Способ для засыпания

Саша точно помнит, что заснул. Он провалился в бессознательное, и сон его настиг. Какой-то обрывочный и сюрреалистичный, про пустую сцену и темный занавес. Ничего не разобрать. Усталость взяла свое: вчера был очень трудный день. Очень насыщенный, эмоционально просто один из самых ярких и запоминающихся. Они спели с Ярославом дуэт из «Тетрадки», наконец-то. И публика приняла их на «ура».   А сейчас уже давно за полночь, уже давно пора спать, но сон оборвался и исчез, растворился в темноте. И похоже, не только у него одного.   На раздвинутом диване у стены Ярик тоже постоянно ворочался. Сейчас, проснувшись, Саша не только его слышал, но и видел. Вот, он перевернулся с одного бока на другой, вот, потянул вверх одеяло, а вот, снова улегся на спину. И, кажется, даже глаза открыл. Шумно выдохнул.  Он и вчера с трудом уснул - перед выступлением всем было нервно, но сам Саша отключился быстро. Так что в точности не скажет, во сколько угомонился Баярунас на его диване.  А вот сейчас скажет. Сейчас он сам тоже ни черта не спит. А так не хочется на утро быть разбитым и помятым. Ох уж этот Ярик.  - Эй! Яр! Ярик, - Саша и хотел бы прокричать погромче, но голоса в ночи после сна почти не было. Один хрип. – Ярик.  - Что? – донеслось такое же хрипловатое с дивана.  - Спишь?  - Саш, а сам как думаешь? - Ты и меня разбудил своим верчением. - Ну прости, Казьмин. Я - спать.     И Баярунас отворачивается к стене, вновь натягивая одеяло. Саша хмыкает и тоже прикрывает глаза. Отключает мыленный круговорот, погружается в дрему, расслабляет мышцы. И снова слышит скрип дивана, который выдает верчение.  - Ярик, блин! – получается грозно, но почти шепотом. - Ну Саш.  - Ты чего не спишь?  - Не могу.  - Вчера ты тоже не мог. Но там был концерт. А днем ничего нет. Спи давай, мелкий. - Саш, я хочу, но не могу. Концерт вспоминаю, публику, нас с тобой. - Яр, блин, нашел время. Спать надо.  - Я не усну просто так. Но я тихо полежу, я не буду больше ворочаться. Ты спи, Саш. Я, правда, тихо полежу.     Казьмин прикрывает глаза, но мысли начинают бег, ускоряются без его ведома. Как это так Ярик не будет спать? Надо что-то придумать.  - Давай я тебе ромашки заварю. Сразу уснешь.   С дивана не доносится ни звука. Саша уже встает и хмурится, откидывает одеяло – прохладно, блин.  - Ярослав? - Саш, не надо. Я засну. Я обещаю .- Поздно, мелкий, я уже встал. Но, чтобы было честно, ты идешь со мной на кухню. Давай, я жду, выползай.    Без света не включить чайник, потому оба сильно жмурятся и прячут лица, смеются и вздыхают. И почти все время молчат, пока тот закипает. Слава богу, что очень быстро. Саша разбавляет из пятиллитровки, едва ее не уронив. Ярик успевает громко пискнуть и выставить руки вперед. Ловит, ага. Саша смотрит на них – бледные, худые, изящные, такие маленькие – не удержит же нифига. Одни косточки тонкие, да кожа нежная и прозрачная – силач тут нашелся. Он сам с трудом справился, удержал по инерции, к счастью, в ночи-то. Только грохнувшейся бутыли и воды по всей квартире ему не хватало. Да Ярика посреди всего этого с вытаращенными голубыми глазищами, испуганного и провинившегося. - Все, пей. Быстро, залпом глотаем и по кроваткам.   Ярослав сдерживает улыбку – Сашка явно, спросонок, тоже плохо слова подбирает, и это очаровательно; покорно берет кружку и пьет. Саша позволяет себе поумиляться лохматому сонному созданию, но ничего не говорит. Тоже пьет. Удивительно, что Ярик так быстро принял правила игры. Согласился. Такой покорный. И такой уставший. При свете на его остроскулом белом лице, кажется, что все кости просвечиваются, нет ничего под кожей, сразу череп. А под глазами будто вдавили посильнее и оставили гематомы. Пипец. Бедный Ярослав. Утром его накормить до отвала не забыть, а то смотреть больно. И ключицы, вон, как выпирают. Красиво, конечно, но. Так, все, Казьмин, ты уже что-то бредишь от недосыпа.  - Спасибо. Спать, Саш? - Спать. Иди, иди, я сам помою кружки. Не развалюсь.     Когда Саша снова ныряет в теплую постель, то с дивана тоже доносится легкое поскрипывание – укладывается. Надежда, что вот сейчас-то они оба уснут, снова маячит на горизонте. Саша закрывает глаза, выдыхает, вытягивает ноги. А потом поворачивается на бок. И тут же замечает, что Ярик чуть привстал и смотрит прямо на него.  - Ты чего? - Саш. Спасибо за ромашку, но я знаю, что и от нее не усну. Есть только один способ, Саш. - Эм? Какой? Снотворного у меня нет, Ярик.  - Да нет же. Ну вспомни, когда я обычно засыпаю? И ты еще ворчишь, Казьмин.  - Да ты вечно с недосыпом. Ни аниме с тобой не посмотреть, ни фильм классный. Ты даже во время игр начинаешь залипать и прикладываться мне на плечо.  - Ну вот, да. Я рядом с твоим плечом, Саш, засыпаю. Рядом с тобой.  - Рядом со мной? - Ага.   Саша чувствует, что нервничает и немного смущается. Таких откровений после ромашки он точно не ожидал. Но ведь, да, если вспомнить, то Ярослав абсолютно прав: он вечно в последнее время рядом с Сашей вырубался. Он много мотался между городами, очень переживал за «Тетрадку», за кастинги надвигающиеся, за свои собственные планы на концерты. Он весь стал сплошной натянутой струной, вибрирующей от прикосновений нервным расстройством и тревогой. И его бессонница очень даже объяснима. Но стоило только им усесться на диванчике посмотреть серию-другую аниме, как уже на середине двадцатиминутного эпизода Ярик начинал посапывать, уткнувшись в Сашкино плечо. И ведь не раз было.    В принципе, диван в раздвинутом состоянии почти двуместный. Может, попробовать? Нельзя упускать такой шанс – завтра никаких будильников нет.    И как-то очень остро любопытно вдруг стало, уснет Ярик или нет. Саша решается. Встает, берет подушку и одеяло, и идет к дивану. - Двигайся тогда к стене.  - А? Саш? Ты что? - Что-что? Пришел с плечом поддержки. Будем вместе спать.  - Саш, ты серьезно?  - А чего такого? Места нам хватит, ты мелкий. Так, может, хоть выспишься. Ну и я заодно. А то смотреть на тебя уже жалко, ей богу, Баярунас. Друг я тебе или кто? - Друг, Саш.  - Ну вот. Значит, принимай плечо помощи.   Когда Ярослав вместе с одеялом отодвигается к стене, Саша кидает подушку, свое одеяло и укладывается. Слегка задевает Ярика ногой. - Прости. Они у меня длинные. - Казьмин, мы правда будем спать вместе? – слегка насмешливо выдает Ярик и чуть приподнимается, нависая над Сашей.  - Ага. Прикинь. Но чур не приставать.  - Саш, это неожиданно. - Так, все, мелкий. Давай, укладывайся и вырубайся. Я уже ничего не соображаю.    И снова хотелось грозно сказать, а получилось как-то ласково и трепетно, слишком заботливо. Но Саша уже не хотел об этом думать. Он хотел спать. Очень. Но не смог не проснуться, почувствовав, как к его плечу через тонкую ткань футболки что-то прикоснулось. Судя по всему, лоб Ярика. Интересно, он уже уснул, что ли?- Яр? - А? - Ты мне в плечо щекотно дышишь.- Спи, Саш.   Прикосновение ненадолго исчезло, чтобы через пару минут вновь появиться – еще отчетливее, ярче и теплее. И ко лбу добавилось и прикосновение волос.    Саша попробовал чуть наклонить и повернуть голову, чтобы взглянуть на друга, но вдруг услышал тихое равномерное сопение. И побоялся шевелиться.    