Военное положение для любви

      Чонгук окружил Чимина заботой и вниманием. Во время операций они часто были в паре. Гон Ю не то, чтобы был против отношений внутри команды, но всё же провёл разговор и с Чимином и с Гуком, а также с Юнги и Тэхёном.       Что касается Намджуна и Джина дела шли не так гладко. А всё, потому что Джин по-прежнему упрямился и никакие уговоры друзей не действовали. — Смотри, — как-то сказал Чимин Джину. — Однажды Намджун устанет ждать. Ты упустишь своё счастье.       Неизвестно как бы долго упрямился Джин если бы не случилось… — Очередной район подвергся массовой атаке. — Гон Ю зачитывал задание. — Район уничтожен, однако нам всё равно получено проверить. Район достаточно большой поэтому кроме доктора Пака с нами поедет и доктор Ли.       Хоби поднимает голову. Да он боится открыться Минхо, но это не значит, что он позволит любимому человеку страдать. — Капитан, может с нами пойдёт не доктор Ли? — Хосок, с нами идёт Минхо и это не обсуждается.       Хосок лишь поджал губу. Какое-то беспокойство поселилось в душе Хосока. Они выехали через пару часов. Чимин сидел рядом с Гуком. — Обещай беречь себя.       Шепчет Гук. — Ты тоже.       Гук берёт руку. Гон Ю лишь головой качает. Через время они вышли в новом районе. — Значит так, Пак, Мин, Ким Намджун и я идём на запад, пять кварталов. Чонгук, Ли Минхо, Тэхён и Сокджин на восток, так же пять кварталов. Со, Хосок, Чан Бин и Ли Айен идут на юг, расстояние тоже.       Они расходятся и начинают исследовать разрушенный район. Юнги внимательно следит за обстановкой вокруг. — Цветочек? — Юнги замечает, что Чимин прислушивается. — Что-то слышишь? — Кот, — Чимин оборачивается. — Тебе не кажется, что как-то слишком тихо. — Слишком? — Гон Ю подходит ближе. — Капитан, можете считать меня параноиком, но даже в месте, где нет выживших, должно быть хоть какие-то звуки. — Ты не параноик, — Гон Ю хлопает младшего по плечу. — Всё как-то странно выглядит. — Может вернёмся? — Намджун стоит рядом.       Гон Ю сигнализирует возвращение. Они возвращаются и Чимин уже видит Чонгука, когда воздух рассекает свист снаряда и в нескольких метрах от группы Гон Ю происходит взрыв. — Чимин!!!!! — Юнги!!! — Намджун!!!       Отряды не успевают подбежать к месту взрыва, как из-за здания выбегает группа военных. — Я же предупреждал, что вы просто так не уйдёте из моего отряда. — Капитан Хан?!       Тэхён смотрит на бывшего командира. — Здравствуй Тэхён, думал, что вы с Паком сдохли. — Я тебя уничтожу.       Потасовка завязывается на небольшом участке. — Я должен спасти их. — шепчет Минхо Хоби. — Они наверняка ранены. — Сиди. — Не могу Хоби, это мой долг.       Минхо пробирается к месту взрыва, молясь, чтобы его друзья и командир были живы. Ли пробирается и находит Гон Ю. — Командир, командир вы слышите меня? Гон Ю хён, вы меня слышите. — Не… не кричи… чуть контузило. Где остальные? — Вы первый…       Пуля просвистела где-то совсем рядом. — Чёрт, капитан нужно выбираться. — Ким, Пак и Мин, пока не найдём… чёрт. Минхо… — Лежите тут.       Минхо пригибаясь пошёл дальше, пара шагов, и он увидел Намджуна, что пытался встать, но рваная рана на руке кровоточила. — Намджун, не шевелись. — Рука… Минхо, там Чимин… боюсь его отшвырнуло на арматуру… — Сейчас посмотрю.       Минхо выпрямляется и тут в плече становится тепло. Комбинезон пропитывается собственной кровью, а позади слышен окрик Хосока: — Минхо!!!       