Назовите самого главного человека в своей жизни

---Минхо, ты сегодня весь в себе. – Заволновалась Луиза, поймав меня на обеденном перерыве. – Это из-за Супа? Не волнуйся, они с Мин Ли быстро наверстают. Я постарался быть милым и не палиться. ---Нет, я просто от вчерашнего ещё не отошёл. ---Да, репетиция была ужасной. Это из-за отсутствия помощников. Мадам Геллар не успевала контролировать весь рисунок, поэтому ей понадобилось больше прогонов. У нас в балете такое периодически бывает. Танцоры с ног сбиваются, а хореограф недоволен. Я кивнул улыбаясь. Меня полностью устраивало, что она всё спишет на репетицию, а не на то, что мой вчерашний любовник до сих пор не прислал мне даже смайлика. Ничего. Тишина. Я медленно закипал. Вздрагивал от каждого пришедшего сообщения, но от Джихо я не получил ничего. Даже Супа написал, что они вернулись и прислал кучу фоток и видео с мастер-класса. Переписка с ним помогла мне немного отвлечься, но вечером, садясь в машину, я уже был готов убивать. Я даже подумал, а не поехать ли к родителям и обидеться, но потом решил, что всё-таки сделаю то, чего не сделал утром – устрою скандал! Припарковав машину, я отпустил руль и сделал пару глубоких вдохов – не помогло. Да кем он себя возомнил?! Ни один мой любовник себе такого не позволял! Я схватил сумку и решительно направился в подъезд. Дверь квартиры была чуть приоткрыта, и я с силой распахнул её, бросая сумку на пол. В ванной горел свет и были слышны звуки. Отлично! ---То есть ты считаешь, что это нормально?! – Пылая праведным гневом, я направился туда и… наткнулся на перепуганного мужика средних лет, чинившего бойлер. ---Простите, я опоздал всего на сорок минут. Я сейчас уже закончу. – Залепетал он. Я опешил. ---О, простите, я принял вас… неважно. Конечно, работайте главное, чтобы горячая вода появилась. Я отступил от ванной, оглянулся в гостиную и увидел в дверях Джихо, растерянно оглядывавшего беспорядок – мою сумку, валявшуюся в прихожей, распахнутую входную дверь. ---Бойлер чинят. – Сообщил я, чтобы сцена не выглядела ещё более абсурдной. Он кивнул, прикрыл дверь и аккуратно сложил свою сумку так, чтобы она никому не мешала. ---Я принёс поесть. – Сообщил он, показывая увесистый пакет из супермаркета. Я только сейчас понял, что ужасно голоден. Из-за его молчания я весь извёлся и ничего толком не ел в течение дня. Джихо не тропился раскладывать продукты, он оглядел меня с ног до головы, не понимая, в каком я состоянии. Да я и сам не понимал. ---Я поговорю с тобой, но после ужина. Ответ, похоже его полностью устроил. Он выгрузил на стол тяжёлые бутылки с минеральной водой, контейнеры с ягодами, готовую куриную грудку на пару и контейнер с едой на вынос, от которого исходил просто сумасшедший запах жареного риса с омлетом и креветками в соусе чуджан. У меня тут же потекли слюни. ---Держи, это тебе. – Усмехнулся Джихо. – Ещё горячее. ---Ну уж нет. Надо положить в тарелку. Из этой штуки я есть не буду. В этот момент в ванной зашумел кран и через секунду мастер крикнул: ---Готово. Он странно посмотрел на нас, выходя в гостиную. Меня он, понятно, принял за педика, а вот, что тут забыл такой парень как Джихо ему было совершенно непонятно. Так или иначе, моя мама уже всё оплатила, поэтому мужик собрал свои вещи и оставил нас одних. Я наконец нормально вымыл руки и уселся за еду. Джихо тоже умылся и составил мне компанию со своим листовым салатом, куриной грудкой на пару и минералкой. ---Ты не позвонил. – Решив, что добрее я сегодня уже не стану, произнёс я. Мне показалось, что в голосе не было и сотой доли той претензии, которую я имел намеренье предъявить Джихо, когда ехал сюда. Но он чуть не подавился, тяжело сглотнул и снова опустил глаза. Я отлично видел, как порозовели его уши. ---Прости, я просто редко кому-то пишу или звоню. Я вспомнил ситуацию с Супа, и подумал, что это очень близко к правде. Я даже не знаю какой телефон у Джихо, я его ни разу не