Дом Перепёлок 1

Ноэль никогда не был жаворонком, но, видимо дом на него так влиял, или стресс, но он снова проснулся на рассвете. В гостиной на диване спала Марни, укрытая пледом, и сидел за столом с чашкой кофе сонный Тигра. Ноэль понятия не имел, как теперь Тигра к нему относится. Он поздоровался с ним приветливо, как и всегда. — Привет, — ответил Тигра коротко, не глядя на Ноэля. Ноэль не стал по этому поводу переезжаться и пошел на кухню варить кофе. Чуть позже, уже сидя на ступеньках крыльца с кофе и сигаретой, Ноэль подумал, что ему так нравятся эти утра потому, что это единственное время, в которое ему удается заглянуть в себя и подумать. И это не весело, не приятно, но необходимо. Чтобы не растерять себя, чтобы не раствориться в творящемся здесь хаосе, не стать декорацией. Думал Ноэль, глядя на светящийся от первых лучей солнца сад, о смерти. О том, что смерть трагична только для тех, кто остается. Поэтому мы так её боимся. Но изнутри она другая. Никакая, честно говоря. Ни радости, ни мыслей о себе, но и никаких страданий, одиночества, страхов. Просто ничего. И нет даже тоски о том, что что-то закончилось. Просто полное отсутствие. Был и не стало. А снаружи — больно. Был человек в сознании, в чувствах, в сердце и тут вдруг нет и на его месте дыра, сожаления и воспоминания, которые натыкаются на трагедию и обрываются. И чем больше места человек занимал в твоей жизни, тем больше рана. А заполнить её невозможно. Кто-то пытается заливать такие раны алкоголем, кто-то запихивает в них побольше секса и случайных связей. Но дыра всё равно останется, просто со временем станет меньше болеть. Дверь отворилась и на крыльцо с чашкой кофе вышел Бритва. — Ты тоже рано встаёшь, я вижу? — спросил Ноэль. — Когда как, — ответил Бритва и сел на ступеньку рядом с Ноэлем. — В последнее время начал рано просыпаться. Видимо старею. Старческая бессонница же так начинается? Ноэль улыбнулся. Бритва сидел близко и Ноэль чувствовал тепло его плеча и это каким-то необъяснимым образом очень успокаивало. — Утром мне кажется, что всё, что здесь происходит — не более, чем дурацкий сон, — сказал Ноэль. — Тут так красиво и хорошо на рассвете. — И спокойно, — добавил Бритва. Ноэль кивнул. — Спокойствия не хватает. — Согласен, — ответил Бритва. — Подожди пять минут, мысль в голову пришла… — Бритва легко вскочил и ушел вглубь сада, скрывшись за углом дома. Сразу стало, как будто, прохладнее и Ноэль почувствовал, что ждет, когда Бритва вернётся, как ждут чего-то хорошего, приятного. Бритва вернулся, неся что-то в ладонях и сел обратно на ступеньку. У него в руках была шелковица, крупная, чёрная. — Вау! — воскликнул Ноэль, взял прохладную ягоду и положил в рот. Она была сладкая и нежная и таяла во рту. Бритва наклонился и взял ягоду из своих ладоней губами. Скрипнула Дверь и на крыльцо вышла Нади. — Так и знала, что вы здесь, — сказала она, — доброе утро! — Привет, — ответил Ноэль с улыбкой. — Утро доброе, — весело отозвался Бритва, — хочешь ягод? — Хочу, — Нади подошла и взяла несколько ягод с ладоней Бритвы. — Я собираюсь оладушки жарить. Вы будете? — Конечно! — воскликнул Ноэль. — Кто же от оладушков откажется! — Я тоже в деле, — сказал Бритва. — Помочь? — Не откажусь, когда жарить начнём. Поставим четыре сковороды и вдвоем намного быстрее справимся, — сказала Нади и скрылась в доме. Ноэль взял еще несколько ягод и вздохнул. Утренняя тишина заканчивалась. Марни и Тигра ушли спать. Вместо них в гостиной обосновались Нади и Сильвер. Ноэль сидел на полу