Ли падает на колени. — Минхо. — Намджун приподнимается. — Минхо! — Нор-нормально, ребята важнее.       Минхо продолжает идти. Первым Минхо находит Юнги, тот лежит неподвижно, а на камне позади виднеется кровь. Минхо несколько раз трясёт головой, чтобы прогнать обморок. — Юнги, Юнги чёрт. — Минхо открывает чемоданчик. — Не смей, не смей слышишь. Твоё сердце ещё бьётся, Тэхён меня уничтожит. Прийди же в себя.       Минхо борется за собственное сознание, пока приводит в себя Мина. Тот начинает стонать, когда на его голову накладывают повязку. — Где… цветочек… Минхо… — Сейчас… сейчас найду… — Т-твоё плечо… — Ерунда…       Он ещё раз машет головой. — Не двигайся, сейчас… Чимина…       Минхо снова шатает. Кровь продолжает пропитывать форму, но он отходит. Звуки стрельбы и борьбы начинают затихать, и он молится всем богам, чтобы их отряд победил. В нескольких шагах от Юнги нашёлся и Чимин, сквозь его бедро торчал прут, да и головой его, судя по всему, приложило не слабо. — Чимин… что ж ты… соберись Минхо… — Минхо!       Рядом с Ли появляется Айен, третий врач, и Хосок. — Минхо, он в тебя попал? — Всё… нормально Хосок… Не страшно…       Минхо снова трясёт головой пытаясь оставаться в сознании. — Айен. — Минхо…       Но Минхо не слышит, он отключается и Хоби успевает подхватить его. На небольшом участке начинается суматоха. Сокджин поднимает Намджуна, Тэхён со всех ног мчится к Юнги, а через преграды, к группе из пяти человек, несётся Чонгук. Гон Ю смотрит на это хаос и быстро прикидывает варианты. — Ингук, возвращайся к машине, подгони ближе, Сокджин, если Намджун в состоянии идти, то забирай его с собой, прикроешь обоих. Тэхён охраняешь периметр, от Юнги не на шаг. Айен осмотри Чимина и Минхо, как только машина подъедет. — Гон Ю оборачивается на шум и видит грузовик. — Отлично, Со, Чан Бин грузите Юнги, потом возвращайтесь с Сокджином и Ингуком, нужно перенести Минхо и понять, как перенести Чимина. Быстрее.       Джин не разрешил Намджуну выйти из машины. Он достал носилки и вместе с Ингуком подбежал к Юнги. — Помогай.       Юнги поместили на носилки и понесли к машине. Гон Ю подошёл к группе. — Что тут у нас? — Командир, Минхо потерял много крови, нужно переливание и как можно скорее. Если в машине есть кусачки, то можно перекусить прут, но если вытащим сейчас, то Чимин просто кровью истечёт и мы его не довезём. — Принесите кусачки из грузовика!!!       Отдаёт приказ Гон Ю. Из машины возвращаются остальные, Минхо укладывают на носилки и в сопровождении Хосока возвращаются. Чонгук всё это время пытался привести Чимина в сознание. — Чонгук не трогай его. — Айен отталкивает Чона. — У него скорее всего анафилактический шок. Лучше помоги прут перерезать, сейчас от тебя будет больше пользы тут.       Гук берёт себя в руки, насколько это возможно, и отбирает кусачки у Со, сейчас в прямом смысле счёт идёт на секунды. Сначала в машину грузят Минхо, а затем и Чимина. — Два врача, — Намджун держится за голову. — Юнги, и всё из-за… ай…       Джин ударил Намджуна по плечу. — Только попробуй сказать, что это из-за тебя. Будешь лежать рядом с Юнги. Дурак, а если бы… нет… даже думать… — Давай продолжим этот разговор позже. — Намджун притягивает Джина. — Глупый, я за тебя тоже переживаю.       