Успокоил.

***

Окна были зашторенны, хотя вообще было большим удивлением, что они тут есть. Осталась только маленькая щель, и то света с улицы не было, тем более в 10 часов вечера. Очередная ночь в студии, а не дома вместе со своим парнем. Коряков был в роли битмейкера, высиживая сидушку. Руслан же сидел рядом на кресле, закинув ногу на ногу, напяливая наушники. — Бля, да хуйня получилась! — Тушенцов вновь психует, слава богу, не ломая клавиатуру. Уже вроде бы шестой раз за всё время, что они тут сидят. — Да, сука, Руслан, Ну! Успокойся! — Брюнет пытается хоть чуть-чуть усмирить пыл старшего. Ведь аренда студии стоит не копейки. — Да отьебись! — Руслан бурчит под нос, мол, «Я вот старался! Опять не получилось! Как всегда!». — Да хорош уже… Ну, хочешь, завтра продолжим? — Илья предлагает самое выгодное предложение, на что тот его принял. Младший перенёс все файлы на флешку, пока другой в спешке одевал худи, попутно матеря весь мир. Илья не так сильно расстроился из-за пустяков и не понимал злости своего друга. Руслан, наоборот, не понимал, почему его приятель спокойный, как банный лист, но ни в коем случае не злился на него. Ребята вдвоём вышли с помещения как ни в чём не бывало. Будто бы просто обсуждали всехкак лучшие подружки. Всё-таки они ещё постояли на улице возле здания, рассказывая о своих впечатлениях и о всяком прочем.

***

— Да, да! Всё, Артём, иди нахуй, Заебал!.. — Шатену ещё множество людей позвонили с какими-то словами и просьбами. Скидывая трубку. Он даже чуть не разбил телефон прямо перед входной дверью квартиры. Парень был весь на нервах и поэтому быстро достал из барсетки ключ. На нём было много брелков, которые громко звенели, как на зло. Испытывали его. Среди них был брелок, который ему подарил Даня в виде сердца. Ключик только со второго раза вошёл в замочную скважину. Дверь отворилась сразу и так же быстро слетела верхняя одежда. Дома его встретил Данила, который, очевидно, вышел с кухни, где что-то варилось. — Русла-а-н! — Кашин в очередной раз встречает своего любимого с мягкой улыбкой. В руках он держал тряпку, протирая ей свои руки, будто самая настоящая хозяйка. Тушенцов взбесился, кидая в стену вазу. В порыве гнева. Он ещё хотел разбить зеркало, встроенное в шкаф. — Придурок! Стой! Угомонись! — Даня мигом кидает тряпку на комод, отводя чужие запястья подальше от вещей. — Отойди, нахуй! Бля! Дань, не зли меня! — Шатен из принципа не хотел успокаиваться, желая разжечь скандал и вынести всю свою злость. Руслан долго сопротивлялся, ёрзая по паркету, как ребёнок, даже обувь не снял с ног. Младший всё равно после уйму попыток поймал его губы в свой поцелуй. Его мужчина ответил на поцелуй, но и добавил свои руки, сразу трогая всё тело. Большие клешни лапали уже за упругий зад, пока рыжий пытался отстоять своё место. Он тоже хотел показать свою ярую страсть. действиями и не только. А Руслану и не нужно было много сил, чтобы протолкнуть свой язык в податливый рот. Ему всегда нравились губки, что он целует каждый день, которые кусает и лижет языком, извиняясь за напор. Кашин упрямый, как баран. Да только первый отлип нехотя. Воздуха катастрофически не хватало обоим. Пока рыжий жадно глотал воздух, его также целовали в шею. Острые зубы кусали, словно кусок мяса, пуская приятную дрожь от укусов. Молочная кожа покрылась бордовыми пятнами. — Русла-а-ан… — Кашин скулит, откидываясь на слой краски, как ткань. Младший мычал, пытаясь донести немыми просьбами о том, что нельзя. Нельзя. Нельзя оставлять засосы на шее. Но так