Посмертная любовь

      — Эй, Цяо Лин, — зовёт Сяоши, садясь рядом с сестрой. Он выглядит чуть встревоженным. — Ты где была прошлой ночью?       — Меня Лю Сяо отвёл на звездопад смотреть. В этот раз было слишком красиво, ты не представляешь. Это не то, что я тебе когда-то показывала. Даже обидно стало, что ты не смог увидеть, — она улыбнулась ему. Пусть девушка и не спала половину ночи, чувствовала та себя прекрасно. Может, просто выспалась всё-таки, а может поймала сейчас мельком взгляд парня в очках.       Брюнет покачал головой, тяжело вздыхая. Он видел, он понимал, что его сестра влюбилась. В этого парня, который выглядел очень смазливо, так ещё и дружил с Вэйном, от которого Сяоши, по настоянию Лу Гуана, держался подальше. Парень вздохнул, закрывая обзор той.       — Цяо Лин, не стоит так слепо верить ему. Мне кажется, он что-то нехорошее задумал. Будь аккуратна, лучше держись рядом со мной и Лу Гуаном, мы сможем тебя защитить, — он смотрит в глаза той.       — Не переживай, все будет хорошо, — девушка погладила его по волосам. — Пошли, цветочки на венки соберём?       — Идём! — тут же улыбается Сяоши, и они убегают на полянку с цветами, где начинают их собирать.       ***       Цяо Лин вздохнула. Она очень сильно переживала. Заканчивался полуфинал. Либо она, либо её противник пройдут дальше, в финал, где ждал уже Лу Гуан. Девушка знала, против неё будет тот человек, который был рядом ней постоянно, который поддерживал её во всем и помогал справиться со всем. Помогал успокоится даже сейчас, перед началом их раунда, после смерти Чэн Сяоши. Ей придется сражаться с Лю Сяо. И она боялась не своей смерти, она боялась, что умрет он. Девушка посмотрела на юношу, который стоял перед зеркалом и поправлял широкую белую шляпу с черной полосой у полей. Они молчали, оба. Набирались терпения. Он повернулся к ней, и Лин заметила, что парень был без своих излюбленных круглых очков. Это заставило её удивиться.       — А… Где твои очки? — спросила она, пересилив свой первоначальный ступор.       — Я решил снять. Не переживай, ничего от этого не случится, — Лю Сяо улыбнулся ей и подошёл ближе. Аккуратно взял её ладонь и целует костяшки пальцев. — Я надеюсь, ты готова, Лин-Лин.       Брюнетка ничего не ответила, лишь отвела взгляд, чуть смутившись. А когда сотрудники инопланетной сцены позвали их, им пришлось разъединить руки и пройти к платформам, которые поднимут их на сцену. Оказавшись сверху, послышалось начало песни. Оно напоминало стук сердца. А может, это был стук сердца самой Цяо Лин, а не эффект музыки? Но нет, это была именно мелодия, это она поняла прямо перед началом, где должна была запеть она.       

Подпусти на кончики пальцев,

Разреши у ног твоих пасть мне.

Разум свой в глазах потерять —

Не хочу отпускать тебя.

      Голос девушки лился, переплетался со звучавшей музыкой. Он чуть дрожал, но держал нужные ноты. Лю Сяо смотрел вперед, прямо на «зрителей». Его сердце сжималось и болело, ему было несколько тревожно за девушку. То, как она пела, как звучал её голос не могло не заставить его переживать. Он слышал страх, который затаился внутри этого голоса, слышал беспокойство и, кажется, боль. И ему хотелось бы сейчас наплевать на всё, подойти к ней и обнять так крепко, как может только он. Но Лю Сяо не позволят это сделать. И ему пришлось заставлять себя стоять и слушать пение возлюбленной дальше, ожидая начало своего куплета.       

Рань же глубже, рань же сильнее,

Причини мне боль — дай я в ней

Растворюсь до капли, бесследно исчезну.

Станешь мне бездной?

      Цяо Лин пыталась не сбиться с ритма мелодии. Эти слова отзывались в девушке чем-то больным. Чем-то таким, из-за чего сжималось и болело сердце. Вроде бы просто песня, да, с таким текстом, за которым прячется смысл, который толкует каждый по-разному. Но ей хотелось посвятить эти строчки лишь одному человеку. Карие глаза посмотрели чуть в сторону, туда, где видели силуэт в белом длинном плаще. Хотелось обернуться, смотреть в его глаза и, почти крича, произнести именно ему эти слова. Хотелось кричать ему о своей любви, о тех чувствах, которые так и терзали её изнутри. Смотреть лишь в одни фиолетовые глаза напротив и твердить ему лишь об этой любви. Пусть она и понимала, что это было почти невозможно.       