Джин ещё раз стукнул Намджуна, но отстраниться даже не думал. В машине было достаточно тесно, но все устроились так, что трое тяжело раненных разместились на полу. Айен обрабатывал раны Гон Ю. — Вы родились в рубашке командир. — он зафиксировал бинт. — Можно сказать отделались лёгким испугом. Теперь главное довезти… — Только попробуй сказать, что хоть одного не довезём. — Гук вскидывает голову. — Я тебя с машины выкину Ли. — Отставить! — Гон Ю повышает голос. — Возьми себя в руки Чон! Ты солдат, вот и будь им. Мы все переживаем за Чимина, но мы держимся. Юнги и Минхо тоже пострадали. Мы довезём всех, а ещё одна реплика и я тебя в тюрьму отправлю, и ты оттуда месяца два не выйдешь.       Гук фыркнул, бросил грозный взгляд на Айена и снова стал следить за состоянием Чимина. Он не может потерять его, нет, слишком сильно Чон полюбил. Этот человек его нектар, его кислород, он его кровь, что по венам течёт.       Хосок сидел недалеко от Минхо и, не отпуская руки, шептал. — Не смей умирать, я не переживу этого, следом отправлюсь. Минхо, пожалуйста. Я соберу все книги в мире, только для тебя. — Хосок, — Гон Ю всё понимает. — Я в тюрьму отправлю тебя и Чонгука. Будете там сидеть, пока Пак и Ли не поправятся. Запрещу передавать любую весточку о них. Замолчите оба. Мы все переживаем за них, но ещё хоть слово и я не ограничусь словами.       Лишь Тэхён сидел молча около Юнги. — Ты меня напугал. — Не переживай, только… просто сотрясение. — Ты от меня не избавишься Мин Юнги, понял? — Хорошо малыш.       Как только добрались до базы раненных доставили в госпиталь. Гон Ю не пустил Хосока и Чонгука внутрь. — Кай!!!       Проходящий мимо повар остановился и посмотрел на Гон Ю. — Забери этих двух на кухню, пусть помогают. Если они покинут расположение, то позволяю отправить их в тюрьму. — Хорошо.       Кай забирает Чонов и уводит с собой.       Они совершенно не помнили, как готовили. Хосок три раза порезался, пока чистил картофель.       Даже когда ужин был подан их не отпустили. Лишь когда в столовую заходит Айен. — Айен!       Гук выбегает с раздачи. Хосок быстро собирает поднос с едой для врача и бежит в след за Гуком. — Как они?       Выпаливает Хосок, Гук стоит рядом и боится вздохнуть. — У Юнги сотрясение, он уже в палате. Минхо сделали переливание, он тоже в палате, должен через час прийти в себя. Намджуну зашили руку, вправили плечо, Гон Ю наложили несколько швов… Чимин… операция была сложной, прут мы достали, он чудом никаких сосудов не задел. Куда хуже было справиться с черепно-мозговой травмой. Кровоизлияние… короче, мы были вынуждены ввести его в состояние искусственной комы.       Чонгук замирает. — Он… — Нет, он жив Гук, временная кома для того, чтобы он смог бороться. — Я могу… — Нет, Гон Ю запретил тебе входить в госпиталь. Как и Хосоку, если в течении трёх дней хоть один из вас появится там… — То нас посадят в тюрьму. — заканчивает фразу Хосок и встаёт. — Знаешь Айен, впервые мне плевать. Я должен увидеться с Минхо сейчас же, а потом можно и в тюрьму.       Хосок выбегает, Айен лишь качает головой и смотрит на Чонгука, что с опущенной головой продолжает сидеть. — Не пойдёшь? — Пойду, только вряд ли меня в реанимацию пустят. — Гук, поверь мне, с ним всё будет хорошо, поспит пару дней, а потом вернётся. Ему не повезло, но он сильный парень и просто так не сдастся. — Я не смогу без него, Айен. — Гон Ю был прав, ты слишком сильно влюбился. — Пусть так, но мне нечего стыдиться.       