Один маленький воронёнок

Эта миссия ему не понравилась с самого начала. Благо, умения скрытности его команды превосходили таковые у тех, в гости к кому отправлены были. Но... что-то явно пошло не так. И очень сильно. Тишина в эфире, отсутствие оговоренных бликов на карте... отступили? Но почему? Его бросили не просто так, Нэтт знал прекрасно. Он, черный ворон среди птичек в белом, ещё имел шанс прикрыться, мог сойти за "своего". И ему это даже удавалось некоторое время. Строгая одежда вместо спрятанной брони, мрачный взгляд абсолютно чёрных глаз, хорошее знание нострамского... многие терялись, хоть и не помнили такого среди пополнения. Но и отбривать зарвавшихся у него, вопреки ожиданиям, получилось. Поэтому подвоха он не ощутил и когда его вызвали на "личное " собеседование. Он ожидал капитанов, ожидал вопросов, он знал... точно знал, что оба примарха сейчас должны были быть на пиру в честь приведения планеты к согласию. А вот его команда, отправленная добыть на время пира кое-какую информацию с корабля Повелителей Ночи, отступила. Почему? Было неясно тогда. Впрочем, теперь... - Кт-со сдесь у нас-ш? - раздался слишком знакомый голос. - Маленький птенец, я чувствую твою опаску и самоуверенность. Если ты скажеш-с, что делаеш-с сдесь, самостоятельно, я дарую тебе свободу... Примарх. Вот почему они отступили, не дожидаясь его. Нэтт вздохнул и покачал головой. Нет. Говорить он не станет. - Вот-с как... ладно... Когда его схватили, подтаскивая к захватам-крюкам, Ворон ещё даже умудрился проворчать, что вполне ожидаемое действие его не сильно испугант, потом... потом говорить он уже не мог. Только кричать. Оказывается, соединение тока, снимаемой кожи и вырезаемых по оставшейся части узоров можно объединить и сделать весьма жестокой пыткой. Особенно, если комната наполнена каким-то дымом-наркотиком, усиливающим ощущения и не дающим отключиться. Особенно, если открытые раны то осыпают какой-то солью, то тлеющими травами, то просто прижигают красивым, наверное, узором. Нэтт не мог точно сказать, теряясь приблизительно на втором часу того, что с ним делали. Один раз... один единственный раз он заметил отблеск чужих глаз в одном из углов под тихий смех. Нэтт даже дёрнулся в путах, надеясь на спасение, на помощь, но... блеск пропал. Тот, кто пришёл, видимо, просто посмотреть, скрылся в глубине мрака. И сознание окончательно затопила боль, удушающая, рвущая внутренности и душу. Ворон медленно выгорал под этой болью, метался и шипел, но... так и не ответил ни на один из вопросов-требований. Только рычал проклятия в ответ. И пытался ударить, когда удавалось вырваться хотя бы ненадолго из плена этой боли. Тело расцвело кровавыми узорами. Боль преследовала даже в псевдо-забытьи. Голос не просто сорвался... жжение говорило о том, что едва ли теперь он сможет говорить нормально ещё очень много времени. С глаз... стекали алые слёзы,возможно, из-за полопавшихся сосудов. Ворон буквально повис на путах, опустив голову и практически не реагируя на завершающие штрихи. Вот перед глазами появились ноги. Знакомая броня. Его отцепили, бросая в эти ноги, пачкая кровью блестящую матовость брони. - Он... так и не признался. Ты хорошо воспитал своих детей, бра~а~атец, - горечь ответа слышал даже Нэтт, слова до которого доносились словно через вату. - Забирай. Эта добыча невкусная. Но его крики ещё долго будут моей усладой. Такой голосок, а! Ноги отстранились. В поле зрения появилось колено. Касание к плечу... И его рывок. Нэтт зарычал, из последних сил бросив себя прочь, ударяя по руке. - Не прикасайтесь ко мне! - рык-сипение. Нэтт замер, покачиваясь на дрожащих ногах. Кровь брызнула вокруг. - С...мой... - глухо доносилось до все более оглушаемого пульсом Ворона. - Т...н...пом...ь... - Не... смейте... прика...сать...ся, - шаг. Ему нужен был всего шаг. Тени принимают его в родную темноту под сдавенный крик-требование замереть. Где он выпал, было непонятно. Но холодно, хорошо и спокойно. И мягко. На удивление. Одеяло. Так теплее... спокойно. Нэтт затих, закутываясь в одеяло и закрывая глаза. Даже не удивился, когда ощутил чьё-то присутствие и аккуратное касание к голове. - Мх... ты сделал странный выбор места побега, птенец... впрочем. Здесь действительно безопасно. Отоспись. У тебя есть время, пока Коракс ищет тебя по всем теням мира, - тихий смех. Нэтт только что-то невнятно пробормотал и закутался с головой, вскоре засыпая, - действие наркотика окончательно прекратилось. *** Сколько прошло времени он не мог сказать точно. Шрамы, оставшиеся на месте ран, уже даже почти не чесались, постоянно только спать больше не хотелось, а из-под тёплого одеяла его не выгоняли, периодически только плюхаясь рядом. Так было и в этот раз - кровать просела, холодные пальцы коснулись лба. - Жар окончательно сошёл. Может ты наконец-то выметешься отсюда, а, птенчик? На тебя там уже забили давно, оставили только броню, я не отдал, сныкали у капитанов. Так что давай, брысь, а? - Не хочу... там снова будет одно и то же. Проверки, догадки, испытания... - Ворон покосился задумчиво на сидящего примарха. - Сам знаешь ведь, ну... - Знаю. Но мы решили этот вопрос. Ты - одиночка под нашей опекой. Сам берёшь миссии, сам выполняешь, отчитываешься напрямую одному из нас. Таких одиночек по Галактике раскидано тысячи. Кто-то не прошёл испытание, кто-то отбился от рук, кто-то просто сам по себе такой... кто-то, как ты, понял тщетность этого бытия. Пойдёт такой выбор? Нэтт действительно поразмыслил над идеей, потом завозился, медленно сев. Осмотрелся. Вздохнул. - Ладно... надеюсь, оно того стоит. Броня? - В отсеке хранения. Мы немного её улучшили, думаю, тебе понравится. Идём?