Покуда огня звездопад

Не будет забвеньем объят.

Читай на устах ледяных

Душу мою, душу.

      ***       Цяо Лин, смеясь, бежала босиком по траве. Они с Сяоши решили сыграть в догонялки, и сейчас мальчик пытался поймать свою сестру. Он тоже смеялся, протягивая руку и почти уже хватая девочку, как та резко уворачивается от него и бежит в другую сторону. Она смотрит за спину, хитро улыбается. Чэн Сяоши отставал от нее, но совсем немного, поэтому совсем скоро мог уже и поймать её, но не ожидал того, что Лин ускорится. Мальчик бежал следом за ней, пытаясь догнать сестру. И увидев, что она бежит на ребят, сидящих у речки, набрал в грудь побольше воздуха, чтобы предупредить её, однако не успевает. Цяо Лин спотыкается об Лю Сяо, который сидел на берегу вместе с Вэйном, и они оба падают в речку. Ребята барахтаются, пытаясь вылезти из воды. И удается им это только при помощи их друзей. Мокрых ребят отправили переодеваться и сушить волосы.       Цяо Лин кидала на Лю Сяо заинтересованные взгляды, пока они приводили себя в порядок. Она знакома с этим мальчиком довольно давно, так как те инопланетяне, которые усыновили их, дружили между собой. Но они никогда почти не общались между собой. А сейчас брюнетка подумала, что было бы вполне неплохо с ним начать общаться. Чем-то, но он привлекал её. Лю Сяо же, замечая взгляды девочки, улыбнулся ей и подошел к ней.       — Давай дружить? Ты очень красивая, — говорит он, этим вгоняя ту в ступор. Лин молчит, в испуге смотря на него, на предложенную им руку, после все же кивает, чуть улыбнувшись, и пожимает руку.       С того момента они стали много общаться, но не могли вместе проводить очень много времени, так как Чэн Сяоши настороженно относился к новому другу его драгоценнейшей сестрицы. Конечно, это заставляло его несколько грустить, так как он уже привязался к этой прекрасной даме. И было как-то тяжело почти не контактировать с ней. Они, втайне от брюнета, обменивались небольшими записочками, которые складывали в оригами и как-то могли передавать друг другу. Никто этого почти не замечал, думали, что ребята просто занимались таким искусством. А для них это было что-то вроде медитации, личной тайны. Им это нравилось, делать какие-то фигурки из бумаги, делать журавликов, какие-нибудь розочки или тюльпанчики, лисичек, кораблики и много других. А внутри них были различные фразочки, Лю Сяо часто писал для Лин комплименты, какие-то шутки и анекдоты, из-за чего ей приходилось даже скрывать свои эмоции, чтобы никто не понял, что она смутилась или смеялась.       В один день Лю Сяо позвал её куда-то ночью. Цяо Лин сначала очень не хотела куда-то идти, так как несколько переживала. Кто знает, что может приспичить парню ночью с девушкой сотворить. Но в конце концов она согласилась. И ведь не пожалела. Ребята, держась за руки, бежали по полянке, а после легли в одном месте, где было лучше всего видно небо. Цяо Лин была очарована тем, что увидела. Это был звездопад. Маленькие огоньки летели очень быстро, их было так много-много, что даже не верилось, что это она видела в реальности. Казалось, что это был сон. Но теплое дыхание юноши рядом, которое она ощущала, показывало то, что это происходило на самом деле.       — Успей загадать желание, Цяо Лин. Главное, никому о нем не рассказывай, тогда оно точно сбудется, — говорит ей обладатель сиреневых глаз. И девушка загадывает желание, крепко зажмурившись. И молит всех, кого знает, пусть оно сбудется.       ***       Проигрыш. Лю Сяо берет в руки микрофон, снимая его с подставки. Сейчас он ощущался жутким грузом. Мысли было пусты, он слышал лишь музыку и стук своего сердца, которые накладывались друг на друга. А может, это была такая мелодия? Лю Сяо не знал. Или не мог понять. И нельзя было отрицать, что он боялся. Боялся всего: что будет и что происходит сейчас. Ему казалось, что он даже боялся всех этих существ, которые сейчас смотрят на тех. Наблюдают за шоу, которое и сами устроили. Стало противно, страх отступил. Для них люди стали просто домашними питомцами, которыми можно крутить направо и налево. Они просто так, расходный материал, источник доходов. Но не более. Эти существа совсем забыли о том, что люди — это раса, которая тоже умеет мыслить. Которая тоже имеет свои чувства, свои желания. Люди могут влюбляться, люди могут любить. В этом их значимость. Лю Сяо смотрел на них с презрением. А после повернул голову и посмотрел на Цяо Лин. Его милая принцесса выглядела разбитой, подавленной. И то было не мудрено, ей совсем не дали оправиться после новости о смерти Сяоши, сразу выгнали на сцену, где теперь за жизнь должна сражаться она. И как же юноше хотелось заставить её вновь улыбаться. Ему хотелось услышать напоследок её смех. Он сам вёл это все лишь к одному единственному финалу. И он сделает все, чтобы он проигрался.       

