила, что именно у него можно узнать информацию. «Я не скажу тебе ничего из того, что знаю». Особенность этого парня заключалась в том, что он делал всё, о чём его просил Кацуки. К сожалению, это означало, что если вы просили его сделать что-то, что потенциально могло стать помехой для Кацуки, то вряд ли вы могли убедить его перейти на вашу сторону. - Но у тебя ведь есть Монома, верно? Тем не менее, она не потратила последние пять или около того лет, ничего не узнав об этих детях. Изуку напрягся. "Я видел, как ты отодвигалась от него, как только взяла свой нож, оглядываясь каждые несколько секунд, чтобы убедиться, что он не заметил". — Ну и что? У вас есть Хоукс, Монома не имеет к этому никакого отношения. — Ты знаешь, кто у Хокса? — с любопытством спросила она. Она невинно склонила голову набок, наблюдая, как сужаются его глаза. — Значит, знаешь. — Я не буду работать с тобой, Мируко. «Что, если я помогу тебе поймать Моному?» — попыталась она. «Ты же знаешь, что как только кто-нибудь приблизится к нему, он просто скопирует первую попавшуюся причуду и сбежит. Я привыкла ловить людей, я могу быть полезной». Изуку посмотрел на неё, словно о чём-то размышляя, а затем развернулся и направился к своему шкафу. Открыв его, он достал с нижней полки спортивную сумку и закинул в неё несколько вещей. — Не для меня. Я ухожу отсюда. — Ты уже уходишь? — Она приподняла бровь и ухмыльнулась. — Это настоящая стратегия! — заскулил он, поворачиваясь и глядя на неё. — Что ещё я должен делать? Я же не могу отпрыгнуть в сторону или взорвать людей! — Вы буквально пять минут назад наставили на меня пистолет. Изуку вздохнул, взвалил сумку на плечо и подошёл к окну, через которое вошла Руми. Прищурившись, она скрестила руки на груди. — Разве твоя мама сейчас не спит? Ты правда собираешься просто исчезнуть? — Она знает, что я ухожу, — защищался он, пожимая плечами, когда Руми снова посмотрела на него. — Ну, ладно, она не знает. Но я сказал ей, когда вернулся из бара, что мы с друзьями начали новую игру, и она, вероятно, будет очень напряжённой. Она уже должна знать, что обычно это означает, что я буду пропадать время от времени, пока всё не закончится. И с этими словами Руми осталась одна в детской спальне, а мальчик спустился по укреплённой трубе и исчез в темноте внизу. Покачав головой, она не могла не задаться вопросом, каково это — иметь ребёнка, который постоянно попадает в неприятности. Конечно, с Даби и Кацуки у неё было примерно то же самое, но, по крайней мере, она не несла за них юридической ответственности. Это был бы гребаный кошмар. Антисоциальная сеть Эктоплазма: @все просто напоминаю, что для отслеживания хода игры каждый должен делать объявление на сервере, когда у него появляется цель. у вас есть сто секунд до начала, удачи!! Эктоплазма: @Дважды @Наковальнявам двоим дали цели, верно? Кастет: Это самая идиотская хрень, которую ты когда-либо придумывал. Я собираюсь уничтожить вас всех. Коичи: глупейший*, мастер. Кастет: Сначала я приду за тобой. Сога: не то чтобы у тебя был большой выбор, старик. мы все знаем, кто твоя цель Дважды: вы все, черт возьми, МОШЕННИКИ Эктоплазма: итак, все! официально пять утра, что означает начало игры.;...' Мируко: ??? Катуски: @Эктоплазмабольше не в игре. Ваш ход, ублюдки. Дехиса: значит, у НЕГО был экто Монома: LMFAO????? В ПЕРВЫЕ ТРИ СЕКУНДЫ? Кадзухо: какая у тебя хитрость. Надо отдать тебе должное, кот. Хоукс: отличная работа, малыш! Мируко: что там произошло, экто Эктоплазма: он ждал меня в моем доме. Кацуки: вот что ты получаешь за то, что заставил меня участвовать, сука Кадзухо: думаю, да начнутся игры, блядь. Уверенность, с которой Хоукс явился на встречу в то утро, как будто он не только что вступил в игру, к которой отнеслись бы настолько серьёзно, что это могло бы стать вопросом жизни и смерти, была просто поразительной. Он просто вошёл в конференц-зал на пять минут раньше, как будто это был обычный день. Однако она старалась не слишком задирать нос, спрятавшись в потолочной плитке. Она знала, что мужчина, сидевший под ней, был особенно искусен и обучен шпионажу, а чувствительность его перьев только усиливала его способность следить за происходящим вокруг. Если бы она пошевелилась раньше времени, кашлянула или даже неправильно вздохнула, он бы, несомненно, уловил вибрации и понял, что на этой встрече присутствует кто-то, кто определённо не был приглашён. К счастью, её телефон был поставлен на беззвучный режим, поэтому, когда он загорелся от уведомления, это никого не потревожило. Она потянулась за ним, только когда увидела, что Хоукс сделал то же самое, показывая, что они оба получили одно и то же уведомление. Антисоциальная сеть Коити: э-э, так что я ушёл из @Twice, кстати Кастет: Это мой мальчик! Хитоши: это значит, что теперь у тебя есть катсуки, верно Коити: да, но это похоже на саботаж. Он должен это знать Кацуки: крутой парень-крутейший круллер Коичи: как долго ещё продлится эта игра? Скоро у меня лекции, и я не могу позволить, чтобы мастер врывался и пытался меня заколоть. мои преподаватели и так уже злятся на меня из-за многих других вещей Дважды: ЭТО ТАК НЕПРАВИЛЬНО, Я НЕ ЗАСЛУЖИЛ ТОГО, ЧТОБЫ МЕНЯ ТАК БЫСТРО УБИТЬ Дважды: ОН ДАЖЕ НЕ ПЛАНИРОВАЛ ЭТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ Дважды: МЫ ПРОСТО СЛУЧАЙНО ВСТРЕТИЛИСЬ В ЭТОМ ЧЁРТОВОМ МАГАЗИНЕ. ЧТО ЗА ЧЁРТ Коити: серьезно, ребята, меня не могут выгнать из колледжа за это Хоукс: я думаю, что это была отличная идея — сыграть! Руми прищурилась, наблюдая, как мужчина под ней начал лихорадочно печатать, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг него совещание. Заметив, что он отвлёкся, она медленно начала сдвигать оставшуюся часть потолочной плитки в сторону, открывая себе прямой путь к цели. Хоукс: вы, ребята, не можете притворяться, что это хоть сколько-нибудь весело, к тому же, кто бы ни победил, мы получим игру, удалённую из списка Экто!! представляете, если бы мы разблокировали игру «Поход по магазинам»? мы могли бы снова начать турниры, ПЛЮС W Быстро вздохнув, Руми спрыгнул с потолка. Антисоциальная сеть Хоукс: вы, ребята, не можете притворяться, что это хоть сколько-нибудь весело, к тому же, кто бы ни победил, мы получим игру, удалённую из списка Экто!! представляете, если бы мы разблокировали игру «Поход по магазинам»? мы могли бы снова начать турниры, ПЛЮС W Дважды: ?? Кадзухо: планируешь закончить эту мысль, птичка? Мируко: @Хоукс теперь вне игры. Пожалуйста, Япония. Кадзухо: вот дерьмо Катсуки: ДА, БЛЯДЬ, РУМИ Хитоши: О БОЖЕ, СПАСИБО, БЛЯДЬ Моно: ПРИВЕТСТВУЮ МИРУКО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ Мируко: спасибо за стратегическую идею, катсуки. Изуку: о, слава богу, я действительно не хотел с этим разбираться Дважды: мы этого не заслуживали. я и ястребы. Дважды: жертвы. Дехиса: поплачь об этом Дважды: ты наказан. Хоукс: в разгар моего совещания, Усагияма? Серьезно? Ястреб: вам не нужно было разбивать окно на выходе. Следующее за ним было уже открыто. Руми: ты не можешь притворяться, что это хоть немного не весело, Кейго :p Хоукс: я имею в виду, что, по крайней мере, я не был первым, верно?@Эктоплазма лол Эктоплазма: Я не хочу об этом говорить. Сотрудники Хокса были не очень впечатлены тем, что ещё один профессиональный герой без предупреждения ворвался в разгар их совещания, сбил Хокса с ног и ударил его ногой в челюсть, прежде чем вонзить пластиковый выдвижной нож ему в шею. Они были ещё меньше впечатлены тем, что Хокс начал по-детски ныть, как только понял, что его поймали. У Руми не было времени разбираться с этим, поэтому она быстро поклонилась в знак извинения, пробормотала выдуманное объяснение, что это результат пари, заключённого между ней и Хоуксом, и сбежала через окно конференц-зала, крепко сжимая в руке нож, выпавший из кармана Хоуксона во время потасовки. Там было написано «Изуку», так что это кое-что прояснило. Руми, хоть убей, не могла найти этого чёртова ребёнка. Он полностью исчез. Спрятался. Он исчез. Дело было даже не в том, что Руми была слишком воодушевлена победой, она просто пыталась убедиться, что получит контроль над призом — некоторые из этих игр были запрещены по определённой причине, и, по крайней мере, если бы она отвечала за то, чтобы убрать одну из них, она могла бы убедиться, что это меньшее из зол, а не то, чего, чёрт возьми, хотели дети. Но поскольку Изуку, по сути, исчез с лица земли, у неё не было зацепок. Последние три дня он не ходил в школу, и никто из тех, кому она писала, не знал, куда он делся. Либо они просто не хотели ей помогать по какой-то другой причине. Она была уверена, что если кто-то и знал, где он, то это был Кацуки, но следить за передвижениями Кацуки оказалось ещё сложнее. Её мальчик был занят. Удивительно, но он не бросал среднюю школу Альдеры; на самом деле Изю был единственным, кто прогуливал занятия. Руми не знала, гордиться ей этим или бояться, учитывая, что чем больше целей перемещалось и менялось, тем больше средняя школа напоминала бомбу замедленного действия. В какой-то момент на этих ножах появятся имена друг друга, и это не закончится хорошо. На другом конце Мусутафу произошло другое предательство: выяснилось, что Сога поразил свою первую цель, бесстыдно завербовав Рэпта, своего лучшего друга, чтобы тот устроил ловушку. Только когда стало слишком поздно, бедный рептилоид понял, что он был целью Соги и запланированной жертвой этой ловушки, и что его лучший друг детства ударил его ножом в спину, о чём он жаловался в чате последние двадцать четыре часа. Сога не раскаивался. Однако это был не единственный член банды Нарухаты, которого пришлось выгнать раньше времени. Монома одержал очень неожиданную победу над Моюру. Руми даже довелось стать свидетельницей этого, когда она патрулировала окрестности и, услышав очень громкий визг, наткнулась на крупного молодого человека, который стоял на четвереньках посреди пустой улицы, кашляя и протирая глаза, а вокруг него вился слабый дымок. Судя по всему, Монома заключил временный союз с Кариаге, чтобы уничтожить свою цель, и это произвело на Руми лёгкое впечатление. Она присела на корточки на крыше здания над ним, пока он выхватывал нож из всё ещё раздражённого тела Мойру, и случайно заметила надпись «Кариаге», нацарапанную на пластике. Она видела, как Монома поджал губы, прищурившись, глядя на неё, и задумался. Да, этот союз не просуществовал бы долго. В средней школе должно было произойти кое-что неприятное. Антисоциальная сеть Кацуки: ДВОЙНОЕ УБИЙСТВО Изуку: Качан, что. Что это значит. Кариаге: это значит, что его, чёрт возьми, отстранили, и это были самые напряжённые десять минут за всю мою грёбаную жизнь. и я даже не при чём Эктоплазма: Кацуки, тебе нужно быть более конкретным, если ты уничтожил другую цель. Кацуки: @Кадзухо @Хитоши ДО СВИДАНИЯ Кадзухо: Я, чёрт возьми, знал, что это была глупая идея — нападать на школу Даби: как, чёрт возьми, тебе удаётся попасть в двух. У тебя есть только одна цель за раз. Кадзухо: моей целью был новичок :( Хитоши: я все ненавижу Рэп: ПОСМОТРИ. ДРУГ НАНЕС МНЕ УДАР В СПИНУ. ЭТО ЧЕРТОВСКИ ПЛОХО, НЕ ТАК ЛИ. Кариагэ: у меня сейчас такое высокое давление, что я не могу справиться с ним в школе Осознание того, что его преследовательница всё ещё находится в школе вместе с ним, сделало наблюдение за тем, как Каридже начинает впадать в стресс, ещё более жалким. Руми не смогла сдержать фырканья, убирая телефон, и, приняв решение, направилась в Альдеру. Катсуки: О НИМФЫГА Кацуки: НАКОНЕЦ-ТО, БЛЯДЬ, НАКОНЕЦ-ТО. О БОЖЕ МОЙ Эктоплазма: Что теперь? Мируко: почему он так взволнован. Хитоши: Я только что отдал ему свой нож. Кацуки: @Даби Я готовился к этому всю свою жизнь, а твоя задница полетит к чёртовой матери Даби: ненавижу это гребаное место. "Итак, что же произошло на самом деле". Кацуки самодовольно выпрямился, а Монома и Кариаге стояли рядом с ним на тротуаре перед школой. Руми была слегка озадачена тем, что Монома не уничтожал свою цель, несмотря на лёгкий доступ к ней, но ей было достаточно любопытно, чтобы не раскрывать его, и она не стала упоминать