Кровь, вино и пачка сигарет

Был свет солнца в небе дневном, Но тьма расползлась по земле. Кииоши, владыка, на поле своём Коня черногривого вдруг повстречал. Красные очи, кровавы копыта, И дым из ноздрей чёрный конь испускал, И поклялся ему восхищённый владыка, Стать другом вовеки и до конца. Кииоши Великий стал воином могучим, Поражений не знавшим, с таким-то конём. Пред ним расступались леса, горы. Тучи! Везде побеждал и не был побеждён. Красные очи, кровавы копыта, И дым из ноздрей чёрный конь испускал, Поклялся тогда ему гордый владыка, Стать другом вовеки и до конца. И вот в деревушке он встретил девицу, И та нагадала ему за пятак Что конь и владыка, вернутся в столицу, И конь их погубит. Так руны гласят. Красные очи, кровавы копыта, И дым из ноздрей чёрный конь испускал. Пожалел, что поклялся коню тот владыка Стать другом вовеки и до конца. Не простился он с другом своим черногривым, Ушёл он в столицу уже без коня. Пройдёт ровно год, когда воротится К Кииоши, хозяину, красноглазый слуга. Потухшие очи, в земле все копыта, Десятки костей мёртвый конь потерял. Смеялся над клятвой жестокий владыка Стать другом вовеки коню до конца. Кииоши Великий смеялся над другом: «И ты-то меня должен был погубить? Погубил тебя я стелою из лука!» Наступил он на череп и вскрикнул же в миг. Потухшие очи, в земле все копыта, Десятки костей мёртвый конь потерял. Уже не до смеха над клятвой владыке Стать другом вовеки коню до конца. Был свет солнца в небе дневном, Но тьма расползлась по земле. Кииоши, владыка, на теле своём Чёрного змея вдруг увидал. Зубы остры, очи кровью налиты И дым из ноздрей чёрный змей испускал, Уже не до смеха над клятвой владыке Стать другом вовеки коню до конца. Ухмыльнулся тогда чёрный змей семиглавый: «Неужто забыл ты про клятву свою? Быть нам во веки с тобою, друг мой, вместе, И в ад ты отправишься вместе со мной.» Зубы остры, очи кровью налиты И дым из ноздрей чёрный змей испускал, Поклялся владыке змей семиглавый, Быть смертью вовеки и до конца.