Ни капли романтики

Крупные, мозолистые пальцы отбарабанивали свой ритм по дубовому, лакированному столу, играя никому не известную мелодию, даже сам хозяин понятия не имел, что за собой несет этот жест. Нижняя челюсть нервно сжималась, вызывая судорогу у скул, выдавая агрессию. Мускульная грудь медленно поднималась и опускалась, воздух становился тяжелее. Тишина то и дело, давала на аккуратные уши арийца, не любил он ее, такую звенящую, мерзко липнувшую тишину. Единственное что разбавляли ее, так это треск камина, что пылка согревал помещение. Зеленые глаза, сверля все один и тот же объект, медленно тяжелели и слово краснели. - что ты притих? В автозаке ты был куда активнее - словно гром среди ясного неба, раздался низкий и хриплый голос русского. Ноздри яростно расширялись, коммунист был готов сорваться на него в любой момент. Сейчас для него, фриц был мясом, которое медленно гнило, его так хотелось разорвать к чертовой матери. Шрам на правом глазу придавал все больше устрашения, он шел четко через бровь и до начала скулы. Молчание продолжало давить на белокурого, но он решил для себя - ни слова он не скажет, пусть бьет, пытает, он будет молчать. - вот как значит Брюнет встал со своего места, тяжелая рука легла на мускулистую шею, твердо сжимая ее. Вены тут же выступили как на шее, так и на руках. - не хочешь ты по хорошему, да? Как скажешь - спокойно проговорил Союз, походя к пленному. Рейх сидел на коленях смирно, стоять ему не давали. Руки плотно прижаты к спине, запястья украшали элегантные наручники, не дающие сделать движения. Блондинестые пряди чуть выбивались из идеальной и зализанной прически. Холодно голубые глаза, продолжали сверлить Совета взглядом, ох, как он пытался делать вид, будто ему все равно. Его идеальная холодная маска, выстроенная годами, держалась невероятно крепко, даже сейчас, когда все потеряно, он был стойким. Мундир было принято оставить, Союзу невыносимо хотелось его порвать и сжечь. На идеальной скуле красовался синяк, вероятно треснулся в попытках выбраться. Сново сжав челюсть, русский проговорил - я даю тебе последний шанс - сказал он, чуть наклонившись, сжимая челюсть. Голос был низкий, хриплый и до ужаса угрожающий. По идеально ровной спине пробежали мурашки. Чуть нахмурившись, Рейх тихо проговорил - in der Hölle brennen - выдал он невероятно спесивую речь, чуть победно улыбнувшись. Совет улыбнулся, хрустнув левым запясьем, он сжал и разжал его. Собрав мальцы в кулак, он резким движением занес руку в лево и что есть мочи, влетел костяшками в нос арийца. Сила удара была невероятной, у Фрица из глаз полетели искры, а тело по инерции упало в право. Кровь рекой хлынула из носа, который чуть скосился в бок. Дышать стало невероятно тяжело, свинцовый запах заполнил сознание голубоглазого, глаза яростно метнулись к ударившему. Болотный взгляд тут же приковал Рейха. Его фигура, снизу казалась еще больше, а падающий и тусклый свет, делал его гигантом. Последнее что он успел увидеть, это как кирзовый сапог летел в его лицо. Удар. Каблук попал четко по зубам, вызывая очень тихий стон у лежавшего. В глазах все поплыло, голова закружилась, а в рот заливалось все больше крови, окончательно перекрывая путь к воздуху. Союз сапог не убрал, а только надавил на его голову, припечатав того щекой к сосновым доскам - последнее китайское предупреждение, Рейх дальше будет только хуже - сказал союз, чуть сильнее надавив сапогом на голову немца. - saugen - булькая и хрепя, отозвался третий, чуть дергая пальцами на руках, рефлекторно стараясь отвлечь себя от боли в голове. Смешок послышался откуда-то сверху. Мгновение и сапог исчез от его лица, но как только фриц облегченно вздохнул. Его уши услышали тяжелый вздох и он тут же ослеп. Каблук сново прилетел ему по голове, с новой силой, явно пытаясь вырубить его. Что ж, у него это получилось, удар был с такой силой, что Тройка просто потерял сознание. Недовольно цыкнув, СССР поднял окровавленную подошву и опустил ногу уже на пол. Глаза нациста закатились, а рот был приоткрыт. Из зубастой пасти вытекала слюна, вперемешку с кровью, пачкая пол. Сморщив нос, русский вытер сапог об китель его новоиспеченного пленного. Развернувшись, он направился за свой стол, удобнее усаживаясь, ожидая когда жертва проснется.