известную ей информацию. «Итак, Кадзухо хотела схватить Хитоши во время одного из наших занятий, — объяснил он, в то время как Кацуки продолжал ухмыляться, глядя на нож своей новой цели. — И она решила, что лучший способ сделать это — устроить настоящий штурм: вскочить, разбить окно в классе и повалить его на землю. Шинси и так был на взводе, потому что не спал, чтобы обезопасить себя, пока был дома, и был уверен, что кто-то его преследует. Оказалось, он был прав, — Монома пожал плечами. — Но она дождалась, пока он слишком вымотается, чтобы эффективно уклоняться, и он просто упал. — Он указал вниз, чтобы подчеркнуть, и хлопнул рукой по земле. Каридж ухмыльнулся. «Пока Кацуки не решила воспользоваться ситуацией и не спасла его от верной гибели. Он вцепился в неё, как клещ. Каз была в отчаянии, когда поняла, что её ранили». «Учительница пригрозила вызвать полицию, и ей пришлось сбежать», — наконец решил объясниться Кацуки. «Она уронила нож и убежала. Я поднял его, увидел имя, увидел, что Хитоши всё ещё дрожит на земле... было логично продолжить с того места, на котором она остановилась». Руми слегка покачала головой. Она подняла руку, чтобы прикрыть глаза от яркого солнца: «На какой срок тебя отстранили?» «Если напасть на другого ученика, тебе максимум дадут два дня, но меня ещё и обвинили в том, что я разбил окно, так что неделю». - А где сейчас Хитоси? - спросил я. «О, я ударил его по лицу, очень сильно. Он всё ещё с медсестрой». Руми протяжно вздохнула. «Я просто…» Она посмотрела на небо, сонно моргая и размышляя вслух. «Я не могу понять, о чём, чёрт возьми, думал Ни один из трёх парней, стоявших перед ней, не ответил. Сдавшись, она наконец решила принять удар на себя и выпрямилась во весь рост. Она пришла сюда не просто для того, чтобы наблюдать за хаосом игры. — Кацуки. Где Изуку? В конце концов, ей нужно было самой внести свой вклад в хаос, если она собиралась победить. Глава 2: очень плохое исполнение Примечания: Ладно, это должна была быть последняя глава, но она ускользнула от меня. Я обещаю, что это будет не больше трёх глав. Чёрт возьми, я забыл, насколько чертовски напряжённым был переезд, как будто у меня больше нет работы, и я всё ещё пытаюсь найти время, чтобы писать. Но к чёрту всё, мы работаем, я должен закончить это дерьмо, серьёзно, я люблю эту серию. Возможность сесть вечером и поработать над ней — моя спасительная благодать. скоро увидимся с заключительной частью <3 как всегда, дайте мне знать, если что-то нужно будет исправить: D (Дополнительные примечания приведены в конце главы.) Текст главы Несмотря на то, что она сама была втянута в соревновательный характер игры, Руми пришлось сделать глубокий вдох и напомнить себе, что в этой ситуации она должна быть взрослой. Ей было двадцать пять лет, чёрт возьми! Она повеселилась, и, видит Бог, в студенческие годы она тоже не раз устраивала подростковые выходки, пробираясь на арены и срывая операции Про-Героев ради забавы. Сейчас было самое время успокоиться и ответственно Да. Конечно. Она могла бы это сделать. Поэтому, когда Кацуки посмотрел на неё свысока за то, что она осмелилась спросить, где Изуку, она выдержала его взгляд всего три минуты, а потом вздохнула и отвернулась, отдав ему победу. Поскольку это было примерно в то время, когда заканчивались занятия в школе, она решила, что должна быть ответственной и попытаться позаботиться о детях. Глядя на троих перед собой, она поняла, что стресс от игры сказался на некоторых из них. Каридж выглядел так, будто не спал неделю, его взгляд метался по сторонам, он беспокойно постукивал ногой, словно в любую секунду мог подвергнуться нападению. Тот факт, что Монома, похоже, был единственным, кому он доверял приглядывать за ним из-за их союза, был... честно говоря, просто печальным. В итоге они оказались в одной из уютных чайных в центре Альдеры, потому что это было единственное место, где Каридже мог войти без оружия. И даже тогда он согласился сесть и сделать заказ только после того, как Руми показала ему свой нож в качестве доказательства, что она не заманивает его в ловушку и что её цель — Изуку. "А как насчет вас троих?" Она кивнула, как только загнала их в кабинку и поставила перед всеми тремя кружки с кофе. Было ли лучшей идеей подсыпать им кофеина? Может, и нет, но заставлять их засыпать на людях тоже не казалось хорошей идеей, поэтому она просто делала, что могла, пока весь этот бардак не закончится. "Кто у тебя есть? Не ты, - Она подняла руку, когда Катсуки открыл рот. «Я уже знаю, что у тебя есть Даби, потому что ты, как идиот, написал об этом в чате». «У меня были на то причины», — он фыркнул, поднося кружку к губам. Чушь собачья. — Зачем нам вам что-то рассказывать? — ухмыльнулся Каридж, покачивая ногой под столом. — Зачем нам вам Руми надула губы, глядя на них. «Я ведь вытащила Хокса ради вас, не так ли?» — Эта игра — война, — серьёзно сказал ей Кариаге, широко раскрыв глаза. — Добрые дела не приносят пользы. Они только приносят неприятности. Остальные молча уставились на него. Кацуки довольно фыркнул. — Ладно, — сменив тактику, Руми приподняла бровь. — Как насчёт этого? Я знаю, кто преследует вас обоих. Её заявление возымело желаемый эффект: и Кариаге, и Монома тут же оживились. Кариаге — из любопытства, Монома — из осторожности. Она бросила на блондина самодовольный взгляд, и он сглотнул, внезапно осознав, как близок был к провалу. "У кого я?" Потребовал ответа Кариаге. "О, теперь ты хочешь мне доверять?" "ЧЕРТ ВОЗЬМИ, РУМИ, КТО МЕНЯ СХВАТИЛ?!" Он хлопнул руками по столу, вскакивая, чтобы свирепо посмотреть на нее через стол. Она откинулась назад в легком удивлении, наблюдая, как обычно такой сдержанный мальчик сделал паузу, возможно, осознав, насколько... он был шумным в причудливой маленькой общественной чайной. Медленно, демонстративно игнорируя множество людей, уставившихся на него со всего зала, он опустился обратно на свое место. — Господи, малыш. Что на тебя нашло? — не удержалась она от восхищённого вопроса. — Это, наверное, из-за меня и Де. Он плохо справляется в ситуациях, когда за нами охотятся. С тех пор, как мы были детьми, — объяснил Кацуки, поднимая руку, когда говорил. — И вообще, нужно ли мне здесь оставаться? Вы все знаете, что у меня есть Даби, а я знаю, что у Коичи есть я. Это кажется бессмысленным. Руми указала на него, когда он заёрзал, собираясь встать. «Ты едва ли заботишься о себе в обычных условиях, не говоря уже о том, когда целыми днями выслеживаешь Даби. Сядь и жди, пока я принесу тебе блинчики, которые я тебе заказала. Кроме того, — добавила она, когда он плюхнулся обратно на стул, сердито надув губы, — мне всё ещё нужно, чтобы ты сказал мне, где Изуку». — Я ни черта не говорю! — огрызнулся он. — Я даже не знаю, куда он сейчас убежал, у него уже был целый час, чтобы скрыться! Руми остановилась, не дойдя до Каридже и Мономы, и медленно прищурилась. — Что ты имеешь в виду под «часом»? Сбежала откуда? Катсуки ухмыльнулся ей. Как оказалось, Изуку всё это время был у неё под носом. — Он прятался с Даби?! — взвизгнула Руми, стоя у входа в чайную после того, как оплатила счёт. Кацуки хмыкнул, доедая один из оставшихся в коробке блинчиков. Он ткнул пластиковой вилкой в контейнер из пенопласта и за один раз отправил в рот примерно половину блинчика. — Поселились вместе с Дунателло, — едва разборчиво произнёс он, прежде чем запрокинуть голову, чтобы проглотить безумное количество еды. — Мы получили бесплатную няню, а он — место, где можно залечь на дно, где никто не подумает искать. Выигрыш-выигрыш. — Следить за этой штукой 24 часа в сутки, 7 дней в неделю? — спросил Кариаге, приподняв бровь. — Не похоже, что это победа для него. «Ты хочешь сказать, что всё это грёбаное время у тебя был союз с Даби?» — Руми ещё раз перепроверила, потирая переносицу. Это было неожиданно, конечно, но именно поэтому Кацуки и пошёл на это. Проблема с её двумя мальчиками заключалась в том, что они ненавидели друг друга, это было правдой, но они также знали, что все остальные привыкли к их ненависти друг к другу. Это означало, что в половине случаев они объединялись из чистой злобы к людям, которые думали, что их можно предсказать. "Вот почему ты выдал себя за Даби в главном чате", - поняла Она. "Предупредить Изуку, что союз распался и Даби больше не будет в безопасности". Катсуки без особого энтузиазма кивнул. «Мы всегда знали, что в конце концов один из нас останется с другим, поэтому договорились, что когда это произойдёт, мы должны будем публично объявить об этом и разорвать перемирие. Пока я не добилась его, он должен был позволить Деку потерпеть крах, ая должна была сообщать ему о местонахождении Дехисы». Услышав эту интересную информацию, Кариаге замолчал и в замешательстве посмотрел на друга. «Зачем ему следить за Дехисой? Нома сказал мне, что у него есть Дехиса». Однако Руми была больше сосредоточена на Кацуки, и на её лице читалось замешательство, пока она пыталась понять, что движет её маленьким подопечным во время игры. Это правда, что он убил больше всех, уже уничтожив три цели, но теперь, когда она задумалась об этом, ей показалось, что он не старался Его первое убийство Эктоплазмы в первые несколько секунд после начала игры поначалу казалось слишком поспешной попыткой вырваться вперёд, по крайней мере, до тех пор, пока она не поговорила с Эктоплазмой позже и он не сообщил ей, что Кацуки пришёл с первоначальной целью — взять закваску у этого человека. По-видимому, Кацуки просто внезапно решил воспользоваться возможностью и задержаться ещё на несколько минут до начала игры, чтобы совершить убийство. Эктоплазму больше огорчал тот факт, что ему ещё не вернули его стартовый набор. У него почти закончился хлеб, пожаловался он Руми, и он ненавидел магазинный хлеб. Заметные движения Кацуки были очень хаотичными, она металась туда-сюда; оказывалась в очень случайных местах, разговаривая с очень случайными людьми, если верить отчету, который ей удалось собрать, пытаясь приглядеть за ним (не просто чтобы попытаться увидеть Изуку, просто казалось хорошей идеей следить за обоими ее мальчиками в любом случае, однако Даби была занята какой-то подпольной работой на прошлой неделе, и у нее едва хватало времени следить за основным чатом, не говоря уже об участии в игре. Бедняга Хитоши, должно быть, ломал голову над тем, как добраться до своей цели.) Это было правдой. В тот момент это не имело особого смысла, потому что Кацуки был не из тех, кто бегает как курица без головы. Его версия хаоса была более методичной: он сразу переходил к делу и делегировал ненужную работу другим людям, чтобы не делать ничего лишнего. Поэтому Руми была в замешательстве, когда начала получать сообщения о том, что он каждую секунду, когда не был в школе, проводил в случайных притонах для отбросов общества, бегая по Альдере, как будто за ним гналось ФБР. Но если он следил за Дехисой повсюду? Тогда да, это отслеживается. Но это означало, что всё, что Кацуки делал во время игры, не было попыткой победить. Два других его убийства произошли только потому, что его жертва буквально оказалась перед ним, и что ещё он должен был делать? Так в чём же, чёрт возьми, заключалась его цель? Она понятия не имела, но сейчас это было наименьшим из её забот, учитывая, что худший союз в истории вот-вот развалится у неё на глазах. Пойманный на лжи о своей цели, Монома застыл на месте, решительно глядя вперёд. Кацуки приподнял бровь, а Руми вздохнула, быстро оглядев улицу, по которой они шли, чтобы понять, сколько людей вокруг, готовых стать свидетелями сцены. — Нет, Даби с Дехисой с самого начала игры. Подражатель, чёрт возьми, врёт тебе, — протянул Кацуки, отходя от парочки с заинтересованным выражением лица. Каридже медленно повернулся лицом к своему «партнёру», сканируя его лицо и постепенно напрягаясь. Руми переживала из-за давления у бедного парня. "Ты сказал, что у тебя Дехиса". В отчаянии повторил он. Моно резко вздохнул, и Кариаге быстро отступил, пока не смог использовать Катсуки в качестве живого щита. "Зачем тебе лгать о том, кто у тебя есть. Зачем