за низким икеевским столиком и ел оладьи с малиновым сиропом и запивал их горячим кофе. Это было очень вкусно. Бритва сидел в кресле, вытянув длинные ноги и с благостной улыбкой наблюдал за тем, как тают три стопки оладушков на большом блюде с голубенькими цветочками. — Мне вот интересно стало, — сказал Ноэль, — а кто у нас соседи? Они ничего странного не замечают? — Наверняка замечают, — ответил Бритва. — Но они и сами странные. — Если хочешь, давай испечём сейчас печенье и сходим к соседям? — предложила Нади. — от нас слева живет бабуся странненькая, но беззлобная, напротив — женщина с двумя дочками, а справа — вредный старик. К нему думаю не стоит идти. Ноэль подумал и улыбнулся. — А почему бы и нет? Познакомлюсь хоть. Интересно же. — У старика три ручные лисы, — сказал Сильвер. — Они к нам в сад иногда забегают, упавшие яблоки подъедать. — Ничего себе… — сказал Ноэль, — я даже не знал, что их приручать можно. — Они как собаки, — сказала Нади. — Только более шилопопые. Ноэль прыснул и прикрыл рот кулаком. Ноэль вызвался помогать в приготовлении печенья, но Нади сказала, что для этого и одного человека много, так что Ноэль сидел с чашкой кофе за столом. Сильвер читал найденный Ноэлем накануне любовный роман и периодически смеялся. Бритва с Лексом ушли в центр за продуктами, остальные, похоже, все ещё спали. Когда печенья были уже в духовке, со второго этажа спустились Валерин и Тэо. — Доброе утро, — сказала девушка. — Очень вкусно пахнет. — Утро доброе, — присоединился к приветствию Тэо. — Доброе утро, — хором отозвались Ноэль и Сильвер. — И вам доброго утра, — Нади вышла из кухни, — это я пеку печенье. Но его мы понесем соседям дарить, но зато у нас есть оладушки. Садитесь, сейчас принесу. — Ого! Спасибо! — сказала Валерин, — садясь за стол. — А что о нас соседи, интересно думают? — сказал Тэо, садясь рядом с Валерин. — Что мы — реабилитационный центр для жертв всяких катастроф, — ответил Ноэль и переставил турку с кофе ближе к Валерин и Тэо. — А Протектор — наш директор. — Какая циничная ирония, — сказал Тэо. Нади принесла оладьи, сироп и тарелки и села рядом с Ноэлем. — Как вы вообще? — спросила она. — Лекс и Бритва нас поучили, — сказала Валерин, выбирая себе оладушек, — У нас вроде хорошо получается. Выучили арканы друг друга. Но я не умею определять, что использует Тэо. — Я тоже не смог понять, — сказал Ноэль. — Это со временем приходит, — пояснила Нади, — но вообще женские арканы страшные, может и хорошо, что их не видно. — Да… — согласился Тэо. — Там такие ужасы! У меня есть аркан, от которого человек погружается в иллюзию, будто он вешается от одиночества. Ноэль офигевше посмотрел на Тэо. — Жесть какая… — сказал он. — У меня есть аркан трёх стихий, любови, боли и ярости, от которого человек буквально умирает от неразделённой любви, — сказала Нади. — Ужас, — сообразил Ноэль, — и это как-то ощущается, когда тебя атакуют? — Ты начинаешь это чувствовать, да, — сказала Нади. — Слегка, но понимаешь, от чего умрёшь, если не защитишься. — Тот кто изобрёл арканы был специфическим человеком, — произнёс Тэо и принялся жевать оладушек. — А ты думаешь, что их кто-то изобрёл? — спросила Валерин. — Конечно, — уверенно сказал Тэо, — они очень структурные и очень сильно отражают свойственные людям стереотипы. Стихийно такое возникнуть не могло. — Интересно, — сказал Ноэль, — я об этом не думал. — Здесь в доме очень хороший коллектив, — сказала Валерин. — Да, нам очень повезло, — произнесла Нади. Ноэль подумал про Марни с её