видел. ---Ладно, проехали. Просто в следующий раз хоть знак препинания мне отправь. Он усмехнулся, немного нервно, видимо поняв насколько я был зол на него. ---Не смешно! Ты спал отдельно от меня, утром сбежал, и весь день не писал – что я должен был думать?! Вот опять он смотрит на меня как оленёнок, ну что ты будешь делать?! ---Ты хотел поспать. – Напомнил мне Джихо. – Если бы я не отвернулся, то спать бы ты точно не смог. А вот это приятно. Я ухмыльнулся. ---Завтра выходной. – Я постарался быть обольстительным. – Мы могли бы… ---Сходить куда-то? – Джихо тут же отвёл глаза, продолжая краснеть. ---И это тоже. Он перестал жевать, отодвигая еду. ---Эй! – Возмутился я. – Сперва ты говоришь, что не давал бы мне спать, а теперь снова отвергаешь? Джихо вздохнул: ---Дело не в тебе. Ты … ты потрясающе красивый, отзывчивый… и я действительно был бы счастлив, если бы у нас что-то получилось, но это маловероятно. Я напрягся, но предположил: ---Это из-за твоей терапии? Супа сказал, что с тобой что-то случилось. Он не объяснил. Джихо нахмурился. Он наверняка не хотел рассказывать, но я поставил его в такое положение, что не объяснить своего отношения он не мог. ---Я – метис, у меня отец американец. Он давно живёт и работает в Сеуле, а наш дядя… он приезжал в гости… – Я понял, что он уже не единожды рассказывал эту историю, но менее неприятной она от этого для него не стала. – И однажды… я видел, что он сделал с моим братом. Мне тогда было лет десять, а ему уже двенадцать… и у меня случилось вытеснение, я забыл об этом… А брат – нет. Он… он не выдержал. Это зрело в нём… Сперва начались наркотики, лет с четырнадцати – родители понять не могли с чего бы вдруг. Рехабы, лечения… а потом… потом он сорвался. Он покончил с собой… оставил записку, и вот тогда всё вскрылось. Оказалось, что тот раз, который я видел, был не единственным. Что дядя делал это с братом почти каждый раз, когда приезжал, благо, дома его особо никто не любил, и бывал он крайне редко. И брат… он никогда со мной об этом не говорил. Мы были близки, насколько это возможно, но он всегда был более закрытым. А когда его не стало, и я всё вспомнил, я понял, что не смог его защитить. Если бы нас было двое, мы бы смогли дать отпор. А ещё я понял, что был слаб. Поэтому, после смерти брата, я начал тренироваться. Заниматься боевыми искусствами мне быстро запретили, но я нашёл хорошую альтернативу. ---Бог ты мой! – Я ошарашенно слушал этот кошмар. – Ты поэтому постоянно в терапии? Она помогает тебе избавиться от этой ответственности? Помогает понять, что ты ни в чём не виноват? Джихо пожал плечами. ---Там всё непросто… Я же резал себя. – Он приподнял свободный рукав своей кофты, показывая белые шрамы, испещрившие предплечья. – Первая терапия, если чем и помогла, то перевела это в другой способ убиваться. Я охнул. Понятно теперь откуда колесо Сира. И мои предположения, что эта тяжеленая железка миллион раз покатывалась по его пальцам, падала на него, выворачивала ему суставы только подтвердилось. Он истязал себя ею… и через это приручил. Не только колесо, но и свою боль. ---Следующий прорыв был чуть больше года назад – я наконец смог поговорить с отцом. Я хотел узнать, неужели он не понимал, кем является его брат?! Как он мог вообще допустить такого человека к своим детям?! – Джихо вздохнул. – Это хороший знак. В треугольнике Карпмана я сместился с жертвы в роль агрессора – пошла динамика, значит есть шанс выйти из него. Над этим я и работаю сейчас. Я не хочу злиться, не хочу представлять угрозу для близких. – Он вздохнул, сведя брови ещё сильнее. – В терапии, но уже с психиатром, вскрылась история, почему я не стал такой же жертвой, почему он выбрал именно брата, а не переключился на меня, когда я достиг того же возраста. И там возникло ещё два слоя травмы. Во-первых, скорее всего, брат защищал меня, подставляя себя. Я понял, что руки у меня ледяные, а сердце стучит в ушах. ---А, во-вторых, я осознал, что