тебе лгать, Моно?" Прошептал он, выглядывая из-за плеча друга. — Мне кажется, ты уже знаешь почему, — пробормотал Монома, звучавший подавленно, но не отводивший взгляда. Глаза Кариаге расширились, и Руми с немалым беспокойством заметил, что он дрожит. Он медленно указал на Моному, растянув губы в уродливой недоверчивой ухмылке. — Но ТЫ — ЕДИНСТВЕННАЯ, КТО А потом раздался выстрел. Не то чтобы выстрелы были чем-то необычным в Альдере. Напротив, в некоторых районах округа жители даже не обращали внимания на выстрелы. Она была свидетельницей инцидентов, когда ей приходилось наблюдать, как жители Альдеры ждали, пока раздастся четыре или более выстрелов, прежде чем позвонить в полицию, потому что, очевидно, это был предел для реальной угрозы, требующей вмешательства правоохранительных органов. Сама Руми выросла в отдалённом уголке Альдеры, где, если ранним вечером вы видели кого-то, идущего по улице в луже крови, то первым делом смотрели, нет ли у него татуировок, а не вызывали скорую. Даже если он не был связан с бандой, никто не обращался в больницу. Было несколько сомнительных врачей, хорошо известных тем, кто часто получал травмы, и их можно было вызвать, если вы были готовы вести себя цивилизованно, но в остальном люди предпочитали справляться сами. Единственная больница в Альдере использовалась редко, в основном жителями верхних районов или во время крупных катастроф. Из всех их одноклассников Изуку ходил туда чаще всех, но только потому, что ему нравилось навещать маму на работе. Тем не менее, Руми не смогла бы так быстро стать успешным профессиональным героем, если бы у неё не было хороших рефлексов и внимания к профессиональной безопасности, поэтому она отскочила в сторону, когда услышала выстрел так близко к ней и детям, инстинктивно выставив руки, чтобы защитить их. Монома, будучи выходцем из высшего общества Альдеры и «новичком» до того, как Хитоши переехал сюда (даже если это было три года назад), не привык к такому публичному насилию и сильно вздрогнул, обхватив голову руками и взвизгнув. Руми знала, что Кацуки и Кариаге слишком привыкли к подобным проявлениям, и Кацуки даже не вздрогнул ничуть, а вместо этого продолжил жевать свой последний блин, небрежно повернув голову в сторону ближайшей крыши. У Кариаге была бы такая же реакция, если бы он не был так взвинчен последние несколько дней. Руми была уверена, что видела, как Кацуки удерживал его от попытки вдохнуть перец в закусочной, чтобы он не терял бдительности. Он громко взвизгнул и спрятался за блондином, пока не оказался, по сути, зажатым между ног своего друга. Кацуки лишь взглянул на него, прежде чем поднять ногу и рассеянно похлопать его по плечу, а затем вернуться к еде. Раздалось ещё два выстрела, оба в землю рядом с ногами группы, но ни в кого не попали, и Руми перевела взгляд на крышу, куда смотрел Кацуки, прикрывая глаза от послеполуденных солнечных бликов, которые, к сожалению, мешали ей видеть. Её глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть, и, к сожалению, это заняло слишком много времени. Монома вскрикнул и упал, когда сверху на него обрушился тяжёлый, неопознанный груз. Руми потребовалось ещё несколько секунд, чтобы понять, что произошло, и она винила в этом отвлекающий вид Каридже, цепляющейся за лодыжку Кацуки, как трёхлетний ребёнок. — ТЫ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, АРК- — взбрыкнул Монома, сумев откатиться от нападавшего и отползти в сторону, но Изуку, а это был он, бросился за ним и прыгнул ему на грудь. «-Сучка-» — это было единственное слово, которое они услышали из уст Мономы во время завязавшейся потасовки. Деку смог вонзить нож в шею своей цели прямо перед тем, как получил удар ногой в грудь и отлетел через весь тротуар, врезавшись в стену и сильно закашлявшись. Кацуки бесстрастно посмотрел на него, прежде чем снова поднять взгляд на крыши. — Думаю, это твой шанс, Ди. Сбитая с толку, Руми подняла взгляд и наконец увидела Дехису над ними с пистолетом в руке. Он отбросил его в сторону и, используя свою причуду, вытянул руки вниз, схватил Изуку за локоть и грубо оттащил его в сторону. Вид избитого мальчика, которого уносили в безопасное место, наконец вывел её из оцепенения, и Руми быстро поняла, что это её шанс! Она решительно зарычала и прыгнула за ними, приземлившись на крыше в нескольких метрах от них как раз в тот момент, когда Дехиса поднял хрипящего Изуку на ноги (и действительно, этот парень был не создан для сражений. Руми не сомневался, что ему каким-то образом удастся стать Героем, но серьезно?) и они направились к выходу. Руми бросилась за ними, но только для того, чтобы лишиться такой возможности, когда что-то еще врезалось ей в спину, резко толкнув на пол. "Что за..." — Не утруждай себя побегом, сопляк, ты же знаешь, что тебе меня не перехитрить! О, ради всего святого. «ДАБИ». Она услышала визг Кацуки снизу, когда он внезапно стал более вовлечённым в ситуацию. Она была уверена, что если бы Кариаге не мешал ему своей непрекращающейся панической атакой, он бы уже был с ними на крыше. Как бы то ни было, Даби отбросил Руми в сторону, как будто она была никем, в спешке бросившись за своей целью, которая издала пронзительный крик, как только поняла, что старший Тодороки пришёл за ней. Деку без колебаний отбросили в сторону, как мешок с картошкой, и, всё ещё не оправившись от удивительно сильного удара, нанесённого ему Мономой, он остался ползти к краю крыши в одиночестве, пока Дехиса убегал в противоположном направлении. Даби, похоже, не слишком беспокоился об этом и неторопливо шёл в его сторону со злобной ухмылкой на лице. Руми решила проигнорировать эту неразбериху, чтобы не потерять Изуку, наконец поднялась на ноги и побежала за ним. Позже она бы отшлепала Даби за то, что та перебила ее. Проблема была в том, что к тому времени, как она добралась до края крыши, Изуку уже спрыгнул с неё, приземлившись на мусорный бак, и потащился обратно на улицу, где его всё ещё ждали Кацуки, Кариаге и Монома. «...Кажется, ты сломал мне ребро», — услышала она, как бедняга захрипел, и её решимость поймать его только усилилась. Изуку был упрям, когда дело касалось его самолюбия, но ей не хотелось признавать это, потому что она действительно считала его особенным ребёнком... Он не был слишком искусен. По крайней мере, ни в чём физическом. Он участвует в игре против всех этих могущественных людей, которые не остановятся ни перед чем, чтобы победить? Его разорвут на части; его уже разрывают на части. Ей нужно было вытащить его оттуда ради его же безопасности. — Ты не должен был, чёрт возьми, набрасываться на меня, как проклятый стервятник! — рявкнул Монома, и Руми увидела, как он с раздражением бросил нож младшему мальчику, как только она вернулась в их компанию. «Изуку, малыш, ты должен…» Она пыталась убедить его, но он лишь испуганно вскрикнул и отшатнулся. "ДЕХИСА!.." "Даби надирает задницу Дехисе, малыш". Устало сказала она. "Он бросил тебя. Ты уже ранен, и я не хочу причинять тебе боль еще больше, чем ты уже есть. Серьезно, Изуку. Это выходит из-под контроля. Просто стой спокойно и позволь мне вытащить тебя из этого. Он задумчиво посмотрел на нее. Она вздохнула. «Никто не станет хуже относиться к тебе из-за того, что тебя вырубил профессиональный герой. Ты уже хорошо справился, поверь мне». Изуку попятился от неё, оглядываясь по сторонам. Закатив глаза, Руми решила не терять времени и направилась к нему, потянувшись за ножом, который прятала за поясом. Она отошла от него шагов на пять, когда, поскольку, очевидно, весь мир был против неё, Дехиса снова появился. Он выскочил на дорогу, заставив приближающийся автомобиль громко заскрипеть тормозами, чтобы не врезаться в него, и, развернувшись, показал водителю средний палец, прежде чем подбежать к Изуку. Он широко улыбнулся, увидев, что его спаситель вернулся, а Кацуки хмыкнул с того места, где всё ещё стоял, как грёбаный гражданский, жуя эти чёртовы блинчики. «Чёрт, Де, ты был близок к цели, не так ли?» Дехиса лишь мельком взглянул на Кацуки, когда тот обнял Изуку за талию, явно не щадя его, несмотря на травмы, если судить по тому, как поморщился Изуку, прежде чем в замешательстве прищуриться и быстро вскинуть руку к верхушке ближайшего фонарного столба. — О боже, чёрт возьми, Дехиса, не надо! — воскликнула Руми, но ей не хватило совсем чуть-чуть, чтобы поймать их, прежде чем он успел подбросить себя и Изуку в воздух. Она разочарованно зарычала и приготовилась броситься в погоню, согнув ноги в коленях. "Нома". Монома застонал от резкого, командного тона Кацуки, и Руми внезапно оказалась прижата к земле мальчиком, который подбежал к ней сзади и обхватил её руками, как медведь. Она не могла прыгнуть, пока он был на ней, и он уже скопировал её причуду, чтобы помочь себе удержать её на земле с помощью её же усиленной силы, к её большому раздражению. — Какого чёрта? Отстань от меня, я их теряю! — рявкнула она, потеряв из виду Изуку и сосредоточившись на том, чтобы отцепить прилипчивого ребёнка. — Ты уже потерял его, Румс, — равнодушно проворчал Кацуки. — Де привык к случайным встречам. Он бы не позволил Деку зайти, если бы не планировал быстро уйти. Она знала, что он прав, даже если не хотела этого признавать. Она всё равно оттолкнула Моному и, развернувшись, свирепо посмотрела на своего самого младшего подопечного. «Ты что, на его стороне? Ему будет очень больно, если он продержится в этом ещё немного, Кацуки!» Он пожал плечами. «Честно говоря, я просто удивлён, что Дехиса сбежал от Даби». Словно услышав своё имя, Дехиса вернулся. Он выглядел сильно запыхавшимся, тяжело дыша, а Изуку нигде не было видно. Однако он всё же нашёл время, чтобы вернуться к Кацуки, опершись руками на колени и наклонившись вперёд, прежде чем повернуть голову в сторону Каридже, которая сжимала штанину Кацуки, закрыв глаза. — Что с ним не так? — спросил он, прищурившись и глядя на их друга... не с беспокойством. Просто с любопытством. Кацуки лишь снова пожал плечами. Именно тогда Даби сбил Дехису с ног, выстрелив в двенадцатилетнего подростка струёй яркого пламени и издав громкий боевой клич. Руми смотрела им вслед с невероятным чувством усталости и отвращения к себе за то, что не оказала более серьёзного сопротивления, когда Эктоплазма впервые пришла ей в голову эта идея. Краем глаза она заметила, как Кацуки дёрнулся, и повернулась, чтобы сурово посмотреть на него. — Даже не думай об этом, — предупредила она, заметив вспыхнувшее в его глазах желание, как только он увидел Даби. Не сегодня. Больше ничего. Ей нужно было принять горячую ванну, прежде чем она сможет думать о чём-то ещё. Антисоциальная сеть Изуку: @Monoma отсутствует!!!! извините !! Монома: я верну тебя в другой раз. Не волнуйся. Кадзухо: ну, чёрт возьми. Как тебе это удалось? Мируко: Ему нужно в больницу. Даби: фу, какая ты жалкая. @Дехиса, тоже уходи. Сога: значит, теперь у тебя есть я? Даби: похоже на то. Сога: хм. Даби: хм. Моюру: мне это не нравится. Нравится. вообще Кацуки: не похоже, что Даби надолго его задержит Даби: иди на меня, блядь, бакуго Кацуки: да, сука? Я приду и сражусь с тобой на пике Секото, буду единственным, кто действительно появится Даби: ПОШЕЛ ТЫ Катсуки: ИДИ НАХУЙ НА МЕНЯ Мируко: Прекрати. Это. Даби: я продолжу это в DM, маленький засранец Катсуки: ПРИНЕСИ ЭТО, черт ВОЗЬМИ. Мируко: ПРЕКРАТИ. ЭТО. Мируко: @Эктоплазма, это всё из-за тебя. Надеюсь, ты это понимаешь. Эктоплазма: может, мы слишком увлеклись соревнованием, Изуку, ты так сильно ранен? Изуку: Я в порядке, чувак!!! Я обещаю, обо всём позаботились. Катсуки: с ним все в порядке. Коити: не хочу прерывать то, чем вы, ребята, здесь занимаетесь, но хозяин только что вывел меня, и я решил, что должен сообщить вам об этом, потому что. он, скорее всего, забудет, что должен был сказать об этом в чате. Коити: я даже не думаю, что он сейчас знает, где его телефон. Кацуки: погоди. Костяшка вырубил тебя? Коити: появился в моем лекционном зале. Мой профессор не был впечатлен. Я все вам рассказал. Коити: он ещё и вывихнул мне плечо? это больно? чёрт