хочется кусать по-собственнически, мять аппетитные формы, целовать все места до потери пульса. Шатена уже не остановить. Он вошёл в этот азарт и скоро войдёт в… Руслан меняется местами, оказываясь между стенкой и Данилой, давая тому понять, что надо делать. Второй смекает и покорно становится на колени. ведь под своего парня прогнётся в первую очередь. — Ручками поработай… И ротик не забудь… — Тушенцов отчётливо даёт приказы, разрезая воздух. Один взгляд в тёмные зрачки — и Даня тоже входит в роль. Тонкими пальцами был расстёгнут ремень, вслед за ним — джинсы и синие трусы. Перед смазливым личиком появился член не малых размеров, с такой же истекающей головкой. Данила приспустил низ до измученных вансах, стерая губы. Шатен берёт буквально всё в свои руки. И достойнство тоже. Хуём он начал мазать по атласным губам, растирая предэякулят. Кашину нравилась такая грязь, которую ему давали, и он пользовался, «нечаянно» задевая языком уретру. За такие проделки он получил пару отрезвляющих пощёчин. Ему до жути было приятно дразнить старшего и в ответ получить грубость. Безумно льстит, когда он, уставший после работы, ставит его на колени прямо в гостиной и долбит в глотку. Что он и делает сейчас. Без нежностей. Без прелюдий. Они остались за порогом. А кому не нравится, пусть выйдут. Руслан уже вошёл, сжимая шею до новых красных отметин. Когда Даню вечно уговаривали на минет, он такой типо нихуя. Знает, что с такой дубиной делать минет — это невозможно. Сейчас в его горло по вдалбливались как по самые гланды, так и зверски. Глотка вечно болела после каждого секса. Так ещё придётся врать зрителям. Укусы? Да, я рукожоп. Хриплый голос? Ну да, сосать ум… Микрофон плохой, может быть, сломался? — Да глубже возьми, блять. — Шипит. В то время как Кашин с трудом заглатывает и кряхтит, то шатен рычит. Всё же Руслан начал свой темп, зная, что снизу сам подстроиться под ритм. Венки на стволе пульсировали, означая, что после придётся отрабатывать задницей, как на трассе. В случае чего? В случае если как сейчас. Вспомнив это, рыжий начинает подстраиваться под толчки, обсасывая каждую деталь пениса. В глотке неприятно запульсировало из-за грубых действий внутри. Данила напрочь забыл о своих руках, но они ему пригодились. Ногтями он вцепился в торс старшего. Ради одной цели. Взять глубже. Довести до оргазма. Язычок вовремя понадобился, что бы довести шатена до оргазма. Руслан за волосы оттянул сосущего от интересного занятия. Он сам помог себе, додрачивая кольцом из пальцев, мёртвой хваткой держа ржавые патлы в кулаке. Белая масса падает везде, даже на лоб, но в первую очередь на очки с чёрной оправой. Перед тем как высунуть язык, ему дали приказ, залезая большим пальцем в рот. Кашин послушно вылизывает огромный ствол, как леденец в детстве. Тушенцов наблюдал за этим, играясь с лицом снизу. То бил, а потом уже гладил. И снова пощёчина. Или же одобряюще хлопал по щеке. Не биполярка. С работы устал, жёнушку выебал, на пороге раком нагнул. Нагнёт. На дрожащих ногах его тащат за локоны волос, чтобы снова трахать раскрывшуюся дырочку. Единственное, что успел Даня, это охнуть и схватиться за зеркало, рассматривая силуэты. Младший прятал глаза в пол. Лишь бы не видить всю похоть. Лишь бы не потерять голову и не окунуться туда. — Глаза поднял! Шлепок по правой ягодице. Рыжий так и сделал. В тот момент, где один рассматривать их в зеркале, другой пихал пальцы в рот, как письку. В отображении были оба голые. Похоже, одежду с младшего сорвали. Или в порывах