Пусть лёд слов, что щеки морозит,

Режет веки строчками слёз,

Холодит губы тебе.

На части меня разбей.

      Его голос звучал ровно, ни единой фальшивой ноты. Юноша смотрел уже прямо перед собой, прямо на тех, кто наблюдал сейчас за их поединком. Краем глаза Лю Сяо видел, что Цяо Лин смотрела на него. Не отрываясь, словно пыталась заглянуть ему в душу. Он не видел её эмоций, не мог сказать сейчас точно, о чем она думает. Сжимая в руке микрофон, юноша пел, пытаясь сконцентрироваться, не отвлекаться ни на что. Особенно, пытался не обращать внимания на взгляд черных глаз. Иначе он утонет. Это было бы сейчас очень некстати. Поэтому парень и пытался игнорировать её. Ведь Лю Сяо любил её. Полюбил один раз, ещё в саду Анакт, и на всю жизнь. Ему нужна была только она одна. Но, к сожалению, он понимает, что они навряд ли смогут быть вместе. Даже если бы его чувства были взаимны. И пытаясь держаться, он продолжал петь без единой ошибки.       

Видишь, больно — адские муки.

Исцели касанием рук,

Ты с моей тревогой справишься, если

Станешь мне бездной.

      Он не смог. Повернулся к девушке. Она так и стояла, смотря на него. Хвост, который девушка собрала заранее, чуть уже растрепался, а в её глазах отражался страх. И, кажется, там было что-то ещё. Какое-то беспокойство, вперемешку с чем-то таким, что Лю Сяо не мог объяснить. Начав петь вторую строчку, парень сделал шаг к ней. Взгляд цеплялся за её образ. Кожаная куртка, топ, довольно короткая юбка, черные сапоги на каблуке. И все было черного цвета. На шее был чокер такого же оттенка и пару серебряных подвесок, на юбке были серебряные тонкие цепи. Она была прекрасна. Для него Цяо Лин всегда напоминала прекрасный цветочек. Девушка делает шаг ему на встречу. Кажется, она была готова сорваться на бег, сдерживала себя так сильно, как могла. Они шли навстречу друг другу, Лю Сяо не переставал петь, его голос продолжал литься также ровно. И вот, они стояли по середине сцены, друг напротив друга, смотрели друг в друга глаза. Он видел, как Лин потянулась к его волосам, словно хотела заправить пряди за его ухо. Но резко сжала ладонь в кулак и опустила, а второй вцепилась в микрофон, который держала. Сейчас не время, чтобы миловаться. И Лю Сяо тоже это понимал. Он допел последнюю строку, и они повернулись друг к другу спиной. Песня подходила к концу.       

Я ночи пустые кляну —

Окончить бы их тишину!

Позволь же своим зеркалам

Мой сохранить образ.