возьми, я буквально твой подопечный, покажи класс Кадзухо: старик вытащил тебя??? я имею в виду, мы все знали, что это произойдёт, я удивлён, что тебе потребовалось так много времени Коичи: Спасибо. за вотум доверия. Кадзухо: :D Дехиса: вы все не думаете, что теперь мишенью для Накидника стал Кацуки Даби: ооо? Катсуки: не надо. Даби: ооооо? Кацуки: Делай. Нет. Даби: ты, мой маленький друг, мёртвое грёбаное мясо. Катсуки: заткнись. никто, блядь, меня не трогает. Дехиса: ему пиздец, хотя давайте будем честны Кадзухо: о, у него нет шансов. Мируко: @Эктоплазма, я столько раз говорила тебе, что это плохая идея Эктоплазма: Это просто забава, Руми! Расслабься! Кариаге: НИЧЕГО ИЗ ЭТОГО НЕ ВЕСЕЛИТ, Я ЭТО НЕНАВИЖУ Дехиса: да, Кари борется, лол Кацуки: @Хитоши прикрой меня в школе, мне нужно уйти в подполье Даби: возможно, это лучший день в моей жизни. Кто-нибудь, скажите мне, где старик, чтобы я мог последовать за ним и начать снимать, когда он выбьет дерьмо из Кацуки Кацуки: я скажу твоему отцу, что ты жив Даби: ЭЙ Мируко: Не начинай. Примечания: Изуку пытается покончить с собой, участвуя в соревнованиях. Этот мальчик не создан для того, чтобы противостоять этим ублюдкам. По крайней мере, не сейчас. Дайте ему несколько лет. Глава 3: еще худший вывод Примечания: ЛАДНО, Я ВЕРНУЛСЯ, И ЭТО НАМНОГО ДОЛЬШЕ. ЧЕМ я ДУМАЛ. вы все понятия не имеете, насколько я упрям, чтобы не добавлять еще одну главу к списку. я отказался. так что извините, но ради моей собственной гордости вам придется иметь дело с 10-тысячной финальной главой. глубочайшие соболезнования. пожалуйста, подумайте о названии главы, прежде чем устанавливать ожидания. в любом случае, чертовски люблю всех вас, ребята, как всегда, пожалуйста, lmk, если что-то нуждается в исправлении <3 (Дополнительные примечания приведены в конце главы.) Текст главы Руми мог сказать, что у Изуку не очень хорошо получалось в одиночку. Единственный раз, когда она видела его после того, как он расправился с Мономой, был, когда он появился на заднем плане в прямом эфире новостей. Судя по всему, он пытался, но не смог наброситься на Кариаге по дороге домой однажды вечером, и незаинтересованная камера новостей запечатлела конец их стычки, когда Кариаге, вероятно, в панике ударил старшего мальчика по лицу крышкой от металлического мусорного бака. Изуку сильно ударился, и его цель смогла ускользнуть за пределы кадра как раз в тот момент, когда репортёр с непроницаемым лицом продолжала предупреждать зрителей о сильном ветре, дующем с запада. Она даже не обернулась на громкий пронзительный визг, за которым последовал металлический звон и болезненный удар ребёнка, упавшего на бетон с большой высоты. Вероятно, ей мало платили. Изуку не двигался, когда закончился выпуск новостей и они вернулись в студию, но к тому времени, как Руми добралась до перекрёстка, на котором он стоял, там не было ничего, кроме слабого красного пятна на тротуаре. Она всерьёз начала беспокоиться о том, насколько серьёзно эти дети относятся к игре. Руми > Идзуку: Р: Как бы ни было удивительно, что тебе удалось так далеко продвинуться в борьбе со всеми остальными, мы оба знаем, что так не может продолжаться вечно. Я видел ту драку с Карией, ты серьёзно пострадаешь, и что тогда скажет твоя мама??? Р: Я, чёрт возьми, точно не собираюсь объяснять это её ребёнку. Просто скажи мне, где ты, чтобы я мог аккуратно тебя вытащить. Я всем расскажу, что ты хорошо сопротивлялся Р: обещаю. Я: он занят ;) Руми запнулась на кухне, уставившись в экран. Р: извините меня. Я: джей Кей, это даби, у меня, блядь, телефон I: <3 Затем она увидела размытое, плохо освещённое селфи Даби, сделанное снизу вверх. Он показывал знак мира и, судя по бутылкам на полках за его головой, был в своём баре. Она закатила глаза, слегка расслабив плечи. Я: ты знаешь, где демон Р: Какого хрена у тебя телефон Изуку Я: украл его в качестве наказания за то, что не помыл чёртову посуду, когда был у себя дома Р: не знаю, где Кацуки, а ты не знаешь, где Огуро? Я: нет, я пытался заставить этого ублюдка-невидимку сказать мне, чтобы я мог проследить за ним, но безуспешно. я хочу увидеть, как его побьют Р: мне нужно связаться с ним, чтобы сказать, чтобы он не сильно избивал Кэтс. ты же знаешь, каким он становится, когда по-настоящему заводится. я не хочу, чтобы он отправил Кэтс в больницу Я: Понимаю Я: и нет, я понятия не имею, какой он, я всего дважды встречался с Костяшкой Р: поверь мне, он чертовски безумен Я: и он преследует Кацуки? отлично Р: Даби. Я: мне нужно идти обслуживать клиентов Р: подожди, ты знаешь, где Изуку? Я: спроси у ящерицы Я: он собирает информацию, как чёртова губка, и так легко сдаётся, когда ему угрожаешь Р: ты такая проблема для меня. Я: <3 Она предположила, что «ящерица» — это Рэп, и именно поэтому она оказалась в баре Даби около часа ночи. Большинство членов банды Нарухаты чаще всего работали там посменно, в ночную смену, чтобы они могли позволить себе ту дерьмовую квартиру, которую Моюру и Рэп снимали на окраине города. Судя по всему, после того, как Коити переехал в Альдеру пару лет назад, они последовали за ним: Рэп и Сога — потому что их лица были прикреплены к доскам объявлений в большинстве районов Нарухаты, а Мойуру — потому что у бедного ублюдка просто не было других друзей, и он боялся остаться один. Бар Даби, названный "Трущобы Секото" из-за любовно нарисованной аэрозольной краской вывески над металлической входной дверью, не был известен никому, кроме местных, но у него была довольно приличная репутация одной из "безопасных зон" Альдеры, где мог расслабиться любой представитель темной половины общества, в основном из-за того, что Даби отказывался вести междоусобные войны и, таким образом, ломал стулья о спины любого, кто решал принести личное дерьмо с улиц. Там было довольно многолюдно, так как с часу до трёх ночи было самое оживлённое время, поэтому она переоделась в гражданскую одежду, прежде чем спуститься туда, накинула капюшон на голову и натянула маску на нос и рот, чтобы её не узнали. Даби всё равно легко её заметил, повернув голову от группы крупных мускулистых парней в другой конец стойки, где Рэп встряхивал шейкер для коктейлей и сверкал зубами перед двумя женщинами, сидевшими на барных стульях напротив него. Когда она подошла и оперлась руками о стойку, пристально глядя на него, он слегка замешкался, прежде чем снова быстро улыбнуться дамам, подвинуть им напитки, извиниться и отойти, чтобы встретиться с ней в нескольких метрах от бара. «Чувак, я не знаю, что вам наговорил Хотман, но я не знаю ни черта! Соги здесь нет, он не появлялся ни на одной смене с начала игры!» Он кивнул в сторону Даби, который читал какие-то бумаги, незаметно подсунутые ему мужчинами. Несомненно, он использовал время, проведённое в баре, для каких-то других «дел», о которых Руми намеренно не спрашивал, чтобы можно было отговориться. Она прищурила глаза, глядя на Рэпта, немного сбитая с толку. "Зачем мне искать Согу?" Теперь настала его очередь сделать паузу, и он осторожно переступил с ноги на ногу, прежде чем неловко сказать: «Потому что… потому что ты его цель? Я думал, ты здесь, чтобы получить информацию о том, как он планирует тебя устранить?» В его голосе слышалась неуверенность, как будто он сомневался в себе и в своём решении поговорить с ней. Она лишь покачала головой, откладывая эту информацию на потом, но решив не беспокоиться об этом. В любом случае, независимо от того, будет ли Рэп предан Соге (что было под вопросом, учитывая, что они, возможно, были лучшими друзьями, но Сога без колебаний вывел Рэпа из игры), она знала, что будет в безопасности от него в трущобах Секото. Сога не стал бы рисковать и приходить сюда, зная, что Даби нацелился на него, это было бы слишком рискованно, и хотя она мало что знала о молодом человеке, она знала, что Коити высоко ценил его как умного стратега. Она была здесь за другой информацией. "Я здесь по поводу Изуку". — Без причуд? — Он хихикнул. — Разве ты не профессионал? Как ты до сих пор его не выследил? — Он дикий, — сухо напомнила она ему. — Под крылом Кацуки, помнишь? Парень, может, и не силён, но он упрямый и совершенно не заботится о самосохранении. Он убивает себя ради этой игры. — Так что же, прикажешь Бакуго притащить его сюда? — Рэп пожал плечами, взмахнув хвостом, чтобы взять рюмку, которую он наполнил одной рукой и подвинул по барной стойке к следующему посетителю, даже не отрывая взгляда от Руми. Мужчина выпил рюмку, кивнув в знак благодарности, прежде чем снова оставить их наедине. «Кацуки ушёл в подполье, за ним охотится Накид. — Да, я знаю, — ответил он невозмутимо. — Когда я с ним разговаривал, он не выглядел расстроенным; должно быть, ему снится, что старик уделяет ему столько внимания. Он ведь большой фанат Накида, да? Руми сделала паузу. «Ты говорил с Кацуки? Когда… знаешь что, неважно. Никогда больше не говори такого дерьма, имея в виду моего ребёнка», — предупредила она, и он широко ухмыльнулся. «Просто скажи мне, если ты что-нибудь знаешь об Изуку». Разговор с ним начал её утомлять. — Я с ним не разговаривал, — снова пожал плечами Рэп. — Но я знаю, что он разговаривал с Мономой. "И откуда ты это знаешь?" — Чёрт его знает, чувак, я довольно рано ушёл из игры и подрабатываю в «Трущобах», все приходят поговорить со мной. Как ни странно, я начинаю чувствовать, что упускаю что-то, и это раздражает. — Он нахмурился, глядя на неё, и она отмахнулась от него. — Нет, я имел в виду, что Изуку общается с Мономой. Ты не знаешь, почему они разговаривают? — Не знаю, — пожал плечами Рэп. — Он только что упомянул об этом, спроси у него. Меня уже тошнит от того, что меня используют как информатора. Это дало Руми повод оживиться, и она выпрямилась. — Несколько минут назад? Где?.. «За барной стойкой», — отмахнулся он от неё, вяло указывая на конец барной стойки, где стоял Даби, прежде чем вернуться к другому завсегдатаю, который подходил за добавкой. Взяв в руки новую сигарету, Руми начала спускаться по барной стойке, уверенно улыбаясь, когда Даби в замешательстве оглянулся на неё. Ему потребовалась секунда, но он, должно быть, понял, почему она подошла, потому что закатил глаза, переступил с ноги на ногу и пнул что-то у себя под ногами, прежде чем повернуть к ней голову и сказать несколько слов, которых она не расслышала. Через секунду знакомая плоская макушка выглянула из-за барной стойки с Nintendo Switch в одной руке и стаканом колы в другой. Даби, с которым разговаривал сомнительный сообщник, выглядел таким же удивленным появлением ребёнка, как и Руми. Он в замешательстве уставился на Моному, которая раздражённо вздохнула и обошла бар, подойдя к ней. — Он вывел тебя из игры, — она не стала тратить время на светскую беседу, а сразу перешла к делу. В конце концов, была только одна причина, по которой она искала его. — Зачем ему поддерживать с тобой связь? Разве ты не хочешь отомстить? Монома потягивал напиток через чёрную соломинку, сунув Switch в большой карман на передней части своей толстовки. «Я не настолько глуп, чтобы не видеть общей картины», — он царственно фыркнул. — Общая картина? — Она скептически приподняла бровь. — И что это за общая картина? Монома запрыгнул на один из барных стульев, и Руми бесшумно села рядом с ним. Никто из завсегдатаев и глазом не моргнул, когда в их рядах появилась девочка-подросток, и она не знала, хорошо это или плохо. С одной стороны, это означало, что никто из них, скорее всего, не нарвётся на неприятности с сомнительными личностями, которые проводили там ночи за выпивкой, но с другой стороны, это означало, что дети, скорее всего, проводили в баре гораздо больше времени, чем Руми предполагал. Если Даби позволял детям пить, то ему предстояла чертовски неприятная лекция. «С тех пор, как Хитоши забрали, он поддерживает связь с Кацуки», — задумчиво произнёс Монома, глядя в свой стакан и, казалось, испытывая горечь из-за этой информации. «Помогает ему. Он хотел, чтобы Хитоши помог ему. Чёрт возьми, чушь собачья». Руми уставился на него, моргая. "И что?" Глядя на неё, Монома внезапно напрягся, а