Хосок решительным шагом вошел в палату. На одной из коек лежал Юнги, около которого спал Тэхен, напротив Намджун, около которого дежурил Джин. С боку от Джина и Намджуна лежал под капельницей Минхо. Хосок подошёл ближе. — Гон Ю тебя посадит. — тихо шепчет Джин, даже не повернув головы. — Мне плевать Джин хён, — так же тихо отвечает Хоби. — Особенно сейчас, особенно, когда я чуть его не потерял. — А говорил, что не будешь давать надежду. — Он моя надежда, хён.       Минхо пошевелился и открыл глаза. — Хосок. — голос Ли был тихим, но Хосок услышал и сел рядом. — Как ты себя чувствуешь? — Выжат, где ребята? — Намджун и Юнги вон лежат, Чимин в реанимации. Командир не сильно пострадал, сейчас отдыхает у себя, наверное. Он не пустил нас с Гуком. — Чимин? — В искусственной коме. Айен сказал, что это было необходимо. — Ладно. — Минхо… — Что? — Я люблю тебя.       Минхо приподнял голову. Ему же не послышалось. — Что? — Люблю. — повторил Чон и взял холодную руку младшего. — Когда в тебя попали, думал, что не переживу, если с тобой что-то случится. — Если… — Не жалость, просто я… моя семья… я просто боялся. Ты простишь меня? — Я и не злился.       Хосок целует руку. В дверях появляется Гон Ю. Джин первым его замечает и вскакивает. — Командир!       Хосок поднимается и уверенно смотрит в глаза старшего. — Трое суток посидишь в камере. — совершенно буднично говорит Гон Ю. — Любовь прекрасное чувство, но мои приказы нужно исполнять. — Так точно.       Хосок даже не пытается опустить голову. — Сокджин. — Да, командир? — Разбуди Тэхёна и идите отдыхать в казарму. Пациентам нужен покой. И доставь Чона. — Так точно.       Гон Ю вышел. Возвращаясь к себе, он увидел Гука, который стоял у окна реанимации. Чон заметил его боковым зрением, но взгляда от окна не отвёл. — Вы сказали, что отправите в тюрьму если мы зайдём в госпиталь. Теоретически я не нарушил приказ. — Ох Гук. — Гон Ю хлопает по плечу. — Я помню тебя ещё желторотиком. Ты был самым неугомонным из новобранцев. Столько парней и девушек пытались закадрить тебя, а Паку даже делать ничего особо не пришлось. — Может, потому что он не пытался меня закадрить. — Чонгук наконец-то смотрит на старшего. — Спасибо, что приняли их в наш отряд. — Иди отдыхать. — Так точно.       Гон Ю пошёл дальше, прекрасно зная, что Чон будет ещё долго стоять у окна. Три дня спустя, когда Хосок вышел, они отправились осматривать очередной пострадавший район. Айен с помощью старших вывел из комы Чимина и теперь все ждали, когда Пак придёт в себя. Намджун стоял у комнаты Джина. Пока отряд не полный Гон Ю ходил с другими, забирая с собой Гука и Хосока.       Джин вышел и чуть не врезался в Намджуна. — Прячешься от меня? — Вообще-то за книгой ходил. — Джин пожимает плечами. — И вообще-то я с тобой в госпитале почти каждый день сидел. — Твои соседи в комнате? — Нет, они ушли с Гон Ю хёном. — Вот как.       Намджун берёт Джина за руку и заводит обратно. В комнате он пригвождает старшего к стене. — Ты подумал на счёт нас? — Нас? — Джин, ты мне очень нравишься. Не только твоя внешность, твой характер, твоя внутренняя сила. Только ты заставляешь моё сердце сходить с ума. Хён будь моим парнем.       Джин поднял руку и провёл по щеке Кима. — Ты такой глупый, неужели ты думаешь, что я сидел бы рядом с тобой, если бы ты был мне безразличен. Да когда тот чёртов снаряд взорвался и вас откинуло, я думал, что потерял тебя. — Джин, скажи… — Я буду с тобой, дурак.       Поцелуй полный страсти обрушивается на губы Джина. Форма быстро улетает в сторону. Намджун осыпает стройное тело поцелуями, оставляя алые цветы на коже. — Джини, мой Джини… Ты уверен? — Замолчи и возьми меня.       