      ***       Лю Сяо не понял, как это произошло. Просто в один день он, смотря на смеющуюся рядом со своими друзьями Цяо Лин, ощутил разливающееся тепло на груди. И это чувство было в новинку, ранее он не помнил, чтобы чувствовал что-то похожее на это. После юноша начал замечать, что оно появляется только тогда, когда она была в поле его зрения или разговаривала с ним. Парень пытался понять, что это такое, почему это чувство возникает лишь по отношению к Лин. Из-за этого Лю очень часто выпадал из реальности, задумывался, смотря в одну точку, терял нить разговора. И его друзья не могли это не замечать, поэтому в один день Вэйн, не выдержав этого, решил провести с обладателем фиолетовых глаз серьёзный разговор, касаемо этого.       — Лю Сяо, может поделишься тем, что так сильно занимает твои мысли в последнее время? — спрашивает красноволосый сразу в лоб, смотря на друга.       — Что? О чём ты? — хмурится названный, не понимая, о чём речь. А после у него появляется одна догадка, о чём мог говорить Вэйн.       — Ты о том, что я постоянно в своих мыслях нахожусь? — спрашивает Сяо, чтобы проверить, в нужном направлении ли двигаются его мысли.       — Бинго. Ты сам не свой уже около месяца. Неужели влюбился? — хмыкает обладатель карминовых глаз, по-лисьи прищуривает те.       — Возможно. Если честно, я и сам не могу понять. Знаешь, есть одна девушка. Мы с ней дружим, наверное, лет с десяти. Она всегда была рядом со мной, мы поддерживаем друг друга в трудных ситуациях. И в один момент я стал ощущать какое-то тепло в груди, когда вижу её или когда разговариваю с ней. Как думаешь, что это? — Вэйн прислоняется спиной к дереву, разглядывает глаза, которые были спрятаны за очками.       — Ты влюбился. И я так предполагаю, что в нашу прекрасную Цяо Лин. Ну, посуди сам. У тебя нет друзей женского пола, кроме неё. А ещё, мы не слепые. Мы видим, как вы обмениваетесь записочками под видом оригами, — тот хмыкает, видя, как вытягивается от удивления лицо его лучшего друга. — Лучше поговори с ней об этом. Ты сам знаешь, в каком мире мы живём. У тебя ест один шанс. И ты должен его использовать. И, желательно, чем раньше, тем лучше. Ты понял меня, идиот?       — Понял я, понял… Но мне кажется, что сейчас не лучшее время. Я поговорю с ней об этом потом. Спасибо за совет, — Лю Сяо чуть улыбается, отвлекаясь на свои мысли. Видя его таким, Вэйну хочется биться об стену головой. И так, чтобы разбить её и не видеть эту довольную рожу.       Разговор так и не состоялся. Фиолетововолосый всё не мог подобрать нужного момента, чтобы признаться. Или просто боялся.       ***       И сейчас вновь должна была вступить Цяо Лин. Когда юноша допел строчку, она чуть сжала руки в кулаки. Сейчас осталась только их общая часть. Ещё немного, и они закончат со всем этим. Это и напрягало. Девушке хотелось побыть на этой сцене подольше, чувствовать своей спиной крепкую спину Лю Сяо. Знать, что он рядом и всегда поддержит её и будет на стороне брюнетки. И она правда это всё очень ценила. Ей хотелось сейчас схватить его за руку и исчезнуть отсюда, скрыться от глаз и камер, а после бежать. Куда — неизвестно, но главное, рядом с тем, кому она могла всецело доверять. От чувства, что парень был сейчас прямо за ней, Цяо Лин становилось спокойнее, а страх уходил. Дама была уверена в том, что проиграет, и поэтому молилась теперь на то, чтобы Лю стал победителем этого сезона.       

Под бессмертный мотив,

      Первая из двух строчек была спета. Лин сжала микрофон сильнее. Да, пусть она и была уверена в том, что сейчас суждено умереть ей, она хорошо знала своего лучшего друга. У него точно был какой-то план. Очень хитрый план. И, скорее всего, по тому, как устранить Цяо, как конкурентку. Поэтому она пыталась изредка фальшивить, сама вставляла себе палки в колёса, чтобы помочь ему исполнить этот план. Одной рукой девушка нашла ладонь второго и чуть сжала её в своей. Его пальцы были такими теплыми, что вновь работали для её вечно холодных конечностей грелкой. И это ощущение тепла и комфорта было самым лучшим для Цяо Лин. И теперь, когда её жизнь висела на волоске, ей хотелось ощутить его ещё раз. Чтобы точно убедиться в том, что всё это она делает не зря.       

Крепко в танце держись.

      Лю Сяо сильно удивился, когда почувствовал его руку в кольце чего-то холодного, что не сразу понял, что это была рука девушки. Ему хотелось вздохнуть и чуть поворчать на неё. Сказать, чтобы Лин одевалась теплее. Но он не мог. Пришлось лишь спеть свою строчку. Лю вспомнил, как они сбегали ночами, танцевали под звездопадом, напевая знакомые мелодии, как прятались от Сяоши и других, чтобы провести ещё времени вместе, ведь из-за того, что обычно встречались по ночам, совершенно не высыпались. Воспоминания грели сердце и душу, так бы хотелось повторить всё с самого начала. Жаль, что время неумолимо.

Время пусть поглотит

Нашу краткую жизнь.