затем широко раскрыл рот, и она поняла, что сейчас услышит поток фальшивого идиотизма, который, вероятно, будет использован, чтобы прикрыть ещё больший идиотизм, и она внезапно решила, что этот разговор идёт не в том направлении, которое ей нравится. Она подняла руку. «Ладно, нет. Неважно. Мне всё равно». Просто скажи мне, где Изуку, чтобы я мог помешать ему покончить с собой, пытаясь убить Кариаге. Кстати, раз уж ты здесь, не мог бы ты просветить меня, почему ты никогда не преследовал Кариаге? Монома не выглядел смущённым из-за того, что не смог поразить такую лёгкую цель, а вместо этого пожал плечами, как будто ответ был очевиден. «Ты понимаешь, как забавно было бы посмотреть, как Кари пытается поразить его цель? Я никогда не стал бы ввязываться в эту заварушку». Мальчик терпеливо наблюдал, как Руми обдумывает то, что он только что сказал, и отворачивается, чтобы сосредоточиться и попытаться собрать все кусочки воедино. Игра зашла уже достаточно далеко, и всё больше информации о целях людей становилось общедоступной. В живых остались только она, Даби, Кацуки, Изуку, Накид, Кариаге и Сога. Поскольку она знала, что у Кацуки был Даби, у Даби был Сога, у Соги была она, у неё был Деку, у Деку был Карияге, а у Накидластера был Кацуки, то Карияге... "О, Боже милостивый. Бедный мальчик". Неудивительно, что он так переживал из-за игры. Кариаге, вероятно, доводил себя до крайности, просто пытаясь набраться смелости и попытаться сразиться с Наклдастером. Конечно, Моно не был заинтересован в том, чтобы отобрать у парня нож, он, вероятно, был на седьмом небе от счастья из-за предстоящей резни, которую он затеял. Блондин довольно хмыкнул, взволнованно поведя бровями, но затем его лицо резко изменилось. — И ещё, не связывайся с Деку. Он восстанавливается после травм у меня дома, а мои родители дома. Для тебя это безнадёжно. Внезапно Руми поняла, что шансы поймать цель в ближайшие 24 часа тают на глазах. К сожалению, она познакомилась с родителями Мономы, когда работала профессионалом, и ещё большее сожаление вызывало то, что... первое впечатление было не самым лучшим. По общему признанию, это не было звёздным часом в её карьере. Взрослые Монома ненавидели её. Их сын не мог даже упомянуть, что знал её, и ей ни в коем случае нельзя было приближаться к их дому. Если бы Монома позволил Деку воспользоваться этим, убедив своих родителей позволить ему пожить у них какое-то время, то Деку, несомненно, в полной мере воспользовался бы этим прикрытием, не покидая тех частей дома, где, пока они были дома, у родителей Мономы не было бы другого выбора, кроме как присматривать за ним. Если бы они увидели, как Мируко врывается в их дом? Её карьере пришёл бы конец. Они бы ни за что этого не допустили, а эти люди, к сожалению, были очень влиятельными бизнес-экспертами. Она в отчаянии нахмурилась, глядя на Моному. Он невинно улыбнулся ей. Просто чтобы поставить его на место за то, что он посмел строить против неё козни, она выбежала из бара и запрыгнула обратно на крышу, вытащила телефон и позвонила. «Ты в порядке? Тебе нужна помощь?» Эктоплазма сонно ответил, как всегда, когда ему звонили после семи вечера. «Твой ребёнок в криминальном баре Даби в 1:09 ночи. На твоём месте я бы следил за этим». Она завершила звонок, прежде чем он успел ответить, доверив ему быстро разобраться с Мономой. Она задержалась из любопытства и самодовольно ухмыльнулась про себя, когда всего через несколько минут он выскочил из бара, натягивая куртку одной рукой, а другой прижимая телефон к уху, лихорадочно оправдываясь и умоляя Эктоплазму «просто будь спокоен хотя бы раз в жизни — я не пил, и Даби может это подтвердить, так что не отстраняй меня от тренировок!» Он заметил её, маячившую на краю кирпичной стены, окутанную тенями и ночной мглой, и быстро показал ей средний палец, прежде чем поспешить по тёмным переулкам домой, надеясь, что успеет вернуться до наступления ночи. За одну ночь всё стало намного хуже. Игра была практически окончена. Никто не хотел делать следующий ход. Руми не могла поверить, что никто этого не предвидел. Она сама была застигнута врасплох и никогда ещё так не злилась на себя за то, что не уделяла больше внимания ребёнку, за которым, как она сказала себе, должна была присматривать! Она даже не была там, она просто видела последствия в главном чате, а затем получила подробный рассказ от Эктоплазмы после того, как он появился у её двери с очень виноватым и встревоженным видом. Она из жалости сварила ему кофе и выслушала события утра, которые она пропустила из-за мероприятия Pro PR, на котором ей пришлось присутствовать за пределами Альдеры. Судя по всему, случилось что-то ужасное, когда в девять утра Моюру заметил, как Сога бежит по пустому переулку, используя свою причуду: из его костяшек торчали длинные острые шипы. Моюру встречался с Эктоплазмой, чтобы обсудить информацию, которую он получил во время слежки и которая касалась дела, над которым работал Эктоплазма. Поэтому они сидели на крыше заброшенной аптеки и ждали начала шоу. Моюру сразу же позвонил Рапту, наблюдая, как их лучший друг несётся по середине дороги, и спросил, не знает ли он, что, чёрт возьми, происходит. Пока он это говорил, он получил ответ. Даби преследовал его. Рэпту и в голову не приходило, что Сога вообще подходил к Даби, и он сказал Моюру, что в этом нет смысла, потому что Сога сказал ему, что его план состоял в том, чтобы полностью избегать Даби до тех пор, пока он не сможет заколоть Руми. Мойюру отправил слегка размытую фотографию Соги, сделанную в тот момент, когда он вонзил шип в брошенную шину, прислонённую к стене, и швырнул её прямо в лицо Даби в качестве доказательства того, что этот план явно пошёл не по плану. Затем Рэп ответил, потребовав держать его в курсе, пока он пытается выяснить, как, чёрт возьми, Даби вообще удалось выследить Согу. Затем он повесил трубку, и они снова сосредоточились на битве. Сога продолжал метаться вокруг, каким-то образом избегая пламени и атак Даби, бросая в него разные предметы. Затем внезапно, казалось бы, из ниоткуда, он застыл на тротуаре, напрягая плечи. Даби, конечно, бросился на него, но прежде чем он успел пересечь дорогу, Сога снова сорвался с места, на этот раз перепрыгнув через мусорный бак и стену и продолжая свой безумный бег к свободе. Даби перебросил себя через стену вслед за ним в облаке ярко-синего дыма, и в тупике снова воцарилась тишина, хотя и гораздо более выжженная, чем прежде. Судя по всему, всё это было похоже на вихрь. Эктоплазма и Моюру следили за ними, не моргая. Именно в этот момент Руми вспомнила, как смотрела на драку со своей точки зрения, когда украдкой проверяла телефон, прячась от репортёров, а Хитоши вывел Согу и Даби из себя, крича о том, что только что видел, как они неслись по железнодорожным путям, которые едва виднелись вдалеке из окна их класса в старшей школе Альдеры. Затем Твайс вышел на связь и сказал, что был с Даби, когда Сога появился в квартире Даби. Именно тогда Руми, даже не имея возможности пойти и что-то с этим сделать, понял, насколько всё плохо. Это произошло потому, что Дважды предупредил их всех в чате, что Сога проник в квартиру Даби через окно в ванной, где он, по-видимому, украл этого чёртова мутанта-енота, которого Даби иногда пускал в свою ванну. В какой-то момент в начале игры Донателло переместили с чердака Кацуки в ванную Даби, и Кацуки, несомненно, не смог пойти и забрать своего любимого питомца после того, как публично заявил, что теперь его цель — Даби, разорвав их связь. Сога каким-то образом узнал об этом и, очевидно, резко изменил свои планы, решив ворваться внутрь и совершить самое враждебное действие, которое только мог. Похитить Донателло. Даби, естественно, пришёл в ярость из-за того, что мифическое существо, которое должно было находиться у него, увели прямо у него из-под носа, сошёл с ума и бросился в погоню. И всё это происходило на размытых фотографиях и в сообщениях, написанных заглавными буквами, на которые у Руми даже не было времени ответить, потому что ей пришлось улыбаться для чёртовой камеры. В чате в то время было всего несколько активных пользователей: Мойюру, Рапт, Твайс и Хитоши, и все они горячо обсуждали теории о том, каков был план Соги. Именно Рэп, позвонив Коити, выяснил, что, по словам Накидника, Даби неоднократно пытался связаться с пожилым мужчиной и выследить его, вплоть до того, что Даби проник в банду, которую Накидник пытался уничтожить, просто чтобы попросить его помочь в уничтожении Кацуки или, по крайней мере, держать Даби в курсе, чтобы он мог быть там и снимать финал. По словам Коичи, Накидавшийся Кулаками забыл, что Кацуки вообще был его целью, и, учитывая, что это было недостаточно важно для того, чтобы он помнил об этом, а также мешало его работе в качестве линчевателя, он довольно быстро начал раздражаться из-за того, что Даби его отвлекал. Таким образом, Рэп выдвинул теорию о том, что Накид заставил Согу так сильно поссориться с Даби, что тот ушёл, а поскольку Сога изначально не хотел играть в эту игру, казалось правдоподобным, что он отказался от своего первоначального плана, чтобы выполнить приказ своего хозяина. Эта и множество других теорий были быстро отброшены, когда Сога, по словам Эктоплазмы, перестал убегать. После тупика он довольно целенаправленно носился по городу, сворачивая за углы с расчётливой интенсивностью человека, который заранее продумал маршрут. Он оказался в заброшенном многоквартирном доме, который Дважды переоборудовал для него и Дехисы, чтобы они могли там жить. Эктоплазма предусмотрительно задержал Моюру на пустой парковке внизу, чтобы они не оказались в ловушке в замкнутом пространстве с (по словам Хитоши в чате) Росомахой со скидкой (с Донателло, спрятанным под курткой) и самоуничтожающимся Человеком-Факелом. Это было проявлением большой сдержанности со стороны человека, который, чёрт возьми, и заварил всю эту кашу. — Я просто подумал, что мы могли бы немного повеселиться... — Он всхлипнул, уткнувшись в свою кофейную кружку, и ссутулился за кухонным островом, как наказанный ребёнок. — У них очень напряжённая жизнь... «Жизнь — это стресс», — безжалостно ответила Руми. «В конце концов, мы все с этим справляемся». Он мрачно посмотрел на свой напиток, прежде чем объяснить, что всего через несколько мгновений после того, как Даби был замечен в проёмах разрушенных нижних этажей здания, поджигающего и без того шаткую лестницу, чтобы подняться в переоборудованную квартиру на верхнем этаже, в игру вступил ещё один игрок. Если быть более точным, Кацуки был замечен взбирающимся на край стены верхнего этажа и осматривающим бездонное пространство, словно горгулья, защищающая свои владения. Теперь, когда в недостроенном доме не было никого, кроме Даби, Соги и Кацуки, было трудно составить чёткое представление о том, что произошло дальше. Они могли лишь догадываться, исходя из конечных результатов, горьких обрывков информации, слетавших с разъярённого языка Даби, и осколков стекла, разбросанных по ковру Дехисы, который, по словам Дехисы, был испорчен пятнами крови, когда он вернулся домой в тот день. Так что, хотя это были в основном догадки, Руми понял, что Сога отправился в квартиру и заманил Даби в замкнутое пространство, где тот не мог полностью высвободиться, если только не хотел навлечь на себя гнев Дважды за уничтожение его с трудом заработанного лагеря сквоттеров. Даби, ослеплённый яростью и желанием вернуть Донателло, не заметил первых признаков более продуманного плана и легко последовал за ним. Как только они вошли в квартиру, Кацуки спрыгнул со своего насеста, и Руми предположила, что за этим последовала драка, в результате которой стекло, которое должно было закрыть одно из пустых оконных проёмов на кухне, разбилось о голову Кацуки. Однако, несмотря на травму, Кацуки успешно вывел Даби из игры. Это оставило бы Кацуки с ножом Даби, так что он и Сога, оказавшиеся вместе в замкнутом пространстве, по всем расчётам должны были стать катастрофой. Вместо этого Эктоплазма рассказал ей, что они с Моюру видели, как