Намджун рычит и укладывает разгорячённое тело на кровать. Поцелуями он опускается всё ниже пока не достигает паха. — Вот же ш чёрт…       Джина выгибает, когда Намджун заглатывает член. Даже в самых мокрых снах он не представлял нежности и страсти Намджуна. Всё это настолько отличалось от всего, что было с ним раньше. Джин трясёт головой, теперь всё, что было раньше не важно. Сейчас важен только Намджун, что растягивает его. — Джуни… Джуни… — Мой Джини, ты моя жизнь.       Чувствуя, что Джин на грани Намджун убирает пальцы и заменяет давно изнывающим членом. — Боже… — Какой ты узкий… ты… мой…       Темп нарастает. Джин впивается в спину Намджуна ногтями оставляя метки на спине. Толчок, ещё толчок и Джина накрывает ошеломляющий оргазм. Он чувствует, как Намджун заполняет его горячей спермой.       Джин восстанавливает дыхание и перебирается на грудь к Намджуну. — Нужно попросить командира пересилить кого-то из нас. — Здесь есть казармы для…       Джин понимает, что их отношения только начались и говорить о том, чтобы заселиться в семейную казарму рано и глупо. — Ты слишком громко думаешь, красота моя. — Намджун обнимает его крепче. — Я совершенно не против семейной казармы. — А не торопимся ли мы? — Нет. Будем считать, что мы просто пропустим конфетно-букетный период. — Дурак. — Твой дурак. — Только мой.       Они провалились в сон настолько, что не услышали, как соседи Джина вернулись и тихо хихикали над уснувшей парочкой.       Юнги поглаживал оголённую спину Тэхёна. — Я разговаривал с твоими родителями. — говорил Юнги. — Они всё так же настаивают, чтобы бросил военную службу и нашёл жену. — Зря ты вообще им звонил. — Тэхён встаёт. — Я давно перестал с ними общаться. Промывки мозгов мне хватило. Хотят кого-то контролировать пусть делают это с моим идеальным младшим братом. — Не злись, — Юнги идёт следом. — Я думал, что со временем они изменят своё мнение. — Не в этой жизни. — Главное, что мы вместе в этой жизни Тэхёни.       Тэхён качает головой и выдыхает.       Чимин открывает глаза, голова будто свинцом налита. — Доктор Пак, — медсестра посмотрела на пришедшего в себя Пака. — Как вы себя чувствуете? — Пить. — Я сейчас позову доктора.       Спустя пару минут в палату зашли Айен и Минхо. Последний был на перевязке, и доктор решил, что он просто обязан узнать о Чимине. Чонгук выглядел, как призрак. — Чимина, как ты?       Минхо становится в ногах. — Чувствую себя ковром которого хлопушкой выбили. — Шутишь, уже хорошо. — Ребята? — Всё хорошо, Намджун цел, уже выписан, как и Юнги. Я как видишь тоже уже в строю, пока не оперирую, но перевязки уже делаю. Гон Ю старательно отгонял Хосока от госпиталя, но тот не послушался и загремел в тюрьму. — А говорил, что не любит, — Чимин закашлялся. — Помолчи, — Айен меряет давление. — Ты только пришёл в себя.       Чимин сначала кивает, а потом смотрит на Минхо. Тот улыбается и поворачивается, и смотрит в окно.       Гук стоит за окном, а по щекам текут слёзы. Он так долго ждал пробуждения Чимина, что только теперь чувствует, как спадает тяжесть с сердца. — Часто?       Не отрывая взгляда, интересуется Чимин. — Каждый день, приходит и несколько часов стоит у окна. Таким образом и приказ не нарушает, но и от тебя не отходит. — Можно его впустить? — Если капитан позволит и только после того, как тебя переведут в основную палату. — Ну, Минхо. — Тут главный не я… — Айени? — Нет, Чимини, понимаю, но тебе всё же нужно окрепнуть. Два дня и пущу твоего ненаглядного. — Два? — Два и честное слово, впущу первым.       