непривлекателен. «Монстр» побрезговал мной. Теперь я ещё и лица не чувствую. Никогда не мог представить, что можно так вывернуть ситуацию. ---Что говорит специалист? Тебе помогут? Джихо вздохнул. ---Наверное, со временем. Её беспокоит, что я не могу получать внешнюю поддержку, в том объёме, который нужен. С родителями я почти не общаюсь, да и их травма ничуть не меньше моей. На группы ходить почти не могу из-за тренировок и работы. А на близкие отношения я неспособен. С девушками совсем никак. Ну, я не смогу с ними. Звучит вульгарно, но не встанет, это уже не поправить – в голове прошито, что секс это для мужчин. А с парнями… это разные версии моей базовой травмы. Я не проявляю инициативу, пока партнёр не убедит меня, что близость не имеет никаких признаков насилия, иначе включается страх, и полностью выключается возбуждение. Он замолчал. О боже! Ладно, я смогу. ---Сейчас, погоди. – Я перевёл дыхание, сдерживая неуместные слёзы. – Я… я хотел сказать, что потрясён тем, что ты смог поговорить об этом со мной. И как бы странно это ни звучало, но я горд тем, что я – тот человек, которого ты выбрал, чтобы поговорить. Это правда честь для меня. Ты… ты можешь довериться мне, я постараюсь оказать тебе поддержку. Любую, какая бы тебе ни потребовалась. И, если твой терапевт попросит окружающих о чём-то, то ты смело можешь обратиться ко мне с этой просьбой. Я думаю, что Супа тоже не откажет. ---Супа – молодец. – Еле заметно усмехнулся Джихо. – Он таскал меня в этот свой приют к животным. Собаки – это кайф. Настоящее счастье. Такие эмоции я редко испытываю. ---Хорошо, но, а по поводу отношений… ты же понимаешь, что в своём нынешнем виде ты более чем привлекателен? ---Наверное. – Пожал плечами Джихо, не отрицая очевидного. – Но привлекает моё тело, а то, какой я – отталкивает. ---Ну не совсем. Тебя же ценят там, где ты работаешь. С детьми, например? ---Меня ценят за то, что я делаю вещи, недоступные другим. С колесом Сира так как работаю я, не работает никто в стране. Но никто же не знает, что причина моей уникальности боль, вина и крайнее недовольство собой. Кому нужен такой? Конечно, я сразу ляпнул: ---Мне! Джихо вздохнул. ---Ты меня совсем не знаешь. ---Как и ты меня, но это поправимо. Когда люди начинают встречаться они делают это именно для того, чтобы понять подходят они друг другу или нет. Это процесс. Никто не может гарантировать результат. Даже если ничего не получится – виноватых нет. Джихо пристально посмотрел на меня, когда я осёкся, вспомнив последний опыт. ---Ну, иногда всё-таки кто-то виноват. Мой предыдущий парень, например, повёл себя очень странно. Мы пришли с друзьями в клуб, он познакомился там с каким-то парнем и не нашёл ничего лучше, чем пойти потрахаться с ним в туалет. Когда друзья привели меня туда же, голубки ещё не закончили – я видел всё своими глазами. А когда я потребовал объяснений, мне заявили, что я токсичный мудак и нельзя таким быть. Джихо сморгнул и тряхнул головой: ---Ты это придумал? Несмотря на то, что голос его звучал умоляюще, я был безжалостен: ---Нет, прости, к сожалению, это факт моей биографии. Я это тебе рассказываю не к тому, чтобы проиллюстрировать как хреново я разбираюсь в людях. Джихо усмехнулся. ---Мне просто кажется, что парень вроде тебя вряд ли так поступит. Он снова сунул в рот вилку с салатом и куском курицы, задумчиво пережёвывая, явно что-то обдумывая, проглотил, снова качнул головой и всё-таки произнёс: ---Как можно изменить тебе?! Это же бред! Я рассмеялся. Боже, какой же он потрясающий парень. Я снова посмотрел на него самым многообещающим взглядом: ---Я хочу тебя. Серьёзно. И надеюсь, что эта ночь будет дольше прошлой. Он смущённо пошарил взглядом по полу: ---Мне бы в душ… ---Ты не помылся после тренировки?! ---Торопился. – Повинился Джихо. До меня мгновенно дошло куда он так торопился, и я мог броситься на него прямо через стол. Но вместо этого резко встал, указывая ему на дверь ванной комнаты. ---И