эти двое спокойно вышли вместе: Донателло обвился вокруг плеч Кацуки, а из раны на его голове сочилась кровь, а Сога засунул руки в карманы и беззаботно насвистывал. Они поздравили друг друга, дав «пять», прежде чем разойтись в разные стороны. Через несколько мгновений в чате обновилась информация об активных игроках. К сожалению, Руми был там и видел это падение. Антисоциальная сеть Катсуки: даби вышел, ублюдки Хитоши: что происходит, я думал, он с Согой Эктоплазма: как бы я ни был рад, что ты серьёзно относишься к игре, тебе нужно проверить эту рану на голове. Мируко: У ТЕБЯ РАНЕНИЕ ГОЛОВЫ? КАЦКИ Катсуки: отсоси у меня. Моюру: подожди, подожди, Мойюру: Только что вышел Даби? Разве твоя цель не Сога? Катсуки: посмотри мне в гребаные глаза. Кацуки: Даби. Он вышел. Это вся информация, которую я могу предоставить. Даби: у него и Соги, чёрт возьми, союз. Он забрал мой нож и даже не ПОПЫТАЛСЯ его убить. Даби: я поджигаю твой гребаный дом, катсуки Даби: @Knuckleduster, ПРИВЕДИ ЕГО ЗА СПИНОЙ, ИЛИ Я ПОКЛЯНУСЬ, ЧТО УБЬЮ ЕГО Даби отказался сказать в чате ещё хоть слово и вскоре исчез, чтобы выплеснуть свой гнев более здоровым способом. Вероятно, сейчас этот парень зарабатывает целое состояние на бойцовском ринге. Это заставило всех остальных задуматься над информацией о том, что Сога и Кацуки действовали сообща. Они действовали сообща уже какое-то время, и этот факт стал очевидным, когда Рэп узнал, что Кацуки и Сога поддерживали связь всё то время, пока Даби преследовал его. Кацуки давал ему указания по наушнику, ведя его от тупика к квартире, где он поджидал его. Никому не нравилась мысль о том, что Бакуго Кацуки и Кугисаки Сога находятся на одной волне. Никому. Этого было достаточно, чтобы Эктоплазма начал осознавать опасность игры, которую он только что запустил в их маленьком сообществе. Руми не была близко знакома с Согой, но знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он за человек. Она до сих пор помнила, как впервые узнала о его существовании несколько лет назад, когда только взяла Кацуки под своё крыло. Тогда, когда она только начинала работать в качестве профессионала, она занималась в основном закулисными делами, чтобы быстро продвинуться по карьерной лестнице, и, поскольку Накид-Душитель технически нарушал закон своей самодеятельностью, она помогала ему и брала на себя ответственность, чтобы он мог избежать внимания. Раньше они проводили больше времени вместе, до того, как всё стало так напряжённо и появилось всё больше и больше детей, за которыми нужно было присматривать. Они вдвоём готовились к проникновению на склад, чтобы установить прослушку. Бывший профессиональный герой умело настраивал записывающие устройства, а дебютировавшая героиня сидела и наблюдала, чувствуя себя немного по-детски. Зазвонил его телефон, и, поскольку он был слишком занят, сосредоточившись на крошечных камерах перед собой, он ответил на звонок и включил громкую связь. Поначалу она удивилась, что он вообще удосужился ответить, работая, особенно на контакт с пометкой «ребенок № 3». Она ещё больше растерялась, когда после того, как он взял трубку, они услышали только ворчливый мужской голос, самодовольно заявляющий: «Я съел всю курицу-гриль, которую ты оставил в холодильнике, старик. Кроме того, Каз забыл купить пиво, так что купи его по дороге обратно». и повесил трубку, не дожидаясь ответа. Всё, что сделал Накид, — это хмуро посмотрел на устройство, прежде чем вернуться к своей задаче, бормоча себе под нос что-то о «бесплатных студентах» и о том, что «не стоило позволять им узнать, где он живёт». — ...Так ты кого-то обрюхатил со времён своей работы в «О'клок» или как? — спросила она после секундного молчания. — Он всего на два года младше тебя. — И ты пытаешься убедить меня в том, что… что? Ты способен просто заводить друзей? Он бросил на неё сердитый взгляд. «Он был одним из моих учеников во время инцидента с Триггером в Нарухате. Он хороший, я его оставил». "И все же", - она невинно пожала плечами. "Он, кажется, близок тебе. Ты не общаешься с людьми без причины". Она кивнула ему. "Он опытный?" «Твой новый парень, тот, что избивал придурков в парке». Сначала она подумала, что он пытается сменить тему, заговорив о Кацуки, но потом он продолжил. «Напоминает мне Согу. Ты без причины с ним тусуешься?» - Катсуки семь. «Сога ведёт себя как семилетний ребёнок, до чего же он упрямый». — И что, он просто силой заставил себя стать вашим студентом? «Он умный. Очень умный. И хорошо разбирается в сражениях. Судя по тому, что вы рассказали мне о своём ребёнке, представьте, что он — взрослая версия этого ребёнка, но с лучшей дисциплиной, на 40% менее боевыми навыками и на 30% более инновационным. И с правами на мотоцикл». Тогда она действительно не понимала, о чём говорит старик, и поэтому не придала этому значения, посчитав это очередной бессмысленной тирадой, понятной только ему. Но на протяжении многих лет она присматривалась к человеку, которого Накидластер, по-видимому, считал достаточно хорошим, чтобы оставить его в команде даже после того, как Коити уехал в Америку, а дружинники Нарухаты в основном распались, и она стала уважать его как человека, который явно знал, как добиваться своего из тени. Теперь, когда Кацуки стал старше, идея о том, что эти двое объединятся, была похожа на то, как если бы Дэдпул объединился с Бэтменом. Кацуки и Сога в основном действовали в разных частях Подземного сообщества Альдеры, поэтому Руми даже не был уверен, что они достаточно хорошо знали друг друга, чтобы заключить союз, достаточно прочный, чтобы его не разорвали, как только Кацуки получит Согу в качестве цели, не говоря уже о том, что Сога доверил Кацуки придерживаться этого союза. Было известно, что у этого человека серьёзные проблемы с паранойей. Больше всего о Кацуки и Соге, вероятно, знали Коити и Кадзухо: Коити — из-за его постоянных (к сожалению) ссор с Изуку, а Кадзухо — из-за того, что Кацуки каким-то образом умудрялся время от времени вклиниваться в её дела. Эти двое отреагировали на новость о союзе лишь несколькими ругательствами в чате, после чего сразу же отключились, и с тех пор от них ничего не было слышно. «Я пытался связаться с Огуро через Коити, прежде чем он ушёл под воду, но Коити сказал мне, что потерял свой телефон и никто не знает, где он», — сказал Эктоплазма, ставя пустую кофейную кружку на стойку. «Я думал, что он сможет вывести Кацуки из игры до того, как они с Согой снова привлекут внимание полиции». — Нам действительно нужно начать надевать эту штуку ему на шею, — проворчала Руми, глядя в свою чашку. — Зачем им вообще объединяться? Я бы поняла, если бы они объединились, чтобы поймать Даби, но потом-то зачем? "Я думаю, что они работали вместе с самого начала игры", - серьезно сообщила ей Эктоплазма. "Когда я разговаривал с Коичи перед тем, как он ушел в подполье, он сказал мне, что столкнулся с этими двумя в библиотеке через полчаса после тэйкдауна Даби. Именно так он узнал, что они работают вместе. "Что они делали?" - спросил я. «Он не стал мне рассказывать, сказал, что не хочет в этом участвовать». Он пожал плечами. «Он сказал, что они объяснили ему, что их совместная работа — это естественно, ведь эти двое изначально не хотели играть, и мы их заставили». Руми охватило дурное предчувствие, и она прикусила щеку изнутри. Чёрт. Если они работали вместе, чтобы преподать им всем урок за то, что заставили их участвовать в игре, то, вероятно, они собирались нанести как можно больше ущерба, чтобы донести свою мысль. Это могло означать вмешательство полиции, это могло означать пристальное внимание к ней, Эктоплазме и Хоуку как к профессиональным героям; чёрт, это могло даже означать что-то настолько серьёзное, что в дело вмешалась бы HPSC. — Именно, — механически проворчал Эктоплазм, выглядя слишком подавленным. — Это должно было быть просто небольшое соревнование между друзьями. Тот факт, что он решил, что любое «соревнование между друзьями» пойдёт этим идиотам на пользу, свидетельствовал о том, что Эктоплазма стареет "Хорошо..." Может быть, возрастное слабоумие. "Мируко". Она злобно улыбнулась ему. Двое ответственных взрослых пришли к выводу, что игра была очень, очень плохой идеей. Плохая идея, ещё хуже исполнение. Они решили, что как только игра закончится, её запретят. Когда она наконец убедила Эктоплазму согласиться с этим, они поняли, что им нужно закончить игру как можно быстрее и спокойнее, пока Кацуки и Сога не вышли из укрытия и не усугубили ситуацию. В игре остались только два маленьких террориста, сама Руми, Накид, Кариаге и, вопреки всем прогнозам, Изуку. Было решено, что лучший способ покончить с этим — просто позволить Кацуки и Соге победить. Пусть они будут единственными, кто остался, и на этом всё. У Накидластера в тот момент не было телефона, и с ним нельзя было связаться или отследить его, кроме как через Коити и, скорее всего, Согу. Но Коити сбежал с места преступления, а Сога где-то что-то замышлял вместе с Кацуки, так что Накидластер был не вариантом. Кариаге исчез сразу после того, как Кацуки перестал появляться в школе. Его тревога, очевидно, достигла апогея, пока он не понял, что больше не может этого выносить, и не ушёл в подполье. Единственным, кто мог помочь его найти, был Дехиса, и Руми была уверена, что он сможет выследить одного из своих лучших друзей, если будет достаточно веская причина, но когда они связались с Дехисой, чтобы спросить об этом, он просто пожал плечами и сказал, что Кариаге отказывается с кем-либо разговаривать и полностью изолировал себя от остального мира. Дехиса сказал, что это, должно быть, месть за то, что они с Кацуки отключились от сети, не сказав Кариаге, и Кариаге подумал, что Кацуки умер, но Руми втайне подумала, что, скорее всего, Кариаге просто слишком боялся привлекать к себе внимание после того, как игра стала ещё более напряжённой, чем раньше. Изуку был последним в списке, и они с Эктоплазмой сразу же согласились, что нужно как можно скорее вывести его из игры, и лучше, чтобы это сделала Руми, а не кто-то другой. «Он убьёт себя, пытаясь доказать что-то Кацуки, даже если для этого ему придётся попасть в больницу, сражаясь против Кацуки. Я должна вытащить его, пока Сога не добрался до меня», — заметила Руми, и её напарница-героиня кивнула. Таким образом, Эктоплазма нарядился и вежливо постучал в парадную дверь дома Монома, надеясь, что, поскольку у него не было такого яркого прошлого, как у Руми, он сможет войти и задержать Изуку на достаточно долгое время, чтобы Руми смог его одолеть. Однако ответили не родители Монома, а сам Монома, который бесстрастно смотрел на своего наставника через щель в двери. — О, ты, — Эктоплазма тут же утратил профессиональный вид, который пытался изобразить. — Грубиян, — пробормотала Монома. — И Деку здесь нет. — Тогда где он, чёрт возьми? — рявкнула Руми, спрыгивая со своего места, спрятанного на дереве. В ответ они пожали плечами. «Сказал, что собирается проявить себя, и разозлился, не знаю почему». Он оглянулся на Эктоплазму. «Я оставил свою куртку у тебя вчера вечером?» Эктоплазма моргнула. «Ты была у меня прошлой ночью?» "Да, я спал на твоем диване". "Ты это сделал?" Монома прищурилась, глядя на него. «Иногда ты уделяешь мне меньше внимания, чем мои родители, ты это знаешь?» Эктоплазма обиженно разинула рот, а Руми отвернулась, не желая вмешиваться в отношения этих двоих. Теперь, когда она знала, что Изуку действительно собирался что-то сделать, она забеспокоилась ещё сильнее. Изуку охотился за Кариаге, так что, если она найдёт, где прячется Кариаге, то сможет добраться до Изуку. Тогда она сможет убить их обоих (и для Кариаге это тоже будет милосердным убийством) и начать посещать убежища Накидника, разбросанные по Альдере. В одном из них наверняка будет больше людей, чем в остальных, и тогда ей останется только ждать, когда он вернётся домой. У него не было доступа к чату, поэтому он не знал, что она охотится за ним, и она могла ударить его ножом в ту секунду, когда он повернется, чтобы взять пиво. Тогда все, что ей нужно было сделать, это