адреналина. Безоговорочно первый вариант. Они и так друг друга страстно любили по дёсна. Кашин стоял, будто на палочках. Вот — вот рухнет на пол. Но ручки сзади удержали за талию. Вытаскивая слюнявые пальцы, рыжий гордится. Чем? Что не будет больно. Ведь прекрасно знал, что большая псина сзади не пойдёт за смазкой и презервативами. — Расслабься. Кашин ели как разжался. Чтобы не усугублять своё же положение. Руслан без предупреждения вошёл. сразу двумя пальцами по три фаланги. Даня снова напрягся, неосознанно выдавая стоны. — Расслабься, я сказал! Мне тебе чё вьебать? — Не-а!.. Шатен не произнёс и слово, начал свои движения, специально не касаясь простаты. Чтобы помучать, а проще говоря, наказать за хуй пойми что. — Данечка-а! Медленнее-ах! — Рыжий пытался остановить своего парня или хотя бы притормозить, но стоило тому только начать попадать по простате. Разум затуманился, из-за чего младший сам навстречу подмахивал бёдрами. Тушенцов понял, что Кашин готов когда в нём свободно двигалось целых четыре пальца. — Раком встал, пока я добрый. Данила слушается и повинуется очередному приказу, так и делая. Колени сильно дрожали, как и глазки в углу, которыз были кристаллики. Старший пристроился сзади, занимая свою позицию. Шатен наконец-то сбросил свою обувь, а другой врезался ногтями в ковёр в поисках более удобной позы. — Давай, выгни спину. — Его опять слушаются. Он же хлестает по спине. Только как каприз был исполнен, Чернильные руки гладили больную поясницу, ведь сидеть и вести стримы часами не каждый может. В отлчиие от лица спина была чистая, как первый снег. Данюша сладко выгибался в спинке, как котёнок, соблазняя всё больше, больше и больше… Тушенцов не собирался дразнить, гладя головкой по ложбинке, нарошно промахиваясь. Может, и подразнил руками чуток. Вошёл сразу. Член растянул тугие стенки, чтобы войти до упора, до шлепка яйц об зад. Младший увеличил свои всхлипы, когда сзади начали вколачиватся. Внизу живота мгновенно начал затягиваться узел ещё туже. Там всё кололо от точечных выстрелов. Толчки выходили рваными. Что от такого Кашин ещё сильнее выгнулся, почти до хруста. Когда ствол бил в комок нервов, рыжий не сдерживал ничего. Ни стонов, ни слёз, ни сил. Отдаваясь полностью. Дырка набухла, засасывая в себя ствол. Поглащая его до самого конца. Смуглые руки были очень шаловливыми, Раздвигая две половинки, наблюдая за прекрасным зрелищем. Орган так правильно и хорошо погружался, но туго. Эту ситуацию он исправил слюной, сплёвывая туда несколько раз. Данила стонал, надрывая горло, что сжимали, дабы заткнуть вообще. А в голове мелькнула мысль о том, что придётся отменить стрим сегодня. Рыжий почувствовал скорую разрядку. В точь точь как Руслан. К сожалению, сил у младшего оставалось на то, чтобы упасть в колено-локтевую. Шатен толкается последний раз притягивая тело ща бёдра впритык к своим. Всё для того, чтобы излиться внутрь и выйти, заканчивая на спину. У Кашина осип голос от последнего крика, после которого он кончил на шерсть. Данила чувствовал себя очень усталым, будто марафон бежал. Ещё и весь в конче и поту. Старший смог отдышаться, вставая на накачанных ногах. Даня перевернулся на спину, выдавливая глупую ухмылку и вытягивая ручки, как ребёнок. Чтобы его донесли. Прямо до кровати. Тушенцов улыбается и всё же ласково поднимает его на свои руки. Уходя с ним в спальню. Младший чуть не уснул, пока его переодевали. Видимо, у шатена получилось вытрахать из себя и партнёра всю дурь. Думал он, когда его накрыли одеялом и заключили в объятия.