      Брюнетка опустила микрофон и выдохнула. Всё сильнее и сильнее становилось тяжелее морально, слова застревали комком в горле. Ей начинало казаться, что она ни слова больше произнести не сможет, что уж тут говорить о том, чтобы петь. Девушка прикрыла глаза. В эту строчку Лин вложила всё: свои чувства, эмоции, воспоминания. Они все канут во времени, останутся в далёком-далёком прошлом, возможно в памяти. Цяо вздохнула и сжала микрофон покрепче. Их жизнь и вправду оказалась очень краткой. Как же обесценились человеческие жизни…

Покуда огня звездопад

Не будет забвеньем объят.

      Это была последняя строчка, которую она пела одна. Они с Лю Сяо разъединили руки и теперь резко повернулись друг к другу, смотря в глаза напротив. Парень видел всё, что отражалось в родных глазах: боль, паника, тревога. Кажется, девушка почти перестала дышать. Он вновь взял её ладонь, и теперь сжал покрепче. Парень этим показывал, что «не беспокойся. Вот он, я. Рядом с тобой. Здесь. Сейчас. Только не переставай петь, а я сейчас подхвачу.» И кажется, она поняла это, потому что набрала в грудь воздуха и запела со всей силы, практически начиная кричать.

Читай на устах ледяных

Душу мою, душу.

      Лю Сяо подпевал ей. Но пел он значительно тише, чтобы голос Лин был слышен. И ей это не понравилось, что сразу же отразилось на её реакции. Юноша смог сдержать смех, продолжая петь уже намного громче, чем до этого, а Цяо теперь решила последовать его примеру, и сама издавала уже более тихий звук.

Я ночи пустые кляну —

Окончить бы их тишину!

Позволь же своим зеркалам

Мой сохранить образ.

      И стоило им допеть последнюю строчку, как юноша тут же берет личико девушки в свою руку, перед этим отпустив её ладонь, и целует. Одновременно и жадно, и обречённо. Это было то, чего он так долго желал. Цяо Лин оказалась в растерянности, она этого вообще не ожидала, но поддалась ему и обняла за шею, отвечая на его поцелуй. Он длился не долго, Лю почти сразу же отстранился. После сразу же быстро чмокает её в губы ещё раз и, окинув кратким взглядом табло со счётом, наклоняется к уху брюнетки.       — Прости меня за это, милая Лин-Лин, — шепчет ей Сяо на ухо и, отбросив из другой руки микрофон, начал её душить. И смотрел в её глаза с виной и сожалением.       Цяо Лин не могла не улыбнуться. Да, это то, чего она ожидала. Лю Сяо сам избавиться от неё. Скорее всего, просто не хотел видеть то, как упадет её тело, истекая кровью из-за пули. И какого же было её удивление, когда стрелять стали в него. Сначала попали ему в плечо, потом, кажется, куда-то в бок. Девушка с ужасом смотрела на то, как растекается пятно крови по белому плащу. Хватка его ладоней ослабла, а после ему выстрелили в грудь. Он опустил руки и упал. Лин упала за ним, тут же обнимая его и со страхом смотря в родные фиолетовые глаза.       — Лю Сяо!.. — вскрикивает она, сжимая его чуть в своих руках. Её ладони окрашиваются в красный, кровь заливает колени, но ей было всё равно. Парень слабо поднимает сам свою руку, которая тоже была окрашена, и гладит её по щеке, оставляя след.       — Прости меня… — слабо хрипит Лю, чуть улыбается, было видно, что он из последних сил пытается держаться и фокусировать на девичьем личике взгляд, — я… очень хотел сказать, что люблю тебя… Но не успел это… Сделать раньше… Я очень люблю тебя… Очень сильно и очень давно…       После этого его глаза стекленеют. А глаза Цяо Лин наполняются слезами. Она прижала его тело к себе и расплакалась, сжимала его одежду в своих ладонях. Боль разрывала её изнутри, хотелось кричать, не сдерживать своих эмоций. Но ей позволялось просто сидеть, держать уже начинающий охладевать труп и плакать. Через какое-то время девушку уже стали уводить насильно, пусть Лин и упиралась, сопротивлялась, лишь бы ещё немного побыть рядом с ним, её смогли удержать. Поэтому брюнетка просто смотрела на лежащее тело и, сумев сглотнуть ком, вставший ей поперёк горла, пролепетала те слова, которые он больше уже никогда не сможет услышать, но очень хотел бы:       — И я тоже… Очень сильно любила и люблю тебя, Лю Сяо…