***

Светлые ресницы задергались, голова ужасно гудела, жадно хватая ртом воздух, тяжелые веки раскрылись. Рвота подступала к горлу, пелена медленно спадала с глаз и Рейх медленно перевернулся на спину, разминая затекшие конечности. Это была ошибка, кровь из носа тут же хлынула в горле, не давая дышать. Надрывисто закашляв, он сново повернулся, но уже на левый бок, пытаясь выплюнуть жидкость. Картинка перед глазами плясала, сосредоточиться было не реально, ему удалось разглядеть стоявшие перед ним сапоги. - проснулась, гадина? - спросил голос сверху, откуда то из под воды. Тут же немец вспомнил, что был не один и виновник его фееричного сотрясения стоит перед ним. - все еще молчать собрался ? Ничего не ответив, Рейх лишь хрипло отозвался снизу. В его плане все еще не входило делиться данными, которыми он обладает. - хорошо, сука - сквозь зубы процедил Совет, хватая того за шкирку. Мир потерял баланс, все сново заплясало как в вальсе, теряя равновесия. Арийцу сразу же вспомнился тот вечер, когда он только познакомился с совковым, как он потом кружился в танце с какой то барышней, теряя все вокруг. Мускулистые руки приподняли его за грудки и рывком вжали того в стену. В поясницу больно ударил какой то тупой предмет, который висел на той самой стене. Взвизг Третий сдержал, однако боль отдавала в позвонок все больше и больше - знай, твои дни здесь будут невероятно сказанными, ты будешь визжать, хрипеть, стонать и бурлить под моими руками, ты меня понял? - спросил Союз хмуря брови и скаля на того свои зубы, его мускулистые руки все крепче и крепче вжимали того в стену. Зажав ткань сильнее, он тряхнул оппонента - отвечай! - Ja - прохрипел тот, не совсем понимаю на что он дает свое согласие. Голубые глаза, вяло смотрели на лицо Саши. Точно, его же так зовут. Дебильное имя с дурацким произношением. Мысли совсем перестали собираться во что то цельное, то и дело петляя с темы на тему - прекрасно - сказал СССР, отпуская фрица, заставляя его упасть на пол и удариться затылком об тупой предмет, что так терроризировал его спину. Медленно моргнув, он попытался встать на ноги, но перед глазами все так плясало, что было не возможно нормально двигаться. Руки все так же прикованы за спиной, ноги не слушаются, а голова все тяжелее и тяжелее - Ich möchte auf die Toilette- отозвался нацист, все так же сидя на полу и в пустую глядя перед собой. Русский, что бы готов уже сново сесть за стол остановился и обернулся на него. Изогнув одну бровь, он полностью повернулся к нему и скрестил руки на груди - ты правда думаешь что я тебя отведу? - спросил он, чуть улыбаясь с его глупости, наклонив голову в право. - Саша, Bitte -пропалил Рейх, ожидая ответа, руки за спиной все ныли и ныли, так и прося сменить положение. Интересно, почему его не бросили в подвал и не пытают хуже прежнего? Задаваясь этим вопросом он и не заметил как в комнате повисла тишина. Собираясь уже что то сказать, его схватили за волосы и приподняли с пола - мразь, еще раз произнесешь мое имя, я тебе отрежу язык и ты будешь жрать его - агрессивно начал свою тираду брюнет, пыхтя и скрипя от злости. Для него было оскорбительно слышать от него что то подобное. - ссать ты хочешь да? Ну я щас тебе устрою Свободной рукой он потянулся к ремню боевых брюк, рывком растягивая его. Разобравшись с кожаными препятствием, он рывком стянул с него штаны вместе с боксерами. Открыв дверь своего кабинета, он бросил Фрица в коридор, гаденько произнеся - ссы на здоровье, пускай все видят какой у нас могучий Феррер Дверь захлопнулась, а солдаты стоявшие в коридоре начали громко смеяться, бросая едкие гадости. Рейх скукожился на полу, хмуря брови и закрывая глаза. Мужской смех не давал ему упорядочить мысли, которые и так были связаны в несколько колтунов. Прижав к себе ноги, он все еще не до конца понимал, почему штаны висят на его икрах и что вообще происходит, а когда до него начало доходить, он судорожно пытался скалить зубы и выпаливать угрозы

***

Спустя около часа таких криков за своей дверью, Союз провел ручкой по последней строчке и вздохнул. Положив эксклюзивный письменный предмет, опираясь руками об стол, он встал из кресла. Медленно направляюсь к дверь, он положил руку на ручку и опустил ее. Не торопясь он распахнул дверь и в него тут же влетел Блондин, зубами хватаясь за его руку. Александр не ожидал такого напора и зашипел. Острие Зубов плотно впилось в его руку, как будто пытаясь выгрызать плоть, вместе с венами и сухожилиями. Нахмурив брови он схватился левой рукой за светлые пряди, стараясь потянуть назад, но зубы вцепились намертво - сука - пролепетал русский, судорожно думая что делать. Глаза судорожно метнулись к камину и тут же в его голове вспыхнула идея. Двинувшись в его сторону, Рейх поплелся за ним, стараясь не разжимать челюсть, но слабый запах досок и яркий свет привлек его внимания. Он совсем не заметил, как его голова оказалась слишком близко к огню камина. - либо ты отпускаешь, либо оказываешься там где тебе и место - сказал СССР, чувствуя как рука медленно немеет. Маленькая часть страха пробежала по его спине, но сдаваться он не собирался. Левая рука русского плотно сжимала его волосы, как правая все еще находилась в заточении. - я услышал тебя - сказал тихо совет и убрал руку с его волос, развернул Фрица спиной к камину и начал наступать на него. Блондин нахмурил брови и стал пятиться назад. Его глаза широко распахнулись, когда ладоней коснулся огонь, нагревая металические оковы. Он рефлекторно разжал зубы всем телом наваливаясь вперед, прижимаясь к крупной фигуре. Звон чего то металического привлек его внимание, Рейх только сейчас заметил, что Саша отошел на него на добрый метр, поднял кочергу над головой. Он только собирался ринуться в сторону, как металический предмет ударил по его плечу. Адская боль пробежала по всему телу, а крик все таки вырвался из его рта. Упав на пол, он судорожно посмотрел на свое плечо. Картина была ужасна, плечевой сустав просто опустился вниз, рука совершенно не слушалась приказов. Армейский сапог грозно топнул у его носа - что б ты сдох - прошептал русский, сжимая зубы