ты мне будешь что-то рассказывать, что парни вроде тебя никому не подходят?! Давай резче, я жду тебя в спальне. Я быстро покидал посуду в раковину и бросился в комнату искать хоть что-то, что помогло бы нашей близости. Хвала всем святым, брат оставил банку вазелина, который использовал для своих вечно трескавшихся пяток. Надеюсь, он не будет ее искать… Я собирался провести незабываемую ночь, но для этого Джихо должен быть уверен, что мне не больно и приятно, а чтобы мне действительно было не больно и приятно, нужно немного подготовиться. Когда в ванной перестала течь вода, я снова натянул трусы. Не надо спешить. Джихо подумает, что я на него давлю… я, конечно, давлю, но не так сильно. Я сделал максимально невинное и расслабленное лицо, но, когда взгляд Джихо обжёг мою кожу, я почувствовал, как дрожат ноги. Парень, ты не представляешь, что делаешь со мной. Захотелось упасть на кровать, со словами: «делай со мной, что хочешь», но так не получится. По крайней мере пока что. Поэтому: ---Иди ко мне. На нём опять халат брата, только куда менее плотно затянутый, чем в прошлый раз. Похоже, не только я вчера стеснялся своего возбуждения. Я шагнул ему навстречу, ладони тут же нырнули под мягкую ткань на плечах, а он опять смотрит на мою кожу, разглядывает губы, старается уловить запах. Голова идёт кругом. Мне приходится помочь ему прикоснуться ко мне первый раз. Положить его руки мне на талию. И он, осмелев проводит ладонями вверх, подхватывая меня под спину, придвигая ближе. Я больше не могу не целовать его. Он старается не сжимать меня, заставляет себя скользить по моей спине кончиками пальцев, и это ощущается как электричество, бьющее прямо в мозг, а оттуда стекающее в пах. Я прижался всем телом, потёрся стояком о его бедро. Джихо разорвал поцелуй, уткнувшись мне в шею, тяжело дыша. Он тоже крайне возбуждён – я мучаю его своей прелюдией. У него же не было нормального секса, наверное, никогда. Возможно, какие-то попытки, которые только подтвердили, что пока голова на место не встанет – хрен тебе, а не близость. И моя распущенность в интимном плане тут только на руку. ---Ляг, я всё сделаю. Я разделся, забрался верхом и стал растаскивать полы его халата. А он снова так пристально смотрит, будто я сбегу. Глупый. Его руки заскользили по моим бёдрам, я вижу, как он следит за их движением, будто дополнительно контролируя, и в какой-то момент сглатывает. Парень – ты лекарство для самооценки. Никто из моих любовников так не любовался мною. И я тоже любуюсь его телом, сжимая мощные предплечья. Он не торопится, будто ждёт, что я остановлю его, но я не намерен сегодня останавливаться. Особенно, когда его руки добрались до моей груди и задели большими пальцами соски. Зря ты меня дразнишь! Я завёл руку за спину, чтобы направить его член в себя. Он вздрагивает, его глаза округляются, но в такой позе у меня больше возможностей вести. Я кладу свободную руку ему на грудь, прижимая его обратно к кровати. ---Тише, я же готовился. Мы же оба понимали, чем будем заниматься. Я слегка проталкиваю головку в себя, давая ему понять, что там скользко и не так туго, чтобы мне было прямо невыносимо больно. Снова приподнимаюсь, соскальзывая, опять ввожу, следя за его растерянным лицом и опускаюсь до конца. Я думал он стиснет мои бёдра, но он, наоборот, разжимает руки, опасаясь оставить синяки, и выгибается, запрокидывая голову. Боже, где мой телефон?! Это слишком прекрасно! Джихо сильный, красивый, напряжённый и такой возбуждённый – просто невероятный. Я мягко приподнялся и снова опустился вниз, высекая из могучей груди стоны. Мне было очень комфортно, я привыкал к члену внутри, ища своё удовольствие. Изгибал поясницу, меняя угол, подбирал глубину. ---Боже, твой член – это нечто! – Нельзя давать Джихо допустить, что мне не нравится. Я стал двигаться быстрее, наблюдая за его реакцией сквозь густеющее алое марево перед глазами. Ощущения пробивали меня до корней волос. У меня было