Я тебе нравлюсь, не так ли? (Новелла)

— Я знаю, что вы вместе, — девочка-призрак с улыбкой поднесла друг к другу указательные пальцы. — Вы очень хорошо друг другу подходите. Линь Фэйжань: —… — кошмар! Лучше бы этой малышке не быть яойщицей в следующей жизни! — Прощай, старший брат, — девочка помахала ему рукой и побежала к кафедре в начале класса, куда уже вернулась учительница Чжэн и теперь что-то писала. Девочка-призрак прижалась к ней в последний раз и легонько поцеловала в щеку. — Мам, я пошла, — улыбнулась она. Словно что-то почувствовав, учительница Чжэн отложила ручку и растерянно оглядела класс, а потом снова вернулась к работе. Девочка-призрак достала из-под кафедры плюшевого кролика и куклу. Поцеловав их на прощание, она положила игрушки к ногам учительницы Чжэн, как бы желая, чтобы ее друзья вместо нее присматривали за матерью. Закончив с этим, она легко и беззаботно вышла из класса… Линь Фэйжань внимательно следил за происходящим, а Гу Кайфэн в свою очередь внимательно следил за ним. Заметив задумчивость и румянец на его щеках, Гу Кайфэн тотчас порешил, что мысли любви всей его жизни забрели в запретные сады, так что он кашлянул, надеясь привлечь его внимание и немного подразнить. Но Линь Фэйжань не только не обратил на него внимание, но и вдруг встал и быстро пошел к выходу из класса. — Учительница, я в туалет, — шепнул он, проходя мимо кафедры. — Угу, — учительница Чжэн даже не взглянула на него. Линь Фэйжань вылетел из класса и огляделся. Девочка-призрак шла по коридору немного вдалеке. Шла она медленно, короткие ножки ее делали маленькие шажки, но даже бегом Линь Фэйжань никак не мог ее нагнать: она всегда на несколько метров оказывалась впереди него. Призрак девочки проплыл по укутанному темнотой коридору, спустился по лестнице и через главную дверь выскользнул из школы… Откуда-то послышался далекий женский голос, напевающий на английском «Тихую ночь*», и странный неземной звук этот разлетелся по школьному двору. — Тихая ночь, святая ночь, царит спокойствие и все сияет… *Песня Silent night, исполняет Фрэнк Синатра. В оригинале приведены слова на английском, но для создания атмосферы я решила их перевести. В свете фонарей только что выпавший снег казался еще пушистей и мягче, словно облака, окутанные лунным светом, опали на землю. Девочка-призрак ступила босыми ногами на это нетронутое заснеженное поле и робко шагнула вперед. Шаг, шаг, и вдруг она побежала. Налетел порыв ветра, и ее худенькая фигурка исчезла, слилась с танцующими снежинками, взлетела с ними вверх, заполонила небо и исчезла. Она ушла к следующей жизни. После нее осталась лишь цепочка маленьких следов на чистом снегу. Линь Фэйжань замер на крыльце, глядя на них. Ему вдруг вспомнился случай с мамой-кошкой. Перед тем, как она ушла на перерождение, Линь Фэйжаня успел поцеловать в щеку Гу Кайфэн, так что взгляд Инь и Ян перестал работать. Но тогда на короткий миг он успел увидеть прозрачный силуэт кошки, а затем явственно ощутить, как к щиколотке мягко прикасается пушистая шерстка, и услышать кошачий мяв. «Неужели перед переходом к новой жизни душа обретает силу и может взаимодействовать с реальным миром подобно тому, как умирающий перед смертью будто чувствует себя лучше?» — рассеянно подумал Линь Фэйжань. Снежники таяли на его ресницах, а лицо и руки покраснели от холода, но он будто ничего не ощущал. Просто стоял на пороге и как завороженный смотрел на следы. Они были последним, что говорило о том, что девочка-призрак когда-то жила в этом мире. Линь Фэйжань так бы и стоял в оцепенении, если бы его вдруг не обняли со спины. Он сразу понял, что это Гу Кайфэн. Призраки вокруг исчезли. А снег, что все падал и падал, к тому времени успел покрыть следы, надежно сохраняя тайну. И Гу Кайфэн следов не увидел. Он повернул к себе за плечи