закидонами, но промолчал. Если так подумать, таких Марни могло бы быть несколько, так что спасибо, что она всего одна. Будто прочитал мысли Ноэля, Тэо сказал: — Марни пытается меня задеть, видимо ей это нужно для самоутверждения. Но я умею игнорировать таких людей. — Она вообще редкая сука, — сказал Сильвер с дивана. — А Лео не достает? — спросил Ноэль. Валерин улыбнулась. — Да ладно, он забавный. Без него скучнее было бы. — Это да… — согласился Ноэль. Звякнула и выключилась духовка. Печенье было готово. Нади разложила печенье по двум красивым картонным коробочкам и они с Ноэлем пошли дарить его соседям. — Ну что, — сказала Нади, когда они вышли на дорогу. — Сначала к пожилой даме? — Почему нет? Давай к ней, — согласился Ноэль. Нади повернула на лево. У соседки слева был аккуратный вишнёвый сад с беседкой. Дом у неё был одноэтажный, выкрашенный в голубой цвет, с высокой мансардой. Ноэль, чувствуя себя школьником, поднялся вслед за Нади на высокое крыльцо. Звонка не было — был дверной латунный молоточек в виде белки с орехом. Ноэль постучал. Спустя секунд двадцать дверь слегка приоткрылась и в образовавшейся щели появился любопытный глаз. — Кто там? — спросил пожилой голос. — Мы ваши соседи справа, — сказала Нади, — пришли познакомиться и принесли вам домашнего печенья. — Подождите минутку, — сказала старушка, — я Генри на цепь посажу. Нади и Ноэль переглянулись. — Никогда не видела здесь собаки, — шепотом сказала Нади. — Может это муж? — предположил Ноэль. Нади прыснула. Через примерно минуту дверь открылась и на пороге гостей встретила пожилая дама. Она была одета в зелёное платье с жемчужными бусами. На ней были перчатки по локоть. Седые волосы в прическе а на лице косметика. — Прошу, мои дорогие, проходите, — сказала она и посторонилась, пропуская гостей в дом. Дом был красивый и весь насквозь антикварный. И, что заметил Ноэль заходя — собакой здесь не пахло. — Меня зовут Айседора, — представилась соседка. — Я Нади, а это Ноэль, — сказала Нади приветливо и вручила Айседоре коробку с печеньем. — Какая прелесть! — воскликнула дама. — Пойдёмте пить чай. — Она провела гостей в уютную столовую с круглым, накрытым кружевной скатертью столом. Нади помогла Айседоре заварить и подать чай и они уселись за стол. — Очень, очень достойное печенье, — похвалила Айседора. — В пекарне делают только песочное. Одно масло и пережжёная мука. А сама я готовить не люблю, — поделилась дама. — Мой супруг покойный отлично готовил. А какие он пёк пироги! Особенно ему удавался пирог с вишней. Это же его дед посадил этот сад. Раньше я собирала вишню каждое лето, но сейчас мне сложно. Если захотите вишни, приходите, собирайте, мне не жалко. Вальтер тоже вишни для соседей не жалел, ребятишек угощал. Одно время у нас много ребятишек было на улице… Айседора ела печенье, пила чай и, мечтательно глядя куда-то в даль без пауз и почти без смены интонации рассказывала о муже, былых соседях, что супруг готовил, какие платья ей привозил. Рассказывала ещё какая плохая выпечка в пекарне, как стало тоскливо, после того, как священник повесился, как хорошо ухаживают за кладбищем и ещё очень много всего. Кое что из её рассказов было весьма интересно, но эта монотонность в голосе усыпляла. — Скажите, — произнёс Ноэль, улучив короткую паузу в монологи Айседоры, — а кто такой Генри? Дама улыбнулась хитро. — Хотите покажу? Только не пугайтесь, он очень ласковый. Просто чужих не любит. Он пугливый. Она встала и рукой поманила гостей проследовать за ней. Заинтригованные