полное понимание, что это я его сейчас трахаю, и от этого становилось ещё более невыносимо терпеть градус возбуждения. Я потянулся к своему члену. ---Чёрт, я сейчас опять залью тебя спермой. Джихо дёрнулся навстречу. Отрадно, что даже его железобетонный контроль иногда даёт трещины, но я уже правда не мог. Кончая, я несколько раз резко сел, почти не вынимая его член, только вбивая ствол глубже, закинул голову назад и позволил себе вскрикнуть от остроты ощущений. Меня передёрнуло так, что пришлось перестать дышать. Я медленно вернул голову в нормальное положение, стараясь не делать резких движений, и посмотрел на Джихо. Он с изумлением разглядывал свой живот и грудь, вновь перепачканные моим семенем, затем перевёл взгляд ниже, к тому месту, где мы всё ещё были соединены, и я наконец понял, по знакомым ощущениям внутри, что он тоже кончил. От внезапно разлившегося в груди счастья я рассмеялся. ---Чёрт, это было круто! Он ошарашено оглядывает меня, словно не верит, что я пережил секс с ним. ---Так, теперь, надо аккуратно переместиться в душ, а то мы тут всё перепачкаем. Я чуть склонился над ним, намекая, что пора двигаться. ---Ты… ты в порядке? – Выдавил из себя Джихо. ---А по мне не видно?! Я намного лучше, чем «в порядке». Я быстро чмокнул его в губы и всё-таки соскользнул с члена, который, конечно терял твёрдость, но как-то нехотя. Похоже, у меня будет мега-выносливый-любовник-марафонец. Выйдя из душа, я обмотал бёдра полотенцем и направился к холодильнику за минералкой. Джихо всё это время пристально следил за ной. За тем как я хожу, как двигаюсь. И снова не сводил взгляд с моей кожи. Я протянул ему бутылку. ---Что, думаешь, как на мне будут смотреться твои засосы?! Он чуть не облился. Прокашлялся и наконец, хмурясь сказал: ---На твоей коже нельзя оставлять засосы – это кощунство. Я прильнул к нему. Кожа влажная после душа, порозовевшая, но мышцы всё такие же твёрдые, невероятные. ---Я хочу ещё. – Пощипывая губами мочку его уха, признался я. – Теперь, когда ты знаешь, что твой член доставляет мне только удовольствие, ты сможешь меня трахнуть? Он прикрывает глаза и кивает. У него на самом деле очень красивые ресницы. Короткие, но густые и собираются к краю в милую стрелочку. Мы вернулись в спальню, и я растянулся на кровати, приглашая его присоединиться. Он замер в нерешительности. Я смущаю его. ---Послушай, я не хочу, чтобы ты относился к этому слишком серьёзно – расслабься. Если в процессе, ты решишь, что тревога слишком сильная – просто остановись. Мы поговорили – я тебя пойму. Ему явно стало легче. ---Мы можем оставить свет, чтобы я видел тебя? – Попросил Джихо. ---Конечно. Можем?! Обязаны! Учитывая сколько комплиментов вербальных и нет я получаю от тебя. Джихо склонился надо мной, проминая матрас своим весом. Он приблизился к моим ключицам и оставил на левой невесомый поцелуй, касаясь меня как божества. Обдал горячим дыханием шею. Он невесомо гладил меня и щекотал горячим дыханием, то и дело прерывавшимся на нежные поцелуи. От этих еле заметных прикосновений мне казалось, что все нервы вылезли наружу, стремясь ему навстречу. Его прикосновениям. Я выгибался, чтобы усилить контакт, нетерпеливо стонал, под этой изысканной пыткой. А он изучал моё тело. Всё целиком. От пальцев на ногах до кончиков ушей. И если он опасался оставлять на мне следы, то я, кажется, так вцепился в него, что синяки точно будут. ---Пожалуйста, я больше так не могу! – Взмолился я. – Я хочу твой член! Хватит меня мучить. Он рассеянно огляделся. ---Банка с вазелином – там. Джихо проследил за моей рукой в сторону тумбы и слегка нахмурился. ---Нет, я сюда никого не вожу, я вообще тут не живу. – Я почувствовал смущение и восторг из-за того, что он ревнует. – Это брата, он использует его для более приличных вещей. Джихо зачерпнул немного смазки и несмело поднёс пальцы к моей промежности. Парень, у меня хорошая растяжка, но развести ноги шире в такой позе я просто не