Линь Фэйжаня. — Что тут делает мое сокровище? — мягко спросил он. Все еще захваченный только что случившемся, Линь Фэйжань не мог скрыть грусти. Словно юный поэт, он тихо ответил: — Смотрю на снег. Гу Кайфэн хихикнул. — Как угрюмо. А чего ж меня тогда не позвал? — Я сначала просто хотел в туалет сходить, — пояснил Линь Фэйжань. — А потом как-то ноги сюда принесли, и вот смотрю. А ты что тут делаешь? — Тебя не было десять минут. Учительница Чжэн подумала, что ты провалился в унитаз, и послала меня тебя вылавливать. Линь Фэйжань: —… При упоминании учительницы Чжэн он подумал, что надо будет написать еще одно анонимное письмо, где бы говорилось, что ее дочь избавилась от сожалений и перешла в следующую жизнь. — Когда вернемся, если спросят, скажи, что у тебя разболелся живот. Не говори, что пошел посмотреть на снег, — беспокоясь, что послушный малыш его семьи Линь Фэйжань не сможет наврать и попадет в неприятности, искренне посоветовал Гу Кайфэн. — Знаю я, знаю, — закатил глаза Линь Фэйжань и пробормотал: — Я ж не дурак. Пошли. После этого он повернулся, чтобы вернуться в класс. — Подожди, — окликнул его Гу Кайфэн. Он достал платок и тщательно вытер капельки растаявшего снега с волос Линь Фэйжаня, а затем прижал горячие ладони к его розовым от холода щекам. — По твоему виду сразу ясно, что ты выходил наружу. В груди Линь Фэйжаня разлилось тепло. Он мягко накрыл ладонью ласкающие щеку пальцы Гу Кайфэна и улыбнулся. С улицы слышались слова Тихой ночи, и сердце Линь Фэйжаня полнилось странными, чудны́ми чувствами. В сумраке коридора слабый свет касался лица Гу Кайфэна, смягчая черты. Они тихо смотрели друг на друга, и вдруг сердце Линь Фэйжаня охватило острое желание — он захотел, чтобы Гу Кайфэн мог видеть то же, что и он. Ведь, кажется… видеть это не так уж и плохо. — Без меня ты попадешь в неприятности, дурачок, — покровительственно улыбнулся Гу Кайфэн, нарушая тишину. Линь Фэйжань бросил на него мрачный взгляд. —… — стоит ли мне напомнить тебе, что я тоже не обделен умом?! Они вернулись в класс. Учительница Чжэн была счастлива, что они пришли безо всяких происшествий, и позволила им занять свои места. Через полчаса вечерняя самоподготовка закончилась. Стоило только учительнице уйти из класса, как ученики загудели. Ван Чжо громко подзывал к себе друзей, приглашая повеселиться в канун Рождества. — Брат Кай, невестка, пойдете повеселиться? — Ван Чжо, словно обезьяна, вспрыгнул на парту Гу Кайфэна. — Мы в караоке пойдем, давайте с нами. — Солнце мое, хочешь пойти? — услужливо поинтересовался мнением Линь Фэйжаня Гу Кайфэн. Ван Чжо гаденько ухмыльнулся и передразнил: — Ах, солнце мое! Хэ Хао, уже забравший свой рюкзак, закинул руку ему на плечо. — Что ты меня зовешь? — спросил он. Ван Чжо на миг оторопело застыл, но быстро опомнился и нахально хмыкнул. — Ничего такого, просто захотелось. Может, соскучился. Хэ Хао едва заметно улыбнулся. — Будь послушным, поцелуй меня. Словно сговорившись, они вытянули губы трубочкой и поцеловались. Ох уж эти натуралы с их гейскими шуточками без особого подтекста! Пока они кривлялись, Линь Фэйжань зашептал Гу Кайфэну на ухо: — Они пойдут в караоке. Тебе такое нравится? Если нет, можем пойти в парк развлечений. Вечером там должны быть представления. — Почему мне должно не нравиться караоке? — Гу Кайфэн игриво щелкнул Линь Фэйжаня по носу. — Я обожаю слушать твое пение. Если ты не боишься шумной толпы, то пойдем. Глаза Линь Фэйжаня загорелись. — Тогда вперед. Он перевелся в эту школу уже довольно давно, но все никак не мог найти себе близких друзей. Теперь же, увидев возможность, он хотел повеселиться с одноклассниками. К тому же перспектива пения перед толпой тешила эго Линь Фэйжаня. Да и перед тем, как прийти в эту школу, он обычно ходил в караоке с друзьями на прошлом месте. Так