И действительно, через два дня первым кто вошёл в палату был Чонгук. Он быстрым шагом подошёл к кровати, упал на колени и прижался лбом к руке Чимина. — Я так боялся тебя потерять. — шепчет Чон. — Как будто мне кислород перекрыли. — Ну что ты, — Чимин второй рукой гладит по затылку. — Я живучий.       Гук поднимает голову. — Я люблю тебя, — Гук смотрит в янтарные глаза. — Прошу не исчезай из моей жизни. — Куда я денусь. — Чимин улыбается ласково. — Айен меня не выпускает. — Тогда буду навещать тебя чаще. — Видимо ты хочешь следующим посидеть в тюрьме?       Чонгук оборачивается и видит Гон Ю. — Капитан? — Команда в сборе, — Гон Ю строго смотрит на подопечного. — Пока Пак не поправился с нами буду Минхо или Айен. Как только Пак восстановится, то вернётся в команду. До тех пор ты будешь приходить сюда только в часы посещения. — Так точно. — У тебя пятнадцать минут, потом жду на планёрке. — Есть. — Капитан! — Чимин чуть приподнимается. — Да? — Я могу попросить двадцать минут? — Пак… — Прошу… — Ладно.       Гон Ю выходит. Любовь-любовь. — Ты обещаешь слушать командира? — Мг. — Не дуйся. — Давай подадим рапорт. — Рапорт? — На семейное казарму. Намджун с Джином и Юнги с Тэхёном уже заселились. Хоби тоже подал рапорт. — Мы не торопимся? — Нет. — Люблю тебя. — И я тебя, очень сильно.       Чонгук ушёл, а Чимин прикрыл глаза.       Четыре дня спустя Чимина выписали, но пока на домашнее долечивание. Он вернулся в свою комнату. Чонгук появился почти сразу.       Ласковые руки обвивают талию. Чимин вздрагивает, но понимает, что это Чонгук. — Рад, что тебя выписали. — шепнул Чон. — Теперь никто не запретит мне быть с тобой. — Выписали, — Чимин развернулся к младшему лицом. — Сказали, что через неделю смог вернуться на службу. — Мг, — Чонгук поцеловал Пака в щёку. — Я подал рапорт на заселение в семейное общежитие. Хосок уже получил дозволение, так что они с Минхо на будущей неделе заселятся. — Отличная новость. — Чимин посмотрел на любимого. — Гук, а помнишь девочку, что мы спасли? — Конечно. — Не знаешь, что с ней? — Она пробыла в больнице две недели. Потом её отправили в приют. Родственников не осталось. Мы с Джином и Намджуном навещаем её. Она несколько раз спрашивала за тебя. — Мы… я понимаю, что… давай удочерим её. Я знаю, что… — Я согласен, — Гук притянул старшего ближе. — Если таково твоё желание. — Люблю тебя Гука. — Люблю сильнее.       Сегодня они заснули на небольшой кровати Чимина. Гук вдыхал аромат своего парня. Думал ли он, что, отправляясь на спасение двух брошенных солдат, что найдёт свою судьбу. Ни Хосок нашёл цветок, а он. Брошенное тогда в шутку, сейчас мирно сопело на его груди. Он помнил тогда, что Юнги говорил, что у Чимина с детства было прозвище «Цветочек» и даже заступив на службу врачом, он сохранил его для позывного. Чимин был сильным, нежным. Он проявил невероятную храбрость, когда спасал Тэхёна ожидая помощи, наплевал на себя и старался спасти друга, смог починить передатчик. Именно такого человека Чонгук искал всю жизнь. Девочку удочерить им разрешили. Комната в общежитии была большой, Чонгук специально указал в дополнительном рапорте, что у него ребёнок. — Дядя, мы будем жить здесь? — Да Соёни, теперь это наша комната. Со временем мы с дядей Чимином возьмём квартиру. — Ты его любишь? — Очень люблю. — Спасибо, что забрали меня. Чонгук обнимает девочку. Теперь он будет самым счастливым.