Ничего себе, реально так быстро уснул. Но волосы его, конечно, щекочут.   Саша попробовал осторожно второй рукой убрать Ярику со лба прядь и ненароком коснулся кончика носа в темноте. А потом и самого лба. Гладкого и теплого. И такого нежного, что захотелось внезапно еще. Но это уже бред.    Ладно, раз Баярунас уже так сладко спит, то и он попробует отключиться. К тому же, с ним как-то правда даже уютнее, что ли. Присутствие человека рядом, волосы которого пахнут твоим же шампунем, не смущает. Ну почти. Но Саша уже очень-очень хочет спать. Потому закрывает глаза и пробует заснуть. И у него тоже получается быстрее, чем он думал.     Наверное, уже под утро, он спокойно переворачивается на бок, укладывается поудобнее и спит дальше. Он был прав, места хватило для обоих – Ярик мелкий, свернулся, небось, калачиком, как кот, да и не заметно его. По крайней мере, ночью никто Саше не мешал. И под утро тоже. Но он слегка приоткрывал глаза – знакомая макушка была на соседней подушке, никаких сомнений.    Следующее пробуждение окончательно вернуло в реальность. И вместе с ней появилось ощущение тяжести на бедре и близости. И сонный Саша, в недоумении, смотрит на себя – и видит, что высунутая из-под одеяла голая нога Ярика закинута на его, голень на голень. А сам Баярунас реально спит, почти сжавшись в комочек, сползший с подушки, с головой где-то на уровне солнечного сплетения Казьмина. И легко так касается его лбом. И тепло от него очень. И сопение все еще слышится.    Саша очень осторожно смотрит на него, а потом аккуратно переворачивается на спину, стараясь не потревожить Ярослава. Но тот что-то мычит, сонно бормочет и просыпается. Сразу трет глаза и лицо, а лишь потом резко отодвигается и почти садится.  - Ой, Саш. Саша? - Доброе утро, Ярик. Поздравляю, мы проснулись в одной постели.  Как себя чувствуешь? - А? Ой. Блин, Казьмин, я с утра не соображаю. Ты шутишь или что? - Шучу? Да ничуть. Мы все еще … - У нас разные одеяла. Но да, спорить не стану.  - Так ты выспался? - Саш. Офигенно. Я, вообще, ничего не помню. Я так быстро вырубился, - а потом Ярослава как будто озарила какая-то мысль, и он весь воодушевился. – Работает безотказно, Казьмин. Офигеть. - Так, ну-ну, ладно. Больше проверять не будем. Я в душ. А ты можешь пока все здесь собрать. - Почему? - Что? - Почему больше не будем проверять? Тебе плохо со мной спалось? - Боже, Яр. Ну не говорит так, «со мной». Мы с тобой не спали. - А что мы делали, Саш? – уже не смог не улыбнуться Ярик. Но Казьмин только закатил глазки и скрылся в ванной.         И уже через неделю они снова спали вместе. Просто, потому что Ярослав начал засыпать, по традиции, за просмотром аниме, а Саша не стал его будить. А спокойно захлопнул ноутбук и тоже слегка так привалился к Ярику, который уже успел положить на его плечо тяжелую голову. А когда друг его растолкал и спросил, не хочет ли он лечь спать по нормальному, то Казьмин лишь кивнул, а потом рухнул на подушку Ярика. Конечно же, проснулись они снова рядом на диване.   Но Ярослав так пристально на него посмотрел – он явно раньше Саши открыл глаза и осознал, что же опять случилось, что Казьмину впервые стало по-настоящему неловко. А еще потому, что футболка у него задралась почти до груди, обнажая живот. И Ярик не стеснялся опускать на него взгляд.  - Саш? - Привет. Доброе утро. - Ты храпишь, Казьмин. Утром точно, я слышал. - Ну блин..ну да, да, и что с того? Ты мою носовую перегородку видел? - Да ладно, Саш. Я это…ну…просто. Вдруг ты не знал. Девушки тебе не говорили? - Чего? - Не, ничего. Прости, Саш. Я это. Я встаю и сбегаю, мне сегодня надо пораньше приехать в театр. - Ага. Давай. На завтрак там почти ничего нет, кстати. - Я куплю себе что-нибудь, - донеслось уже из ванной.  