могу! Давай! ---Смелее. – Ему нужна моя помощь, это я понимал. – Глубже. Ты видишь, мне не больно. Согни пальцы… оу, а теперь ещё и приятно. Вижу, как его глаза меняются, я ещё не видел такого взгляда, полного напряжения. ---Пожалуйста, дай мне свой член. Я хочу его внутри. Я начал ерзать под ним, призывно обхватив Джихо ногами. Он тяжело вздохнул, вынимая пальцы, снова попытался рассмотреть меня там. Я уже буквально корчился. ---Давай, иначе я снова буду сверху! Ещё один глубокий вдох и он всё же решился. Пристально глядя в моё лицо, а я просто не мог сдержаться, запрокидывая голову и на выдохе шепча «да». Боже, это было самое аккуратное проникновение в моей жизни. Я застонал и потянулся за поцелуем. Он замер, а я подал таз навстречу, сделав движение резче. Он успокаивающе погладил меня, подхватил под бедро, мягко покачивая. Я точно с ума с ним сойду. Это невыносимо хорошо. Секс в ритме адажио – испытание для меня. Я был весь напряжён, каждой клеткой тела, и каждым нервом ощущал Джихо. Он накатывал как мягкая волна, сильно, бережно и неотвратимо. Я начал стонать, не отрываясь от его губ. Стал сам прижимать его ближе. ---Джихо… так хорошо… да… пожалуйста… Я сам не понимал о чём просил его. Но он прильнул ближе, навалился на меня медведем, зажал между наших тел мой возбуждённый член, сделал толчки глубже и чуть резче, и я понял, что не смогу… просто не выдержу так. Я больше не контролирую процесс и возбуждение, которое топит меня. Эта утрата контроля вызвала волну мурашек и невероятный импульс желания. Я стал вскрикивать на каждый толчок, требуя от Джихо двигаться. Он просунул мне руку под голову, придерживая, чтобы амплитуда не сдвигала меня в сторону изголовья. Эта "ловушка", между его рукой и его тазом, вывернула меня наизнанку. Меня встряхнуло раз, другой, при этом семя ещё даже не вышло наружу, яйца как будто свело, они не смогли выплеснуться. Тогда прокатилась мелкая дрожь, усиливаясь и продирая как током, и только протяжно закричав, я наконец кончил, хотя мой член толком никто не трогал. Вместе со мной Джихо дёрнулся как-то особенно резко. Я ждал, что он отпустит меня, но он, наоборот, прижал меня ещё сильнее и, кажется, я кончил ещё раз вдогонку к его оргазму. Он медленно приходил в себя, поднимая голову как раненый тигр. Первым делом напряжённо посмотрел на меня, взялся рукой за мой подбородок. Нежно, будто держал цветок. Я потянулся к нему губами. В этот раз он сам поцеловал меня. Крепко, глубоко, с какой-то щемящей благодарностью. Настолько интимно, что я даже не посмел сказать, что мы сейчас с ним склеимся.       Мы вернулись из душа в кровать, и я лежал у Джихо на плече. На самом удобном, широком, сильном плече. А он перебирал мои волосы, запуская в них пальцы, и это ощущалось просто волшебно. Утром, на удивление, я проснулся раньше него. Меня буквально разрывала какая-то вселенская эйфория, мне просто не лежалось. Рядом, укрытый тонкой простынёй валялся Джихо. Снова отвернувшись от меня, почти на животе, обхватив подушку, согнув одну ногу. Голый, тёплый, милый, притягательный. Я не сдержался и, аккуратно приблизившись, слегка укусил его за аппетитно торчащую попу. Он резко дёрнулся, подлетел в воздух, перекрутился и оказался в постели уже сидя, недоумённо глядя на меня, будто спрашивая «что это было?!». ---Это был «кусь». – Сознался я. Он осуждающе наклонил голову, но у меня было оправдание ---Это был кусь полный восхищения твоей потрясающей попой! Джихо засмеялся, растирая глаза. ---Сколько времени? ---Почти десять утра. ---Ого! Я обычно так долго не сплю. ---Надо было разбудить? ---Нет. – Тянет он и опять пялится на меня. ---О, нет-нет-нет, я знаю как сейчас выгляжу! У меня козявки в глазах, гнездо на голове и помятое лицо. Джихо мягко улыбается, а его глаза опять похожи на две чашки тёплого чая, он качает головой, не соглашаясь со мной. ---Завтракать будешь? Он кивает. ---Тогда поваляйся ещё, а я в душ и приготовлю нам что-нибудь.