Ноэль и Нади встали и пошли за Айседорой. На кухне, в ошейнике, соединённом цепью с кольцом в полу, сидело… невообразимое чудовище. Оно было чёрным, как сгусток тьмы. Из лоснящейся шерсти торчали иглы, как у дикобраза. Морда была больше похожа на ящеричью, если бы не острые звериные зубы. Двигался монстр с небывалой скользящей грацией и при виде Нади и Ноэля утробно зарычал. Айседора бесстрашно подошла к нему и ласково погладила его по голове. — Мой Генри, — сказала она с любовью, — Спасает меня от одиночества. Тапочки приносит, спит в ногах… Ноэль и Нади переглянулись и промолчали. Распрощались с Айседорой душевно и обещали ещё заходить. Уже выйдя за ограду Нади и Ноэль переглянулись. Нади прыснула, а Ноэль ошарашенно произнёс. — Это же… какой-то монстр из Глубины! — воскликнул он. — Ну он прокол в себе не носит, — сказала Нади. — И для неё вроде безопасный. Она его любит явно. Пусть живёт… — Она по-моему немного… того, — сказал Ноэль. — Тут все немного того. Глубина влияет, — сказала Нади печально. — Пойдём к соседке напротив. Она вроде адекватнее. Соседку они застали за уборкой участка. Это была молодая светловолосая женщина. Две её дочки — девочки близняшки лет семи, помогали ей убирать участок, о чем-то между собой увлеченно переговариваясь. Ноэль вспомнил, что видел их в центре. — Здравствуйте, — сказала женщина, подходя к калитке. — Здравствуйте! — отозвались хором Нади и Ноэль. — Мы ваши соседи напротив, пришли познакомиться и угостить вас домашним печеньем. Женщина улыбнулась. — Спасибо. — Она взяла коробку с печеньем. — Извините, пригласить вас не могу — у нас генеральная уборка. Но вы заходите в какой-нибудь другой день, мы вас тоже чем-то угостим. — Обязательно! А меня зовут Нади, — представилась Нади. — А я — Ноэль, — добавил Ноэль. — Я — Ангельберта, а девочки мои — Сильва и Лиза. Это странное имя Ноэль где-то уже слышал. Или видел… — Тогда до свидания, — сказал Нади. — До свидания, — попрощалась Ангельберта, — заходите ещё. Ноэль задумчиво отошел от калитки. Да. Он был совершенно уверен, что Видел это имя рядом с перечеркнутым именем Феликса. — Подожди секунду, — попросил он Нади и вернулся к калитке. — Ангельберта, — позвал он женщину, — простите за странный вопрос… А вы были Стражем Дома? Женщина вздохнула и снова подошла к Ноэлю. — Да, — ответила она тихо. — Как узнал? — По имени на мемориале. Очень редкое имя. Ангельберта кивнула и нахмурилась. — Я просто хотел спросить… Вы знали Феликса Хармса? Ангельберта удивлённо посмотрела на Ноэля и кивнула. — А почему ты спрашиваешь? — Он мой брат, — ответил Ноэль. Ангельберта посмотрела на Ноэлья сочувственно. — Ничем не могу тебя обрадовать, Ноэль, — сказала она. — Феликс погиб вместе с напарником. И, подозреваю, что намеренно. — Как намеренно? — Ноэль округлил глаза. — Да, — сказала Ангельберта. — Когда он понял как именно Протектор возвращает умерших. — А как? — спросил Ноэль. Женщина взглядом показала на своих дочек. — Им всегда по семь лет и жить они могут только здесь, — сказала она. — Но мне пофигу. Я хотела вернуть моих девочек, я вернула. А Феликс был уверен, что это не мои дети, а их копии. Это не так, но его было не переубедить. Ноэль кивнул и, сказав коротко “Спасибо” отошел, задумчивый, от калитки. — Всё в порядке? — спросила Нади. Ноэль вздохнул. — Она была стражем и знала Феликса, моего брата. Говорит, что он погиб. Нади положила руку Ноэлю на предплечье. — Я очень тебе сочувствую. Ноэль кивнул. Печенье было раздано, пора было возвращаться домой.