Ярик проснулся явно каким-то странным. И чего вдруг? Неужели так помешал храп? До этого все было нормально, его отключало мгновенно, он дрых крепко, не добудишься. Ну, когда они спали раздельно. А что сегодня не так?  Но Ярик быстро свалил из квартиры, а заявился лишь в одиннадцать вечера, уставший, голодный и особенно нервный. Сразу забрался в душ, что-то там грохнул, но сказал, что не разбил, и вышел оттуда, хоть и мытым, и свеженьким, а все равно каким-то напряженным и загруженным. В этих огромных голубых глазах все читается, ничего не скрыть.    Ладно, как знает. Не хочет делиться – его право. А потом и вовсе удивил. - Саш, спи сегодня у себя, ладно? - Да я, итак, у себя дома.  - Не, Саш. Я думаю, что раздельно все-таки удобнее. А я засну, не переживай. Я так устал, что точно вырублюсь. - Да без проблем, мелкий. Я и не собирался, кстати. Так, разовая акция была, хахах. - Двухразовая, Саш .- Гениально.  Саша спокойно укладывается спать – другой вопрос, что они опять засиделись далеко за полночь за просмотрами мюзиклов, роликов и прочего и прочего. Ладно, хоть, что читать сегодня по сетям ничего не пошли. И Казьмин чувствует эту усталость, приближающийся сон, желанный и бесценный. Но тут вдруг с дивана доносится шорох. И вопрос. - Саш? Спишь уже? - Почти. - Ой, прости. Спи тогда. - Чего хотел? - Да ничего, так…глупости. - Ярослав, говори и будем спать. - Ну ладно. А ты это, Саш, ты сейчас с кем-нибудь встречаешься? - Нет. И не собираюсь пока даже. Не до того .- А, ну ясно.  - А ты? - Я? Что я? - Ты, Ярик, с кем-нибудь встречаешься? Влюблен? - Не встречаюсь. Но, похоже, влюблен…ладно, спокойной ночи, Саш. - Да ладно? Так и не скажешь мне, в кого влюбился? - Это сложно, Саш. - Почему? - Потому что это…как бы тебе сказать?  - Прямо скажи. - Это парень. - Это я? - Казьмин, ты что…Саша?    Саша в мгновение ока оказывается у дивана и смотрит на вскочившего Ярослава с ошалевшими глазами. С огромными вытаращенными глазами, что красивее всех глаз на свете. И Саше не надо даже включать свет, чтобы понять, что же сейчас написано на лице его лучшего друга. И на его лице тоже. Конечно, он уже догадался. Он все понял еще первым утром после совместного пробуждения, когда Ярослав от него отшатнулся, как ошпаренный. А потом, во второй раз, он чувствовал его пальцы на своих щеках под утро. И на лбу. И уже готов был вот-вот проснуться окончательно, но не смог. Да и прикосновения прекратились. А сегодня, это странное пожелание, точнее, обычное, но вместе ведь им тоже было неплохо; да и вопросы про девушек. Ярослав не умеет ничего скрывать.    Да и Саше тоже не хочется больше притворяться. А хочется просыпаться и засыпать рядом с ним. Ну, по возможности, когда тот у него остается. Редко, на самом деле. Но потому и так ценно. - Просто скажи – «я»?  - Я? - Ярик. - Ты. - Хорошо. - Хорошо? Саш?     Саша молча несет на диван подушку и одеяло, укладывается рядом – Ярик только успевает опасливо прижаться к стеночке. Но потом Саша к нему поворачивается и легко привлекает к себе. Баярунас ни капли не сопротивляется, кладет руки на плечи. И смотрит своими невозможно удивленными глазами, в которых уже даже в темноте чувствуется облегчение и счастье. А еще в каждом выдохе Ярика и глубоком вдохе чувствуется. В дрожи пальцев на плечах, в дыхании прерывистом. Во всем. И Сашу не останавливает именно это – он уже понимает, что решился не зря. - Очень хорошо, Ярик. Очень.  И целует нежно в приоткрытые губы.--

ЕГ