предложить себя Соге, выйти из игры, и им с Катсуки больше не с чем было бы бороться. Если бы она поторопилась с этим, все могло бы закончиться в течение следующих двадцати четырех часов. Она оставила Эктоплазму и Моному догонять её, а сама прыгнула прочь. Ей нужно было только найти Кариаге. Где, блядь, был Кариаге? Примерно через три часа в игре произошёл очень резкий и шокирующий поворот. Руми искала в лесу неподалёку от школы, когда получила сигнал. Антисоциальная сеть Кариаж: @Knuckleduster выбыл Восхищенный: ЧТО Моюру: Что за Монома: И я, чёрт возьми, это упустил? КАК, БЛЯДЬ, ТАК БЫТЬ? Хитоши: Что? ПОДОЖДИ, ЧТО Хоукс: СРАНЬ ГОСПОДНЯ, МАЛЫШ Восхищенный: ЕЩЕ РАЗ: ЧТО Эктоплазма: как. Монома: И я, чёрт возьми, ошибаюсь? Руми сделала паузу, озадаченно глядя на свой телефон. Ладно, какого чёрта- и тут зазвонил её телефон. Она ответила на звонок, на секунду разозлившись на Накидника за то, что он решил, что сейчас самое время наконец-то найти свой телефон, а затем поднесла трубку к уху. «У какого-то бездомного мальчика был мой телефон, и теперь у него паническая атака. Он говорит, что знает вашего ребёнка». Она на секунду разинула рот, не зная, как ответить. "Пришлите мне свое местоположение". Каридже лежал на полу в переулке в позе морской звезды, широко раскрыв рот и громко хватая ртом воздух. Его грудь резко поднималась и опускалась, когда он делал глубокие вдохи, а Накуладастер стоял над ним с растерянным выражением лица, почесывая щетину на подбородке и оценивая лежащего перед ним ребенка. Когда Руми спрыгнула к нему, он даже не вздрогнул и наконец объяснил, что произошло. Проблема заключалась в том, что Накуладастер ужасно запоминал лица. Если он не видел вас регулярно в течение значительного периода времени, не было никакой гарантии, что он когда-нибудь точно узнает, кто вы такие. Руми никогда не принимала во внимание тот факт, что, поскольку Накуладастер был одиночкой, который общался с людьми только в случае крайней необходимости, он никогда не знал всех детей так, как она и Эктоплазма. Он знал Кацуки благодаря Руми и Коити и, возможно, косвенно знал Изуку, но Дехиса и Кариаге? Монома и Хитоши? Он понятия не имел, кто эти люди, кроме имён, которые иногда всплывали в общем чате. И, надо отдать ему должное, Каридж действительно выглядел как бездомный. Из-за стресса, вызванного игрой, и необходимости скрываться у него явно не было ни еды, ни средств личной гигиены, и он был одет в очень потрёпанную гражданскую одежду, с поцарапанным лицом и грязными ногтями. Это был не первый раз, когда Накидластер сталкивался с этим бездомным ребёнком, объяснил он, поскольку около недели назад Каридж, по-видимому, предпринял отчаянную попытку напасть на него посреди ночи. Во время работы Накид услышал глухой стук и, обернувшись, увидел, как из открытого мусорного контейнера, пошатываясь, выползает ребёнок. Он помог бедному малышу подняться и пошёл своей дорогой, а вскоре после этого понял, что потерял телефон. Руми сопоставила факты с тщательно скрываемой улыбкой. Каридже явно провалил свою первую атаку, промахнувшись мимо Накидника и ударившись головой, когда упал в мусорный бак. Вероятно, он был слишком ошеломлён, чтобы достать нож, когда его цель помогла ему подняться, даже не осознавая, что Накидник не узнал в нём участника игры. Должно быть, он уронил телефон во время инцидента, и Кариаге подобрал его, размышляя, сможет ли он воспользоваться им позже. Теперь, отключившись от сети и доведя себя до панического безумия в попытке уничтожить Накидного Панциря, он с трудом выбрался на поверхность и обыскал обычные места, где тот работал, пока не заметил его. Вероятно, он придумал хитроумный план, чтобы компенсировать разницу в силе и мощи, прежде чем броситься в яростную атаку с ножом наперевес. И Наклдастер... что ж... Накуладуст, вероятно, увидел что-то похожее на бездомного ребёнка-астматика, который в ужасе прыгнул на него с пластиковым ножом. Не посчитав Кариаге угрозой, он даже не подумал отойти в сторону. Как только Кариаге заколол свою цель и вывел её из игры, он был ошеломлён своей победой и едва успел вернуть телефон Накидника и оценить, насколько тот был растерян, прежде чем решил, что ему нужен заслуженный отдых. Прямо там, на земле. Руми изумленно покачала головой, глядя на него. «Это... это всё равно победа для меня», — выдохнул Кариаге, глядя на неё с пола и пытаясь убедить себя в этом, пока его сердце бешено колотилось. Нож, который, как только что понял Накид, всё ещё был у него в кармане, свободно лежал в его обмякшей руке. «Неужели?» — она приподняла бровь. "...Да". О, это милое, прехорошенькое дитя. Хихикнув, она отошла в сторону, чтобы позвонить Эктоплазме, и поднесла телефон к уху, пока он звонил, чтобы сообщить ему о плане и о том, что у неё есть Каридж. «Куда ты делся?» Она слышала, как Монома на заднем плане всё ещё кричит о том, как он облажался, пропустив «великую битву» между своим другом и Накидником. Она задумалась, расскажет ли Каридж правду, когда его неизбежно попросят рассказать об этом опыте. «Я с Огуро и Кариаге, теперь, когда он ушёл, мне остаётся только держаться за них, и в конце концов появится Изуку». — О, это всё ещё из-за той игры «Убийство»? — громко спросил Накид за её спиной. — Она всё ещё продолжается? — О, да ладно. — Она услышала, как Каридж слегка ударился головой о пол, без сомнения, переживая из-за того, что его главный противник даже не обращает внимания на игру. — Подожди, что ты… «Что ж, по крайней мере, нам не нужно беспокоиться ещё об одном человеке», — вздохнул Эктоплазм. «Монома говорит, что Изуку направлялся в среднюю школу, так что он, возможно, пытается получить информацию от Хитоши, поскольку тот был последним, кто видел Кариаге перед его исчезновением». «Мона также сказала мне, что Хитоши много разговаривал с Кацуки после того, как его вывели из игры, так что каковы шансы, что он поможет и Изуку?» — заметила Руми, услышав, как кто-то зашевелился позади неё, прежде чем Накидластик снова заговорил. «Ты тоже участвуешь в игре? Откуда вы все, чёртовы дети, пришли?» Ей потребовалась секунда, чтобы осознать, что эти слова обращены к кому-то другому, и она обернулась, чтобы увидеть, как Изуку там, присев на корточки рядом с Кариаге, одной рукой забирает у него нож Накида, а другой прижимает рукоять своего ножа к шее Кариаге. Кариаге смотрел вперёд с покорным выражением лица. «Да, ладно, мне всё равно. Я ухожу», — решил он, прежде чем плюхнуться обратно на землю. Изуку заметил, что Руми смотрит на него, и замер, широко раскрыв глаза. «-Уми? Руми?» Эктоплазма всё ещё говорила ей на ухо, но ей было всё равно, они с Изуку молча смотрели друг на друга. Воздух стал напряжённым, заряженным, хотя никто из них не двигался. Нога Руми слегка сдвинулась, совсем чуть-чуть, и Изуку закричал. Надо отдать ему должное, он, может, и не был без причуд и даже не был спортивным, но он определённо был скользким. Вероятно, это было связано с тем, что ему приходилось выпутываться из неприятностей всякий раз, когда Кацуки не мог прикрыть его в школе. Он метнулся прочь, как только она приблизилась к нему, выскользнул на улицу и побежал так быстро, как только мог, в более людные районы города. Однако она всё равно была намного быстрее его, и вскоре она уже подпрыгивала высоко над ним, и тень падала на его лицо, когда он смотрел на неё, прищурившись. «Малыш, ты не справишься, просто позволь мне вывести тебя отсюда!» Она пыталась убедить его, но он свернул в переулок и выбежал на улицу, вдоль которой тянулись магазины. Он забежал в ближайший из них, без сомнения, воспользовавшись замкнутым пространством и зная, что она не сможет использовать свои сильные стороны, если последует за ним внутрь. Она стиснула зубы, но всё равно вошла. Это был магазин одежды, и она быстро натянула капюшон на случай, если кто-нибудь решит обратить на неё внимание — это было бы худшее время для того, чтобы просить автограф. «Простите, вы не видели, как здесь пробегал ребёнок с зелёными волосами?» — спросила она у стоявшего рядом сотрудника, который с любовью закатил глаза. — Ты имеешь в виду ребёнка Инко? Да, это маленькое дерьмо постоянно здесь бывает. Он пользуется этим как кратчайшим путём в парк на той стороне улицы; задний вход находится прямо рядом с ним, так что не нужно огибать все улицы. — Чёрт, — прошипела она, прежде чем броситься в заднюю часть здания, пока женщина не остановила её. К тому времени, как она нашла чёрный ход и протиснулась в него, Изуку уже был на другой стороне, пересек большой парк и парковку, примыкавшую к нему. Он тяжело дышал, очевидно, на пределе своих ограниченных возможностей, но когда он увидел, что она всё ещё позади него, он пискнул от страха и продолжил бежать, проскользнув через кусты и скрывшись на задворках. Руми зарычала, прежде чем последовать за ним, потеряв его из виду, но продолжая идти. Возможно, Изуку проводит в Альдере больше времени, чем она сейчас, но Руми выросла в этой части Мусатафу и знала эти извилистые тропинки и переулки лучше, чем кто-либо другой. Она знала, с какой частью города связаны эти дороги, и знала Изуку достаточно хорошо, чтобы понимать, куда он направится, если его будут преследовать. Если она свернёт в нужном месте и перепрыгнет через достаточное количество заборов, то окажется всего в одной улице от дома Бакуго. Учитывая, что теперь целью Изуку был Кацуки, и он прекрасно знал, что Кацуки не видели с тех пор, как стало известно о его союзе с Согой, то прятаться в пустом доме блондина было идеальным местом, чтобы получать информацию и оставаться незамеченным прямо у всех под носом. Чтобы он ничего не заподозрил, она не торопилась, давая ему время подумать, что он в безопасности и избавился от неё. Затем, пять минут спустя, она бесшумно спрыгнула на крышу дома Кацуки и пролезла внутрь через чердачное окно. Она не хотела пугать ребёнка, напав на него из засады, когда он думал, что в безопасности, конечно же, нет. Но он тоже доставил ей немало хлопот, и, может быть, не будет ничего страшного, если она хотя бы преподаст ему урок, верно? Она решила, что внезапная атака будет самым разумным вариантом, так как это сведет к минимуму вероятность побега и усилит эффект от удара ножом, который будет выглядеть как настоящий. Поэтому она продолжала двигаться как можно тише, спускаясь по лестнице и крадясь по коридорам, пока не увидела Изуку на кухне, который переводил дыхание, жадно глотая воду из-под крана. Он крепко сжимал в руке свой новый нож, и ей почти стало стыдно за то, что она так быстро его отобрала, после того как он так усердно старался не отставать от остальных в игре. На самом деле он неплохо справился, заняв четвёртое место. Было просто досадно, что он так сильно пострадал, каждый раз упрямо продолжая сражаться, несмотря на недостаток навыков и опыта. Он всё ещё держался за рёбра после встречи с Мономой, чёрт возьми! Она понятия не имела, как он так долго бежал, но после этого она точно заставит его сделать рентген. Дождавшись, пока стакан будет аккуратно поставлен на стол, чтобы не разбить его, Руми наконец вышла из тени и прыгнула вперёд, занеся нож, чтобы ударить Изуку в плечо. Как только Изуку увидел её, и выражение его лица сменилось с облегчения на ужас, она была отдернута назад и упала на пол, а Изуку закричал и бросился в другой конец комнаты. В замешательстве она посмотрела туда, откуда её отдернули за капюшон, который кто-то держал в руках. — Каччан? — поперхнулся Изуку, настороженно сжимая в руке нож. — Что ты здесь делаешь? Я думал, ты исчез вместе с Согой?! «Это его чёртов дом», — и тут Сога появился из тени, небрежно опустив локоть на плечо Изуку. «Почему бы нам не расслабиться здесь? Мы решили, что вы оба окажетесь на стороне парня Ашикари, и Кацуки сказал, что вы, скорее всего, придёте сюда, если Мируко погнаться за вами. Так нам будет проще». Сога ухмыльнулся, обнажив острые, как у акулы, зубы, и Кацуки отпустил капюшон Руми, когда она встала. «Ладно, с этим покончено», — решила она. «Вы победили, хорошо? Уберите Изуку, и я сдамся, и