Два года спустя

— Чонгук принеси кимчи!       Чимин накрывает на стол. Свою мечту о квартире удалось осуществить не сразу. Службу они продолжали, но и о дочке не забывали. За это время все взяли жильё, а Намджун с Джином тоже решились на усыновление. — Ты решил всех закормить. — Гук целует Пака в шею. — Гуки, — Чимин плавится. — Соёни тут. — Сегодня Юнги с Тэхёни заберут её в гости. — Опять? — Ну, я хочу побыть с тобой. А нашей дочке пока рано видеть, то, чем мы занимаемся. — Дурак.       Вечер проходил шумно. Пришли все, даже Гон Ю пришёл с девушкой. — Давайте поднимем этот бокал за то, чтобы война наконец-то закончилась. — Гон Ю стоит. — И чтобы ваша семейная жизнь прошла под мирным небом. — Спасибо капитан.       Все выпивают. Чимин обводит взглядом собравших и радуется своему счастью. Теперь у него есть семья и друзья, которые никогда не оставят в беде. Чонгук смотрит на сияющие глаза возлюбленного и всё больше убеждается в правильности принятого решения. Он выпивает ещё одну рюмку для храбрости и встаёт. — Однажды, — начал он. — Мне сказали, что моя избранница должна быть слепой, чтобы не видела моих недостатков. Я не стал убеждать человека, что мне не интересны женщины, но и с парнями отношения не то, чтобы очень складывались. И вот однажды, отправившись на юг я нашёл цветок. Редкий и уникальный. Я влюбился с первого взгляда, потребовалось много времени, чтобы он доверился мне. А когда ты чуть не погиб… для мир перестал существовать и всё о чём я мог думать тогда, чтобы ты выбрался. Чимин, мы с тобой вместе два года, наша дочь моя драгоценность. Для полного счастья мне нужно услышать ответ на один вопрос. — Чонгук встаёт на одно колено и вытягивает перед собой коробочку с кольцом. — Ты выйдешь за меня, Пак Чимин?       На несколько секунд над столом повисла тишина, а потом визг малышки Соён и Тэхёна, заставил всех вздрогнуть. Чимин тоже посмотрел на счастливую дочь, что прыгнула на руки к Тэхёну. — Да, конечно, да.       Чимин с трудом держался, чтобы не расплакаться. — Наливайте, за такое грех не выпить. — Джин всучил бутылку Намджуну, намекая, чтобы разлил. Сами Кимы уже полгода, как расписались. Могли бы и первую годовщину отмечать если бы не Джин, который полгода отказывал Намджуну. А потом Намджун просто привёз Джина к отделению регистрации браков, посадил перед нужным человеком и спустя пятнадцать минут они вышли уже женатыми.       Юнги с Тэхёном уже почти два года, как состояли в браке, сейчас же готовились усыновить мальчика, который попал в приют на год раньше Соён.       Хосок и Минхо расписались три месяца назад и тоже подумывали об усыновлении. Гон Ю начал общаться с женщиной, что потеряла мужа Уже поздно вечером гости покинули уютную квартиру Чонов. Малышка спала у Юнги на руках, а Тэхён шептал Чимину на ухо: — У вас три дня, оторвитесь. А мы пока с малышкой побудем. — Дурак.       Как только дверь за последним гостем закрылась, Чимин был прижат к стене. Чонгук был настойчив, как никогда. На бледной коже начали распускаться алые метки. — Гууука.       Простонал Пак, когда Чон раздвинул бёдра старшего. — Ты мой… весь…       Не разрывая поцелуй, они закружились от стены к стене. Хорошо, пока не наставили маленьких безделушек, в противном бы случае снесли бы всё, что мешалось на пути. Когда Пак приземлился на кровать на нём остались лишь боксеры. Они тяжело дышат. Чон словно хищник приближается, снимая свои боксеры. Он опирается коленом на кровать, в глазах горит просто адское пламя. — Ты такой красивый, — шепчет Пак скользя взглядом по стройному, обнажённому телу. — Иди ко мне мой бравый воин. — Ты меня с ума сводишь.       Чон снимает последний предмет гардероба и прижимает Пака к кровати. Они теряются в ощущениях. Гук достаёт смазку и приступает к растяжке. Чимина плавит от настойчивых пальцев, что таранят простату. — Гуки… я… хорошо… как же хорошо… — Малыш мой. — Член… Гуки… — Как прикажете доктор Чон.       Пальцы заменяются членом. Гук зажмуривается, чтобы не сорваться. — Двигайся. — шепчет Пак. — Двигайся Гуки. Хочу… разрушиться…       Гук рычит и срывается. Ему всегда будет мало. Пак стонет, задыхаясь под напором. — Гуки… я… сейчас…       С немым стоном Чимин изливается себе на живот, сжимая Чона, который финиширует следом. Они дышат тяжело, стараясь отдышаться. — Господин Чон, вы невероятны. — Чимин укладывается на грудь Гука. — Вы тоже доктор Чон. — Мне нравится, Чон Чимин. — Моя фамилия создана для тебя. Как и ты.       Чимин тянется и оставляет лёгкий поцелуй на губах Гука. Они засыпают с чувством безграничного счастья и пусть весь мир погряз в хаосе, но они даже в хаосе создадут свой мир.