и порешили. Всего их набралось десять человек. Они вызвали три такси и поехали в ближайший к школе торговый район. Среди десяти человек трое были мальчишками, которые обычно играли в баскетбол с Гу Кайфэном, Ван Чжо и Хэ Хао. По счастливой случайности у каждого из них была девушка, так что в сумме как раз набралось десять человек. Сидя в такси, Ван Чжо вытирал воображаемые слезы: — Я только заметил, что из десяти людей только мы с Хэ Житянем одиноки! Два одиноких волка и четыре парочки! Какая жестокость! Линь Фэйжань спокойно проглотил «парочку» и поддел: — Давай тогда вы с Хэ Хао тоже станете парочкой! Хэ Хао тихо хмыкнул. — Это может сработать. Ван Чжо тут же обрадовался. — Отлично! Тогда на сегодня Хэ Хао — моя жена. — Даже не знаю, кто тут чья жена, — мстительно вставил слово Линь Фэйжань. — Кстати, Ван Чжо, тебя ж в детстве звали Тяньтянь. Хэ Житянь* и Тяньтянь**, идеально друг другу подходите. *Напоминаю, что Житянь — прозвище Хэ Хао. Целиком Хэ Житянь можно перевести как «который день». **Дословно Тяньтянь переводится как «каждый день». Линь Фэйжань, над которым постоянно подтрунивал Ван Чжо, наконец смог отомстить! Хэ Хао согласно закивал. — Хорошо звучит, Ван Тяньтянь, Ван Тяньтянь*. *Здесь Хэ Хао играется с созвучностью словосочетаний. Оба пишутся как Тяньтянь, но на китайском произносятся с разными тональностями и переводятся по-разному. Так, первое — уже известное нам «каждый день», а второе — «сладкий-пресладкий». Можно сказать, его назвали сладулечкой Ван. Ван Чжо раздраженно отмахнулся. — Иди-ка, иди-ка! Сам ты сладулечка! Наконец они приехали в караоке-бар. Каждый спел по песне, только Гу Кайфэн решил отсидеться. Потом девушки вместе с Линь Фэйжанем принялись оживленно выбирать следующую песню, а остальные парни решили сыграть в кости на кто кого перепьет. Как человек без профессиональной подготовки, Линь Фэйжань пел весьма неплохо, так что каждое его выступление встречалось восторженными овациями. Конечно, Гу Кайфэн улюлюкал и хлопал громче всех. — Не слишком ли много ты выпил? — поинтересовался у него Линь Фэйжань, допев очередную песню и присев рядом. — Ничего подобного… Мое сокровище так хорошо поет, — от алкоголя щеки Гу Кайфэна слабо зарумянились. Он лег Линь Фэйжаню на колени и обнял его за талию, уткнувшись носом ему в живот. Затем он глубоко вздохнул и блаженно пробормотал: — Как сладко пахнет. Линь Фэйжань потянул Гу Кайфэна за красное ухо. — Что ты там вообще нюхаешь? — смущенно спросил он. — Эй, ты чего тут разлегся? Ты продул раунд и до сих пор не выпил трех стаканов! — одноклассник нетвердой рукой подтолкнул к ним три доверху наполненных пивных кружки. Но Гу Кайфэн его совершенно не слушал, просто уютно устроившись в объятьях Линь Фэйжаня и соблазнительно мурлыкая: — Жена, женушка, сокровище мое, Жань-Жань… Линь Фэйжань решил, что за грохотом музыки никто не услышал, что там болтал Гу Кайфэн, так что откликнулся: — Я тут. Пользуясь положением, Гу Кайфэн ухватил зубами рубашку Линь Фэйжаня и пробурчал: — Не могу больше пить. Жань-Жань, отвези меня домой… — Давайте я за него выпью. С него достаточно, — предложил Линь Фэйжань одноклассникам. Присоседившийся пьяный Ван Чжо заплетающимся языком принялся втолковывать принесшему кружки однокласснику: — Пусть Линь Фэйжань выпьет за него. Они семья, так что в какой-то мере их можно считать одним человеком. Линь Фэйжань: —… Он спокойно взял три кружки и залпом выпил одну за другой. Он дедушки ему досталась хорошая переносимость алкоголя. Пусть он и не особо любил пить, да и занимался этим редко, этих трех кружек было недостаточно, чтобы его сломить. Этого хватило лишь чтобы едва наполнить его желудок! Теперь он просто прилипчивый печенюшка с алкогольной начинкой! Автору есть, что сказать: Гу Кайфэн: Делаю глупости, притворяясь пьяным :)