давайте, пожалуйста, закончим это? Ради моего собственного здравомыслия?» Она могла бы сразиться с ними, конечно, не зря же она была чёртовым профессионалом. Но ущерб, который они могли нанести, определённо не стоил глупой игры, придуманной Эктоплазмой, и она знала, что должна быть взрослой и позволить детям устроить истерику. Даже если один из этих детей был всего на два грёбаных года младше её. Накидница была права, Сога действительно могла вести себя как семилетний ребёнок. — Но победить может только один, — невинно заметил Кацуки, потому что он был таким маленьким засранцем. — Да, думаю, нам придётся вывести этих двоих и сразиться друг с другом, — фыркнула Сога. — Это будет чертовски грязно. — Вы двое собираетесь заняться тем дерьмом, которое собираетесь делать? — Руми это не впечатлило. Сога бросил на неё сухой взгляд, прежде чем подойти с вытянутым ножом. По правде говоря, какая-то её часть по-детски хотела отпрыгнуть в сторону, но она сделала глубокий вдох и не позволила себе скривиться, когда Сога «ударил» её ножом, официально выводя из игры. Сделав это, Кацуки и Сога повернулись лицом к Изуку, который выглядел взволнованным, но всё же принял жалкую попытку защититься. — О боже, — пробормотала Руми, уже оглядывая шкафы и пытаясь вспомнить, где Кацуки хранит свою аптечку. — Он действительно собирается драться с нами? — Сога, похоже, счёл это таким же нелепым, как и Руми, и приподнял бровь, когда Кацуки пожал плечами. — Я же тебе говорил. — А потом они оба расслабились. Сога швырнул нож Руми через всю комнату, и он с грохотом упал в раковину. Изуку в замешательстве наблюдал за происходящим. "Я не понимаю?.." Катсуки повернулся и ударил Согу ножом в шею. Наблюдая за тем, как у Изуку отвисает челюсть, Кацуки хихикает, а Сога выглядит совершенно невозмутимым, Руми тяжело вздохнула. Она предвидела, что бы ни случилось, это её сильно разозлит. Кацуки так поплатился за это во время их следующей тренировки. Антисоциальная сеть Мируко: Кстати, я выхожу из игры Мируко: как и @Kariage Монома: погоди, так что, остались только Сога, Деку и Кацуки? Мируко: нет. Моюру: ??? Сога: я ухожу. Катсуки: блядь, то же самое. Моно: подожди, что Эктоплазма: что случилось, кто ещё в игре? Кацуки: чертов Деку вытащил меня, маленький ублюдок Кацуки: потом он вытащил согу. Моно: ? Хитоши: ТЫ СКАЗАЛ МНЕ, ЧТО ПОСЛЕ ВСЕГО ЭТОГО ГРЕБАНОГО ШУМА /ИЗУКУ/ ПОБЕДИЛ? Мируко: поздравляю, Изуку. Монома: Что случилось Моюру: Я не могу этого понять Восхищенный: эта игра - полный отстой. Руми было бы немного стыдно за ложь, но Кацуки и Сога очень изящно объяснили два варианта того, как может закончиться эта игра, и она была вынуждена согласиться, что это предпочтительный вариант. Судя по всему, их первоначальный план состоял в том, чтобы сделать именно то, что они сказали, и объединиться, пока их не осталось только двое. Затем они собирались тщательно спланировать самую разрушительную финальную битву, какую только смогут, уничтожая всё на своём пути и, если повезёт, привлекая внимание PSIA, HPSC, NPSC и любых других высших сил, о которых они могли подумать в тот момент. Всё должно было закончиться игрой в «камень-ножницы-бумага», чтобы определить победителя. Кацуки, казалось, был очень горд этой идеей, несмотря на очевидные и утомительные проблемы, с которыми им пришлось бы столкнуться после того, как они «докажут свою точку зрения» Эктоплазме. Затем вмешалась Сога, игра началась, и стало ясно, что все уже мысленно распределили игроков по категориям в зависимости от того, насколько велика была вероятность их победы. «Мы подумали, что будет забавнее разозлить всех, разрушив эти ожидания». Он пожал плечами. «Получи лучшее из двух миров, понимаешь?» — добавил Кацуки. «Напугай всех, сделав так, чтобы казалось, будто мы собираемся всё уничтожить, а потом в последнюю секунду пусть победит тот, у кого нет причуд». Сам Изуку был слегка раздосадован этим планом, заявив, что ему унизительно получать победу в качестве благотворительности. «Это не благотворительность, — упрекнула его Кацуки, взъерошив ему волосы. — Это тренинг по инклюзии людей с ограниченными возможностями». После этого Изуку попытался ударить его настоящим ножом, но не успел далеко продвинуться. В общем, единственными, кто знал, чем на самом деле закончилась игра, были те четверо, что находились в доме в тот момент, и они поклялись хранить тайну, которую ни Руми, ни Изуку не осмелились бы нарушить. Никто не был удовлетворён тем фактом, что Изуку каким-то образом удалось победить и Согу, и Кацуки в настоящем бою, но они не могли найти изъянов в — откровенно впечатляющей — истории, которую придумал Сога, объясняя, как именно Изуку удалось использовать ряд манипуляций и заниженные ожидания, чтобы остаться незамеченным и ударить их обоих пластиковым ножом, неожиданно одержав победу. Руми пришлось признать, что это был достойный план, фальшивый или нет. Она поймала Изуку, ворчащего в стакан с соком о том, что "он бы придумал это сам, если бы у него было немного больше времени на подготовку", и похлопала его по плечу, прежде чем мягко напомнить, что если он не возьмет себя в руки и не начнет вести себя так, как будто он только что выиграл игру, то Кацуки и Сога наверняка обрушат адский огонь на все гребаное здание за то, что оно разрушило их генеральный план, особенно учитывая усилия, которые пришлось приложить Кацуки, чтобы казаться недовольным тем, что он "третий". После этого он довольно быстро изобразил на лице взволнованную победоносную улыбку. Теперь, когда игра официально закончилась, они снова собрались в баре Даби. На этот раз не хватало только Коити и Кадзухо, потому что эти двое всё ещё не всплыли после того, как пробыли под водой достаточно долго, чтобы узнать, что игра закончилась. В основном все пришли, чтобы выяснить, что на самом деле положило конец игре, кроме Накидника, который пришёл только потому, что Сога пообещал Даби угостить его бесплатным пивом. Эктоплазма продолжал бросать на Руми облегчённые взгляды, явно радуясь, что избежал возможных последствий своей очень плохо продуманной игры. — Я имею в виду, что я знал, что ты чертовски жуткий, но притворяться по телефону мамой Кэтса, чтобы заставить его вернуться домой и устроить ему засаду? — Дехиса фыркнул, роясь в стакане, чтобы достать один из кубиков льда на дне. — Мы определённо плохо на тебя влияем, раньше в тебе не было такой подлости. Кацуки пристально посмотрел вперёд, и Изуку пискнул, с энтузиазмом кивнув. — Зануда, Кацуки? — усмехнулся Даби. — Всё равно я тебя победил, — просто ответил Кацуки, залпом выпив свой напиток, как будто это была текила, а не коктейль из яблока и манго с соломинкой. Даби ударил кулаком по барной стойке. — Потому что я пытался схватить монстра, которого ты заставил меня убить! - Ну, кто теперь обижен? "Ты хочешь быть чертовски обиженным?" Эктоплазма протиснулся между ними, прежде чем они успели устроить ещё одну драку в баре, и Руми благодарно улыбнулась ему. «Чертовски несправедливо, что меня так быстро вырубили», — в третий раз пожаловался Дважды. Он растянулся на барной стойке, раскинув руки и уткнувшись носом в дерево. «Я здесь настоящий победитель!» — Я знаю, да?! — прощебетал Рэп. — В чём вообще был смысл? Я даже ничего не успел сделать. — Потому что ты облажался в этой грёбаной игре, — ухмыльнулся Сога. — Ты проиграл обычному ребёнку! - Парень без причуд продержался дольше тебя. — О да? — хвост Рапта начал раскачиваться позади него, глаза сверкнули, когда он мысленно набросился на свою цель. — Посмотрим, кто продержится дольше в следующем сезоне, когда мы снова сыграем. Я выведу тебя из игры за несколько минут. — О! — Эктоплазма смущённо рассмеялась. — Нет-нет-нет-нет, как бы весело это ни было, я считаю, что это определённо разовая акция. Игра слишком быстро стала слишком опасной; люди были почти госпитализированы. Нет-нет, убийство теперь официально под запретом. — Что за чёрт! — Дважды вскинул голову. — Слава богу! — Ты не можешь так поступить после всего лишь одной игры?! — громко возмутился Рапт. — Я ещё не успел выбить дерьмо из Соги! "Ну, этого никогда бы не случилось". «Отвали, Моюру, тебя вырубил Монома». — Эй, я очень грозный противник, ты, грёбаная лягушка! "...Я ЯЩЕРИЦА..." Эктоплазма с сожалением посмотрела в потолок, когда они вернулись к своим бесполезным спорам, и только Руми, кажется, заметила, как Кацуки и Сога склонили головы рядом с Изуку, который застыл на месте. Он поджал губы, выглядя одновременно раздражённым и решительным, в то время как двое других незаметно дали друг другу пять. Он поднял руку вверх, как ребёнок, отвечающий в школе. Эктоплазма удивлённо моргнула и, казалось, удивилась ещё больше, когда заметила, что все остальные тоже замолчали, чтобы послушать, что он скажет. "Я выиграл". Указал Изуку. - Да, - согласилась Эктоплазма. «По правилам, победитель должен убрать игру из запретного списка, верно?» «...Да». Он, казалось, понял, к чему это ведёт, и его выражение лица стало настороженным. «Но только один раз. Только один. Только один раз». Это было не то, о чём он договаривался в начале игры, но, похоже, никого это не волновало, и Изуку продолжил: «Но если это приз за каждую игру в «Убийство», то, гипотетически, мы могли бы просто вычёркивать его из списка после каждой игры, верно?» Эктоплазма так и остался с открытым ртом, а в его глазах читалось сожаление. Взгляд Изуку метнулся к Кацуки, который ухмыльнулся, прежде чем твёрдо заявить: «Я исключаю Убийство из списка в качестве приза. Мы сыграем снова в следующем году». Взгляд Кацуки встретился со взглядом Руми, и он чётко произнёс: «И в следующий раз мы будем играть по-настоящему». Все медленно повернулись к Эктоплазме, ожидая, что он придумает, как выбраться из этой передряги, в которую сам себя загнал. Даби ухмыльнулся, а Рэп выглядел так, будто вот-вот вскочит со стула. Руми не понимала, почему она ожидала, что всё закончится по-другому, и разочарованно покачала головой, когда он ничего не придумал. «Что я наделал?» — прошептал Эктоплазм сам себе. Даби поднял свою бутылку пива, чокнулся с ним и сделал глоток. «По-видимому, мы начали новую традицию». Он решительно посмотрел на него, и горечь поражения подпитывала его злобу по отношению к человеку, который теперь пытался лишить его шанса на реванш. «Пока мы можем не давать вам, трусам, выигрывать, мы будем возвращаться сюда каждый год». Руми медленно вдохнул. Она уважала Эктоплазму, правда-правда. Она обещала, что будет уважать. Но, серьезно, о чем, блядь, он думал? Примечания: благослови его маленькое сердечко, эктоплазма просто хочет, чтобы дети были вовлечены в процесс. он не понимает, что их вовлечённость — это то, что приводит к росту преступности в Альдере, как и кровяное давление Руми... Примечания: это вдохновлено эпизодом «Сообщества» с пейнтболом, так что берите от него всё, что хотите. ОДНА ВЕЩЬ, О КОТОРОЙ Я ХОТЕЛ БЫ УПОМЯНУТЬ. Я чертовски обожаю спин-офф «Бхна-мстительница», это единственная форма канона «Бхна», которую я читал, и я думаю, что больше людей должны его прочитать, потому что персонажи великолепны, но поскольку это первый раз, когда я активно использую трёх из этих персонажей на экране в «Солатиуме», я чувствую, что должен кое-что прояснить. Появление Соги, Рапта и Моюру в спин-оффе «Бхна-мстительница» было... чертовски диким. в частности, в отношении определённого взаимодействия, которое у них было с Кадзухо. и я думаю, что это чертовски дико, что Хидэюки Фурухаси решил включить это только для того, чтобы просто. проигнорировать это. как будто это не имело никакого отношения к сюжету и больше никогда не упоминалось. а потом, когда эти трое появились в следующий раз, они были закадычными друзьями, как будто ничего не случилось. НО мне нравится, какими они получились в этой серии, так что я собираюсь утверждать, что. этого никогда не было. не является каноном в «Солациуме». к черту это. всем расслабиться. ок, psa окончен, надеюсь, вам понравилось <3 Серия, к которой относится эта работа: ← Предыдущая работа Часть 4 из Солатиум Следующая работа →